WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |

«THE PHILOSOPHICAL AGE ALMANAC 29 HISTORY OF UNIVERSITY EDUCATION IN RUSSIA AND INTERNATIONAL TRADITIONS OF ENLIGHTENMENT 2 St. Petersburg Center for History of Ideas St. Petersburg ...»

-- [ Страница 1 ] --

ФИЛОСОФСКИЙ ВЕК

ИСТОРИЯ

УНИВЕРСИТЕТСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

В РОССИИ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ

ТРАДИЦИИ ПРОСВЕЩЕНИЯ

2

St. Petersburg Center

for the History of Ideas

http://ideashistory.org.ru

Санкт-Петербургский Центр истории идей Institute of International Connections of Herzen State Pedagogical University of Russia Resource Center for Advanced Studies in the Social Sciences and Humanities of St. Petersburg State University St. Petersburg Center for History of Ideas

THE PHILOSOPHICAL AGE

ALMANAC

HISTORY

OF UNIVERSITY EDUCATION

IN RUSSIA AND INTERNATIONAL

TRADITIONS OF ENLIGHTENMENT

St. Petersburg Center for History of Ideas St. Petersburg Институт международных связей Российского Государственного педагогического университета им. А.И. Герцена Ресурсный центр социально-гуманитарных исследований Санкт-Петербургского государственного университета Санкт-Петербургский Центр истории идей

ФИЛОСОФСКИЙ ВЕК

АЛЬМАНАХ

ИСТОРИЯ

УНИВЕРСИТЕТСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

В РОССИИ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ

ТРАДИЦИИ ПРОСВЕЩЕНИЯ

Санкт-Петербургский Центр истории идей Санкт-Петербург St. Petersburg Center for the History of Ideas http://ideashistory.org.ru Ответственные редакторы альманаха: Т.В. Артемьева, М.И. Микешин В оформлении использовано аллегорическое изображение философии из книги «Иконология, объясненная лицами, или полное собрание аллегорий, емблем и пр.»

(Т. 2. М., 1803).

Издание осуществлено при поддержке Российского гуманитарного научного фонда грант 05-03- mic@mm1734.spb.edu art@ta13796.spb.edu http://ideashistory.org.ru А/я 139, Санкт-Петербург 195112 Россия Компьютерный макет: М.И. Микешин 29-й выпуск Альманаха «Философский век» включает 2 том материалов Международной конференции «История университетского образования в России и международные традиции просвещения», проходившей 16-18 июня 2005 г. в Санкт-Петербурге.

Философский век. Альманах. Вып. 29. История университетского образования в России и международные традиции просвещения. Том 2 / Отв.

редакторы Т.В. Артемьева, М.И. Микешин. — СПб.: Санкт-Петербургский Центр истории идей, 2005. — 320 с.

СОДЕРЖАНИЕ

Дрыжакова Е.Н. Достоевский и студенческое движение 1861 года Каржина Г.А. Некоторые аспекты жизни и творчества В.С.

Квитка И.И. Революционное просвещение и университеты в Мосина А.В., Студент как субъект воспитательного Плотникова Л.Н. Студенческие корпорации в Дерптском Повзун В.Д. Региональный университет как ресурс Погребняк А.А. Просвещение. Образование. Рынок Поляков Н.В., Университет или не университет: к проблеме Савчук В.С. определения типа высшего учебного заведения Потёмкин А.В.

Терентьева А.В. Студенческая среда как ценность российских Аврус А.И., Культурная и просветительская деятельность Голосеева А.А. российских классических университетов Бражник Е.И. Перспективы развития высшего образования в Будылин Д.Ю., Полатайко С.В. Онтологический анализ университетского идеала Василенко А.А. Роль немецких университетов в модернизации Глушкова Л.В. Реформирование системы университетского Задонская И.А. История развития университетского образования Зингер В.А., Традиции и современность в высшем Зингер Н.Д. образовании США: Университет штата Аляска Ключарев Г.А. Борьба за просвещение: российский опыт в Лаврентьева О.Г. Европейские университетские модели в Лопаткин В.М. Интегрированные образовательные учреждения и Налетова И.В. Классические университеты в условиях Пусвацет В.С. Реформы университетского образования в Слетков И.А. Реализация концепции развития регионального университетского образования: цели, задачи, Шиповалова Л.В. «Классический» и «неклассический» университет Вершинина Н.А.

Владимирова С.С. Прообраз объединенной Европы в учебниках Гогоберидзе А.Г. «Задачник для студента» как тип пособия, Гогоберидзе А.Г. Инновационные формы консультативноинформационного сопровождения студента Крылова О.Н. Современные подходы к разработке Лесневская Н.Г.

Носкова Т.Н. Электронный учебник как модель Теремова Р.М., Учебник нового поколения на современном этапе Гаврилова В.Л. обучения иностранцев русскому языку Викторова Л.П., Биологическая наук

а и образование в Гордон А.В. Восстановление исторического образования Григорьев С.И., Университетское социогуманитарное Гуслякова Л.Г. образование России в поиске современной Гуркин В.А. Развитие российской науки и университетское Звягин С.П. Профессор В.М. Грибовский в условиях Косицын В.Б. Становление социологической науки в России Краснова Ю.В. Основные тенденции развития исторического The Almanac Editors: Prof. Dr. Tatiana V. Artemieva, Dr. Michael I. Mikeshin

УНИВЕРСИТЕТ КАК ФЕНОМЕН

ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА

ДОСТОЕВСКИЙ

И СТУДЕНЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ 1861 ГОДА Студенческие волнения в Петербурге начались осенью 1861, когда в прессе бурно обсуждался проект нового университетского устава, который должен был заменить совершенно устаревший устав 1835 года, разработанный С.С. Уваровым в духе полного контроля попечительских советов, назначаемых правительством. Студенты, не дожидаясь нового устава, организовывали свои кружки и библиотеки, составляли кассы, издавали сборники, отправляли своих депутатов к министру просвещения и т.п. Свободный дух нарастал и принимал самые разные направления: некоторые просто рвали свои матрикулы и отказывались ходить на лекции к неугодным профессорам, а иные, явно фрондерствуя, выдвигали политические требования на фоне общего либерального подъема и демократических реформ Александра II. В некоторых мемуарах современников упоминается даже о проекте радикальной студенческой группы захватить наследника престола и предъявить Александру второму требование конституции1.



Для Ф.М. Достоевского лето и осень 1861 года были очень напряженными: он заканчивал публикацию «Униженных и оскорбленных», продолжал работу над «Записками из Мертвого дома», написал несколько статей из цикла «о русской литературе», много редакционных замечаний и объявлений во «Времени», не считая переписки с авторами и заметок для будущих статей. Фактически именно Ф.М. вел в это время журнал (до своего отъезда за границу в июне 1862 года). А. Григорьев уехал уже в мае, Михаил Михайлович сам писал в журнале немного, а Н.Н. Страхов пока еще был на вторых ролях. Было привлечено, как писал обозреватель газеЕ.Н. Дрыжакова, 2005.

12 Е.Н. Дрыжакова ты «С.-Петербургские ведомости» Ю.А. Волков, «много молодых бойцов нового поколения»2. «Время», как признавали многие современники, выступало очень успешно в том числе и в отделах критики, публицистики и политического обозрения3.

Естественно, когда развернулось в прессе обсуждение нового проекта университетского устава и вскоре начались студенческие волнения в Петербурге, «Время» включилось в полемику о том, каким должно стать университетское образование и как должна быть организована жизнь студентов.

Первая студенческая демонстрация в Петербурге произошла 25 сентября 1861 года. Полиция арестовала несколько сотен студентов, препроводила их в Петропавловскую крепость, а затем многие были высланы и университет закрыт. Студентов поддержали либерально настроенные профессора: К.Д. Кавелин, М.М. Стасюлевич, Б.И. Утин, Н.И. Костомаров, Б.Н.

Чичерин, А.Н.Бекетов и др. В защиту требований студентов выступили «Современник», «Русское слово», «Колокол», «СПб. Ведомости», «День», «Педагог» и др.

Едва ли не самые резкие выпады против студенческой независимости и права студентов на участие в общественной жизни исходили из лагеря бывшего либерала-западника, перешедшего на позиции «разумного консерватизма» на английский манер, М.Н. Каткова, выступавшего на стороне правительственно-охранительной концепции, против демократических реформ образования. Журнал Каткова «Русский Вестник» и близкая ему по духу газета «Современная летопись» публиковали статьи, отстаивая студенческие корпорации, а по сути — необходимость строгого надзора за воспитанием студенчества. Эти издания высказывались против участия студентов в общественной жизни страны.

Журнал братьев Достоевских включился в дискуссию. Вел ее А.У. Порецкий в циклах «Обзор современных событий» и «Наши домашние дела»

(Смесь). В «Критическом обозрении» серьезный резонанс получила статья-рецензия М.И. Владиславлева «История английских университетов»

(№ 11, 1861). В том же номере «Времени» в цикле «Ряд статей о русской литературе», который вел Ф.М. Достоевский с первого номера журнала, была помещена «Статья пятая» этого цикла, состоящая из двух частей:

Никто никогда не сомневался в принадлежности перу Ф.М. Достоевского первой части статьи. Что касается второй части, то, поскольку СтраЕ.Н. Дрыжакова хов в свое время не назвал ее в списке журнальных статей Ф.М. Достоевского, издатели не включали ее в собрания сочинений писателя4. Это было весьма нелогично, потому что статья об университетах напечатана во «Времени» в составе цикла «Ряд статей о русской литературе» и в начале этой «Пятой статьи» (Газета «День») автор писал: «Явился новый вопрос об университетах... Вот и мы хотим сказать свое слово об этих последних литературных явлениях...» (XIX, 57) Далее следует изложение мнений русских изданий (с обширными цитатами) по «университетскому вопросу». Эта предварительная часть статьи могла быть составлена кем-то из сотрудников редакции. Затем идет текст оригинальной статьи, в которой излагается идеологическая позиция: каким должно быть образование и чем должны стать русские университеты. Я присоединяюсь к мнению тех исследователей, которые считают эту часть статьи принадлежащей перу Ф.М. Достоевского, который неоднократно в течение всего 1861 года высказывал свое отношение к новым общественным идеям, к проблемам грамотности и образования. Особо интересовало Достоевского молодое поколение, его отношение к миру, его поиски и идеалы. Именно это и является предметом настоящей работы.

Можно выделить три аспекта затронутой проблемы:

1. Как Достоевский представлял себе оптимальный процесс развития народного образования.

2. Как Достоевский относился в 1861 году к молодому поколению и его демократическим устремлениям.

3. Какими он хотел видеть русские университеты.

По первому вопросу Достоевский высказывался неоднократно, начиная с «Объявления о журнале «Время»» и с самого первого его номера, именно в цикле «Ряд статей о русской литературе». Признавая «разъединение образованного сословия с темным народом», Достоевский призывал к скорейшему «соединению» и первый шаг видел в грамотности и образовании народа: «народ никогда не поймет нас, если не будет к тому предварительно приготовлен» (XVIII, 37). Характеризуя русское образованное общество через русскую литературу первой половины XIX века, Достоевский осуждает и «наших Байронов» и наших демонов и наших Мефистофелей и лишних людей, не находивших себе достойного дела. Они, может быть, приносили в свое время отрицательную пользу, но теперь растолстели, обленились, пошли в шулера и все еще скорбят и считают, что бесполезно делать всякие мелочи, не достойные великого дела. Именно такого рода русским интеллигентам советует Достоевский: «Научите хоть одного мальчика грамоте, вот вам и деятельность... Пожертвуйте для всеобщего 14 Е.Н. Дрыжакова блага всем вашим великанством, шагайте вместо семи миль по вершку, проникнитесь идеей, что если нельзя шагать дальше, то вершок все-таки больше, чем ничего. Пожертвуйте всем — и великой природой вашей и великими идеями... снизойдите, снизойдите до мальчика» (XVIII, 59-68).





Достоевский подчеркивает, что сам народ «желает, ищет грамотности, и потому она должна и будет распространяться... Цивилизованное общество поймет и осознает, что за ним первый шаг, а народ с любовью оценит в образованном сословии своих учителей и воспитателей, признает нас за настоящих друзей своих» (Там же).

Таков был идеал Достоевского, его журналистское кредо. Почти в каждом номере «Времени» он отстаивает его. В первой половине 1861 года в полемике с «Русским вестником», а в № 7, 8 в статьях «Книжность и грамотность» и, наконец, в № 11 в продолжении этих статей: «Последние литературные явления. Газета «День». Вопрос об Университетах».

Достоевский, как известно, начал свой цикл о русской литературе с критики эстетических принципов Добролюбова, считая его сторонником утилитаристского отношения к искусству. Тем не менее, он готов был даже защитить «Свисток» Добролюбова («иногда свист и полезен» — XIX, 115), когда на него нападал сильный и по серьезному непримиримый противник: М.Н. Катков.

Достоевский называет позицию «Русского вестника» «ораторством, пальмерстонством, кавурством» (XIX, 109) за его высокомерное пренебрежение к народу и самодовольную уверенность в собственном превосходстве. Да, по Достоевскому, «русский народ отстал от высшего своего сословия, время и тяжелые обстоятельства усиливают это разъединение.

Он всегда около нас, но мы его не знаем» (XIX, 114). Свою задачу публицист «Времени» видит именно в приближении к народу: пожить с ним, понять его нужды, разделить его интересы.

Разъясняя в ходе полемики, что он называет «кавурством», Достоевский писал в № 5 своего журнала: «Вы не терпите ни малейшего противоречия, когда дело дойдет до вас… В то время, когда идет по всей в России горячий говор о новых делах и новых вопросах, «Русский вестник» не желает никого слушать, величаво улыбается и называет всех несогласных «крикунами и мальчишками» (XIX, 121). Действительно, в своей статье «Наш язык и что такое свистуны» (№ 3, 1861) Катков неоднократно называет так своих противников — и из «Современника» («Свистка»), и из «Времени», и даже из старых времен (намекая на Белинского).

Достоевский в «Ответе «Русскому вестнику» (№ 5, 1861) защищает критическое («свистящее») направление в «Современнике», потому что там молодые, новые силы, и его деятели «предпочитают иногда посвистать, то есть похохотать над самодовольными болтунами, над скороудовлетворяющимися деятелями, над пошлым буквоедством, над литературным чинобесием и проч. и проч. Пусть они иногда не правы, далеко заходят, опрометчивы, неумерены. Но мысль-то их недурна» (XIX, 122).

Достоевский считает нормальным состоянием существование в обществе большинства, неподвижного от потребности самосохранения, и меньшинства, в котором «таятся прогрессивные жизненные силы в противоположность застою всего общества». Рядом с последними существуют «мальчишки и крикуны», которые могут вредить всякой новой идее, но эти крикуны неизбежны, они существовали везде и всегда... А между тем, как ни смешны эти крикуны, из числа их бывает много людей честно и благородно преданных делу» (XIX, 124). Понятно, что здесь автор «Ответа «Русскому вестнику» защищает именно молодые силы, молодых публицистов «Современника», «Русского слова» да и в его собственном журнале таких было немало: П. Ткачев, М.Владиславлев, П. Бибиков, М. Семевский, М. Родевич, Ф. Берг и др. Главные упреки «Русскому вестнику» как раз и сосредоточены на том, что в этом журнале видна ясно обозначенная неприязнь к нетерпеливой и рвущейся вперед молодежи. «У вас поневоле все выходит как-то книжно, безжизненно. Вы ищете жизни, а у вас нет ни надежд, ни молодости. Тут еще замешалось упрямство... вы считаете их всех сплошь мальчишками и крикунами, даже не верите, что в этих крикунах может быть иногда честное, суровочестное убеждение» (XIX, 123).

В последней статье против «Русского вестника» (№ 10, 1861) Достоевский еще более ясно формулирует, на чьей он стороне: на стороне тех, которые ищут новые социальные идеи («формулы»), может быть, «ошибаются и падают, но не довольствуются утешением из прописей, а хотят сами найти тот путь, который привел бы нас к самопознанию» (XIX, 174-175).

Отвечая Достоевскому в статьях «Заметка для журнала «Время» и «Элегическая заметка» (№ 7, 8, 1861) Катков к своей иронической формуле «крикуны и мальчишки» прибавил еще одно ругательство: «прогрессисты». Он объединяет в один лагерь «Современник», «Свисток», «Время» и обвиняет их в проповеди легкомысленных доктрин («мыльные пузыри»), презрении к науке, ребяческом самодовольствии, с которым передается друг другу «светоч прогресса». Катков считает причинами такого «смутного» и «гнилого» состояния русского общества «умственную и практическую праздность», отсутствие общественных структур, которые давали бы направление и внутреннюю норму для деятельности. «Какая участь ожиЕ.Н. Дрыжакова дает нас, — спрашивает Катков и отвечает себе, — Во всем чувствуется пустота и бессилие, отсутствие жизненной почвы, недостаток мысли, вытекающей из дела и идущей к делу» (XIX, 170).

Достоевский перепечатал в своей статье более трех страниц из этой статьи Каткова. Можно думать, что с некоторыми утверждениями он внутренне соглашался. Россия во второй половине 1861 года действительно переживала время полной неясности своего дальнейшего общественного пути. Что-то было сдвинуто с мертвой точки, но как и куда двигаться дальше, по сути, никто не знал, хотя движение явно существовало. В отличие от Каткова Достоевский достаточно смело доверял молодым силам, тем самым «крикунам и мальчишкам», которые, по его словам, «хоть чтонибудь делают, хоть копаются, чтоб выйти на дорогу, хоть ошибаются, и таким образом избавляют других, последующих деятелей от подобных же ошибок, следственно, хоть отрицательно, да полезны». Самое худшее, по Достоевскому, и за это он гневно упрекает Каткова, — это непогрешимая уверенность в собственной правоте и полное отвержение всех инакомыслящих, тех самых «крикунов», «свистунов», «прогрессистов», с идеями которых Достоевский уже тогда не мог быть согласен, но поддерживал их стремление найти путь к новой жизни и верил, что в основе их деятельности есть «действительная жажда познания и истины» (XIX, 175).

Таковым было отношение Достоевского к тем, кого называли «прогрессистами», как раз в то время, когда в Петербурге происходили студенческие демонстрации и полицейские репрессии. Естественно, что в редакции «Времени» сочувствовали студентам. Н. Страхов вспоминал позже, что в Петропавловскую крепость, где сидели арестованные студенты, от редакции «Времени» был послан «гостинец... огромный ростбиф с прибавкою бутылки коньяку и бутылки красного вина»7.

Общественное мнение, как свидетельствует подробный «Дневник»

А.В. Никитенко, хотя и разделялось на сторонников жестких мер и поисков компромисса по отношению к студенческим требованиям, все же в первые недели движения скорее сочувствовало студентам. Никитенко писал с явной тревогой: «Долго ли это продлится и чем кончится? Никак не могу себя убедить никакими логическими доводами уважать это общественное мнение. Все точно объелись дурману. Все на студентов смотрят как на мучеников. Их дерзость, неповиновение закону и власти считают геройством, а правительство позорят всеми возможными способами... Кричат, шумят, вопиют, как сумасшедшие или пьяные. Чего ж они хотят?

Конституции? Так это бы и говорили. Тут все-таки был бы какой-нибудь смысл. Нет! Просто беснуются»8.

В такой сложной и накаленной обстановке и проходила в октябре и ноябре дискуссия об университетском образовании. Статья «Вопрос об университетах» в № 11 «Времени» вписывалась в бурную полемику петербургских и московских изданий. Поэтому прежде всего автор статьи дает обширное изложение этой полемики. Подробно излагается демократическое мнение профессора Костомарова («СПб. Ведомости»), отстаивающего образовательные, а не воспитательные функции университетов. Он за полную ликвидацию надзора за студентами, за право свободного посещения лекций и т.п. Так же подробно, но явно с неодобрением в обзорной части статьи излагается консервативная позиция «Современной летописи»

и «Русского вестника», отстаивающих сохранение прежних строгих канонов, экзамена на государственную службу, мер воспитательного значения, корпоративной структуры и т.п. С наибольшим сочувствием излагает «Время» взгляд на университетское образование профессора А. Бекетова, который считает, что «нельзя и не следует заставлять учиться в университетах насильственными педагогическими правилами... юноша, которого ведут на помочах к житейской цели, предохраняя его искусственно от житейских соблазнов, непременно утратит часть своих способностей». Поэтому не нужно никакого надзора, никаких корпораций, посещение лекций свободно для всех возрастов и полов, никаких приемных экзаменов, но строгий и публичный экзамен на степени (XIX, 200-202).

Во второй части статьи, которую я считаю полностью принадлежащей перу Ф.М. Достоевского, имеются некоторые упреки либеральному проекту Костомарова («слишком произволен, теоретичен и отвлечен» — XIX, 206), но главная полемика ведется против «Русского вестника». Именно в нем за отстаиванием студенческих корпораций Достоевский находит ту «кочку в трясине», из-за которой ничего путного не видно. По Достоевскому, не нужно никакого надзора за студентами: не оскорбляйте молодых недоверием. Они сами разберутся, как им жить и дома и за границей.

Упреки «Русскому вестнику» за недоверие к нравственности студентов явно продолжают предыдущую полемику Достоевского с Катковым: «Вы в высшей степени не уважаете юношество. Как же вы хотите после этого, чтобы оно само себя уважало? Как могли вы подумать, что негодяи могут давать общий тон и иметь на него влияние? Мы решительно не верим этому. Если это и бывает случайно, то обманом, слишком ненадолго, да и берут-то эти негодяи именно чем-нибудь тем, что драпируется во что-нибудь благородное и ослепляет остальных, слишком им доверяющих. Следовательно, благородным же ослепляют. Юношество чище, благороднее, чем вы думаете» (XIX, 208).

18 Е.Н. Дрыжакова В этом утверждении Достоевского можно даже увидеть намек на первые прокламации: «Великорусс», «К молодому поколению». При всей своей пугающей революционной риторике главное в последней было сформулировано по сути в общелиберальных и демократических призывах:

«Мы хотим, чтобы власть, управляющая нами, была власть разумная, понимающая потребности страны и действующая в интересах народа. А чтобы она могла быть такой, она должна быть из самих нас — выборная и ограниченная». И далее перечисляются основные гражданские свободы:

свобода слова, уничтожение цензуры, равные права для всех граждан, включая крестьян, открытый суд, общинное владение землей и т.д. «Это путь мирный, и мы хотели бы, разумеется, чтобы дело не доходило до насильственного переворота... но если... мы зовем охотно революцию на помощь к народу»9.

Прокламация, точнее небольшая брошюра, около двадцати страниц, отпечатанная в Вольной русской типографии в Лондоне, распространялась по Петербургу уже летом 1861 г. Достоевский мог знать о ней. Авторами ее считаются Н.В. Шелгунов и М.Л. Михайлов.

Революционной риторики, конечно, Достоевский разделять не мог, но сочувствовать «благородным» гражданским порывам молодого поколения, вероятно, пока еще пытался.

Заканчивая статью об университетах, Достоевский отдает предпочтение позиции профессора А.Н. Бекетова «за его горячее и честное убеждение», хотя и не во всем с ним согласен. Для Достоевского вопрос об университетском образовании только «часть всеобщего гражданского организма». В это время уже формируется почвенническая программа писателя, на первый план выдвигается пропаганда просветительских идей для народа, что нашло свое воплощение в статьях «Книжность и грамотность».

А между тем университетские события развивались своим чередом. После студенческих демонстраций и арестов Петербургский университет закрыли, но по просьбе либеральных профессоров начались публичные лекции и целые курсы. Студенты были довольны и горды этим «новым вольным университетом». «Шум и восторг был страшный», — писал Страхов. Студенты считали, что одержали победу, но, по определению того же Страхова, — это была лишь временная «кульминация нашей воздушной революции»10.

Петербургский университет был открыт, затем снова закрыт до осени.

Была создана специальная государственная комиссия, в которой заседали и правые, и левые и умеренные. Вырабатывался новый устав. Главными проблемами были: право свободного посещения лекций, плата за обучеЕ.Н. Дрыжакова ние, кому поручить надзор за студентами, допустить ли женщин в число студентов. Кроме последнего (решили не допускать), все остальные проблемы фактически не были решены, и каждый университет получил право решать их самостоятельно. Время до конца 1861 года пока еще было, скорее, либеральное. Даже появление первого студенческого «самиздата» («К молодому поколению» и «Великорусс») не очень испугало общество.

Однако в начале 1862 повеяло другим ветром. Началось с ужесточения цензуры. Многие винили в этом «красных», т.е. бунтующую прогрессивную молодежь11. В журнальной полемике происходила поляризация мнений. Появились даже другие термины для «свистунов», «красных» и «прогрессистов»: «ультрапрогрессисты», а после публикации в № 2 «Русского вестника» романа «Отцы и дети» — «нигилисты». В «Современнике» и в «Русском слове» резко нападали на всех несогласных и недвусмысленно требовали «крутого переворота»: «бей направо и налево».

М. Антонович еще в декабре 1861 г. начал в «Современнике» полемику с почвеннической программой «Времени». Достоевский ответил статьей «Два лагеря теоретиков». Это была попытка печатного примирения мнений. Однако в своих записных книжках Достоевский уже готовил острые полемические статьи против Чернышевского и позиции «Современника»

(ХХ, 154-170).

В апреле-мае 1862 г. события развивались весьма бурно. В Москве и Петербурге появилась прокламация «Молодая Россия», прямо призывавшая к революции, «кровавой и неумолимой, которая должна изменить радикально все, все без исключения основы современного общества и погубить сторонников нынешнего порядка»12.

Одновременно в Петербурге начались пожары. Слухи о поджогах были самые разные. Обвинялись и студенты: «Молодая Россия» вышла из студенческих революционных кружков.

Ф.М. Достоевский обнаружил прокламацию у дверей своей квартиры. По его собственным словам, она «ошеломила» его. «Ничего нельзя было представить нелепее и глупее. Содержания возмутительного в самой смешной форме...», — вспоминал Достоевский спустя более десяти лет в «Дневнике писателя». Он, по его словам, был испуган «степенью ничтожества» этого документа. Неужели это и есть подлинная позиция молодого поколения, в которое он хотел верить, старался верить? «Мне вдруг тогда стало досадно, почти стыдно за их неумелость». Результатом тех грустных размышлений был неожиданный визит Достоевского к Чернышевскому, малознакомому ему человеку, который считался вождем, «богом» тогдашнего молодого поколения.

Достоевский просил Чернышевского «остановить их и прекратить эту мерЕ.Н. Дрыжакова зость» (XXI, 25-26)13. Дальнейшие события развивались уже после отъезда Достоевского в Европу.

При всем безусловном отрицании ультрарадикальных концепций, Достоевский всегда стремился понять молодые бунтующие силы. Стоит вспомнить в этом контексте замечательный отзыв Достоевского о тургеневском Базарове, которого русское общество — и правое и левое — обвиняло во всех грехах: «Ну и досталось же ему (Тургеневу. — Е.Д.) за Базарова, беспокойного и тоскующего Базарова (признак великого сердца), несмотря на весь его нигилизм» (V, 59).

См.: Пантелеев Л.Ф. Воспоминания. М.-Л., 1958. С. 246. Намек на этот проект имеется и у Н.Н. Страхова: Материалы для биографии Достоевского // Полное собрание сочинений Ф.М.

Достоевского. СПб., 1883. Т. 1. С. 232. Подробнее о студенческом движении начала 1860-х годов см.: Никитенко А.В. Дневник. М.-Л., 1955. Т. 2. С. 207-252; Герцен А.И. Исполин просыпается. Преображенская рота и студенты и др. // Герцен А.И. Собрание сочинений в 30 т. Т.

15. М., С. 173-187, 180; Гессен С.Я. Студенческое движение в начале шестидесятых годов. М., 1932.

Летопись жизни и творчества Ф.М. Достоевского. СПб. 1993. Т. 1. С. 321.

См. монографию: Нечаева В.С. Журнал М.М. и Ф.М. Достоевских «Время» 1861-1863. М., 1972.

В.С. Нечаева привела ряд убедительных доказательств авторства Ф.М. Достоевского (Ук. соч. С.

144-148). Однако редакторы 19-ого тома указанного издания Ф.М. Достоевского поместили «Вопрос об университетах» лишь в Приложении к текстам писателя, сохранив при этом название цикла (?! — Е.Д.). Так «Ряд статей о русской литературе» оказался по воле редакторов разорванным на три части: первая и вторая статьи помещены в т. 18, третья и четвертая часть пятой статьи — в начале т. 19, а последняя часть пятой статьи — в приложении к т. 19. При этом в комментариях Г.М.

Фридлендера приводятся дополнительные (по сравнению с В.С. Нечаевой) доказательства авторства Ф.М. Достоевского (XIX, 338-339). Полагаю, что не только простая текстологическая логика, но и само содержание статьи «Вопрос об университетах» склоняют к признанию оригинальной ее части принадлежащей перу Ф.М. Достоевского.

Все ссылки на статьи Ф.М. Достоевского приводятся в тексте по Полному собранию сочинений в тридцати томах. Л. 1972-1990 с указанием тома и страницы.

См. подробнее: Нечаева В.С. Ук. соч. С. 63-68.

Страхов. Ук. соч. С. 231.

Никитенко. Дневник. Т. 2. С. 231.

Шелгунов Н.В., Шелгунова Л.П., Михайлов М.Л. Воспоминания. Т. 1. М., 1967. С. 345.

Страхов. Ук. соч. С. 232-233.

Никитенко. Дневник. Т. 2. С. 254.

Политические процессы 60-х гг. / Под ред. Б.П. Козьмина. Т. 1. М.-Пг., 1923. С. 269.

Об этой встрече Достоевского с Чернышевским см.: Dryzhakova El. Dostoevsky, Chernyshevsky, and the Rejection of Nihilism // Oxford Slavonic Papers. New Series. V. XIII. 1980. P. 62-67.

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ЖИЗНИ

И ТВОРЧЕСТВА В.С. ТРОИЦКОГО

Как рождается ученый? Как создается новое? Как научные знания становятся достоянием общества?

На эти вопросы отвечает история жизни, научной деятельности, поиска, выдающегося российского ученого Всеволода Сергеевича Троицкого.

Скромная могила на Бугровском кладбище Нижнего Новгорода. Тишина. Любая жизнь заканчивается тишиной, там «Тайна тайн» (так называется один из фильмов режиссера Ю.Б. Беспалова о Всеволоде Сергеевиче Троицком). В тишину и беспредельность космического пространства был устремлен разум ученого… В одной из своих последних работ В.С. Троицкий резюмировал: «Проведено сопоставление регрессионных зависимостей видимой светимости, углового размера и видимой поверхности яркости, полученных для 120000 галактик и всех известных 40000 квазаров с аналогичными функциями, предсказываемыми в стандартной теории космологии».

Научная деятельность Всеволода Сергеевича связана с Нижним Новгородом, университетом (ГГУ им. Н.И. Лобачевского), Физико-техническим институтом (ГИФТИ), Научно-исследовательским радиофизическим институтом (НИРФИ)1. Его можно отнести к тем людям, для которых научное познание было смыслом жизни и любимой работой. Постоянное стремление к конструированию и экспериментированию, любовь к физиГ.А. Каржина, 2005.

Личность в науке. В.И. Гапонов. В.С. Троицкий. М.М. Кобрин. Каталог выставки. Нижний Новгород: Изд-во ННГУ, 1998.

22 Г.А. Каржина ке, непреодолимое желание узнавать и понимать отличали его со школьных лет и до последних мгновений жизни.

Всеволод Сергеевич Троицкий (1913-1996 гг.), профессор, членкорреспондент АН СССР, позднее член-корреспондент РАН, заслуженный деятель науки и техники РСФСР, зав отделом НИРФИ, заведующий кафедрой радиотехники радиофака ГГУ — один из крупнейших специалистов в области теоретической и экспериментальной радиоастрономии, заложивший основы методов измерения слабого радиоизлучения, имеющего сплошной спектр. Эти методы позволили во второй половине сороковых годов создать первые в стране радиометры и радиотелескопы и начать исследования радиоизлучения Солнца. Позднее радиометры были внедрены в промышленное производство. В конце 70-ых годов Всеволод Сергеевич интенсивно занимался применением развитых им радиометрических методов в медицине. Он стал инициатором создания приборов, позволяющих проводить раннюю диагностику заболеваний, связанных с повышением температуры внутренних органов.

Особые достижения принадлежат ученому в радиоастрономии, где он совместно с учениками успешно провёл целый цикл фундаментальных исследований Луны.

В.С. Троицкий развивал нестандартные подходы к проблемам космологии, выдвинул принципиально новые предположения о фундаментальных принципах развития Вселенной. Руководимая В.С. Троицким группа научных сотрудников и программистов исследовала новейшие данные по светимости и угловым размерам галактик и квазаров и на основе космологических тестов пыталась доказать их не соответствие стандартной модели Вселенной.

Всеволод Сергеевич написал более дух сот книг и статей. После него остались его тетради с научными дневниками — лаборатория научной мысли, «рукописи, которые не горят». Их хранит сын Аркадий Всеволодович Троицкий, доктор физико-математических наук, заведующий отделом НИРФИ. Остались вещи и среди них срез дерева с места падения Тунгусского метеорита, фотографии, любимые картины.

Фрагменты фильмов нижегородского режиссера Ю.Б. Беспалова, заполнены бесчисленными звездными мирами, мельканием кадров международных симпозиумов, посвященных поиску внеземных цивилизаций1, где главное действующее лицо — Всеволод Сергеевич. К нему тянутся микрофоны журналистов, к нему обращаются маститые коллеги из ЕвроОдин из них состоялся в Таллинне в декабре 1981 г. См. : Проблема поиска жизни во вселенной: Сб. ст. / Ред. Л.М. Мухин, Г.Л. Сучкин. М., Наука, 1986.

пы и США, а он, отвечая, смотрит из прошлого умными, проницательными и далекими глазами… Музей науки ННГУ им Н.И. Лобачевского проводит систематическую работу по собиранию материалов о жизни и деятельности В.С. Троицкого, записывая и изучая воспоминания его учеников, друзей, коллег.

Аркадий Всеволодович Троицкий может рассказать особенно много.

Он как ученый формировался под непосредственным влиянием отца, и в то же время он помнит, как отец возил его на мотоцикле в Зимёнки (так он добирался на работу), как они путешествовали, как научные сотрудники РИРФИ жили на базе в Зимёнках большой дружной и счастливой семьёй, с каким энтузиазмом все работали, как весело отдыхали. У отца на первом месте всегда была работа, и всё строилось и развивалось вокруг работы Всеволода Сергеевича: и телескопы, и человеческие отношения. Аркадий Всеволодович вспоминал, как много они говорили о Луне, о том, что изучая физику в школе, он порой лучше знал характеристики излучения Луны, чем содержание школьного учебника.

И ещё Аркадий Всеволодович поведал интересный эпизод из совестной работы Всеволода Сергеевича и Сергея Александровича Жевакина, как исследуя излучение атмосферы Земли в 50-е годы, они неожиданно обнаружили странную составляющую излучения, которая не укладывалась в принятую концепцию. Её можно было рассматривать как излучение космоса, но космос, как тогда считалось, ничего не излучает. Работы физика-теоретика Георгия Гамова, жившего в то время в США и рассчитавшего реликтовое излучение, в Советском Союзе известны не были. Всеволод Сергеевич и Сергей Александрович не могли придать должного теоретического значения обнаруженному явлению, но приборы делали более универсальные, чем американцы, открывшее реликтовое излучение много позднее.

Роман Всеволодович Троицкий также охотно делится своими воспоминаниями об отце, которого он чаще всего видел за работой. Детские поездки в Крым оставили в памяти искусственную Луну на Ялтинской набережной, радиотелескопы на пляже в Судаке. Открытиям предшествовала широкомасштабная работа огромного коллектива людей, а многие отдыхающие считали искусственную Луну традиционной составляющей ялтинского пейзажа. Роман Всеволодович поражался удивительной целеустремлённости отца и его работоспособности. Когда Всеволод Сергеевич писал статьи, он переделывал их помногу раз, добиваясь необходимой точности и лаконичности. Таким же образом он планировал эксперименты.

А вот внук Никита помнит прежде всего очень доброго дедушку, который ранней весной в Зелёном городе в санатории (это был последний год 24 Г.А. Каржина жизни Всеволода Сергеевича), когда они наблюдали комету, гуляли среди берез и кормили синичек, рассказывал внуку о гамма-всплесках, чёрных дырах и астрофизике вообще… Коллеги Всеволода Сергеевича часто и с неизменным восхищением рассказывают легендарную историю, как в Москве на совещании, возглавляемым С.П. Королёвым, которое проходило в здании Совета Министров, жёстко встал вопрос о характеристиках лунного грунта, необходимых для конструирования лунохода. Столкнулись две точки зрения: первая, что Луна покрыта мощным слоем рыхлой космической пыли; вторая, что поверхность Луны твёрдая. С.П. Королёв должен был принять решение, а дискуссия не прекращалась. Сергей Павлович нашёл оригинальное организационное решение: пустил среди участников лист бумаги, разделённый на две части. Нужно было подписаться (для истории) под одной из точек зрения. И на листе появилась только одна подпись В.С. Троицкого. После этого С.П. Королёв поставил свою резолюцию: «Луна твёрдая!» Много работал с Всеволодом Сергеевичем старший научный сотрудник НИРФИ Вячеслав Дмитриевич Кротиков. Начало их совместной деятельности как раз соответствует началу космической эры, и их открытие особенностей лунного излучения стало одной из важных вех в познании ближнего космоса.

Вячеслав Дмитриевич хорошо помнит, как создавались уникальные приборы — радиометры, сколько было сложностей, которые удавалось преодолеть благодаря тому, что Всеволод Сергеевич сочетал в себе качества и аппаратурщика и теоретика. На такое редкое для учёного сочетание обращали внимание многие коллеги В.С. Троицкого. И давний философско-методологический спор о роли и месте теоретиков и экспериментаторов в научном познании в случае с Всеволодом Сергеевичем теряет смысл.

Он был и прекрасным экспериментатором, умел делать уникальные приборы, и тонко разбирался в теоретических «дебрях» современной физики и астрономии.

Бывшие подчинённые В.С. Троицкого из НИРФИ отмечают, что, создавая научно-исследовательские коллективы для решения сложных проблем, он подбирал людей с разными склонностями — теоретиков, экспериментаторов, инженеров, математиков и при этом сам мог глубоко вникать в деятельность каждого.

Валентин Иванович Алёшин, кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник НИРФИ вел совместные исследования с Всеволодом Сергеевичем в последние годы его жизни. Они были посвящены проблемам космологии. Обрабатывались данные по светимости тысяч гаГ.А. Каржина лактик, и Всеволод Сергеевич обнаружил несовпадение этих данных со стандартной космологией (космологией Большого взрыва).

Валентину Ивановичу работалось с Всеволодом Сергеевичем легко и интересно, хотя исследования в финансовом плане никак не поддерживались. В таких ситуациях отчётливо определялась роль собственно познавательных стимулов в науке, а что может быть притягательнее вселенских масштабов. Астрофизические задачи Всеволода Сергеевича В.И. Алёшин переводил на язык математики, создавал необходимые программы для расчётов на компьютере, и вместе они с нетерпением ждали результатов.

В.И. Алёшин удивлялся способности Всеволода Сергеевича увлекаться самыми невероятными гипотезами, например, искать внеземные цивилизации или систематизировать аномальные явления, и в то же время делать выводы только на основе чётких доказательств.

А.П. Наумов, ныне покойный, доктор физико-математических наук, бывший заведующий отделом НИРФИ, долгое время был непосредственно связан с В.С. Троицким. Он часто обращал внимание на неутомимость Всеволода Сергеевича: купе поезда или борт самолёта, на которых они отправлялись в командировку, а иногда и холл музея, становились для шефа местом написания статьи или фиксирования на бумаге внезапно посетивших мыслей.

Владимир Андреевич Разин, доктор физико-математических наук, бывший директор НИРФИ, а ныне заведующий отделом, также много рассказывает о различных направлениях деятельности Всеволода Сергеевича, о том, какая была наука в нашей стране в недавнем прошлом.

На протяжении всей своей научной деятельности Всеволод Сергеевич вёл научные тетради. У обычного человека они вызывают благоговейный трепет: математические выкладки, расчёты, формулы физических законов.

Всё свидетельствует о напряжённой работе мысли. Характерно, что тетради раннего периода практически не содержат слов, в более поздних — появляются фрагменты, представляющие собой научные замечания и обобщения.

Вот запись от 08.03.93: «Наблюдательная космология — это проблема крупномасштабного распределения вещества и излучения во Вселенной (Это обоснование средних величин статического метода). Нужны свойства крупномасштабного распределения материи. Нужны постановки экспериментов (наблюдательных тестов) по проверке исходных гипотез и предсказаний теоретической космологии.

Нужны ответы:

26 Г.А. Каржина 1) Какова геометрия физического пространства, Евклидова или неевклидова?

2) Какова природа красного смещения — расширение пространства или нечто другое?»

Размышляя о судьбе Всеволода Сергеевича, пытаясь понять суть открытий, научные статьи, сохранившиеся рукописи, поражаешься интенсивности его деятельности, упорному поиску истины. Социальные условия и технические возможности — это лишь фон, на котором разворачивается величественный диалог человеческого разума и бесконечной Вселенной.

1. Личность в науке. В.И. Гапонов. В.С. Троицкий. М.М. Кобрин. Каталог выставки.

Нижний Новгород: Изд-во ННГУ, 1998.

2. Проблема поиска жизни во Вселенной: Сб. ст. / Ред. Л.М. Мухин, Г.Л. Сучкин. М., Наука, 1986.

РЕВОЛЮЦИОННОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ

И УНИВЕРСИТЕТЫ В РОССИИ

Обращение к прошлому это не только восстановление исторической памяти, но и опыт, который необходим современности, тем более — будущему. 20–30-е гг. ХХ в. для России были сложным и противоречивым временем. Оценка этого периода в истории отечественного высшего образования, в истории университетов представляет интерес.

Являясь одним из центральных организмов общественного устройства, просвещение находится в центре политических, социальных, культурных событий, происходящих в стране. Оно несет в себе своеобразный генетический код общества, в нем концентрируются как лучшие, так и худшие черты развивающейся действительности. Прогрессивные силы русского общества понимали это и боролись за демократизацию образования, за освобождение от надзора со стороны властей. Борьба за демократические свободы в области образования, особенно в годы Первой русской революции и после нее приобрела всероссийский масштаб. В послеоктябрьский период система образования, как и общество в целом, попала в жесткие идеологические рамки, когда плюрализм идей и идеологий уничтожался, а утверждался единый принцип, один идеологический центр, которому были подчинены все стороны общественной жизни, в том числе и высшая школа.

Партийный контроль наблюдался в высшей школе, особенно — в области преподавания философии. До революции философию преподавали во всех вузах страны, в университетах шла планомерная подготовка философских кадров. Немарксистские течения в отечественной философии проИ.И. Квитка, 2005.

28 И.И. Квитка должали существовать еще несколько лет после революции, а профессораидеалисты продолжали преподавать вплоть до эмиграции, высылки или увольнения в начале 20-х гг.: в Московском университете — Л.М. Лопатин, Н.А. Бердяев, Б.П. Вышеславцев, И.А. Ильин, Г.И. Челпанов, Г.Г.

Шпет и другие; в Петроградском университете — Н.О. Лосский, А.И. Введенский, И.И. Лапшин, Л.П. Карсавин и другие; в Саратовском университете С.Л. Франк и Г.П. Федотов; в Самарском университете В.Н. Ивановский; в Ярославском юридическом институте М.М. Тареев и т.д.

На другом полюсе была также значительная группа философов социалдемократов (как большевиков, так и не большевиков), которые составляли первое поколение профессиональных советских философов марксистской ориентации. Это — Я.А. Берман, И.И. Скворцов-Степанов, В.В. Воровский, А.А. Богданов, А.В. Луначарский, П.С. Юшкевич, Б.И. Горев (Гольдман), В.В. Адоратский, В. Базаров (В.А. Руднев), С.К. Минин, В.А.

Быстрянский, В.Ф. Горин (Галкин), Л.И. Аксельрод (Ортодокс), М.В. Серебряков, С.Ю. Семковский (Бронштейн), А.М. Деборин (Иоффе), В.С.

Сарабьянов, В.А. Юринец и многие другие. Как видим, в первые годы после Октябрьской революции в России вытеснения из общественной и научной жизни немарксистских течений русской философии не было. Они жили и даже развивались наряду с марксистским философским ее направлением. «В самые первые послеоктябрьские годы идейно-философская жизнь в стране сохранила свой прежний плюралистический характер и этот плюрализм отражал в конечном счете старые антагонизмы классов и социальных групп, невероятно обострившиеся в результате начавшейся гражданской войны и иностранной интервенции»1. Однако это сосуществование не было равновесным. Естественная смерть, гибель в годы гражданской войны, добровольная эмиграция и высылка из страны привели к заметному уменьшению рядов русских философов-идеалистов. Правда, у этой группы русских философов были устоявшиеся традиции объединения вокруг традиционных институтов философского общения — кафедр университетов, редакций журналов, философских кружков и обществ. Некоторые из них после революции стали опорными пунктами объединения философов, не принявших большевистской идеологии. В Москве при Московском университете существовало Московское психологическое общество, созданное в 1889 г. Оно было весьма представительным и на конец 1917 г. насчитывало свыше 170 членов, среди которых были С. Аскольдов, Пустарнаков В.Ф. Философская мысль в Советской России в первые годы после Октября (конец 1917 — середина 1921 гг.) // Отечественная философия: Опыт проблемы, ориентиры исследования. Вып. III. М., 1990. С. 12.

Н. Бердяев, С. Булгаков, А. Введенский, Б. Вышеславцев, И. Ильин (председатель после 1920 г.), И. Лапшин, Л. Лопатин (председатель до 1920 г.), Н. Лосский, Э. Радлов, Ф. Степун, Е. Трубецкой, С. Франк, В. Хвостов, Л.

Шестов, Б. Яковенко и др.1 В Москве же еще в 1905 г. было создано Религиозно-философское общество памяти Владимира Соловьева, просуществовавшее до 1918 г. На его базе по инициативе В.П. Свенцицкого, П.А.

Флоренского и В.Ф. Эрна был создан в 1907 г. Вольный богословский университет, а в 1917 г. рассматривался проект создания религиознофилософской академии в Москве, которая однако не была создана. После прекращения деятельности Религиозно-философского общества (последнее заседание состоялось 3 марта 1918 г.), по инициативе Н.А. Бердяева осенью 1918 г. была создана Вольная академия духовной культуры, просуществовавшая вплоть до августа 1922 г., то есть до высылки многих ее членов в Германию, где она вновь была воссоздана в виде Религиознофилософской академии. В Москве в этой академии читались курсы: «Философия духовной культуры» А. Белого, «Философия истории» и «Философия религии» Н. Бердяева (он также вел семинар по мировоззрению Достоевского), «Греческая религия» В. Иванова. «Введение в философию»

С. Франка, «Этика» Б. Вышеславцева, «Жизнь и творчество» Ф. Степуна.

В Петрограде значительные силы философов объединило Философское общество при Петербургском университете, возникшее в 1897 г. Его председателем вплоть до революции был А.И. Введенский. С 1921 г., когда общество возобновило работу, а его председателем стал Э.Л. Радлов. В состав совета входили С.А. Аскольдов (Алексеев), Н.Г. Дебольский, А.С.

Лаппо-Данилевский и другие. Помимо философов членами общества были известные ученые-естествоиспытатели В.И. Вернадский, В.М. Бехтерев, Л.С. Берг и другие. Кроме общества в университете в феврале 1921 г. был создан студенческий философский кружок также ориентированный идеалистически. «Философское общество при Петроградском университете стремилось придерживаться строго академического стиля работы и обычно не обсуждало злободневные политические вопросы. Критика социалистической революции и нового строя велась здесь на отвлеченном языке мистической и полумистической философии»2.

Иной была ориентация у петроградской Вольной философской ассоциации (Вольфилы), созданной Л.И. Шестовым, Г.Г. Шпетом, А. Белым и См.: Кошарный В.П. У истоков советской философской науки. М., 1981. С. 16-17; Половинкин С.М. Философские и религиозно-философские общества // Русская философия: Словарь.

М., 1995. С. 576-580.

Чагин Б.А., Клушин В.И. Борьба за исторический материализм в СССР. Л., 1975. С. 33.

30 И.И. Квитка другими в 1919 г. В первом параграфе ее устава было записано, что она организуется «с целью исследования и разработки в духе философии и социализма вопросов культурного творчества, а также с целью развития и укрепления как среди своих сочленов, так и за пределами Ассоциации социалистического и философского отношения к этим вопросам. А основной ее задачей объявлялось: «реформирование жизни через реформу понимания общественных прав и человеческих обязанностей и реформирование философии путем включения в систему ее насущных проблем задачи непосредственного воздействия на живую историческую жизнь»1. Деятельность Вольфилы в современной историко-философской литературе определяется как «антитоталитарный эксперимент в коммунистической стране». В одной из работ о ней указано: «Вольфилу можно назвать пространством свободы, противостоявшим нарождавшемуся тоталитаризму, или, другими словами, своеобразным экспериментом «открытого общества».

Вся история Ассоциации — это противостояние мысли, возжелавшей свободы, и государства, обустроенного на основании определенных принципов, подмявших под себя жизнь»2.

Уже первые шаги новой власти обозначили новую политику партии и правительства по уничтожению сопротивления революционным преобразованием и подавлению инакомыслия. Идеологическим обоснованием этой политики служила работа В.И. Ленина «Государство и революция»

(1917), в которой государственная власть определялась как «организованное насилие» для «подавления сопротивления эксплуататорам» по всем фронтам — экономическим, политическим, идеологическим. На практике это означало утверждение однопартийной большевистской идеологической диктатуры, для чего использовался весь аппарат государственной власти, что большевики и не скрывали. Один из большевистских функционеров С.М. Нахимсон еще в 1918 г. писал: «Все советские и другие учреждения являются лишь подсобными органами для партии… Это основное правило партийной работы»3.

Ленинский лозунг «никакой пощады врагам народа… буржуазной интеллигенции» может быть нагляднее всего осуществлялся в стенах высших учебных заведений, где партия стремилась прежде всего уничтожить энергию преемственности, те традиции, которыми гордилась «старая»

Там же. С. 34-35.

Белоус В.Г. Петроградская Вольная философская ассоциация (1919-1924) — антитоталитарный эксперимент в коммунистической стране. М., 1997. С. 5.

Цит. по: Павлов Д.Б. Большевистская диктатура против социалистов и анархистов. М., 1999.

С. 3.

высшая школа. Весной 1918 г. Наркомпрос приступил к разработке реформ университетского образования, поставив тройную задачу — демократизировать науку, знание и просвещение1. На деле это была попытка ограничить прежнюю автономию университетов, отменить дипломы, ученые степени, звания, открыть кафедры для всех, желающих их занять и т.п. Естественно, и первый и второй проекты были преподавательскими кадрами отвергнуты. Борьба за автономию университетов была одной из форм идеологической борьбы за свободу и плюрализм образования. Первый назначенный советской властью ректор Петроградского университета Н.С. Державин подчеркивал: «Лозунг «автономии» был одною из форм политического протеста либеральной буржуазии против абсолютизма.

Свободная высшая школа нужна была буржуазии как один из фронтов ее борьбы за власть. Борьба за «автономию» школы сейчас, в новых исторических условиях нашей жизни, есть лозунг не только реакционный, но, несомненно, и контрреволюционный искусно используемый в стенах высшей школы буржуазией в своих интересах»2.

1 октября 1918 г. был принят Декрет СНК РСФСР «О некоторых изменениях в составе и устройстве государственных ученых в высших учебных заведениях РСФСР». В нем упразднялись ученые степени доктора, магистра и адъюнкта, а также разделение на профессоров и доцентов. Право занять кафедру получал любой известный своими трудами или заслугами человек. По сути, это был первый шаг правительства, направленный на разрушение старой высшей школы. В начале 1919 г. правительство упразднило юридические и историко-филологические факультеты университетов. В постановлении Наркомпроса говорилось: «В виду совершенной устарелости учебных планов юридических факультетов российских университетов и других равноправных последним высших учебных заведений, а также полного несоответствия этих планов, как требованиям научной методологии, так и потребностям советских учреждений в высоко квалифицированных работниках постановляется: 1. Юридические факультеты, как особые подразделения университетов или аналог им высших учебных заведений упраздняются… 3. Из отдельных кафедр факультетов кафедры политической экономии и статистики, финансового права, международного права временно, впредь до образования факультетов общественных наук, перечисляются в состав исторического отделения историкофилологических факультетов; кафедра государственного права преобразуСм.: Покровский М.Н. Реформа высшей школы // Покровский М.Н. Избранные произведения. Кн. 4. М., 1967. С. 457-461.

Державин Н.С. Высшая школа и революция. М.; Пг., 1923. С. 28-29.

32 И.И. Квитка ется в кафедру советского законодательства с введением этого предмета в нормальную программу всех факультетов, остальные кафедры упраздняются и занимающие их преподаватели остаются за штатом с 15 января 1919 г.»1 Этим постановлением закрывались кафедры философии права и заявлялось о предстоящем образовании факультетов общественных наук.

Вполне откровенно суть этого шага объяснил заместитель наркома М.Н. Покровский: «Профессора старой «юриспруденции» не могут быть советскими работниками: они — слуги буржуазного общества и их «наука» должна умереть вместе с ними»2.

Одновременно с этим постановлением 28 декабря 1918 г. Наркомпрос создавал Факультеты общественных наук (ФОН). Согласно положению о них от 3 марта 1919 г. в ФОНах должно быть три отделения: экономическое, политико-юридическое и историческое. Первый ФОН был создан в апреле 1919 г. в Московском университете, второй — в Петроградском, и далее — в Белорусском, Иркутском, Казанском и других университетах страны. Они просуществовали до 1925 г. При ряде ФОНов были открыты научные институты: в Харькове — Институт общественных наук, в Москве — Институт научной философии. И хотя преподавание общественных дисциплин постепенно ставилось под контроль, тем более, что в университетах действовали уполномоченные комиссары партии с широкими правами контроля, до утверждения в высших учебных заведениях марксисткой идеологии было далеко, поскольку преподавание философии осуществлялось все теми же «старыми» профессорами. К примеру в Петроградском университете профессорами ФОНа были П. Сорокин, Н. Кареев, К. Тахтарев, в Иркутске — М.М. Рубинштейн, в Московском университете — Л.М.

Лопатин, Г.Г. Шпет, И.А. Ильин, Н.А. Бердяев и другие. Центральный комитет РКП(б) понимал, что идеологическая переориентация высшей школы целиком зависит от преподавательских кадров. Еще в 1909 г. об этом же писал В.И. Ленин: «Во всякой школе самое важное — идейно-политическое направление лекций. Чем определяется это направление? Всецело и исключительно составом лекторов. Вы прекрасно понимаете, товарищи, что всякий «контроль», всякое «руководство», всякие «программы», «уставы» и проч., все это — звук пустой по отношению к составу лекторов.

Никакой контроль, никакие программы и т.д. абсолютно не в состоянии изменить того направления занятий, которое определяется составом лекторов»3. Анализ преподавательских кадров общественных дисциплин, в Народное просвещение. 1919. № 23/25. С. 22-23.

Покровский М.Н. По поводу закрытия юридических факультетов // Там же. С. 3.

Цит. по: Кошарный В.П. У истоков советской философской науки. М., 1981. С. 51.

том числе философии показал, что, как записано в решениях XII Всероссийской конференции РКП(б), антимарксистские партии пытаются превратить «кафедру высших учебных заведений — в трибуну непрекрытой буржуазной пропаганды»1. В решениях XIII съезда РКП(б) по этому поводу было записано: «в большинстве спецвузов даже кафедры по общественным наукам заняты старой буржуазной профессурой»2.

Партия и правительство предприняли ряд мер чтобы «исправить» сложившееся положение. Во-первых, было принято решение, чтобы все преподаватели вузов, читающие курсы общественных дисциплин, изучили соответствующую марксистскую литературу и сдали квалификационный экзамен. В.И. Ленин в беседе с М.Н. Покровским приказал: «Свяжите их твердыми программами. Давайте им такие темы, которые объективно заставляли бы их становиться на нашу точку зрения… Потребуйте, кроме того, от каждого из них основательного знания марксисткой литературы:

объявите, что кто не сдаст специального марксистского экзамена, будет лишен права преподавать»3. В развитии этого требования 4 марта 1921 г.

Лениным был подписан декрет «Об установлении общего минимума, обязательного для преподавания во всех высших школах РСФСР». В состав этого «минимума» общественных дисциплин включался исторический материализм (а год спустя и диалектический материализм), история пролетарской революции, политического строя РСФСР, история развития общественных форм и организация производства и распределения в РСФСР, электрификация РСФСР. Через несколько лет в развитии этого решения принято постановление ЦК РКП(б) «Об общественном минимуме и пропаганде ленинизма в вузах» (январь 1925 г.) по которому в крупных педагогических и социально-экономических вузах создавались кафедры истории партии и ленинизма, в остальных — по общественному минимуму. Он состоял либо из 8 дисциплин (342 часа), либо из 6 дисциплин (252 часа)4.

Во-вторых, повсеместно проходила поголовная «чистка», то есть увольнение с работы, изоляция, высылка всех «старых» профессоров. А также тех, кто стоял на меньшевистских позициях. Характерное решение приняло Бюро Петроградского губкома партии 23 мая 1922 г.: «Признать необходимым удаление от преподавания реакционную профессуру препоКПСС в резолюциях… Ч. 1. М., 1914. С. 671.

Там же. С. 891.

См.: Кошарный В.П. У истоков советской философской науки. М., 1981. С. 52-53.

См.: Украинцев В.В. КПСС — организатор революционных преобразований в высшей школе. М., 1963. С. 114.

34 И.И. Квитка дающую общественные науки»1. В результате этих акций преподавателей философии и обществоведения вообще в вузах почти не осталось. И партия решила в этой связи принять ряд мер. Во-первых, было решено привлекать к идеологической работе в вузах и преподаванию «всю подготовленную к этому делу часть старой партийной гвардии»2. В Петрограде отозвали с партийной работы на флоте и утвердили в 1921 г. профессором М.В. Серебрякова, а в 1922-1923 гг. в университет приняли члена СевероЗападного бюро ЦК РКП (б) С.К. Минина и председателя Контрольной комиссии ЦК В.А. Быстрянского. В Московский университет читать лекции были направлены партийные функционеры В.В. Адоратский, П.И. Лебедев-Полянский, А.В. Луначарский, И.К. Луппол, В.И. Невский, М.Н.

Покровский, И.И. Скворцов-Степанов, П.И. Стучка и другие. Во-вторых, партия один за другим начала создавать высшие учебные заведения. Еще в июле 1918 г. Декретом ВЦИК была создана Социалистическая академия общественных наук (Соцакадемия). В.И. Ленин, принявший непосредственное участие в ее создании, высказал несколько пожеланий по ее задачам: «1) во главу угла поставить издательское дело общества марксистского направления; 2) привлечь в особенно большом числе заграничные марксистские силы; 3) одной из первоочередных задач поставить ряд социальных исследований; 4) немедленно принять меры к выяснению, сбору и использованию русских преподавательских сил»3.

В конце 1919 г. был организован Коммунистический университет им.

Я.М. Свердлова, в котором началась подготовка преподавателей марксистской философии для губернских партшкол и вузов страны. В 1920 г.

прошло специальное совещание по проблемам преподавания общественных наук в высшей школе и подготовки для нее преподавателей — «красной профессуры». В резолюции совещания записано: надо завоевать высшую школу, то есть «во-первых, обеспечить революционное направление ее работы, во-вторых, политическое воспитание всех трудящихся через школу студентов, в-третьих, использовать высшую школу для создания возможно большего количества студентов, вышедших из пролетариата и в особенности партийных»4. Рекомендации совещания были обобщены в директиве ЦК партии, предписывающей содержание преподавания филоЦит. по: Измозик В.С. Глаза и уши режима. Государственный политический контроль за населением советской России. СПб., 1995. С. 143.

КПСС в резолюциях. Ч. 1. М., 1954. С. 735.

Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 372.

Вопросы народного просвещения в основных директивах съездов, конференций, совещаний ЦК и ЦКК ВКП (б). 3 изд. М., 1931. С. 354.

софии в вузах и коммунистическое воспитание студентов определять «только коммунистами»1.

Наконец, в феврале 1921 г. в Москве и Петрограде по декрету Ленина были открыты Институты Красной профессуры для подготовки преподавателей общественных наук, в том числе и по историческому материализму для вузов страны. В 1924 г. партийный контроль распространился на подготовку аспирантов по общественным наукам. Постановлением Наркомпроса РСФСР была создана Ассоциация научно-исследовательских институтов общественных наук ФОНа Московского университета (АНИОН); в 1926 г. она была выделена из состава университета и стала российской (РАНИОН). Такова внешняя сторона оформления приоритетов марксизма в области преподавания вузовских общественных дисциплин, в том числе философии.

Несколько иначе обстояло дело с самой марксисткой философией. Становилось ясно, что не вдруг, но ощутимо марксизм превращается в государственное вероучение. И все его стороны однозначно политизировались и догматизировались. Уже в 20-е гг. началось непримиримая борьба за ортодоксальный марксизм представленный в начале Лениным, а позже и Сталиным. Это приводило к тому, что учение этих партийных лидеров признавалось единственно истинным. Если в этом смысле говорить о В.И.

Ленине, то для него философия имела значение инструмента для защиты учения Маркса и Энгельса, их взглядов на природу и общество. Для него всегда главным было утвердить практическое воплощение идей социализма, то есть выбор практического пути. «Идя ПО ПУТИ марксовой теории, мы будем приближаться к объективной истине все больше и больше (никогда не исчерпывая ее); идя же ПО ВСЯКОМУ ПУТИ, мы не можем прийти ни к чему, кроме путаницы и лжи»2. Лозунгом же марксовой теории изначально было: философия объясняет мир, а его надо преобразовать. Марксистская философия утверждала приоритет преобразования над его познанием. В конечном итоге это приводило к преклонению перед позитивизмом как универсальным принципом миростроения, к упованию на положительные науки, способные изменить мир.

В августе 1922 г. XII Всесоюзная партийная конференция в своем решении записала: Партия обязательно должна удержать или завоевать высшую школу как одну из «командных высот» идеологического влияния на массы. вузах утвердилась в начале «марксистская», а затем «марксистсколенинская» философия — диалектический и исторический материализм.

См.: Кошарный В.П. У истоков Советской философской науки. М., 1981. С. 51-52.

Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 18. С. 146.

36 И.И. Квитка Впереди у нее было почти 70 лет преданного служения коммунистической партии. Так в идеологии революционного просвещения определились приоритеты университетского образования — с одной стороны, так было вычеркнуто многое («неправильное») из истории мирового просвещения — с другой стороны.

СТУДЕНТ КАК СУБЪЕКТ

ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА

Воспитание в вузе представляет собой важнейший способ социализации и адаптации студенческой молодежи в постоянно меняющемся обществе в условиях его деидеологизации.

Целью воспитание студентов в условиях вузовского образования является развитие духовно и физически здоровой, интеллигентной, высокогражданственной, гуманистически ориентированной, социально активной, профессионально-творческой личности, а также становление человека культуры XXI века.

Одной из приоритетных задач воспитания является ориентация студентов на непрерывное творческое саморазвитие, предусматривающее способность личности не только вписываться в быстро меняющееся социокультурное пространство, но и активно созидать в нем.

Анализ исследований в области современной педагогики и психологии образования и воспитания (Ю.С. Мануйлов, А.В. Мудрик, Л.Н. Новикова, С.Д. Поляков, Л.Н. Селиванова, Ю.В. Шаронин, Р.Д. Ясвин и др.) позволил выявить современные тенденции совершенствования системы воспитания и их исходные установки:

• в системе российского образования в настоящее время только формируется новая культура воспитания с такими особенностями, как плюрализм и вариативность воспитательных практик, увеличение степени свободы, личностно-деятельностная направленность образования, культивирование ответственности органов образования, организация современной © А.В. Мосина, Е.А. Антимова, 2005.

38 А.В. Мосина, Е.А. Антимова среды воспитания, оптимизация процессов социализации и индивидуализации;

• основной тенденцией современного образования, определяющей стратегию воспитания нового жизнеспособного поколения, является гармонизация общественно ориентированного и индивидуалистического типов образования;

• не должно быть воспитательной работы, должна быть воспитательная деятельность (воспитатель не воспитывает — у него воспитываются);

• чем больше подходов к воспитанию может быть реализовано в образовательной практике в настоящее время, тем больше вероятность эффективности воспитания.

В современной педагогической реальности процесс модернизации российского образования представлен множеством инициатив в различных областях, в том числе в области проектирования и создания воспитательных систем, моделей воспитательного пространства, концепций воспитания студентов.

Одним из важных субъектов воспитательного пространства вуза являются студенческие объединения и сообщества. Их специфика заключается в том, что по своей сути они есть самодеятельные, саморегулирующиеся сообщества, в которых студенты являются активной созидательной движущей силой.

Перечислим возможности личностного и профессионального развития студентов, содержащиеся в воспитательном пространстве. Это возможности:

• свободы принятия студентом решения о его вхождение в воспитательное пространство;

• свободы выбора студентом деятельности (её содержания и форм), а также такой деятельности, которая позволила бы ему достичь наибольшего успеха, наивысшего личностного и профессионально значимого самовыражения;

• более интенсивного проживания различных ролей;

• построение диалоговых отношений с людьми различных возрастов и социальных групп (преподавателей, администрацией и т.п.;

• выбора различных коллективов и возможности их смены;

• освоения подпространств (культурного, природного, информационного и т.д.).

В рамках концепции модернизации высшего образования на основании положения о II всероссийском конкурсе «Моделей и проектов организации воспитательной деятельности в высших учебных заведениях» нами был разработан проект воспитательного пространства «Воспитание — СтуА.В. Мосина, Е.А. Антимова дент — Фирма» и представлен на конкурс. По результатам вузовского этапа проект был рекомендован для участия во всероссийском конкурсе от РГПУ им. А.И. Герцена.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 10 |
Похожие работы:

«ФИЛОСОФСКИЙ ВЕК НАУКИ О ЧЕЛОВЕКЕ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ 3 St. Petersburg Center for the History of Ideas http://ideashistory.org.ru Санкт-Петербургский Центр истории идей The Almanac Editors: Prof. Dr. Tatiana V. Artemieva, Dr. Michael I. Mikeshin art@hb.ras.spb.su mic@mm1734.spb.edu http://ideashistory.org.ru P.O. Box 264, St. Petersburg 194358 Russia Fax +1 (603) 297 3581 St. Petersburg Branch of Institute of Human Studies RAS Faculty of Philosophy of Man of Herzen State Pedagogical University of...»

«Толкование сновидений, 2008, Зигмунд Фрейд, 5971387553, 9785971387558, Изд-во АСТ, 2008 Опубликовано: 3rd September 2012 Толкование сновидений СКАЧАТЬ http://bit.ly/1eXIlSe Некрополь, В. Ходасевич, 2008,, 315 страниц. Содерж.: Некрополь ; Дом искусств. Апостол эгоизма Макс Штирнер и его философии анархии, М. А. Курчинский, 1920, Egoism, 252 страниц.. Кабинет сновидений доктора Фрейда, Volume 5, Виктор Мазин, 1999, Psychoanalysis, 201 страниц.. Пульс-информ, Issues 1-3,, 1992, Youth,.....»

«Надежда Бакунина Пресс - служба в законодательных органах власти субъектов Российской Федерации Бакунина Н.Н. Пресс-служба в законодательных органах власти субъектов Российской Федерации. – Тюмень.: Вектор Бук, 2008. - 204с. Целью данного учебного пособия является рассмотрение особенностей организации и функционирования пресс-службы в законодательных органах власти субъектов Российской Федерации на примере Тюменской областной Думы. В работе отражены исторические аспекты возникновения...»

«1 Т.Л. Лабутина Британская культура в России в XVIII веке: восприятие, заимствования и отторжение Как известно, история взаимоотношений Англии и России насчитывает более четырех столетий, однако, наиболее прочные основы для культурного диалога двух стран были заложены в Век Просвещения, а если точнее, в период правления Петра I и Екатерины II. Интерес исследователей к данному периоду истории российско-британских отношений не ослабевает и по сей день. Свидетельство тому – выход в свет трудов...»

«Санкт-Петербургский Филиал Института Востоковедения Российской Академии Наук http://www.orientalstudies.ru ЯКОБСОН ВЛАДИМИР АРОНОВИЧ СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ 21 декабря 2005 г. В печати: 1. Древняя Месопотамия. Раздел для нового учебника по истории Древнего Востока (7 а.л.) 2. Введение к вышеуказанному учебнику (1,5 а.л.). 3. Историография Ассирии (4 а.л.). 4. Правовое и имущественное положение воинов rdum времени I Вавилонской династии. ВДИ 2, 1963 (1,2 а.л.). (переиздано на венгерском яз.) 5. Работа...»

«Генеральная конференция 37 C 37-я сессия, Париж 2013 г. 37 C/35 4 сентября 2013 г. Оригинал: английский Пункт 12.1 предварительной повестки дня Положение и правила о персонале АННОТАЦИЯ Источник: Статьи 12.1 и 12.2 Положения о персонале. История вопроса: В соответствии со статьей 12.1 Положения о персонале Статьи настоящего Положения могут быть дополнены или изменены Генеральной конференцией при условии сохранения за сотрудниками приобретенных ими прав. Согласно статье 12.2 Генеральный...»

«УДК 378 М.Р. Фаттахова, г. Шадринск Организация и функционирование пресс-службы ФГБОУ ВПО ШГПИ как явление саморекламы вуза Статья посвящена истории создания пресс-службы в ШГПИ. Рассматривается процесс ее становления и развития с сентября 2007г. по настоящее время. Пресс-служба образовательного учреждения, ШГПИ. M.R.Fattahova, Shadrinsk Organization and functioning of the press-service ФГБОУ VPO ШГПИ as a phenomenon of self-promotion of the University The article is devoted to the history of...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Филиал федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования Российский государственный профессионально-педагогический университет в г. Омске Визуальные образы современной культуры: уральско-сибирские диалоги (визуальные маркеры городской среды) Сборник научных статей по материалам всероссийской научно-практической конференции (г. Омск, 29–30 апреля 2013 г.) Омск Амфора 2013 УДК 7.06 ББК...»

«memento bellum помни о войне liberal Arts university Centre of military and military History Studies Sverdlovsk Regional belinsky library municipal museum in memory of internationalist soldiers Shuravi IndIvIduAl–SoCIety– ARmy–WAR ХХIII military Science Conference on october, 23rd, 2008 Ekaterinburg 2009 Гуманитарный университет Центр военных и военно-исторических исследований Свердловская областная универсальная научная библиотека им. в.Г.Белинского муниципальный музей памяти...»

«Антропология советской школы Культурные универсалии и провинциальные практики сборник статей Пермский государственный университет Кафедра детской литературы Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств Антропология советской школы Культурные универсалии и провинциальные практики Сборник статей Пермь 2010 УДК 371 (316.74)(47+57) ББК 74:71.4 (2) А72 Антропология советской школы: Культурные универсалии А72 и провинциальные практики: сб. ст. / Пермский гос. ун-т. — Пермь,...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУКИ ИНСТИТУТ АФРИКИ РАН МОСКВА 2013 УДК 94(100-87) ББК 63.3(0)63 Ш 95 Ответственный редактор: д. и. н. А. Ю. Урнов Шубин В. Г. Горячая холодная война: Юг Африки (1960– Ш 95 1990 гг.). — М.: Издательский дом ЯСК, 2013. — 368 с. ISBN 978-5-9551-0655-7 Книга посвящена национально-освободительному движению на Юге Африки в период холодной войны и роли нашей страны в поддержке борьбы против колониализма и расизма. Она основана на отечественных и...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ НАУК _ ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАСТЕНИЕВОДСТВА имени Н. И. ВАВИЛОВА (ВИР) ТРУДЫ ПО ПРИКЛАДНОЙ БОТАНИКЕ, ГЕНЕТИКЕ И СЕЛЕКЦИИ том 173 Редакционная коллегия Д-р биол. наук, проф. Н. И. Дзюбенко (председатель), д-р биол. наук О. П. Митрофанова (зам. председателя), канд. с.-х. наук Н. П. Лоскутова (секретарь), д-р биол. наук С. М. Алексанян, д-р биол. наук И. Н. Анисимова, д-р биол. наук Н. Б. Брач, д-р с.-х. наук, проф. В. И....»

«ВЫСТУПЛЕНИЕ НА Д И С К У С С И И ПО КНИГЕ Г. Ф. АЛЕКСАНДРОВА ИСТОРИЯ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ 24 июня 1947 г. ГОСПОЛИТИЗДАТ.1932 ВЫСТУПЛЕНИЕ НА Д И С К У С С И И ПО КНИГЕ Г. Ф. АЛЕКСАНДРОВА ИСТОРИЯ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ 24 июня 1947 г ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1952 Товарищи! Дискуссия о книге т. Александрова не ограничилась рамками обсуждаемой темы. Она раз­ вернулась вширь и вглубь, поставив также более об­ щие вопросы положения на философском фронте....»

«36 C Генеральная конференция 36-я сессия, Париж 2011 г. 36 C/42 9 сентября 2011 г. Оригинал: английский Пункт 11.5 предварительной повестки дня Объединенный пенсионный фонд персонала Организации Объединенных Наций и назначение представителей государств-членов в состав Пенсионного комитета персонала ЮНЕСКО на 2012-2013 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Статьи 14 (а) и 6 (с) Положений Объединенного пенсионного фонда персонала Организации Объединенных Наций. История вопроса: Объединенный пенсионный фонд...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ – 2005 Материалы всероссийской научно-практической конференции, посвященной 15-летию со дня принятия Декларации о государственном суверенитете Республики Башкортостан и 5-летию образования Нефтекамского филиала БашГУ 24-25 октября 2005 года Часть II РИО БашГУ УДК 001+37 ББК 72:74 Н 34 Редакционная коллегия: д-р...»

«А.П. Стахов Теории чисел Фибоначчи: этапы большого пути (к завершению международной online конференции Золотое Сечение в современной наук е) 1. Введение Во второй половине 20-го века в современной науке и математике начало активно развиваться научное направление, которое получило название Теория чисел Фибоначчи [1, 2]. На самом деле, предметом этой теории в широком смысле являются два математических объекта, тесно связанные друг с другом: Золотое Сечение, восходящее к античному периоду, и числа...»

«rep Генеральная конференция 36-я сессия, Париж 2011 г. 36 C/REP/3 5 сентября 2011 г. Доклад Оригинал: английский Доклад Совета управляющих Института ЮНЕСКО по обучению на протяжении всей жизни (ИЮОЖ) о деятельности Института в 2010-2011 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Статья V (6) Устава Института ЮНЕСКО по обучению на протяжении всей жизни. История вопроса: В соответствии с этой статьей Совет управляющих (ИЮОЖ) представляет Генеральной конференции доклад о деятельности Института. Цель: В докладе...»

«ДЕВЯТЫЕ ЯМБУРГСКИЕ ЧТЕНИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ДОМИНАНТЫ РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ Санкт-Петербург 2014 АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ЛЕНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.С. ПУШКИНА КИНГИСЕППСКИЙ ФИЛИАЛ ДЕВЯТЫЕ ЯМБУРГСКИЕ ЧТЕНИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ДОМИНАНТЫ РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА:

«Вестник МАПРЯЛ 78 Оглавление Хроника МАПРЯЛ - Уточненный план деятельности МАПРЯЛ.2 Информация ЮНЕСКО.. 5 Памятные даты - 120 лет со дня рождения С.Г. Бархударова.10 - 125 лет А.А. Ахматовой..11 В копилку страноведа - В. Борисенко. Крым в историческом аспекте (краткий обзор).13 В помощь преподавателю - В. Шляхов, У Вэй. Эмотивность дискурсивных идиом.17 Новости образования..26 Новости культуры.. 45 Вокруг книги.. 57 Россия сегодня. Цифры и факты. 63 Калейдоскоп.. 72 1 Хроника МАПРЯЛ План...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.