WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Факультет мировой экономики и финансов НОВЫЕ МОДЕЛИ ЭКОНОМИКИ: ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ И АЛЬТЕРНАТИВЫ Материалы студенческой конференции Дни молодежной науки – 2011 Часть I Екатеринбург ...»

-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования и наук

и Российской Федерации

Отделение общественных наук РАН

Уральское отделение Российской академии

Институт экономики УрО РАН

АНО «Большой Евразийский университетский комплекс»

Ассоциация «Евразийский экономический клуб ученых»

Европейский университет ВИАДРИНА

Уральский государственный экономический университет

Факультет мировой экономики и финансов

НОВЫЕ МОДЕЛИ ЭКОНОМИКИ:

ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ

И АЛЬТЕРНАТИВЫ

Материалы студенческой конференции «Дни молодежной науки – 2011»

Часть I Екатеринбург 2011 УДК 330.101.54 ББК 65.0 Н Ответственные за выпуск:

Доктор экономических наук, профессор, проректор по научной работе Уральского государственного экономического университета Э. В. Пешина Доктор экономических наук, профессор, декан факультета мировой экономики и финансов Н. М. Сурнина Н 76 Новые модели экономики : проблемы, перспективы и альтернативы [Текст] : материалы студенческой конференции «Дни молодежной науки – 2011» : в 2 ч. / [отв. за вып. Э. В. Пешина, Н. М. Сурнина]. – Екатеринбург : Изд-во Урал. гос. экон. ун-та, 2011. – Ч. I. – 326 с.

Рассматриваются проблемы современной экономики на уровне мезо- и микроэкономики, исследуются проблемы макроэкономики на национальном и наднациональном уровне.

Для студентов, участвующих в научно-исследовательской работе, магистрантов и аспирантов.

УДК 330.101. ББК 65. Авторы, указанные в содержании, Уральский государственный экономический университет, «Цементирующая сила – традиция и цель»

В. О. Ключевский

ОТ НАУЧНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ

К МОДЕЛИ БУДУЩЕЙ ЭКОНОМИКИ

Становится хорошей традицией проводить дни студенческой науки на факультете Мировой экономики и финансов в преддверии дней Университета. В очередной раз живой отклик получила инициатива и постановка форсайт-задачи: заглянуть в будущее, попытаться распознать и описать отдельные грани, черты и явления, формирующие новое экономическое мироустройство. Авторы раскрывают проблемы, которые наиболее ярко «как в капле воды» проявляются и идентифицируются на различных уровнях: региона – мезоэкономики, предприятий, организаций, фирм – микроэкономики. В исследованиях студентов, аспирантов и магистрантов также представлены и попытки обобщений для макроэкономики как на национальном, так и наднациональном уровнях.

Молодые исследователи ведут свои изыскания в рамках существующих и развивающихся на факультете Мировой экономики и финансов научных направлений и школ: мировой экономики, региональной и муниципальной экономики, экономики предприятий, государственных и муниципальных финансов, рынка ценных бумаг и инвестиций, денеги банковского дела, корпоративной экономики, бухгалтерского учета и аудита, политической экономики и др.

В рамках, представленных в настоящем сборнике, сделана попытка применить разнообразный методический инструментарий исследования конкурентной экономики на новом этапе мирового социально-экономического развития.

Большое внимание молодые исследователи уделили изучению особенностей и возможностей модернизационных процессов в сфере технологий, моделей и альтернатив инновационного развития, тем самым «проектируя» черты инновационнотехнологической модели будущего.

Проектирование и стратегическое планирование социально-экономической системы невозможно представить без осознания и изучения ценностей, смыслов, моделей и стереотипов поведения. Именно поэтому часть работ объединена в блоке, исследующем социальногуманитарные характеристики и проблемы формирующейся модели экономического развития.

Мы благодарим всех авторов за участие в данном проекте.

Надеемся на их дальнейшее участие в будущих научных исследованиях.

Декан факультета мировой экономики и финансов, д.э.н., профессор Н. М. Сурнина

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ:

РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ

Полина Мешков, Франкфурт на Одере (Федеративная Республика Германия)

ОСОБЕННОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

РОССИЙСКИХ КОМПАНИЙ НА НЕМЕЦКОМ РЫНКЕ

Двухсторонние отношения между Россией и Германией в последние годы изменились в положительную сторону. Обе страны сотрудничают на разных уровнях. Сотрудничество охватывает почти все важные направления взаимоотношений, такие как совместная борьба с терроризмом, кооперация в экономической, научно-технической и гуманитарно-культурной сфере.

В данном докладе я провела анализ особенностей и препятствий, с которыми сталкиваются российскии компании, выходя на немецкий рынок.

Российская Федерация является для Германии главным торговым партнром в Средней и Восточной Европе. А вообще Россия занимает 14-ое место среди торговых партнров ФРГ. В 2009 году объм товарооборота между Россией и Германией составил 3,6 миллиардов евро. Основными импортируемыми продуктами Германии являются нефть и горючее – 80%. Больше чем одна треть спроса на нефть и горючее приходится на Россию. Несмотря на этот факт, российские компании занимают различные ниши на немецком рынке. Самую большую долю занимают мелкие и средние предприятия – школы танцев, магазины и.т.д. Но и есть несколько больших компаний в секторе топлива и энергии или логистики. С 2003 до 2006 г. число предприятий, которые были основаны российскими предпринимателями, увеличилось на 2100 предприятий.



Всем известно, что российский рынок притягивает многих зарубежных инвесторов, так как он динамично развивается. Но какая мотивация у российских инвесторов приходить на немецкий рынок? Ответ на этот вопрос многосторонний. На мировом рынке Германия занимает одну из лидерских позиций. Этот факт говорит о том, что в ФРГ хорошо развита технология и менеджмент «ноу-хау». Для российских инвесторов это важный пункт, так как на квалификацию персонала уходит много финансовых средств и времени. По сравнению с РФ в Германии более низкие капитальные издержки. А также в Германии присутствует более эффективная внешнеторговая деятельность, что делает доступ к новым рынкам и их проникновение легче. Обобщая, можно сказать, что инвестиционный климат в Германии воспринимается российскими инвесторами как несложный и транспарентный.

Приходя на немецкий рынок, российские компании придерживаются следующих моделей. Некоторые компании предпочитают модель «Gruene Wiese», что в переводе означает зелная лужайка. При таком выходе на рынок не принимается во внимание состояние окружающей среды. То есть компания не разрабатывает специальную стратегию для определнного рынка. Недостатки такой формы вступления заключаются в том, что компании очень тяжело ввести на рынок незнакомую марку, так как она не принимает в расчт культурные особенности.

Другая форма выхода на немецкий рынок – это модель «Joint Venture». Основная идея этой модели – создать совместное предприятие на основе объединения капитала учредителей. Основное преимущество модели «Joint Venture» это присутствие локального партнра, который знает особенности рынка.

Третья и последняя модель это «Mergers & Acquisition Modell», что в переводе с английского обозначает объединение и приобретение.

Инвестор приобретает предприятие вместе с клиентской базой и разработанными структурами компании. Благодаря этой модели возможен быстрый выход на рынок и проникновение.

Приходя на немецкий рынок, российские компании, сталкиваются с многочисленными препятствиями – правовыми и культурными. С одной стороны разные правовые формы предприятий и бюрократические правила усложняют успешный выход на рынок. А с другой язык и менталитет составляют дополнительную сложность для российских бизнесменов. Чтобы преодолеть эти препятствия, компания должна перед выходом на рынок провести тщательный анализ и разработать особенную маркетинговую стратегию. Маркетинговая стратегия должна принимать во внимание локальный менталитет и культуру потребителей.

Торгово-экономические отношения между Россией и Германией развиваются успешно и это благодаря многочисленным организациям, которые разрабатывают программы для гомогенизации этих двух разных рынков. Глядя на будущее, можно сказать, что совместная работа обоих стран в процессе глобализации неотъемлема и содержит еще много потенциала.

МОДЕРНИЗАЦИЯ

СТАРОПРОМЫШЛЕННЫХ РЕГИОНОВ

МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ

В 1970-х гг. в мировой экономике был отмечен спад многих старопромышленных районов Запада, который зачастую не преодолен до сих пор [1, с. 1]. Прежде на этих территориях наблюдался устойчивый экономический рост, который базировался на основных отраслях второй промышленной революции: сталелитейное производство и угледобыча в Рурской области (Германия), в Верхней Силезии (Польша), в Южном Уэльсе (Великобритания), текстильная промышленность в Север-Па-де-Кале (Франция), в Манчестере (Великобритания), кораблестроение на Северо-Востоке Англии (Великобритания) и другие.

Вся инфраструктура и институциональная среда в этих регионах были выстроены для поддержания ведущих отраслей. Выпускаемые товары имели сильные рыночные позиции в течение долгого, но все же ограниченного периода времени. С возникновением новых более совершенных технологий и появлением возможности переноса производства в регионы с низкими трудовыми издержками в старопромышленных районах начался кризис. В процессе глобализации на указанных территориях наблюдались сходные «признаки старения»: падение конкурентоспособности экспорта, монопрофильность производства, закрытие фабрик, высокая безработица, отток рабочей силы, плохая экология, устаревшая инфраструктура, имиджевые проблемы [6, с. 1].

Можно выделить 2 основных подхода в определении причин данного процесса. Первая группа ученых во главу угла ставит спад опорной отрасли региона [1, с. 5–6]. Исходя из теории жизненного цикла продукта, по достижении зрелости и стандартизации товара на первое место в вопросах размещения производства выходит ценовой фактор, и оно перемещается в страны с более низкими трудовыми издержками. Так «Ржавый пояс» США потерял свою экономическую мощь после Второй мировой войны во многом из-за переноса крупных предприятий на периферию, в «Солнечный пояс» [10, с. 50]. Если опираться на жизненный цикл производства, то можно заметить, что с разрастанием основных предприятий усиливается вертикальная интеграция и региональный рынок становится все более олигополистичным [9, с. 115]. Появляются внутрирегиональные барьеры для входа новых компаний, что уменьшает возможность воспользоваться внешними возможностями для роста [11, с. 395]. Таким образом, упадок старопромышленных регионов представляется естественным развитием процесса и его неизбежным итогом.





Сторонники второго подхода видят причину спада старопомышленных регионов в низкой коллективной обучаемости и слабой восприимчивости к инновациям в силу социально-культурных факторов.

Нередко в этих территориях наблюдается так называемая «политическая замкнутость»: коалиция крупнейших фирм, профсоюзов и местной политической элиты противится новшествам, опасаясь потерять свое влияние [3, с. 261]. Согласно эволюционной теории экономических изменений старопромышленные районы попадают в зависимость от своего собственного индустриального прошлого. Структура промышленности (рынки, поставщики, межфирменные связи, накопленные знания и навыки работников) и институциональная среда (отраслевые ассоциации, исследовательские центры, политические институты) несут отпечаток пройденного пути. Например, финансовые посредники могут иметь специализированные знания, которые позволяют им определять инвестиционную ценность проектов в ключевой отрасли региона. Однако с оценкой привлекательности проектов в новых сферах могут возникнуть трудности. Точно также система образования в регионе может готовить профессионалов в традиционных отраслях, но быть не в состоянии подготовить студентов по новым областям науки и техники. [7, с. 3] С этой стороны можно предположить, что реформирование региона будет тем успешнее, чем меньше структурных изменений потребуется произвести. Кроме того, регион может быть жестко ограничен предопределенной траекторией развития, так как технологическое наследие (используемые ресурсы и методы) и социальная структура ослабили восприимчивость к новому. Так Рурский бассейн характеризуется традиционным «угольно-стальным»

менталитетом [6, с. 3]. Нередко возникает ситуация, когда избавление от устаревшего в пользу современного влечет за собой высокие, иногда неприемлемые издержки [2, с. 477].

Таким образом, несмотря на разницу в выделении причин спада, оба подхода достаточно пессимистично оценивают будущее старопромышленных регионов. Выделенные проблемы, как правило, еще усугубляются нехваткой финансовых ресурсов для программ модернизации. Также в силу исторических особенностей отдельные регионы могут иметь дополнительные отягощающие факторы развития. Например, в странах Восточной Европы местные органы власти получили самостоятельность относительно недавно после многих лет интеграции в жесткую централизованную структуру административной экономики. Часто при выработке региональных программ возрождения экономики им не хватает опыта.

В целом, в мировой практике предлагается 2 противоположных сценария восстановления старопромышленных районов: гибкая реструктуризация и глубокая реструктуризация.

Первый путь предполагает реформирование на базе существующих крупных предприятий и их кооперации с государством и профсоюзами, так как только таким мощным объединениям под силу нести бремя высоких затрат на научные исследования, без которых невозможны инновации, а следовательно экономический рост. Такой подход справедлив для капитало- и наукоемкий отраслей, а также отраслей, зависимых от канала распределения. В старопромышленных регионах, как правило, сконцентрированы капиталоемкие отрасли (в частности, металлургия). Так, например, Рурский район, изначально базировавшийся на угледобыче и производстве стали, смог развить разработку «зеленых» технологий и технологий очистки и восстановления окружающей среды, имея не только прочную научную и финансовую базу крупнейших металлургических корпораций, но и острую необходимость восстановить экологию региона. Большая часть федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия в 1970-х гг. относилась к промышленным территориям (brownfield) категории С, т.е. отличалась повышенной степенью загрязнения, которое не могло быть устранено без активного участия государства. В наиболее активную фазу реабилитационных работ с 1989 г. по 1993 г. специально созданная для этих целей компания International Building Exhibition потратила на восстановление 134 объектов $ 1,5 млрд., из которых $ 1 млрд. был профиноснирован из государственного бюджета [4, с. 8]. Важный вклад в успех экологического кластера внесли новые ВУЗы г. Бохум, г. Дортмунд, г. Дуйсбург / Эссен, г. Гельзенкирхен [5, с. 6–7].

Не менее показателен пример Северо-Востока Англии.

В течение 20 лет доля региона в мировом судостроении упала с четверти рынка до 5% к 1965 г. К 1988 г. почти все верфи были закрыты, что привело к скачку безработицы в отдельных городах до 70%. [12, с.

1] Однако Северо-Восток сумел найти новую отрасль специализации – подводные технологии, получившие толчок к развитию в 1960-х гг. с началом разработки нефтегазоносных месторождений Северного моря.

В новом кластере было налажено производство «гибкой» продукции (гибких трубопроводов и гибких подводных кабелей), разработка технологий прокладки траншей для подводного трубопровода, дноуглубительных работ и прочее. Развитие нового направления стало возможно благодаря наличию традиций тяжелого машиностроения, инфраструктуры, а также широкой базы навыков, технических возможностей и научного потенциала (исследовательские центры British Steel, British Gas, университеты).

Однако данный путь таит в себе некоторые опасности. С одной стороны, для крупных корпораций часто характерен консерватизм в вопросах развития и медленный отказ от технологий и методов, приносящих прибыль. С другой стороны, крупные компании могут создавать неблагоприятную предпринимательскую среду, перетягивая все финансовые и трудовые ресурсы на себя и оставляя небольшие стартапы без необходимых факторов производства. [7, с. 3] Во второй стратегии имеющиеся конкурентные преимущества региона не используются совершенно, на смену старым компаниям приходят новые из несвязанных отраслей экономики. Такой сценарий чаще используется в регионах с трудоемкими отраслями после того, как основные производства были перемещены в страны с низкими трудовыми издержками, а в самом регионе в лучшем случае остался лишь головной офис. Серьезной проблемой такого подхода является длительный временной лаг, требуемый, чтобы положительный эффект новых производств (как минимум, уровень занятости) перекрыл понесенные потери (соответственно, безработицу на закрывшихся производствах). Примером внедрения такой стратегии может служить регион Новая Англия в США, где на место текстильной промышленности пришло производство электроники. Другой текстильный район, Север Па-де-Кале (Франция), превратился в кластер высокоспециализированных услуг дистанционной торговли. Начало было положено компаниями La Redoute и Les Trois Suisses, которые разместили головные офисы в окрестностях г.

Лилль (треугольник Лилль-Рубе-Туркуэн) [8, с. 15]. Конечно, между старой и новой отраслями существовала определенная связь: вышеназванные компании занимались почтовой рассылкой одежды и ткани.

Однако за несколько десятилетий в регионе появилось множество компаний из обслуживающих секторов: логистика, реклама, графика и дизайн, упаковка, колл-центры, информационные технологии. Развитие этих специфичных предприятий сделало регион привлекательным для розничных сетей (Ашан и др.).

Таким образом, в результате комплекса причин старопромышленные регионы начинают испытывать экономические трудности. В зависимости от специфики района могут быть применены разные стратегии модернизации: либо развитие на базе имеющихся предприятий и их потенциала либо поиск абсолютно новой отрасли специализации.

1. Boschma R., Lambooy J. Why do old industrial regions decline?

An exploration of potential adjustment strategies. www-sre.wu-wien.ac.at.

2. Dosi G. et al. eds. Technical change and economic theory – Pinter Publishers. London. 1988.

3. Grabher G. The embedded firm. On the Socio-economics of industrial networks – Routledge. London, New York. 1993.

4. Kessides Ch. Brownfield Redevelopment and Urban Regeneration with a focus on cities in East and Central Europe: a proposed work program. www.worldbank.org.

5. Konzept Ruhr. 2008. www.konzept-ruhr.de.

6. Koschatzky K. 30 years of structural change: Experience from the Ruhr Area. www.ioer.de.

7. Lamoreaux N. R., Levenstein M., Sokoloff K. L. Do innovative regions inevitably decline? Lessons from Cleveland’s experience in the 1920s. www.h-net.org.

8. Liefooghe Ch. Services: the future of industry? www.staff.ncl.

ac.uk.

9. Markusen A. Profit cycles, oligopoly and regional development – MacMillan. London. 1985.

10. Rees J. Technological change and regional shifts in American manufacturing // The Professional Geographer. Volume 31. Issue 1. 1979.

11. Steiner M. Old industrial areas: a theoretical approach // Urban Studies. Volume 22. Issue 5. 1985.

12. Siedlok F., Andriani P. The emergence of the sub-sea technologies cluster in the North-East of England. www.staff.ncl.ac.uk

class='zagtext'> ВНЕДРЕНИЕ ОСОСБЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗОН

В ПРАКТИКУ СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПЛАНИРОВАНИЯ

(НА ПРИМЕРЕ ОЭЗ «ТИТАНОВАЯ ДОЛИНА»

В Г. ВЕРХНЯЯ САЛДА СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ)

Стратегическое планирование социально-экономического развития регионов – относительно новое явление для России. За последние годы в большинстве субъектов РФ были достигнуты общественнополитическая стабильность, устойчивое развитие экономики и социальной сферы, что обусловило возможность и необходимость использования стратегического планирования в качестве инструмента государственного управления.

Стратегический план социально-экономического развития региона позволяет его администрации и всему региональному сообществу действовать совместно. Такой план должен создаваться как сеть взвешенных и согласованных пожеланий по решению имеющихся проблем и адресоваться со стороны бизнеса и населения к администрации. Он представляет собой инструмент стратегического партнерства, механизм определения и осуществления эффективных стратегий во всех сферах жизни региона.

В связи с назревшей необходимостью перехода к инновационной экономике особый интерес вызывает использование при разработке стратегических планов развития регионов современных технологий.

За рубежом такие методики как кластерный подход, формирование особых экономических зон и Форсайт очень популярны и их эффективность при грамотной реализации не вызывает сомнения. Усиливающаяся конкуренция в мире и в стране; ограничение государственного финансирования; возрастающая сложность решаемых в регионе проблем – все это является предпосылками для использования данных технологий [1].

Развитие рыночных отношений в России обусловило необходимость освоения и таких инструментов международной экономической деятельности, как особые экономические зоны, международное налоговое планирование, трастовые схемы в деятельности предприятий и физических лиц.

Внедрение особых экономических зон в практику стратегического планирования в Свердловской области позволит повысить эффективность управления региональным развитием, положительно повлиять на все сферы жизни населения. Особые экономические зоны представляют собой часть национального экономического пространства, где используется особая система льгот и стимулов, не применяемая в остальных частях страны. Как правило, особая экономическая зона – это в той или иной степени обособленная географическая территория [2].

На данный момент в Свердловской области разработан проект создания особой экономической зоны «Титановая долина» в г. Верхняя Салда. Центральным элементом ОЭЗ является ОАО «Корпорация ВСМПО-АВИСМА» – конкурентоспособное предприятие, обладающее специфическими ресурсами в производстве титана, имеющее широкую и стабильную сеть поставщиков и заказчиков продукции [3].

Сегодня стратегия Корпорации направлена на расширение и усложнение производства, увеличение выпуска титановой продукции, переход на высокотехнологичные изделия глубокой переработки с высокой добавленной стоимостью, и в перспективе – на освоение выпуска готовых деталей.

Назначением ОЭЗ «Титановая долина» является промышленнопроизводственная деятельность. Профиль: металлообработка, машиностроение. Площадь земельного участка составляет 465 га (4,65 км).

Предпосылками для создания ОЭЗ в моногороде Верхняя Салда являются: развитый промышленный комплекс; развитая логистическая инфраструктура и коммуникаций; высокий научный и кадровый потенциал.

Стратегические цели создания ОЭЗ ППТ «Титановая долина»:

– сохранение и усиление лидерства России на мировом рынке авиакосмической продукции за счет углубления степени переработки титанового сырья;

– расширение практики применения титана в отечественном промышленном комплексе;

– наиболее полное обеспечение потребностей российской авиакосмической промышленности в изделиях из титановых сплавов.

Цели создания ОЭЗ промышленно-производственного типа «Титановая долина»:

– создание новых современных высокотехнологичных производств, в синергии с увеличением рабочих мест;

– решение задач диверсификации экономики занятости моногорода Верхняя Салда;

– повышение конкурентоспособности титановой промышленности России и доли в мировом производстве высокотехнологичной продукции из титановых сплаов с 27% до 35%;

– решение социально-экономических проблем моногорода Верхняя Салда;

– комплексное развитие территории моногорода Верхняя Салда;

– соответствие проекта приоритетам социально-экономического развития Свердловской области Российской федерации.

Целевые установки:

– повышение конкурентоспособности титановой промышленности России и доли в мировом производстве высокотехнологичной продукции из титановых сплавов с 27 до 35%;

– увеличение доли применения изделий из титана от их общего объема выпуска в промышленном производстве России (кроме авиастроения) с 29% до 40%.

Создание особой экономической зоны предполагает реализацию нескольких стратегических проектов.

Первая группа проектов – развитие сырьевой базы титанового производства будет направлена на развитие российских источников сырья, как для титана, так и для легирующих элементов сплавов. В частности проект предполагает организацию производства ванадийсодержащих лигатур на базе Качканарского месторождения железных руд.

Вторая группа проектов предполагает развитие производства титановых полуфабрикатов для авиации, медицины, крепежа, а также изготовление сварочной проволоки. Одновременно планируется развитие трубосварочного производства тонкостенных сварных труб из титановых сплавов.

Третья группа проектов – производство компонентов для авиастроения, которое включает производство деталей для самолетов и других видов летательных аппаратов.

Четвертая группа проектов – производство готовой продукции – предполагает создание машиностроительного комплекса по изготовлению титанового и комбинированного оборудования для химического машиностроения, атомной энергетики, авиа- и железнодорожного машиностроения, цветной металлургии.

Технологической основной ОЭЗ является вертикальная технологическая цепочка, объединяющая все переделы титановой продукции вплоть до выпуска конечных изделий. Высокотехнологичность ОЭЗ и наукоемкость будет обеспечена благодаря тесному взаимодействию производителей с созданной инновационной инфраструктурой.

В рамках мировой стратегии развития авиастроения на предприятии в особой экономической зоне на первом этапе будет производиться продукция:

– сборка отдельных узлов крупногабаритных изделий авиационного назначения как для отечественных, так и для зарубежных авиастроительных компаний;

– изготовление готовых деталей авиационных двигателей: дисков, колец, лопаток (Диски, кольца, лопатки производства ОАО «Корпорации ВСМПО-АВИСМА»);

– изготовление авиационных конструкционных деталей из титановых плит и раскатных колец (Плиты, кольца производства ОАО «Корпорации ВСМПО-АВИСМА»);

– изготовление элементов фюзеляжа, крыла самолета и элементов конструкции и вагонов скоростных поездов из алюминиевых прессованных панелей;

– производство теплообменной аппаратуры: теплообменников, испарителей, емкостей и др. для судостроения, платформ для добычи нефти и газа с использованием титановых листов, труб производства ОАО «Корпорации ВСМПО-АВИСМА».

Резидентом ОЭЗ ППТ признается коммерческая организация.

Инвестиции в собственное производство должны составлять не менее 3 млн. евро. Резидент ОЭЗ ППТ не вправе иметь филиалы и представительства за пределами территории ОЭЗ. Он вправе вести на территории ОЭЗ только промышленно-производственную деятельность в пределах соглашения. Резидент ОЭЗ обеспечивает административную поддержку и оказывает консультационные услуги.

В управление ОЭЗ «Титановая долина» входят: Налоговая служба, Министерство экологии и Природных ресурсов, Министерство труда, занятости и социальной защиты, Федеральное агентство кадастра объектов недвижимости, Земельная кадастровая палата, Инспекция Госстройнадзора, Регистрационная служба, Ростехнадзор и другие службы.

Управляющей компанией ОЭЗ является ОАО «Корпорация развития Среднего Урала». Е задачи:

– девелопмент промышленных площадок, расположенных на территории ОЭЗ (разработка концепции и осуществление функции заказчика проекта планировки), создание на территории ОЭЗ элементов инновационной системы, таких как кластеры, технопарки и др.;

– управление, обслуживание, эксплуатация и содержание инфраструктурных объектов, расположенных на территории ОЭЗ ППТ.

Осуществление функций продавца произведенной и купленной электрической и тепловой энергии, газа, услуг водоснабжения и водоотведения;

– лизинг, финансовое посредничество и предоставление прочих финансовых услуг;

– деятельность в сфере транспорта и связи, поиск и привлечение инвесторов для реализации проектов.

Для развития ОЭЗ Российская Федерация оказывает содействие в привлечении кредитов государственных банков, предоставляет государственные гарантии, налоговые льготы, таможенные льготы, защищает от неблагоприятного изменения законодательства РФ о налогах и сборах.

Свердловская область оказывает административную поддержку, содействует в привлечении кредитных ресурсов, предоставляет государственные гарантии, проводит субсидирование процентной ставки по банковским кредитам, бюджетные инвестиции.

МО г. В. Салда оказывает административную поддержку, обеспечивает льготы по земельному налогу и арендной плате, муниципальные гарантии.

– ускоренная амортизация с коэффициентом 2;

– снятие ограничений по переносу убытков на будущий период – ускоренный порядок признания расходов на НИОКР Будет введн режим свободной таможенной зоны. Ввоз иностранных товаров на территорию ОЭЗ будет осуществляться без уплаты таможенных пошлин и НДС.

Перечень потенциальных резидентов: ОАО «Корпорация ВСМПО-АВИСМА», Компания Альфа-Лаваль, Компания Goodrich Corporation, Yamaha Motor Co., Ltd., Компания TITAL – Titan Aluminium Feinguss GmbH, Компания Rolls-Royce, Компания Блэйдс Технолоджис Интернэшинэл, Morimatsu Industry Co., Ltd., ТЕСT «Тurbine Engine Components Technologies», США Snecma, Groupe SAFRAN, SCHOELLER-BUECKWANN Oilfield Technology GmbH & Co. KG, Heat warmetechnische Anlagen Ges.m.b.H., Hauke Gesellschaft m.b.H. & Co. KG., Bohr und Rohrtechnik Gesellschaft m.b.H, VAM GmbH & Со Anlagentechnik und Montagen.

Предполагаемый объем инвестиций указанных резидентов – 211 млн. руб.

Ожидаемые результаты:

– повышение конкурентоспособности титановой промышленности России и доли в мировом производстве высокотехнологичной продукции из титановых сплавов с 27 до 35%;

– увеличение доли применения изделий из титана от их общего объема выпуска в промышленном производстве России (кроме авиастроения) с 29 до 40%;

– рост занятости населения; обучение и подготовка квалифицированных рабочих, инженерных, хозяйственных и управленческих кадров, рост благосостояния и уровня жизни населения.

Социально-экономический эффект создания и функционирования ОЭЗ:

– Увеличение количества постоянных рабочих мест на 6000;

– увеличение количества временных рабочих мест на 2220;

– увеличение поступлений в бюджеты всех уровней около 2, млрд руб. в год;

– создание комплекса промышленных предприятий, объеденных общей инфраструктурой и единой концепцией развития реального сектора экономики моногорода.

Планируемые результаты деятельности ОЭЗ поступления в бюджеты всех уровней, млрд руб. в год 2, вклад в валовой региональный продукт Свердловской области 291, млрд руб.

вклад в объем отгруженной продукции обрабатывающих произ- 882, водств Свердловской области, млрд руб.

Создание особой экономической зоны промышленнопроизводственного типа в г. Верхняя Салда позволит также повысить качественные показатели Свердловской области в целом: диверсифицировать отраслевую структуру экономики области; увеличить долю инновационного сектора Свердловской области Российской Федерации в целом; повысить инвестиционную привлекательность моногорода Верхняя Салда и Свердловской области; повысить межрегиональную кооперацию и конкуренцию, обеспечить экономическое развитие соседствующих территорий; повысить доходы населения г. Верхняя Салда и Свердловской области в целом; реализовать национальные, федеральные и областные проекты.

17 ноября текущего года премьер-министр РФ В. В. Путин посетил город Верхнюю Салду. «В ближайшие две недели мы выпустим постановление правительства о создании особой экономической зоны с определенными льготами, в том числе таможенного характера», – сказал премьер во время посещения совместного предприятия Boeing и «ВСМПО-Ависма» – «Урал-Боинг-Мануфактуринг». Премьер заверил рабочих предприятия, что «это даст возможность предприятию развиваться на новой технологической базе, делать продукцию высокого передела и привлекать сюда партнеров» [4].

Можно сделать вывод о том, что создание особых экономических зон рассматривается их учредителями как важное звено в реализации принципов открытой экономики. Их функционирование связывается с либерализацией и активизацией внешнеэкономической деятельности. В особых экономических зонах экономика имеет высокую степень открытости внешнему миру, а таможенный, налоговый и инвестиционный режимы благоприятны для внешних и внутренних инвестиций.

1. Центр стратегических разработок – http://www.old.csr.ru.

2. Свободно-экономические зоны – http://finance.iatp.by/zoni.htm.

3. Специализированный журнал «Металлоснабжение и сбыт»

– http://www.metalinfo.ru.

4. ИД Экономическая газета – http://www.ideg.ru.

КУЛЬТУРНЫЕ ЛАСТЕРЫ

В РАЗВИТИИ ЭКОНОМИКИ РЕГИОНА:

ТЕОРИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Развитие экономических отношений на современном этапе не мыслится как изолированное, оно сопровождается активным вовлечением социальных и культурных институциональных единиц в рыночные процессы. На региональном уровне важным оказывается формирование и эволюция пространственных форм функционирования, культурный кластер – одна из самых распространенных, если мы говорим о взаимодействии культурных и экономических структур, хотя сегодня вс чаще говорят о моделях культурных городов (эта идея распространена среди азиатских исследователей).

Развитие культурных кластеров, как отмечает В. Сантагата, является результатом взаимодействия двух феноменов: феномен локализации, отмеченный Маршаллом, и феномен специфичности природы культуры, отличительной чертой культурного кластера, поскольку главным результатом деятельности является создание культурных благ. Феномен локализации напрямую относится к развитию на региональном уровне. История экономики знает немало примеров эффективного и успешного функционирования кластеров, в частности культурных кластеров, сопровождаемого активизацией развития территории, на которой расположен кластер.

Формирование культурного кластера может осуществляться на так называемом «культурном поле», которое создается тогда, когда существует некий (положительный) эффект от взаимодействия фирм, сформирована инфраструктура, способствующая развитию системы образования и инноваций, поэтому культурные кластеры могут возникать даже там, где традиционно развиты другие виды деятельности ввиду особенностей самой территории.

Когда речь идет о культурных кластерах, в поле зрения исследователя в первую очередь оказываются две объекта – это культурное благо и культурная индустрия. Оба они позволяют говорить о развитии именно кластера культурного, а не какого-либо другого. От характера культурного блага и способа его создания и распространения зависит тип культурного кластера и специфики его функционирования.

Так, Сантагата различает два типа культурных кластеров (районов). Первый тип – промышленный культурный кластер. Такое пространственное образование основывается на создании материализованных благ, производство которых связано с традицией данного вида деятельности на определенной территории; в него входят множество маленьких фирм. Исследователь выделяет несколько базовых условий, при которых может возникнуть промышленный культурный район:

– местное сообщество, которое связано культурными традициями, для которого характерно накопление технологических знаний, социального капитала;

– тесное взаимодействие между городами и со странамисоседями;

– источник рабочей силы для культурных районов;

– возрастающая отдача от масштаба в производстве;

– локальная банковская система;

рынок;

– государственная финансовая поддержка на каждом этапе создания благ;

– создание большого количества новых фирм как результат интерактивной системы образования;

– возможность в территориальном отношении создать кластер (район) и производить материализованное культурное благо, используя технологические инновации, эффективное управление, гибкость рынка труда.

Такие кластеры могут формироваться в нескольких случаях. Вопервых, если на данной территории существуют несколько фирм, которые заинтересованы в получении выгоды от своего соположения (например, снижение издержек), то их руководители в состоянии осознать свое сотрудничество как первые шаги к созданию кластера, в этом случае развитие кластера будет происходить эволюционно, поэтапно, таким образом, что условия для дальнейшего совместного функционирования будут создаваться по необходимости. Примером могут служить итальянский текстильный кластер, кластер керамики на Сицилии. Во-вторых, при уже сформированной инфраструктуре правительство данной территории может создать проект по формированию культурного кластера, а также это может быть частной инициативой. Сегодня такие процессы мы наблюдает в азиатских странах, особенно в Китае.

Второй вид культурных кластеров – институциональные, основная характеристика которых заключается в образовании их в официальных организациях, распространяющих права собственности и торговых марок на определенную территорию. Конкурентным преимуществом такие кластеры обладают изначально, поскольку права на производство определенного вида культурного блага распространяются только на производителей этой территории.

Как было отмечено ранее, в основе построения культурного кластера должен лежать ряд культурных индустрий или один ее вид. Существует множество классификаций культурных индустрий, но мы рассмотрим лишь одну, для того чтобы определить по каким принципам и законам происходит выбор производства культурного блага.

Модель концентрических кругов была предложена Европейской комиссией: расположение культурных индустрий зависит от соотношения культурного и коммерческого содержания в производимом продукте, по сути, речь идет о пропорции материального и нематериального. И чем больше материальной составляющей, тем легче создать производства данного культурного блага, получить прибыль. Так, более отдаленными от центра оказываются такие культурные индустрии, как реклама, дизайн, архитектура, мода; следующий круг – издательская деятельность, телевидение и радио, музыкальная индустрия, далее – индустрия кино, музейное и библиотечное дело. И в центре оказываются – литература, музыка, исполнительские искусства и визуальные. В построении этих «кругов» заметно смешение понятий: издательская деятельность и литература оказываются различными культурными индустриями. Так ли это? По методологии ЮНЕСКО, культурные индустрии комбинируют создание, производство и коммерциализацию творческого содержания, которое является неосязаемым и культурным по природе, обычно, это содержание защищается авторским правом и принимает форму товара или услуги. Важным аспектом, согласно ЮНЕСКО, является тот факт, что культурные индустрии находятся в центре относительно продвижения и поддержания культурного разнообразия и обеспечения демократического доступа к культуре. Так, сама по себе литература является особого рода культурной индустрией, мета-индистрией, так как она не может, например, художественное произведение сделать товаром, для этого и существует книгоиздание.

Сегодня мы можем выделить два пути формирования культурного кластера на региональном уровне, которые изначально связаны с развитием территории, но это развитие в разных случаях имеет свои особенности.

Первый путь относится к формированию кластера как источника новых рабочих мест, появления определенного накопления капитала, в первую очередь, экономического. В данном случае в производство закладывается тот вид культурного блага, который может «экспортироваться» на другие территории, за счет этого движения культурных благ и образуется накопление капитала; при этом нужно понимать, что не каждое культурное благо мы можем рассматривать как обычное экономическое благо, которое производители могут без каких-либо территориальных ограничений распространять. Его культурное содержание и определяет особенности функционирования.

Второй путь формирования кластера связан с невозможностью экспорта конкретного производимого культурного блага, которое должно быть потребленным сообществом данной территории: многие культурные услуги (культурные блага мы подразделяем на культурные товары и услуги) имеют территориальные ограничения на потребление, а также культурные товары со своей локальной спецификой, важные для развития местного сообщества. Сформировавшийся от потребления таких культурных благ капитал (человеческий, интеллектуальный, культурный) позволяет создавать условно называемые экспортируемые культурные товары и услуги.

На наш взгляд, два пути формирования и развития культурных кластеров должны налагаться друг на друга, создавая основу для регионального развития как на внешнем уровне (развитие инфраструктуры, расширение рынка труда), так и «внутреннем» (создание культурного, символического капитала). Степень их сформированности нужно учитывать при определении региональной политики культурной и бизнес-среды.

1. Creative economy report 2008 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.unctad.org/Templates/webflyer.asp?docid=9750&int Item ID=13978&lang=1.

2. Kong L. Beyond networks and relations: towards rethinking creative cluster theory// Creative economies, creative cities/ Edited by L. Kong, J.

O’Connor. – Springer Science+Business Media B. V., 2009. – P. 61–75.

3. Mommaas H. Spaces of culture and economy: mapping the culturalcreative cluster landscape// Creative economies, creative cities/ Edited by L.

Kong, J. O’Connor. – Springer Science + Business Media B. V., 2009. – P.45–59.

4. Santagata W. Cultural districts and their role in developed and developing countries // Handbook of the Economics of Art and Culture. Volume 1/ Edited by V. A. Ginsburgh, D. Throsby. – Elsevier B. V., 2006. – P.1103– 1118.

5. Understanding creative industries: cultural statistics for public-policy making [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://portal.unesco.org.

ВЛИЯНИЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ БРЕНДОВ

НА РАЗВИТИЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ

(НА ПРИМЕРЕ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ)

В России наступило время, когда регионам приходится конкурировать буквально за все: за инвестиции, информационные, транспортные и туристические потоки, экологические, экономические, социальные и культурные проекты, креативные эксклюзивные идеи и, конечно же, за специалистов, способных всем этим управлять [1].

Причем в дальнейшем межрегиональная конкуренция будет усиливаться, и при этом, в выигрышном положении окажутся те регионы, которые не только обладают востребованными региональными ресурсами, но и сумеют с выгодой для своего развития воспользоваться ими.

В условиях жесткой межрегиональной конкуренции возрастает роль позиционирования, позволяющего территории привлекать и наращивать ресурсы для своего развития. Любую территорию следует рассматривать как специфический товар, потребителями полезных свойств которого выступают различные целевые группы.

Наличие сильного бренда дает региону ряд преимуществ: доверие инвесторов, повышение международных рейтингов, усиление международного политического влияния, укрепление внутренней социальнополитической стабильности, рост экспорта товаров и услуг, развитие туризма. Брендинг также играет ключевую роль в привлечении квалифицированной рабочей силы.

Ряд стран и территориальных единиц уже встали на путь создания региональных брендов и теперь по всем правилам ведут маркетинговые кампании по продвижению своих территорий, как среди своих граждан, так и за рубежом [2].

Актуальность темы управления брендом территории обусловлена несколькими причинами: новой ступенью развития общества, сопровождающейся небывалым ростом влияния средств массовой коммуникации, когда вопросы образа, имиджа, бренда становятся факторами изменения реальности; особенностями и способом воздействия на восприятие людей такого явления, как бренд; необходимостью использования брендингового подхода в управлении территорией.

Бренд – 1) символическое воплощение комплекса информации, связанного с определнным продуктом или услугой. Обычно включает в себя название, логотип и другие визуальные элементы (шрифты, цветовые схемы и символы); 2) атрибуты фирмы или товара, отражающие их индивидуальность, привлекающие концентрированное внимание клиентов и создающие имидж фирме, способствуя достижению репутации и продвижению товара на рынке. К брендам относятся раскрученные торговые марки.

Территориальные бренды – совокупность непреходящих ценностей, отражающих неповторимые оригинальные потребительские характеристики территории и сообщества, получившие общественное признание и известность, пользующиеся стабильным спросом потребителей [3]. В данной классификации выделяют бренд страны, бренд региона и бренд города.

Репутация региона – динамическая характеристика жизнедеятельности региона, формирующаяся в обществе в течение достаточно продолжительного периода времени. Это ценностные убеждения, мнение у человека (группы лиц) на основе полученной достоверной информации о регионе, личного опыта взаимодействия в социуме региона. Репутация региона олицетворяет собой комплекс возможностей для реализации существенных интересов членов различных групп целевой аудитории. Это гарантия эффективного использования конкурентных преимуществ данной территории для жизни, бизнеса, капиталовложения, отдыха, учебы и т.д.

Изменение имиджа региона происходит в результате имиджевой политики, проявляющейся в региональном планировании и пропаганде разных сторон жизнедеятельности области, качества его продукции и услуг, истории и традиций, ярких проявлений сотрудничества с другими регионами и странами. Имидж региона складывается из тех сторон жизнедеятельности, которые субъекты в принципе в состоянии изменить. При этом необязательно их деятельность приведет к желаемым результатам [4].

Основные целевые группы маркетинга региона – это его жители, представители бизнеса и туристы. Они – потребители региона. Ведущими субъектами регионального маркетинга выступают: органы исполнительной и законодательной власти области; региональные представительства органов федеральной власти; субъекты региональной инфраструктуры поддержки предпринимательства; специализированные PR-агентства; выставочные центры; туристические и гостиничные сети; учебные и учебно-деловые центры; представители региона за его пределами.

С учетом того, что при построении бренда региона используются принципы построения брендов в бизнесе, можно сделать вывод о том, что сущность бренда региона заключается в том, что он должен обеспечивать идентификацию субъекта федерации внутри страны и за ее пределами, причем идентифицировать в выгодном для субъекта свете.

Бренд региона должен быть отражением лучших черт ментальности и традиций населения территории, выполнять идеологическую функцию, объединяя население региона для выполнения общих задач.

Вопросы формирования позитивного регионального бренда затронуты в прогнозно-аналитических исследованиях и проектировании сценариев при разработке концепций социально-экономического развития многих субъектов РФ. Несмотря на признание факта необходимости комплексного подхода к изучению брендинга территорий различного уровня, явно недостаточно общетеоретических и методологических разработок в социально-управленческом контексте. Данное направление, безусловно, перспективно и требует как теоретических, так и практических разработок.

Важнейшим показателем оценки бренда является его стоимость, измеряемая в денежном эквиваленте.

Бренд региона позволяет администрации и деловым кругам наиболее эффективно взаимодействовать с различными целевыми группами: инвесторами, межрегиональными и экспортными рынками, населением, туристами. Он переводит стратегические преимущества территории на язык, понятный этим группам, и многократно усиливает значимость этих преимуществ [5].

Региональный бренд – бренд региона, как территории, обладающей уникальными компетенциями в области производства товаров и услуг, опирающаяся на научный, образовательный потенциал, культурные традиции, природно-рекреационные ресурсы. Главная цель такого бренда – создание позитивного образа территории.

Важно отметить, что имидж Свердловской области напрямую зависит от имиджа города-центра – Екатеринбурга.

Анализируя территориальные бренды, мы предполагаем, что Свердловская область воспринимается у людей по-разному в зависимости от их места проживания (на территории Свердловской области или за ее пределами).

Нами было проведено исследование территориальных брендов Свердловской области. В опросе участвовало 107 человек, в данное время проживающие на территории Свердловской области. Большинству опрошенных от 19 до 35 лет. Почти 35% респондентов в возрасте до 19 лет. Остальные – старше 35.

Респондентам также было предложено ответить, какие ассоциации вызывает у них Свердловская область, были выявлены следующие результаты. Респонденты, проживающие на территории Свердловской области менее 5 лет, чаще всего затруднялись ответить на поставленный вопрос и в некоторых случаях отмечали, что область ассоциируется с промышленностью, металлургией, Уралом и учебой. Респонденты, проживающие в пределах Свердловской области, кроме перечисленных вариантов, ассоциировали область с Родиной, выделяли такие характеристики как масштабность, величественность. Некоторые респонденты называли такие ассоциации как заводы, камни, транспортный коридор, культура. Однако были названы и негативные ассоциации: шум, грязь, плохие дороги.

Почти 70% процентов опрашиваемых считают, что у Свердловской области положительный имидж, почти 30% – нейтральный. 2,8% отметили отрицательный имидж Свердловской области, причем эти респонденты проживают на ее территории более 5 лет.

Примечательно, респонденты в возрасте до 19 лет отмечают положительный имидж области, а респонденты 19–35 лет считают имидж Свердловской области скорее нейтральным.

Большинство респондентов выделили такие бренды товаров и услуг, производящиеся на территории Свердловской области, как продукция концерна Калина («Черный жемчуг», «Mia», «Чистая линия», «Сто рецептов красоты»), майонез ЕЖК, СладКо. Более 8% опрошенных затруднились ответить на поставленный вопрос, причем среди них 2/3 – респонденты, проживающие на территории Свердловской области.

Более 40% приезжих и более 30% местных респондентов одним из брендов, связанных с культурно-историческими событиями назвали Ганину яму, связывая ее с расстрелом царской семьи.

Почти 30% всех опрошенных не смогли дать ответа на вопрос.

Анализ сопоставимых данных позволяет сделать следующие выводы:

– у приезжих респондентов Свердловская область вызывает положительные эмоции и связана чаще всего с особенностями производства области. Респонденты, проживающие на территории Свердловской области более 5 лет, уже отмечают ее недостатки;

– имидж Свердловской области, по мнению большинства респондентов, положительный. Однако был отмечен и отрицательный имидж области, причем теми респондентами, которые проживают на ее территории;

– существенных различий в выделении территориальных брендов Свердловской области не наблюдается.

Таким образом, наше предположение о том, что Свердловская область воспринимается у людей по-разному в зависимости от их места проживания (на территории Свердловской области или за ее пределами), подтвердилось частично.

Правительством РФ была разработана Концепция продвижения национального и региональных брендов товаров и услуг отечественного производства на 2007–2008 гг., согласно которой, одним из важнейших условий повышения неценовой конкурентоспособности товаров и услуг отечественного производства на внутреннем и внешнем рынках является повышение оценки их качества и престижности потребления.

К числу важнейших инструментов создания осознаваемых потребителями различий между продуктами является формирование бренда, под которым понимается репутация, набор ожиданий и ассоциаций, связываемых потребителями с торговой маркой данного продукта, либо его производителя.

В прогнозируемых условиях последовательного роста реальных доходов населения и укрепления реального курса рубля, эффективность брендинга продуктов и услуг отечественных предприятий в ряде отраслей становится одним из необходимых условий не только для расширения объемов экспорта, но и для обеспечения их конкурентоспособности на внутреннем рынке.

Однако следует отметить отсутствие эффективного планирования и координации в области улучшения имиджа региона. Отсутствует программа целенаправленного формирования позитивного имиджа регионов России, предупреждения и предотвращения рисков его ухудшения.

Ряд проблем, связанных с восприятием отечественного бизнеса, а также оценкой проводимых социально-экономических преобразований, существуют и внутри страны. При этом без повышения репутации отечественного бизнеса внутри страны, формирования позитивных оценок и ожиданий относительно государственной политики в области улучшения инвестиционного климата, защиты прав собственности, поддержки и повышения эффективности сферы инноваций, образования и науки, не смогут быть решены и задачи улучшения восприятия регионов за рубежом.

http://www.regnum.ru.

2. Страна как бренд // электронный журнал Русский бренд http://www.russbrand.ru.

3. Образ, имидж, бренд и репутация региона – что это такое? // Коммуникационная Группа RegionPR http://www.regionpr.ru.

4. Шуванов В. И. Психология рекламы: учебное пособие для студентов вузов. – М.: Ростов-на-Дону: Рос. гос. торгово-экон. ун-т:

Феникс, 2003. – С. 147.

5. Влияние территориальных брендов // Агентство Коммуникационного Менеджмента «Принцип PR» http://www.princippr.ru.

ПРОБЛЕМЫ СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПЛАНИРОВАНИЯ

НА МЕСТНОМ И РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЯХ

Стратегическое планирование – это алгоритм действий, увязанных в пространстве (по исполнителям) и во времени (по срокам), нацеленных на выполнение стратегических задач [1].

В последнее время в бизнесе и государственном управлении вс чаще используют термин «стратегическое планирование», под которым понимается некоторое желаемое состояние развития экономики на 20 или даже 50 лет. Такое представление о планировании пришло к нам из западного менеджмента. Однако стратегическое планирование есть результат расчета плана (траектории) наилучшего использования национальных ресурсов сейчас для максимального ускорения движения в желаемом направлении.

В последние годы проблеме стратегического планирования регионального и муниципального развития уделяется большое внимание органами государственного управления, научным сообществом и субъектами хозяйствования территорий, что обусловлено следующими причинами.

Во-первых, радикальным образом изменилась точка зрения на роль стратегического планирования в региональной и муниципальной политике: от почти полного отрицания государственного планового регулирования до признания его необходимости.

Во-вторых, появились научные разработки, раскрывающие сущность, принципы, задачи и организацию стратегического территориального планирования, порядок формирования стратегических ориентиров и целей территориального развития, механизм их реализации. И, хотя проблема создания целостных научных основ стратегического планирования развития территорий еще не решена, имеющаяся основа теоретических и методических работ позволяет успешно осуществлять планирование городов и регионов.

В-третьих, появилась социально-психологическая и профессиональная готовность аппарата управления в центре и, главное, в субъектах Федерации к решению конкретных задач стратегического планирования развития регионов.

Вместе с тем, существует ряд серьезных проблем, препятствующих превращению стратегического планирования в действенный инструмент управления пространственными системами [2].

Прежде всего, это противоречивость стратегий городов и регионов федеральной стратегии развития, что делает современную региональную и муниципальную политику достаточно неэффективной. Регионы, не имея представления о стратегических приоритетах Федерации в территориальном разрезе, разрабатывают собственные стратегические и программные документы. Наличие на федеральном уровне одобренной правительством Стратегии регионального развития и соответствующих реализующих ее программ способно оказать существенное позитивное влияние и на качество стратегического планирования и программирования на региональном уровне.

Для успешного формирования и реализации стратегии комплексного социально-экономического развития региона необходимо сформировать механизм взаимодействия федеральных и региональных органов исполнительной власти. Данный механизм реализации стратегии может быть построен только на комплексном использовании административных, нормативно-правовых и экономических методов управления. При отсутствии нормально работающего механизма координации усилий разных уровней власти большинство долгосрочных целей государственной экономической политики практически не достижимы.

Серьезным препятствием для формирования полноценной и результативной системы территориального планирования является несовершенство его нормативно-законодательного регулирования. В российском законодательстве не определены четко цели и задачи региональной политики, не предусмотрена единая система государственного планирования регионального развития, необходимая для координации действий федеральных и региональных органов власти.

Стратегия социально-экономического развития любого региона должна охватывать все сферы экономической деятельности на его территории, мероприятия всех хозяйствующих субъектов: и федеральных органов исполнительной власти, и государственных инфраструктурных корпораций, и частного бизнеса. Для этого необходимо законодательно закрепить обязанность хозяйствующих субъектов согласовывать с региональными органами исполнительной власти мероприятия, планируемые к реализации на их территории, а также информировать субъекты о ежегодно выделяемых на эти цели средствах. Это позволит не только формировать региональные программы социальноэкономического развития, но и вести их мониторинг.

Отсутствие стабильности в формах финансовой поддержки и методах ее распределения между субъектами Федерации делает практически невозможным переход к долгосрочному и среднесрочному планированию регионального развития. Следовательно, необходимо, чтобы нормативы распределения доходов, определяющие ресурсную базу региона, были установлены на достаточно определенную временную перспективу, а определение объема финансовой помощи и ее виды на очередной финансовый год могли быть спрогнозированы регионом на основе законодательно утвержденных методик. Финансовая помощь должна рассчитываться на 3-х – 5-летний период и ежегодно уточняться исходя из фактического положения дел.

Применительно к системе местного самоуправления публичные финансы призваны способствовать решению вопросов местного значения, реализации конкретных полномочий. Вопрос в том, для чего они должны служить, – только для осуществления текущей деятельности на муниципальном уровне, обеспечивающей элементарное выживание, либо для развития. Еще в середине 1990-х гг. целый ряд муниципальных районов (тогда называвшихся иначе) и городов областного значения решили сформировать собственные стратегические документы. В то время многие субъекты РФ не имели своих стратегических документов, а значит, не имели и ориентиров для развития в долгосрочной перспективе. Сегодня, напротив, у достаточно большого числа регионов есть такие документы.

На сегодняшний день существует три основных подхода к стратегическому планированию. Классический подход заключается в планировании «из прошлого», при этом используемые данные и аналитика базируются на достижениях прошедших периодов. Другой подход – футуристический, представляет собой «взгляд из будущего». Третий – смешанная модель [3].

Многие научные работники в России в своей деятельности опираются на хорошую, серьезную аналитику. Если мы намерены формировать стратегии развития до 2020 г. – а некоторые муниципальные образования заявляют о планировании до 2025 г. и даже 2030 г., – без серьезного анализа предыдущих периодов и учета нормативной, экономической, производственной динамики обойтись нельзя. Некоторые научные школы, занимающиеся соответствующей проблематикой, отдают предпочтение западным методикам; однако, на мой взгляд, эти методики хороши только в реалиях развитых систем, в наших же условиях их применение представляется недостаточным. Полагаю, что муниципалитеты вполне могут осуществлять стратегическое планирование самостоятельно, тем более что ряд методических разработок уже опубликован. Но, поскольку решение этой задачи требует проведения серьезного анализа, необходимо привлечение внешнего консультанта или научного исследователя.

Нормативно-правовой основой стратегического планирования является, прежде всего, Федеральный закон от 20 июля 1995 г. № 115ФЗ «О государственном прогнозировании и программах социальноэкономического развития Российской Федерации». В нем выделены этапы кратко-, средне- и долгосрочного планирования, определены возможности использования этого института развития, однако отсутствует необходимый понятийный аппарат. Поэтому сегодня наряду с термином «стратегия» можно услышать «концепция», «стратегический план», «план социально-экономического развития». Подобный разнобой неизбежно ведет к проблемам. Удастся ли должным образом провести сравнительный анализ достижений муниципальных образований одного субъекта РФ на основе разнородных «стратегий» и прочих документов? Как в этих условиях будет реализовываться указ Президента РФ «Об оценке эффективности деятельности органов местного самоуправления городских округов и муниципальных районов»?

Стратегическое планирование – составная часть всей системы управления. К сожалению, пока мало кто может ответить на вопрос, чем долгосрочное планирование отличается от стратегического. На самом деле стратегическое планирование – это особый вид управленческой деятельности, который заключается в разработке стратегических решений, предусматривающих выдвижение таких целей и стратегий поведения объектов управления, реализация которых обеспечивает их эффективное функционирование в долгосрочной перспективе и быструю адаптацию к изменяющимся особенностям внешней среды.

Именно возможность адаптироваться в случае изменений и отличает систему стратегического планирования от системы обычного долгосрочного. Поскольку речь идет о развитии, мы не можем не говорить о системе. Каковы составляющие такой системы? В таком контексте в качестве объекта выступает соответствующая территориальная единица – субъект РФ либо муниципальное образование. Необходимо также ответить на вопрос, «что главнее» – концепция или стратегия, что в большей степени охватывает систему. Безусловно, концепция является более общим понятием по отношению к частному – к стратегии. Многие территории сегодня гордятся наличием стратегий – и, в самом деле, очень хорошо, что такие документы наконец стали появляться. Но цели в них, как правило, носят качественный характер. Если же в стратегии присутствуют количественные цели, то они ставятся крайне осторожно в силу сложности анализа и серьезности протекающих изменений. Тем не менее, в данной ситуации необходимо говорить о стратегическом выборе, о необходимости формулирования целей и приоритетов развития. Именно здесь бюджетно-экономическая составляющая выходит на первый план. Должны декларироваться прежде всего социальные цели, поскольку публичная власть работает для людей, но достигаются такие цели с помощью экономических инструментов. Следовательно, нужно выбрать ряд приоритетных функций, выполнение которых в рассматриваемой перспективе должно обеспечить решение главных задач развития. Набор таких функций называется стратегическим выбором (в западной терминологии это «миссия»).

Поскольку сегодня уже и муниципалитеты разрабатывают концепции на долгосрочную перспективу – до 2020 г., требуется четко определить приоритетные функции в экономическом разрезе. Приоритетные функции – ключевые виды деятельности, которые должны обеспечить территории эффект развития. При этом под целью развития следует понимать ожидаемый (намечаемый) обоснованный результат, определяемый качественно (на вербальном, содержательном уровне), количественно и во времени.

Ни одна стратегия не может существовать обособленно, без логического продолжения, которым обычно становится соответствующий прикладной документ. Если концепция – это прогнозноаналитический документ, то программа – уже прогнозно-проектный, реализующий концепцию и содержащий совокупность увязанных по ресурсам, исполнителям (посредством конкурсных условий) и срокам реализации мероприятий, которые направлены на достижение намеченных целей социально-экономического развития и реализацию стратегического выбора. Таким образом, в программе уже должны присутствовать все ресурсы. Однако на практике одни мероприятия осуществляются через национальные проекты, другие – через собственные муниципальные целевые программы, но целостного видения имеющихся ресурсов нет. Смысл формирования стратегических документов в том, чтобы изменить сложившуюся ситуацию.

Что касается стратегического плана, используемого в зарубежной практике в качестве полноценного долгосрочного документа, то в наших условиях его можно рассматривать лишь как краткий документ презентационного характера. Западные стратегии занимаются улучшением качественно иного состояния, к которому нам еще только предстоит прийти.

Поскольку в данной сфере пока нет общепризнанных методик и понятий, муниципальным образованиям имеет смысл принять собственные положения о системе стратегического планирования, в которых определить все необходимые элементы этой системы.

Даже там, где приняты хорошие стратегические документы, возникает одна серьезная проблема: нормальной реализации новых стратегических документов препятствует традиционная структура управления муниципального образования. В крупных городах есть агентства муниципального развития, но позволить себе это могут далеко не все. Что же делать небольшим муниципальным образованиям?

Есть три подхода к реализации технологий, заложенных в стратегических документах. Первый подход предполагает приоритет текущей деятельности, текущего администрирования – это касается в большей степени мелких муниципальных образований с множеством насущных и требующих скорейшего решения проблем в области благоустройства, жилищно-коммунального хозяйства и т.д. При втором подходе структура администрации, всех структурных подразделений выстраивается на основе стратегии развития, которая выходит на первый план, а текущая деятельность подтягивается под эту схему. Наконец, третий подход предполагает встраивание стратегического аспекта в систему текущего планирования. Выбирать какой-либо из перечисленных подходов следует в зависимости от масштаба ставящихся перед муниципалитетом задач и четкости их видения.

Таким образом, очевидна необходимость стратегического планирования на региональном и муниципальном уровнях, однако, в настоящее время существует ряд проблем по осуществлению данного процесса.

1. Материалы сайта Википедия www.wikipedia.org.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |
Похожие работы:

«Евразийское пространство:   приоритеры социально­экономического пространства  Министерство образования и наук и РФ Евразийский открытый институт Институт менеджмента МЭСИ Институт международных программ РУДН Московский государственный индустриальный университет ЕВРАЗИЙСКОЕ ПРОСТРАНСТВО: ПРИОРИТЕТЫ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ Материалы Международной научно-практической конференции 12 мая 2011 г. (г. Москва, Россия) ТОМ 1 Москва 2011 Материалы Международной научно­практической конференции  ...»

«ОАО ГАЗПРОМ Общество с ограниченной ответственностью XVII научно-практическая конференция молодых ученых и специалистов СБОРНИК ТЕЗИСОВ ДОКЛАДОВ Проблемы развития газовой промышленности Сибири 21-25 мая 2012 г. Тюмень 2012 УДК 622.279 (571.1) П 78 Проблемы развития газовой промышленности Сибири: Сборник тезисов докладов XVII науч.-практич. конф. молодых ученых и специалистов ТюменНИИгипрогаза. – Тюмень: ООО ТюменНИИгипрогаз, 2012. – 308 с.: ил. ISBN: 978-5-901434-19-2 Приведены результаты НИР,...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Департамент стратегии и перспективных проектов в образовании и науке Федеральное агентство по образованию Центр бюджетного мониторинга Петрозаводского государственного университета Тенденции на рынке труда в условиях влияния на экономику России мирового кризиса и роль системы профессионального образования в кадровом обеспечении перспективных рынков труда в посткризисный период Аналитический доклад на Всероссийской научно-практической...»

«E ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Distr. GENERAL ЭКОНОМИЧЕСКИЙ TRANS/WP.24/2002/10 И СОЦИАЛЬНЫЙ СОВЕТ 25 July 2002 Original: RUSSIAN ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ КОМИТЕТ ПО ВНУТРЕННЕМУ ТРАНСПОРТУ Рабочая группа по комбинированным перевозкам (Тридцать седьмая сессия, 7-9 октября 2002 года, пункт 3 (b) повестки дня) ЕВРОПЕЙСКОЕ СОГЛАШЕНИЕ О ВАЖНЕЙШИХ ЛИНИЯХ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОМБИНИРОВАННЫХ ПЕРЕВОЗОК И СООТВЕТСТВУЮЩИХ ОБЪЕКТАХ (СЛКП) Предложения по поправкам к Соглашению СЛКП Представлено...»

«1 РАЗДАТОЧНЫЙ МАТЕРИАЛ к дипломной работе студентки V курса факультета Высшая школа гостинично-ресторанной, туристической и спортивной индустрии ФГБОУ ВПО Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова ЕГОРКИНОЙ Екатерины Сергеевны на тему: Методы исследования и прогнозирования туристских рынков Научный руководитель — к.э.н., проф. Попов Л.А. Таблица 1 Методы исследования рынков Метод Описание Достоинства и недостатки Качественные методы Группа из 6-12 человек. Групповое взаимодействие...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВПО БАШКИРСКИЙ ГАУ ГНУ АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН ЭНЕРГОСБЕРЕГАЮЩИЕ ТЕХНОЛОГИИ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКЦИИ РАСТЕНИЕВОДСТВА МАТЕРИАЛЫ ВСЕРОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ПОСВЯЩЕННОЙ 85-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ИЗВЕСТНОГО УЧЕНОГО РАСТЕНИЕВОДА И ОРГАНИЗАТОРА НАУКИ БАХТИЗИНА НАЗИФА РАЯНОВИЧА (1927-2007 гг.) 7–9 февраля 2013 г. Уфа Башкирский ГАУ УДК ББК Э Редакционная коллегия: И. Г. Асылбаев, к. с.-х. наук, доцент, М. М....»

«ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ Комитет по экологической политике ОБЗОРЫ РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ УКРАИНА Второй обзор ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Нью-Йорк и Женева, 2007 год Серия обзоров результативности экологической деятельности, выпуск № 24 ПРИМЕЧАНИЕ Условные обозначения документов Организации Объединенных Наций состоят из прописных букв и цифр. Когда такое обозначение встречается в тексте, оно служит указанием на соответствующий документ Организации Объединенных...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ БАЙКАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ И ПРАВА (ФГБОУ ВПО БГУЭП) ПРИКАЗ 21 февраля 2014 г. № 34 г. Иркутск О проведении Дней науки – 2014, посвящённых зимней Олимпиаде 2014 г. В соответствии с планом проведения научных мероприятий ФГБОУ ВПО БГУЭП (далее — университет), утвержденным на заседании ученого совета университета 02...»

«Ю.В. Божевольнов1 Е.О. Горохова2 А.В. Михайлов2 В.Б. Божевольнов3 В.Э. Чернов4 В данной работе описан переход к новому технологическому укладу через замещение устаревших рабочих мест новыми. На смене укладов закладывается потенциал экономического роста. Если новых рабочих мест будет создано достаточно, страна сумеет войти в клуб развитых стран. Работа продолжает обсуждение вопросов, поднятых в публикации Об инновациях, циклах Кондратьева и перспективах России. Рабочие места — основа социума...»

«ОРГАНИЗАЦИЯ E ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ Distr. GENERAL И СОЦИАЛЬНЫЙ СОВЕТ ECE/CES/2009/7 30 March 2009 RUSSIAN Original: ENGLISH ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ СТАТИСТИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ЕВРОПЕЙСКИХ СТАТИСТИКОВ Пятьдесят седьмая пленарная сессия Женева, 8-10 июня 2009 года Пункт 5 b) предварительной повестки дня КООРДИНАЦИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ СТАТИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РЕГИОНЕ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КОМИССИИ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ УГЛУБЛЕННЫЙ АНАЛИЗ ВОПРОСОВ...»

«СМОЛЕНСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ ФИЛИАЛ НЕГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ УПРАВЛЕНИЯ И ЭКОНОМИКИ МИР ЧЕРЕЗ ЯЗЫКИ Материалы Всероссийской студенческой научно-практической видеоконференции 23 апреля 2013 года Смоленск 2013 СМОЛЕНСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ ФИЛИАЛ НЕГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ УПРАВЛЕНИЯ И ЭКОНОМИКИ МИР ЧЕРЕЗ ЯЗЫКИ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Южно-Российский государственный университет экономики и сервиса (ФГБОУ ВПО ЮРГУЭС) Волгодонский институт сервиса (филиал) Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Южно-Российский государственный университет экономики и сервиса (ВИС ФГБОУ ВПО ЮРГУЭС) НАУЧНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ МОЛОДЁЖИ...»

«БАШКИРСКИЙ ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ (филиал) ОУП ВПО АКАДЕМИЯ ТРУДА И СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ ТРУДОУСТРОЙСТВО МОЛОДЫХ СПЕЦИАЛИСТОВ: ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ Международная научно-практическая видеоконференция (15 ноября 2011г.) Уфа 2011 1 УДК 331.53 ББК 65.240 Т 78 Трудоустройство молодых специалистов: опыт, проблемы, перспективы: Сборник трудов Международной научно-практической видеоконференции. – Уфа: БИСТ, 2011. – 156с. В сборнике материалов Международной научно-практической...»

«Организация Объединенных Наций A/HRC/WG.6/7/IRQ/1 Генеральная Ассамблея Distr.: General 30 November 2009 Russian Original: English Совет по правам человека Рабочая группа по универсальному периодическому обзору Седьмая сессия Женева, 819 февраля 2010 года Национальный доклад, представленный в соответствии с пунктом 15 a) приложения к резолюции 5/1 Совета по правам человека Ирак* Введение I. Настоящий доклад был подготовлен во исполнение резолюции 60/251 Генеральной Ассамблеи, в соответствии с...»

«ФГБОУ ВПО Воронежский государственный университет Академия труда и занятости (Воронежское региональное отделение) ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО № 1 Уважаемые коллеги! Приглашаем Вас принять участие в заседании международной научно-практической конференции Инновационные доминанты социальной сферы Конференция состоится 30 мая 2014 г. в г. Воронеже ОРГКОМИТЕТ КОНФЕРЕНЦИИ: Председатель: Ендовицкий Дмитрий Александрович – д.э.н. профессор, ректор Воронежского государственного университета (Воронеж)...»

«UNCTAD/DITC/TNCD/2003/3 КОНФЕРЕНЦИЯ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ПО ТОРГОВЛЕ И РАЗВИТИЮ ЭНЕРГОУСЛУГИ И ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ УСЛУГИ: цели переговоров и приоритеты в области развития Под редакцией Симонетты Царрилли Предисловие Рубенс Рикуперу Генеральный секретарь ЮНКТАД ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Нью-Йорк и Женева, 2003 год Примечание • Условные обозначения документов Организации Объединенных Наций состоят из прописных букв и цифр. Когда такое обозначение встречается в тексте, оно служит...»

«IBR Working Paper 002/2013 ISSN 1662-162X Lucerne, November 2013 SUSTAINABLE ECONOMIC GROWTH: INNOVATION AND COMPETITIVENESS Proceedings of the International Scientific Conference Autor(en) Kontakt Michael Derrer Email: michael.derrer@hslu.ch Hochschule Luzern - Wirtschaft Tel.-Nr.: +41 41 228 99 01 Institut fr Betriebs- und Regionalkonomie IBR Fax: +41 41 228 41 51 Zentralstrasse 9 6002 Luzern Zitierungsvorschlag Derrer, M. (2013). SUSTAINABLE ECONOMIC GROWTH: INNOVATION AND COMPETITIVENESS -...»

«МЕЖПАРЛАМЕНТСКАЯ АССАМБЛЕЯ ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА ЛЕНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им А С. ПУШКИНА ЦЕНТР ИНТЕГРАЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ МИНИСТЕРСТВА ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЕНТР ОБУЧАЮЩИХ СИСТЕМ ЮНЕСКО ОБРАЗОВАНИЕ ЧЕРЕЗ ВСЮ ЖИЗНЬ: СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ НЕПРЕРЫВНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РАМКАХ ЕДИНОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА Материалы докладов участников международной конференции (Санкт-Петербург, 22—23 июня...»

«Владимир Гельман* ПО ТУ СТОРОНУ САДОВОГО КОЛЬЦА: ОПЫТ ПОЛИТИЧЕСКОЙ РЕГИОНАЛИСТИКИ РОССИИ Резюме. Исследования региональных аспектов политического развития России в последнее десятилетие (1991-2001) стали бурно развивающейся отраслью исследований российской политики в российской и зарубежной наук е. Научные дискуссии, посвященные различным проблемам российского федерализма, региональных политических процессов, местного самоуправления, проходили на фоне радикальных реформ в политике и экономике,...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ БАРАНОВИЧСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКО И АГРОТУРИЗМ: ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ НА ЛОКАЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЯХ Сборник научных статей МИНСК ИЗДАТЕЛЬСТВО ЧЕТЫРЕ ЧЕТВЕРТИ 2013 УДК 338.45:796.5(043) ББК 75.81 Э40 Печатается при поддержке Коалиции Чистая Балтика в рамках проекта ЭКОО Неруш Чистая Щара. Голубые капилляры Балтийского моря Рецензенты: доктор экономических наук О. В. Скидан (г. Житомир, Украина); доктор географических наук,...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.