WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 |

«СОХРАНЕНИЕ БИОРАЗНООБРАЗИЯ КАМЧАТКИ И ПРИЛЕГАЮЩИХ МОРЕЙ Доклады ХI международной научной конференции 24–25 ноября 2010 г. Conservation of biodiversity of Kamchatka and coastal waters ...»

-- [ Страница 1 ] --

Камчатский филиал Учреждения Российской академии наук

Тихоокеанского института географии

ДВО РАН

СОХРАНЕНИЕ БИОРАЗНООБРАЗИЯ

КАМЧАТКИ

И ПРИЛЕГАЮЩИХ МОРЕЙ

Доклады

ХI международной научной конференции

24–25 ноября 2010 г.

Conservation of biodiversity of Kamchatka and coastal waters Proceedings of ХI international scientific conference Petropavlovsk-Kamchatsky, November 24–25 2010 Петропавловск-Камчатский Издательство «Камчатпресс»

2011 ББК 28.688 С54 Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей: Доклады ХI международной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения выдающихся российских ихтиологов А. П. Андрияшева и А. Я. Таранца. – Петропавловск-Камчатский : Камчатпресс, 2011. – 58 с.

Сборник включает отдельные доклады состоявшейся 24–25 ноября 2010 г. в Петропавловске-Камчатском ХI международной научной конференции по проблемам сохранения биоразнообразия Камчатки и прилегающих к ней морских акваторий. Рассматривается история изучения и современное биоразнообразие отдельных групп флоры и фауны полуострова и прикамчатских вод.

Обсуждаются различные аспекты сохранения биоразнообразия в условиях возрастающего антропогенного воздействия.

Редакционная коллегия:

В. Ф. Бугаев, д. б. н., А. М. Токранов, д. б. н. (отв. редактор), О. А. Чернягина Перевод на английский язык к. б. н. Т. С. Шулежко Издано по решению Ученого Совета КФ ТИГ ДВО РАН © Камчатский филиал Уреждения Российской академии наук Тихоокеанского института географии ДВО РАН, ISBN 978-5-9610-0175- СОДеРжАНИе Содержание

Введение

Токранов А. М. Выдающиеся российские ихтиологи А. П. Андрияшев и А. Я. Таранец (к 100-летию со дня рождения)

Абрамова Л. М., Багмет Л. В. К истории изучения сорной флоры и растительности Камчатки

Валенцев А. С., Колотилин Н. Е. Акклиматизация северного оленя Rangifer tarandus на о. Шумшу (северные Курильские о-ва)

Гордиенко Т. А. Онтогенез поведения камчатского бурого медведя Ursus arctos piscator: периоды и особенности формирования

Зеленская Л. А. Мониторинг урбанизированной популяции тихоокеанской чайки г. Магадана

Нагаяма Юкари. Традиционное использование рыбных и растительных ресурсов коренными народами Камчатки

Никаноров А. П. Случай многоплодия медведицы в Кроноцком государственном природном биосферном заповеднике

Решение XI научной международной конференции

ВВЕДЕНИЕ

В представленных в настоящем сборнике семи докладах участников ХI международной научной конференции «Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей», состоявшейся 24–25 ноября 2010 г. в ПетропавловскеКамчатском, освещены итоги работ по изучению формирования поведения камчатского бурого медведя в процессе онтогенеза, результаты мониторинга урбанизированной популяции тихоокеанской чайки в г. Магадане и акклиматизации северного оленя на о. Шумшу (северные Курильские острова). Приведены сведения об истории исследования сорной флоры и растительности Камчатки и других регионов Дальнего Востока, а также о традиционном использовании рыбных и растительных ресурсов коренными народами Камчатки. Особый интерес представляет информация о случаях многоплодия медведицы в Кроноцком государственном природном биосферном заповеднике.

Оргкомитет надеется, что все эти доклады позволят получить более полное представление о современном биоразнообразии Камчатки и прилегающих к ней морских акваторий и будут полезны при разработке мероприятий, направленных на его сохранение.

INTRODUCTION

In the present issue seven reports of the participants of the ХI International Scientific Conference “Conservation of biodiversity of Kamchatka and adjacent seas” held on 24–25 November, 2010 in Petropavlovsk-Kamchatsky are published.

These reports summarize the results of the research on the development of the behavior of a Kamchatka brown bear in the process of ontogeny, the results of monitoring of the urban population of the slaty-backed gull in the city of Magadan and the results of acclimatization of a reindeer on the Shumshu Island (northern Kuril Islands). The information on the history of study of the weed flora and vegetation of Kamchatka Peninsula and other regions of the Russian Far East and on the traditional use of fish and vegetation resources by the indigenous people of Kamchatka is presented. Data on the cases of multiple pregnancy in a bear from the Kronotsky State Biosphere Reserve is of a special interest.

The organizing committee hopes that all these reports will allow to receive fuller representation about a modern biodiversity of Kamchatka and sea water areas adjoining to it and will be useful by working out of the actions directed on its preservation.

ВЫДАЮЩИЕСЯ РОССИЙСКИЕ ИХТИОЛОГИ А. П. АНДРИЯШЕВ И А. Я. ТАРАНЕЦ

А. М. ТОкрАнОв Камчатский филиал Учреждения Российской академии наук Тихоокеанского института географии (КФ ТИГ) ДВО РАН, Петропавловск-Камчатский Приведены краткие сведения об основных этапах жизни, научной и научно-организационной деятельности двух выдающихся российских ихтиологов – А. П. Андрияшева и А. Я. Таранца, 100-летие со дня рождения которых отмечалось в 2010 г.



OUTSTANDING RUSSIAN ICHTHYOLOGISTS A. P. ANDRIjASHEV AND

A. YA. TARANETZ (TO THE 100th ANNIVERSARY OF THE BIRTH) A. M. TOkrAnOv Kamchatka Branch of Pacific Geographical Institute (KB PGI) FEB RAS, Petropavlovsk-Kamchatsky Brief information on the major life stages, scientific and scientifically-organizational activity of two outstanding Russian ichthyologists, A. P. Andrijashev and A. Ya. Taranetz, whose 100th anniversary of the birth was celebrated in 2010 is presented.

В 2010 г. исполнилось 100 лет со дня рождения двух выдающихся российских ихтиологов – Анатолия Петровича Андрияшева и Анатолия Яковлевича Таранца. И, хотя судьбы этих ученых сложились по-разному, вклад каждого из них В истории науки известно не так много ученых, которые, прожив почти столетие, до последних лет своей жизни находились в прекрасной научной форме, лауреат Государственной премии СССР, член-корреспондент РАН, доктор биологических наук, профессор Анатолий Петрович Андрияшев (рис. 1), ушедший из свою научную деятельность он посвятил изучению ихтиофауны дальневосточных морей, Арктики и Антарктики, а также ряда семейств глубоководных рыб.

Родился А. П. Андрияшев 19 августа 1910 г. в г. Монпелье (Франция) (Савельев, 2010). еще студентом Ленинградского государственного университета он рис. 1. А. П. Андрияшев в 1930–1931 гг. был на практике в качестве ихтиолога-наблюдателя на Астраханской рыбохозяйственной станции, а в 1932 г. – на траулере «Дальневосточник», как ихтиолог прошел вдоль всего побережья Камчатки до Чукотского моря (Красюкова и др., 1981; жирмунский и др., 1999). Результатом этих работ стали обширные сборы рыб (около 1,5 тыс. экз.) и 8 научных статей, посвященных описанию новых родов и видов, географическому распространению промысловых и составу глубоководных рыб Берингова моря, а также проблемам формирования холодноводной ихтиофауны в Охотском море. В те годы А. П. Андрияшевым была впервые предложена гипотеза о происхождении глубоководных рыб и их делении на две категории – древне- и вторичноглубоководных (Андрияшев, 1953).

После окончания в 1933 г. биологического факультета Ленинградского государственного университета по специальности «ихтиология» А. П. Андрияшев был оставлен в аспирантуре на кафедре гидробиологии и ихтиологии у крупного ученого и организатора науки, профессора К. М. Дерюгина. В 1934 г. Анатолий Петрович принял активное участие в гидробиологической экспедиции Зоологического института АН СССР на Японское море. В 1937 г. он окончил аспирантуру и с блеском защитил кандидатскую диссертацию «Зоогеография и происхождение фауны рыб Берингова моря и сопредельных вод».

Эта диссертация в 1939 г. была опубликована в виде отдельной книги «Очерки зоогеографии и происхождения фауны рыб Берингова моря и сопредельных вод» (рис. 2), которая в 1960 г. переведена на английский язык и издана в Вашингтоне. В ней молодой ученый на примере рыб впервые описал новый, амфипацифический (японо-орегонский) тип прерванного распространения морской фауны в северной части Тихого океана (Андрияшев, 1939а, 1939б).

В конце 1930-х гг. А. П. Андрияшев продолжает изучение рыб дальневосточных морей, описывая их новые для науки виды. Ряд работ этого периода опубликован им в соавторстве с друзьями и коллегами, известными ихтиологами А. Я. Таранцом и Г. У. Линдбергом. После защиты диссертации в 1937 г., несмотря на успешно сданные экзамены, А. П. Андрияшев не был принят в докторантуру Зоологического института АН СССР. Причиной этого стал анонимный донос, поступивший в институт из университета, где он тогда работал, изучая фауну дальневосточных морей России. Помимо всего прочего, автор анонимки высказывал опасения, что молодой ученый в стенах Зоологического института может попасть под влияние работавших там в те годы известных отечественных ихтиологов и зоогеографов Л. С. Берга и Г. У. Линдберга (Балушкин, 2003). Но к тому времени А. П. Андрияшев уже давно находился под влиянием блестящих ихтиологических и зоогеографив 1939 г. книги А. П. Андрияшева ческих обобщений академика Л. С. Берга, касающихся классификации рыб, «Очерки зоогеографии и происхождезакономерностей географического происхождения и распространения пре- ния рыб Берингова моря и сопредельсноводных и морских ихтиофаун. Проработав еще некоторое время доцентом ных вод»

в Ленинградском государственном университете, в 1939 г. Анатолий Петрович был зачислен старшим научным сотрудником на Севастопольскую биологическую станцию Зоологического института.

Начало Великой Отечественной войны застало А. П. Андрияшева в Севастополе, где до октября 1941 г. он продолжал работать на биостанции (по тематике Черноморского гидрографического института) и на оборонительных сооружениях (в составе 3-го Севастопольского полка народного ополчения), после чего был эвакуирован с сотрудниками биостанции в Сталинабад (в настоящее время Душанбе, Таджикистан). В последующем, начиная с 1943 г. и до конца своей жизни, А. П. Андрияшев работает в Зоологическом институте, сначала ученым-секретарем (1943–1946), затем заместителем директора по науке (1969–1971); старшим, а позже главным научным сотрудником. С 1946 г.

становится заведующим отделением рыб Арктики и Антарктики и приступает к изучению ихтиофауны северных морей России – от Белого и Баренцева до Чукотского и Берингова.

На основании обобщения результатов своих исследований в 1951 г. А. П. Андрияшев защищает диссертацию на соискание ученой степени доктора биологических наук «Фауна рыб северных морей СССР и ее происхождение».





Работа была высоко оценена ведущими ихтиологами и зоогеографами. Академик Л. С. Берг, ознакомившись с рукописью диссертации Анатолия Петровича, написал: «Труд А. П. Андрияшева составляет украшение мировой ихтиологической литературы» (Красюкова и др., 1981, с. 90).

в виде монографии «Рыбы северных морей СССР» (рис. 3), которая в 1964 г. переведена на английский язык. В этой книге дан обзор ихтиофауны арктических морей России и Берингова моря, приведены сведения о встречаемости и биологии рыб (Андрияшев, 1954). Недаром работа была отмечена премией Президиума Академии наук СССР и до настоящего времени остается настольной книгой и в 1955, 1957, 1971 и 1975 гг. принимал личное участие в экспедициях в Антарктику, ученый по-прежнему продолжал заниматься обработкой материс. 3. Обложка изданной в 1954 г.

монографии А. П. Андрияшева «Рыбы риалов по рыбам северных и дальневосточных морей. В 1950-е гг. Анатолий северных морей СССР»

amblystomopsis, выловленного в июле 1953 г. в 14-м рейсе «Витязя» в Курило-Камчатской впадине на траверзе о. Парамушир с глубины свыше 7 км (Андрияшев, 1955а) (рис. 4); изучив пойманные в начале 1950-х гг. в прикамчатских и прикурильских водах Тихого океана несколько экземпляров неизвестной рыбы, впервые установил факт нахождения у берегов России такого представителя ихтиофауны, как морской монах или эрилепис Erilepis zonifer (Андрияшев, 1955б) (рис. 4).

рис. 4. Новый вид глубоководного морского слизня Pseudoliparis amblystomopsis (из Беляев, 1966), описанный А. П. Андрияшевым, с ультраабиссальных глубин Курило-Камчатской впадины (вверху), и морской монах, или эрилепис Erilepis zonifer (из Amaoka et al., 1995) (внизу), впервые обнаруженный ученым у берегов России На основании результатов своих антарктических исследований А. П. Андрияшев обосновал концепцию, принятую теперь всеми учеными, об уникальности фауны рыб Антарктики как по видовому составу, так и по условиям существования, происхождению и продукционным возможностям, предложил схему зоогеографического районирования Южного океана (Красюкова и др., 1981; жирмунский и др., 1999; Кафанов, Кудряшев, 2007). Анатолий Петрович поставил вопрос о криле как длительно существующем эволюционном факторе в истории формирования пелагической фауны Антарктики и дал биологическое обоснование для промыслового использования этих ракообразных. В результате оригинального анализа вертикального распределения донных и придонных рыб и условий их существования в холодных и умеренных морях обоих полушарий А. П. Андрияшев обосновал выделение в схеме вертикальной зональности донной фауны псевдоватиали и псевдоабиссали, впервые ввел понятие талассобатиали.

Он также изучил своеобразие антарктических организмов, составляющих особые ледовые сообщества, связанные с нижней поверхностью припайных и плавающих льдов и существующие за счет первичной продукции подледной диатомовой флоры. Обнаружение впоследствии аналогичных сообществ и в Арктике дало ученому основание рассматривать существование подобных ледовых группировок как проявление биполярности сообществ, возникающих независимо друг от друга в результате сходных условий обитания. За участие в создании «Атласа Антарктики» вместе с другими авторами этой работы А. П. Андрияшев в 1971 г. стал лауреатом Государственной премии.

На протяжении многих лет исследования А. П. Андрияшева были связаны преимущественно с ихтиофауной холодных и умеренных вод обоих полушарий, включая систематику и фаунистику рыб дальневосточных, арктических и антарктических морей, криобиологию и зоогеографию. В последние годы своей жизни Анатолий Петрович работал по двум основным направлениям, пытаясь обобщить собранные материалы по фауне липаровых рыб Южного океана, и на основе переработки и значительного расширения своей книги «Рыбы северных морей СССР» подготовить новую сводку по рыбам Арктики.

Наряду с научной работой А. П. Андрияшев многие годы вел большую редакционно-издательскую деятельность, являясь членом редколлегий целого ряда научных журналов, а в 1977–1988 гг. – главным редактором журнала «Вопросы ихтиологии». Вместе с профессором П. В. Ушаковым он основал научную серию Зоологического института «Исследование фауны морей», был титульным редактором более 20 книг по зоологии, ихтиологии и биологии моря.

Сам А. П. Андрияшев является автором более 250 научных трудов, многие из которых переведены или напечатаны рыбы (Liparidae, Scorpaeniformes) Южного океана и сопредельных вод», в которой Анатолием Петровичем изложена наиболее полная современная система взглядов на это, одно из наименее изученных, семейств рыб (рис. 5) (Андрияшев, 2003). Причем из 105 видов липаровых, известных в Южном океане, За долгие годы своей научной деятельности А. П. Андрияшев неоднократно представлял отечественную науку на многих международных конгрессах полярником СССР (1947), Иностранным почетным членом общества ихтиологов и герпетологов США (1968), Почетным членом европейского союза ихтиологов (1982), Почетным членом Института биологии моря ДВО РАН (1996), им. Л. С. Берга. За огромный вклад в науку в 1966 г. Анатолия Петровича избирают членом-корреспондентом Академии наук. Заслуги ученого высоко оценены монографии А. П. Андрияшеголец Salvelinus andriashevi из чукотского озера Эстихед в районе бух. Прова «Липаровые рыбы (Liparidae, Scorpaeniformes) Южного океана видения; один из круглоперов Eumicrotremus andriashevi, обитающий вдоль и сопредельных вод» (вверху) и дар- азиатского побережья Тихого океана от Курил до Берингова пролива, а также ственная надпись ученого (внизу) на большеголовый бычок Andriashevicottus megacephalus, встречающийся в приее экземпляре, присланном им в дар научной библиотеке КамчатНИРО рис. 6. Некоторые виды рыб, названные в честь А. П. Андрияшева: вверху – эндемичный голец Salvelinus andriashevi (из Черешнев и др., 2002) из чукотского озера Эстихед в районе бух. Провидения; внизу – один из круглоперов Eumicrotremus andriashevi (из Андрияшев, 1954), обитающий вдоль азиатского побережья Тихого океана от рис. 7. Большеголовый бычок Andriashevicottus megacephalus (из Федоров, 1990), встречающийся В 2010 г. к 100-летию со дня рождения Анатолия Петровича Андрияшева вышла биографическая книга о жизни и научной деятельности этого выдающегося российского ученого (рис. 8).

рис. 8. Обложка книги о жизни А. П. Андрияшева, вышедшей в 2010 г. к 100-летию В отличие от А. П. Андрияшева, жизнь другого выдающегося российского ихтиолога – Анатолия Яковлевича Таранца (рис. 9), внесшего огромный вклад в изучение ихтиофауны рыб северной части Тихого океана и дальневосточных морей России, была значительно более короткой, но не менее насыщенной.

Родился А. Я. Таранец 3 июля 1910 г. во Владивостоке в семье военнослужащего на о. Русском, богатство и красота природы которого не могли оставить его равнодушным (Засельский, 1985а). Проявляя с детства интерес к живой природе, будущий ученый любил ходить в походы, маршруты которых пролегали сначала по острову, а затем и по пригородам Владивостока.

В 1923 г. во Владивостоке открылся Государственный дальневосточный университет, одним из преподавателей которого стал прибывший из Читы молодой зоолог Г. У. Линдберг. Зимой 1926 г. он и другие преподаватели универСохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей ситета создали при музее местного Географического общества кружок юных натуралистов. В нем читал лекции и знаменитый дальневосточный путешественник В. К. Арсеньев. еще в 1925 г., будучи студентом Владивостокского индустриального техникума, А. Я. Таранец стал посещать этот кружок. Перед ним поставили задачу изучать фауну окрестностей Владивостока – рыб, птиц и змей. Под руководством Г. У. Линдберга юноша взялся за разбор и пополнение коллекций, одновременно познавая основы систематики рыб, методы сбора и обработки материала. Летом 1927 г. А. Я. Таранец сначала обследовал речки, впадающие в Амурский залив, а затем изучил речных рыб Шкотовского района.

Лето 1928 г. было отдано изучению рек Посьетского района. Результаты всех этих исследований в 1927–1929 гг. опубликовали в сборниках юннатского кружка. Одновременно публикуется и составленный совместно с Г. У. Линдбергом список рыб Владивостокского государственного музея.

Весной 1929 г. А. Я. Таранец окончил техникум, зимой был принят наблюдателем сектора сырья в ТИРХ (ныне Тихоокеанский научноисследовательский рыбохозяйственный центр), а на следующий год поступил на рыбоводно-биологический факультет только что открывшегося Дальрыбвтуза, где кафедрой ихтиологии заведовал Г. У. Линдберг. Летом 1930 г. А. Я. Таранец участвовал в экспедиции в бассейн р. Селемджи, а в летние месяцы 1931 г. вместе с другими студентами Дальрыбвтуза работал наблюдателем на пункте ТИРХ на о. Путятина. В рис. 9. А. Я. Таранец это время возросла численность сардины-иваси, которая начала мигрировать с юга Японского моря к берегам Приморья, в связи с чем промысел иваси стал быстро развиваться, а в 1931 г.

он уже дал почти треть общего улова. Чтобы найти наиболее эффективную схему организации лова и обработки сардины-иваси, ТИРХ и Дальгосрыбтрест создали на о. Путятина «опытно-показательный промысел».

В 1932–1933 гг. состоялась Тихоокеанская комплексная экспедиция ТИРХ Государственного гидрологического института и Тихоокеанского комитета АН СССР, результаты которой позволили в значительной степени выяснить гидрологический и гидробиологический облик Японского, Охотского, Берингова и Чукотского морей. В 1932 г.

А. Я. Таранца зачисляют научным сотрудником в группу морских исследований этой экспедиции. В ней было много известных специалистов, таких как начальник экспедиции, профессор К. М. Дерюгин, профессор П. Ю. Шмидт.

А. Я. Таранцу поручают прием и сохранение богатейших экспедиционных сборов. Одновременно он продолжает изучать систематику пресноводных рыб. Личное общение молодого ученого с Г. У. Линдбергом, К. М. Дерюгиным и другими участниками экспедиции, знакомство с их работами, а также геологическими данными о существовании подводных долин на дне Японского моря послужили подтверждением его догадки о причине большого сходства ихтиофауны речек бассейна зал. Петра Великого. В 1933 г. А. Я. Таранец пришел к убеждению, что дно залива является опустившейся сушей с ложем крупной реки и впадающими в нее речками бассейна.

В 1933 г. Тихоокеанская комплексная экспедиция закончилась, и ее участники уехали с Дальнего Востока. Но в 1934 г. А. Я. Таранца командировали в Ленинград в Зоологический институт. Знакомство с академиком Л. С. Бергом, контакты с Г. У. Линдбергом и другими известными ихтиологами помогли окончательно сложиться его научным взглядам. В 1934 г. в Мосрыбвтузе А. Я. Таранец блестяще защитил дипломную работу на тему «Пресноводные рыбы бассейна северо-западной части Японского моря». Изложенные в ней идеи сразу же получили признание и были затем подтверждены и развиты другими исследователями.

В 1934 г. А. Я. Таранец участвует в экспедиции на Сахалин, исследуя пресноводную ихтиофауну острова.

Почти все время пришлось передвигаться пешком в условиях бездорожья, спускаться по довольно бурным сахалинским рекам на байдарке, ночевать в палатке и самому нести научное оборудование и припасы. По воспоминаниям коллег, не отличавшийся особым здоровьем А. Я. Таранец поражал всех исключительной физической выносливостью, часто помогая своим уставшим товарищам (Засельский, 1985а). В 1935 г. он вновь работает в Ленинграде, продолжая обработку экспедиционных сборов. После возвращения на Дальний Восток направляется на рекогносцировочное обследование среднего Амура. Собранные там материалы позволяют А. Я. Таранцу предложить схему зоогеографических подразделений Амурской и Приморской провинций. Одна за другой появляются его работы по систематике как пресноводных, так и морских рыб Дальнего Востока, в том числе по систематике сардины-иваси.

В 1937 г. выходит книга А. Я. Таранца «Краткий определитель рыб советского Дальнего Востока и прилежащих вод» (рис. 10), в которой им обобщена вся накопленная к тому времени информация по морским и пресноводным рыбам дальневосточных морей (Таранец, 1937). Немаловажно, что этим определителем могли пользоваться не только специалисты, но и практики. До настоящего времени он остается одним из лучших определителей рыб Дальнего Востока. С этой книги начинали свое знакомство с дальневосточной ихтиофауной многие молодые специалисты-ихтиологи.

рис. 10. Обложка изданного в 1937 г. «Краткого определителя рыб советского Дальнего Востока и прилежащих вод» А. Я. Таранца (слева) и надпись ученого (справа) на экземпляре, подаренном им в 1940 г. своему коллеге П. Г. Никулину, будущему директору Камчатского отделения ТИНРО Выяснение состава и распространения рыб бассейна Амура и озер бассейнов Лены и Байкала привело А. Я. Таранца в 1937 г. к заключению, согласно которому ихтиофауна бассейна западной части Японского моря представляет собой не обедненную ихтиофауну Амура, как принято было считать прежде, а является как бы отрезанной от зоны русла фауной рыб зоны горных притоков. К этому времени молодой ученый описал около 40 новых родов, видов и подвидов рыб различных семейств. Особенно много он сделал для познания гольцов рода Salvelinus, малоротых корюшек, амурских пескарей, северных Blenniidae и Zoarcidae.

В 1937 г. А. Я. Таранец совершил крутой поворот от работ по систематике и зоогеографии к промысловой биологии лососей, которые в то время были самым значительным и устойчивым ресурсом дальневосточной рыбной промышленности. Он организует два круглогодичных наблюдательных пункта в бассейне Амура и изучает экологию нереста кеты и горбуши. В 1939 г. А. Я. Таранец назначается руководителем группы по изучению лососевых рыб, которой уже к концу 1940 г. удалось показать, что гораздо более точное представление о возможном возврате дает не количество появившихся из икры мальков, положенное в основу прогноза, а количество мальков, скатившихся в море.

В это же время А. Я. Таранец завершает ревизию рыб семейства Cottidae и близких форм. Оригинальная классификация семейства с морфологически обоснованным делением на подсемейства, плодотворные соображения об основных направлениях эволюции этих рыб произвели большое впечатление на специалистов.

В начале 1941 г. А. Я. Таранцу поручают редактировать справочник по рыбной промышленности Дальнего Востока. Но началась Великая Отечественная война, и его яркому таланту так и не суждено было раскрыться полностью. 10 ноября 1941 г. ученого призывают в армию и направляют на фронт. Однако вскоре в институт приходит сообщение, что в декабре, на подходе к линии фронта эшелон, в котором он находился, уничтожен вражеской авиацией. А. Я. Таранец погиб, когда ему был всего 31 год.

рис. 11. Один из довольно обычных в тихоокеанских водах северных Курильских островов и Восточной Камчатки ромбовых скатов Rhinoraja taranetzi (фото А. М. Орлова) Имя А. Я. Таранца носят многие виды рыб северной части Тихого океана, в том числе один из ромбовых скатов Rhinoraja taranetzi, обитающий в водоемах Чукотки голец Salvelinus taranetzi, а также редкий вид бельдюговых рыб из юго-западной части Берингова моря – таранцелла Taranetzella lyoderma (Токранов, 2008) (рис. 11, 12).

Андрияшев А. П. 1939а. Очерк зоогеографии и происхождения фауны рыб Берингова моря и сопредельных вод. – Л. : Изд-во ЛГУ. – 187 с.

Андрияшев А. П. 1939б. Об амфипацифическом (японо-орегонском) распространении морской фауны в северной части Тихого океана // Зоол. журн. – Т. 18. – Вып. 2. С. 181–191.

Андрияшев А. П. 1953. Древнеглубоководные и вторичноглубоководные формы рыб и их значение для зоогеографического анализа // Очерки по общим вопр. ихтиологии / под ред. Г. У. Линдберга. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР. С. 58–64.

Андрияшев А. П. 1954. Рыбы северных морей СССР. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР. – 566 с.

Андрияшев А. П. 1955а. О нахождении на глубине более 7 км новой рыбы из сем. морских слизней (Pisces, Liparidae) // Тр. ИО АН СССР. – Т. 12. С. 340–344.

Андрияшев А. П. 1955б. Новая для фауны СССР рыба – эрилепис [Erilepis zonifer (Lock.), Pisces, Anoplopomidae] из прикамчатских вод Тихого океана // Вопр. ихтиологии. – Вып. 4. С. 3–9.

Андрияшев А. П. 2003. Липаровые рыбы (Liparidae, Scorpaeniformes) Южного океана и сопредельных вод. – СПб. : Изд-во Зоол. ин-та РАН. – 478 с.

Балушкин А. В. 2003. Начала Петербургской ихтиологической школы. Письма Л. С. Берга А. Н. Световидову // Тр. Зоол. ин-та РАН. – Т. 301. С. 1–96.

Беляев Г. М. 1966. Донная фауна наибольших глубин (ультраабиссали) Мирового океана. – М. : Наука. – 248 с.

Жирмунский А. В., Кусакин О. Г., Касьянов В. Л., Питрук Д. Л. 1999. Анатолий Петрович Андрияшев // Биол. моря. – Т. 25. – № 1. С. 73–80.

Засельский В. И. 1984. Развитие морских биологических исследований на Дальнем Востоке в 1923–1941 гг. – Владивосток :

ДВНЦ АН СССР. – 246 с.

Засельский В. И. 1985а. Анатолий Яковлевич Таранец // Биол. моря. – № 4. С. 66–68.

Засельский В. И. 1985б. Ихтиологические и гидробиологические исследования на Дальнем Востоке в 1923–1941 гг. – Владивосток : ДВНЦ АН СССР. – 220 с.

Касьянов В. Л., Питрук Д. Л., Харин В. Е. 2005. К 95-летию Анатолия Петровича Андрияшева // Биол. моря. – Т. 31. – № 4.

С. 305–306.

Кафанов А. И., Кудряшев В. А. 2007. Выдающиеся ученые-биогеографы: биобиблиографический справочник. – М.: Наука. – 308 с.

Красюкова З. В., Глубоковский М. К., Жирмунский А. В., Скарлато О. А. 1981. Анатолий Петрович Андрияшев // Биол. моря. – № 3. С. 90–91.

Савельев А. П. 2010. Андрияшев А. П. жизнь ихтиолога. – СПб. : Реноме. – 392 с.: ил.

Таранец А. Я. 1937. Краткий определитель рыб советского Дальнего Востока и прилежащих вод // Изд-во ТИНРО. – Т. 11.

С. 1–200; 1 карта.

Токранов А. М. 2008. Названы их именами. – Петропавловск-Камчатский : Камчатпресс. – 260 с., ил. 4 л.

Токранов А. М. 2009. Выдающийся исследователь ихитофауны дальневосточных и северных морей А. П. Андрияшев // Люди великого долга : матер. междунар. историч. XXVI Крашенинниковских чтений. – Петропавловск-Камчатский : Камч. краевая науч. библиотека. С. 249–252.

Федоров В. В. 1990. Andriashevicottus megacephalus gen. et sp. nov. (Cottidae) из прибрежных вод Курильских островов // Вопр.

ихтиол. – Т. 30. – Вып. 5. С. 744–751.

Черешнев И. А., Волобуев В. В., Шестаков А. В., Фролов С. В. 2002. Лососевидные рыбы Северо-Востока России. – Владивосток : Дальнаука. – 496 с.

Amaoka K., Nakaya K., Yabe M. 1995. The fishes of northern Japan. – Sapporo : Kita Nihon Kaijo Center Co. Ltd. – 390 p.

К ИСТОРИИ ИЗУЧЕНИЯ СОРНОЙ ФЛОРЫ И РАСТИТЕЛЬНОСТИ КАМЧАТКИ

Л. М. АбрАМОвА*, Л. в. бАгМеТ** *Ботанический сад-институт УНЦ РАН, Уфа **Всероссийский НИИ растениеводства им. Н. И. Вавилова, Санкт-Петербург Приведены краткие сведения об истории изучения сорной флоры и растительности Камчатки и других регионов Дальнего Востока. Дана информация о встречаемости различных видов сорных растений в посевах сельскохозяйственных культур на территории Камчатского края. Отмечается большой вклад сотрудника Всесоюзного института растениеводства д. б. н. Т. Н. Ульяновой в изучение биологического разнообразия этого региона России.

ON THE HISTORY OF STUDY OF THE WEED FLORA AND VEGETATION

OF KAMCHATKA

L. M. AbrAMOvA*, L. v. bAgMeT** *Botanical Garden-Institute Urals Scientific Centre RAS, Ufa **N. I. Vavilov Research Institute of Plant Industry, S-Petersburg Brief data on the history of the investigation of the weed flora and vegetation of Kamchatka and other regions of the Russian Far East are presented. The information on the occurrence of different species of weed flora in the sowings of agricultural plants on the territory of the Kamchatka Peninsula is given. The significant contribution of doctor T. N. Ul'yanova – the employee of All-Russian Research Institute of Plant Industry – in the study of the biological diversity of this region is noted.

Сорная флора Камчатского региона изучена недостаточно, исследования по этой тематике имеют не слишком долгую историю, они начались чуть более 100 лет назад. Сорная флора Камчатки исследовалась В. Л. Комаровым в 1908–1909 гг. в ходе его путешествия по Камчатке (Комаров, 1954). Им приводится 32 вида сорных растений региона.

В дальнейшем некоторые сведения о сорной флоре региона содержатся в работе А. П. Федорченко (1971). Специальных исследований, посвященных видовому составу сорных растений Камчатки, до 70-х гг. ХХ в. не проводилось.

В 1970–1979 гг. Всесоюзным институтом растениеводства (ВИР) были предприняты экспедиционные исследования на Дальнем Востоке России с целью изучения сегетальной флоры и растительности региона. Руководила работами к. б. н. Татьяна Николаевна Ульянова (впоследствии доктор биологических наук, ведущий специалист и руководитель группы сорных растений ВИРа, многие годы плодотворно проработавшая в институте). За 10 лет работы экспедиции были обследованы все основные регионы Дальнего Востока – Приморский и Хабаровский края, еврейская автономная область, Сахалинская, Магаданская, Камчатская области, Чукотский автономный округ и охвачены посевы основных сельскохозяйственных культур каждого региона. Были изучены видовой состав, география, экология сорных растений, установлены основные засорители посевов различных сельскохозяйственных культур, проанализированы основные пути становления и развития, а также динамика сорно-полевой флоры региона. Обнаружено 40 новых заносных видов сорных растений во флоре различных районов Дальнего Востока. Результатом работы стала серия публикаций в журналах, каталогах ВИРа и прочих изданиях (Приложение).

В общей сложности на Дальнем Востоке на пашнях было выявлено 288 видов сорных растений, относящихся к 42 семействам и 155 родам (Ульянова, 1983, 1985 а, б). Рассматривая видовой состав сорно-полевых растений отдельных областей, входящих в таёжную зону Дальнего Востока, Т. Н. Ульянова отмечает, что самое насыщенное видовое разнообразие (92 вида) характерно для сорно-полевой флоры Сахалинской области (самой южной в зоне).

Засоренность полей сельскохозяйственных культур Камчатской области обследовалась Т. Н. Ульяновой в 1973 г.

Маршрут экспедиции составил 2100 км, было собрано 1600 листов гербария и выполнено более 100 геоботанических описаний.

Земледелие на Камчатке имеет не слишком долгую историю. Первые русские поселения, а вместе с ними сельскохозяйственные культуры и сегетальные сорняки появились в первой половине XVII в. Ко времени проведения исследований Т. Н. Ульяновой растениеводство в регионе было развито довольно широко. Основные посевы сельскохозяйственных культур находились в долинах рек Камчатки, Авачи и Быстрой в елизовском и Мильковском районах. Ведущие возделываемые культуры – овес, горох, картофель, капуста и прочие овощные культуры, многолетние травы. Семена этих культур завозили из других областей Дальнего Востока и страны в целом, а вместе с ними и семена сорных растений, часть из которых акклиматизировалась в регионе. Т. Н. Ульянова отмечала, что видовой состав сорных растений на Камчатке не стабилен и зависит от заноса адвентивных неофитов.

Т. Н. Ульянова в своих работах пишет, что сорная флора Камчатки, по сравнению с другими регионами Дальнего Востока, довольно бедна. Общее число сорных (сегетальных и рудеральных) растений составляет 75 видов, в посевах зарегистрировано 63 вида сорных растений, принадлежащих к 50 родам из 17 семейств. Засорение зачастую формируют местные виды растений, оставшиеся в сегетальных сообществах после распашки и освоения в сельскохозяйственное производство новых территорий (Ульянова, 1976, 1982). Список сорно-полевых растений Камчатки в 70-е гг. ХХ в. приведен ниже (табл.).

Т. Н. Ульянова отмечала, что сорно-полевая флора Камчатской области близка по составу и количеству видов сорнополевой флоре Магаданской области. Всего на полях десяти хозяйств Камчатской области было зарегистрировано вида сегетальных растений, принадлежащих к 50 родам 17 семейств (табл.). Из них 48 видов – типичные сорно-полевые растения и 15 видов – сорняки-останцы (Calamagrostis purpurea (Trin.) Trin., Aconogonon divaricatum (L.) Nakai ex Mori, Moehringia lateriflora (L.) Fenzl, Stellaria graminea L., Lathyrus pilosus Cham., Vicia cracca L., Chamaenerion angustifolium (L.) Scop., Epilobium glandulosum Lehm., Ranunculus repens L., R. reptans L., Allocarya orientalis (L.) Brand, Linaria acutiloba Fisch. ex Rchb., Geranium erianthum DC., Trifolium repens L., Elymus sibiricus L., Castilleja pallida (L.) Spreng.).

Встречаемость сорных видов растений в посевах сельскохозяйственных культур Камчатки по данным Т. Н. Ульяновой Asteraceae Dumort.

Artemisia sieversiana Willd.

Lactuca sibirica (L.) Benth. ex Maxim.

Lepidotheca suaveolens (Pursh) Nutt.

Tripleurospermum perforatum (Merat) M. Lainz boraginaceae juss.

Allocarya orientalis (L.) Brand Myosotis cespitosa Schultz brassicaceae Burnett Neslia paniculata (L.) Desv.

Rorippa palustris (l.) Bess. (рис.1) Sisymbrium loeselli L.

Humulopsis scandens (Lour.) Grudz.

Caryophyllaceae juss.

Cerastium holosteoides Fries.

Moehringia lateriflora (L.) Fenzl Spergula sativa Boenn.

Stellaria graminea L.

Stellaria media (L.) Vill.

Chenopodiaceae Vent.

Chenopodium glaucum L.

Lathyrus pilosus Cham.

Geranium erianthum DC.

Galeopsis speciosa Mill.

Chamaenerion angustifolium (L.) Scop Epilobium glandulosum Lehm.

Beckmannia syzigachne (Steud.) Fernald Elytrigia repens (L.) Nevski Aconogonon divaricatum (L.) Nakai ex Mori Fagopyrum tataricum (L.) Gaertn.

Polygonum boreale (Lange) Small Persicaria lapathifolia (L.) Gray Scrophulariaceae juss.

Castilleja pallida (L.) Spreng.

Linaria acutiloba Fisch. ex Rchb.

рис. 1. В настоящее время на залежах часто формируются сообщества с участием жерушника Основным засорителями в Камчатской области в эти годы были Stellaria media (L.) Vill., Spergula arvensis L., Galeopsis bifida Boenn., Chenopodium album L. (рис. 2), Persicaria lapathifolia (L.) Gray, Polygonum aviculare L., Brassica campestris L., Elytrigia repens (L.) Nevski, Fallopia convolvulus (L.) A. Love, Oberna behen (L.) Ikonn., Plantago major L., Sonchus arvensis L., Raphanus raphanistrum L., Equisetum arvense L., Rumex acetosella L., Fagopyrum tataricum (L.) Gaertn. В посадках картофеля было обнаружено 30 видов сорных растений, однако встречаемость от 75 до 100 % при преобладающей оценке обилия (балл 3–5) отмечена лишь у Stellaria media (L.), Spergula arvensis L., Galeopsis bifida Boenn. (рис. 3), Chenopodium album L., Persicaria lapathifolia (L.) Gray. Высокая встречаемость (от 50 до 74 %) с обилием в 2–3 балла отмечена у Brassica campestris L., Elytrigia repens (L.) Nevski, Fallopia convolvulus (L.) A. Love, Polygonum aviculare L., Oberna behen (L.) Ikonn.

рис. 2. Марь белая Chenopodium album. рис. 3. Пикульник двунадрезанный Galeopsis bifida.

В посевах овса в смеси с горохом отмечено около 40 видов сорных растений, встречаемостью 75–100 % с обилием 3–5 баллов характеризуются Spergula arvensis L. и Galeopsis bifida Boenn. Встречаемость от 50 до 74 % при обилии 1–3 балла отмечена у Stellaria media (L.), Persicaria lapathifolia (L.) Gray, Polygonum aviculare L., Rumex acetosella L., Fagopyrum tataricum (L.) Gaertn., Oberna behen (L.) Ikonn., Plantago major L.

Наибольшее засорение по количеству видов имели 6–7-летние посевы тимофеевки с клевером. На таких полях, в местах, где культурные растения изрежены, поселяются многие сегетальные сорняки пропашных культур, несвойственные посевам тимофеевки. При этом типичными для густых травостоев кормовой смеси являлись многолетние компоненты естественных лугов (Chamaenerion angustifolium (L.) Scop., Ranunculus repens L., Geranium erianthum DC., Trifolium repens L.

и др.), а виды, типичные для посевов картофеля и овса с горохом, встречались лишь в изреженных местах посева.

Прогрессирующими сорняками для Камчатки, по данным Т. Н. Ульяновой, являются Raphanus raphanistrum L.

и Fagopyrum tataricum (L.) Gaertn.

Некоторые виды отмечены на Дальнем Востоке в качестве сорных только для Камчатской области. Это Polygonum boreale (Lange) Small, Moehringia lateriflora (L.) Fenzl., Erysimum hieracifolium L., Vicia sativa L., Epilobium glandulosum Lehm., Lathyrus pilosus Cham., Allocarya orientalis (L.) Brand, Linaria acutiloba Fisch. ex Rchb., Castilleja pallida (L.) Spreng. (рис. 4), Plantago lanceolata L.

Геоботанические описания на площадках 100 м2 выполняли в сельскохозяйственных посевах в период от начала цветения культурного растения до его уборки. В ходе классификации сегетальных сообществ Камчатки по методу Браун-Бланке был составлен продромус (список синтаксонов), включающий 4 ассоциации, 2 союза, 1 подсоюз, 1 порядок и 1 класс (Абрамова, Ульянова, 1987). Для Камчатки описан новый подсоюз Rumicenion kamtschadalus.

Продромус сегетальной растительности Камчатки выглядит следующим образом:

Класс Secalietea Br.-Bl. Порядок Secalietalia Br.-Bl. 1931 em J. et R. Tx. Союз Galeopsion bifidae Abramova in Mirkin et al. Подсоюз Rumicenion kamtschadalus Abramova et Uljanova Ассоциация Polygono avicularis-Stellarietum mediae Abramova et Uljanova Ассоциация Rorippo palustris-Ranunculetum repentis Abramova et Uljanova Союз Chenopodio-Chamaerion angustifolii Sleptzova Ассоциация Plantagini majoris-Chamerietum angustifolii Abramova et Uljanova Ассоциация Rubo arctici-Chamerietum angustifolii Abramova et Uljanova 1987.

В составе выявленных в ходе исследований синтаксонов ассоциация Polygono avicularis-Stellarietum mediae представляет собой сообщества суходольных пашен длительного использования. Ассоциация Rorippo palustris-Ra--RaRa- nunculetum repentis описана в долине р. Авачи в посевах многолетних трав на пойменных, избыточно увлажненных почвах. Две оставшиеся ассоциации представляют сообщества молодых, недавно освоенных пашен – первая характеризует однолетние сообщества полевых культур, а вторая – посевы многолетних трав. Т. Н. Ульянова отмечает, что во время цветения Chamaenerion angustifolium (L.) Scop. поля зачастую имеют малиновый цвет, по которому можно определить время их освоения и окультуривания. В них сохраняется большое количество сорняков-останцев и слабо представлены заносные виды сорных растений.

В целом нам хотелось отметить большой вклад Татьяны Николаевны Ульяновой в изучение биологического разнообразия Камчатки и других регионов Дальнего Востока. ею опубликовано 30 работ по сорным растениям этого региона, а в 1985 г. она защитила докторскую диссертацию по теме «Сорно-полевые растения Дальнего Востока»

(Ульянова, 1985). Материалы по сорно-полевой флоре Дальнего Востока также вошли в монографию «Сорные растения во флоре России и других стран СНГ» (1998).

Абрамова Л. М., Багмет Л. В. 2010. К истории изучения сорной флоры и растительности Камчатки и других регионов Дальнего Востока // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей : матер. ХI междунар. науч. конф., посвящ. 100летию со дня рождения выдающихся российских ихтиологов А. П. Андрияшева и А. Я. Таранца. – Петропавловск-Камчатский :

Камчатпресс. С. 17–21.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. 1987. Синтаксономия сегетальной растительности советского Дальнего Востока. I. Камчатка.

Ред. ж-ла «Биол. науки». – М. Деп. в ВИНИТИ 30.07.87 г. № 5431-В87. – 13 с.

Комаров В. Л. 1954. Путешествие по Камчатке в 1908–1909 гг. / Избр. соч. – М. ; Л. : Изд-во – АН СССР. Т. 6. – 528 с.

Ульянова Т. Н. 1976. Сорно-полевая флора Камчатской области // Ботан. журн. Т. 61. № 4. С. 555–561.

Ульянова Т. Н. 1982. Kamchatka Peninsula // Biology and ecology of weeds. Geobotany 2. Dr. W. Junk publ. the Hague–Boston– London.

Ульянова Т. Н. 1983. Сорные растения советского Дальнего Востока (перечень и распространение) // Каталог мировой коллекции ВИР. – Л. : ВИР. Вып. 374. – 46 с.

Ульянова Т. Н. 1985а. Видовой состав основных сорно-полевых растений советского Дальнего Востока // Ботан. журн. Т. 70.

№ 4. С. 482–490.

Ульянова Т. Н. 1985б. Сорно-полевые растения советского Дальнего Востока (таксономический состав, география, вопросы биологических основ борьбы). Автореф. дис.... докт. биол. наук. – 34 с.

Ульянова Т. Н. 1998. Сорные растения во флоре России и других стран СНГ. – СПб. – 233 с.

Федорченко А. П. 1971. Некоторые материалы к изучению сорной растительности земледельческих районов Камчатки / Биологические ресурсы суши Севера Дальнего Востока. – Владивосток. С. 180–185.

СПИСОК РАБОТ Т. Н.УЛьЯНОВОй ПО РеЗУЛьТАТАМ ИЗУЧеНИЯ СОРНОй ФЛОРы И РАСТИТеЛьНОСТИ КАМЧАТКИ И ДРУГИХ РеГИОНОВ ДАЛьНеГО ВОСТОКА (1975–1998 гг.) Ульянова Т. Н. Новые заносные растения во флоре некоторых районов Дальнего Востока СССР // Тр. по прикл. бот., ген. сел. – Л. : ВИР, 1975. Т. 54. Вып. 1. С. 253–254.

Ульянова Т. Н. Сорные растения Дальнего Востока СССР // Тез. 12-го Междунар. Ботан. Конгресса. Л., 1975. С. 131.

Ульянова Т. Н. Сорные растения в посевах риса Приморского края // Тр. по прикл. бот., ген. и сел. Л. : ВИР, 1975. Т. 54.

Вып. 3. С. 34–44.

Ульянова Т. Н. Сорно-полевая флора Камчатской области // Ботан. журн. 1976. Т. 61. № 4. С. 555–561.

Ульянова Т. Н. О нахождении Fumaria officinalis на советском Дальнем Востоке // Ботан. журн. 1976. Т. 61. № 6. С. 894–895.

Ульянова Т. Н. Новые заносные растения во флоре острова Сахалин // Бюл. ВИР. Л. : ВИР, 1976. Вып. 65. С. 78–90.

Ульянова Т. Н. Новые заносные растения Магаданской области // Ботан. журн. 1977. Т. 62. № 5. С. 694–696.

Ульянова Т. Н. Сорно-полевая флора Сахалинской области // Ботан. журн. 1978. Т. 63. № 2. С. 214–222.

Ульянова Т. Н. Сегетальная флора Приморского края // Ботан. журн. 1978. Т. 63. № 7. С. 1004–1016.

Ульянова Т. Н. К засоренности сельскохозяйственных культур Сахалинской области // Бюл. ВИР. Л. : ВИР, 1978. Вып. 81.

С. 58–65.

Ульянова Т. Н. Сорные растения в посевах сои Приморского края // Тр. по прикл. бот., ген. и сел. Л. : ВИР, 1978. Т. 61. Вып. 2.

С. 41–49.

Ульянова Т. Н. Сорно-полевая флора Дальнего Востока //

Защита растений. 1979. № 11. С. 32–33.

Ульянова Т. Н. Становление сорно-полевой флоры в различных природных зонах советского Дальнего Востока (тез. докл.) // Итоги и перспективы использования мировой коллекции ВИР в развитии сельскохозяйственного производства Дальнего Востока тез. зональной научно-производственной конф., посв. 50-летию ДОС ВИР. 20–22.12.1979. Владивосток, 1979. С. 86–88.

Ульянова Т. Н. Сорные растения Магаданской области // Тр. по прикл. бот., ген. и сел. Л. : ВИР, 1980. Т. 68. Вып. 3. С. 34–41.

Ульянова Т. Н. Новые и редкие для флоры острова Итуруп растения // Тр. по прикл. бот., ген. и сел. Л. : ВИР, 1980. Т. 68.

Вып. 3. С. 42–44.

Ульянова Т. Н. Kamchatka Peninsula // Biology and ecology of weeds. Geobotany 2. Dr. W. Junk publ. the Hague – Boston – London, 1982.

Ульянова Т. Н. Сорно-полевая флора советского Дальнего Востока (основные засорители) // Матер. 3-го Всесоюз. совещ. по пробл. агрофитоценологии и агробиогеоценологии. Ижевск, 1983. С. 90–95.

Ульянова Т. Н. Сорные растения советского Дальнего Востока (перечень и распространение) // Каталог мировой коллекции ВИР. Вып. 374. Л. : ВИР, 1983. – 46 с.

Ульянова Т. Н. Видовой состав основных сорно-полевых растений советского Дальнего Востока // Ботан. журн. 1985. Т. 70.

№ 4. С. 482–490.

Ульянова Т. Н. Сорно-полевые растения советского Дальнего Востока (таксономический состав, география, вопросы биологических основ борьбы) // Автореф. дис.... докт. биол. наук. 1985. – 34 с.

Ульянова Т. Н. Формирование видового состава сегетальных растений советского Дальнего Востока // Тр. по прикл. бот., ген.

и сел. Л. : ВИР, 1987. Т. 112. С. 86–92.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. Синтаксономия сегетальной растительности советского Дальнего Востока. I. Камчатка. Ред.

ж-ла «Биол. науки». М., 1987. Деп. в ВИНИТИ 30.07.87 г. № 5431-В87. – 13 с.

Ульянова Т. Н., Рудаков К. Н. Ординационный анализ распределения сегетальной растительности советского Дальнего Востока // Растительный покров антропогенных местообитаний. Ижевск, 1988. С. 67–73.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. К синтаксономии сегетальных сообществ советского Дальнего Востока // Тез. Всесоюзн. совещ. «Агрофитоценозы и экологические пути повышения их стабильности и продуктивности». Ижевск, 1988. С. 120–121.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. Синтаксономия сегетальной растительности советского Дальнего Востока. II. Сахалин. Ред.

ж-ла «Биол. науки». М., 1989а. Деп. в ВИНИТИ 23.06.89 г. № 4149-В89. – 18 с.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. О региональных особенностях высших единиц сегетальной растительности советского Дальнего Востока // 7-е Всесоюзн. совещ. по классификации растительности (тез. докл.). Минск, 1989б. С. 3–4.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. Ассоциации сегетальной растительности острова Сахалин // Флора и растительность Сибири и Дальнего Востока. Тез. докл. конф., посв. памяти Л. М. Черепнина. Красноярск, 1991. С. 63–64.

Абрамова Л. М., Ульянова Т. Н. Синтаксономия сегетальной растительности советского Дальнего Востока. III. Хабаровский и Приморский края, Амурская и еврейская автономные области. Уфа, 1992. Деп. в ВИНИТИ 11.12.92 г. № 3514-В92. – 30 с.

Ульянова Т. Н. Сорные растения во флоре России и других стран СНГ. СПб., 1998. – 233 с.

АККЛИМАТИЗАЦИЯ СЕВЕРНОГО ОЛЕНЯ rAngIFer TArAnDUS НА о. ШУМШУ А. С. вАЛенцев*, н. е. кОЛОТиЛин** *Камчатский филиал Учреждения Российской академии наук Тихоокеанского института географии (КФ ТИГ) ДВО РАН, Петропавловск-Камчатский **Курильское лесничество ОГУ «Сахалинские лесничества», Северо-Курильск Дана характеристика абиотических и биотических условий существования северного оленя по о. Шумшу, динамика численности вида в 2005–2010 гг. Дано теоретическое обоснование этапов и фаз акклиматизационного процесса северного оленя на острове.

ACCLIMATIZATION OF A REIMDEER rAngIFer TArAnDUS ON THE SHUMSHU

ISLAND (NORTHERN KURIL ISLANDS)

A. S. vALenTSev*, n. e. kOLOTILIn** *Kamchatka Branch of Pacific Geographical Institute (KB PGI) FEB RAS, Petropavlovsk-Kamchatsky **Kurilskoe Forestry OGU “Sakhalin Forestry”, Severo-Kurilsk The characteristic of abiotic and biotic features of the reindeer habitat on the Shumshu Island and dynamics of the species abundance in 2005–2010 are presented. Theoretical background of the stages and phases of the acclimatization process of a reindeer on the Island is given.

Обогащение охотничьей фауны северных Курильских островов было начато в 2003 г. путём выпуска на о. Парамушир черношапочных сурков (Валенцев и др.; 2009). Этот процесс продолжен в 2005 г. выпуском северных оленей на о. Шумшу (Колотилин, 2006; Валенцев, Колотилин, 2010).

Обеднённый видовой состав териофауны и наличие свободной экологической ниши позволило японцам успешно разводить северного оленя в 1920–1945 гг. на о. Симушир (Исино-есиюки, 1925; Кузнецов, 1949). Позднее отечественные зоологи рекомендовали акклиматизацию этого вида на северных Курильских островах с целью повышения продуктивности охотничьих угодий этого региона (Клумов, 1960; Лавов и др., 1963; В. Воронов, 1974; Г. Воронов, 1982). Однако в течение более чем полувека рекомендации этих и многих других специалистов по данному вопросу так и остались не реализованными. В данном случае основной целью акклиматизации ставилось получение племенного поголовья, экологически адаптированного к местным условиям и пригодного в дальнейшем для интродукции на другие острова Курильской гряды уже в хозяйственных целях.

Принимая во внимание географическую близость о. Шумшу и Камчатки (ширина пролива между ними 12,4 км), а также сходство природно-климатических условий этих районов, в качестве объекта, наиболее подходящего для акклиматизации, был выбран охотский подвид северного оленя (R. t. phylarchus), обитающий на Камчатке (Воронов, 2004). Он частично уже адаптирован к местным условиям и является самой крупной формой из всех северных оленей Старого света (Гептнер и др., 1961). Отличается высоконогостью, что свидетельствует о приспособленности его к обитанию в условиях многоснежья. Эти животные хорошо адаптированы к жизни в равнинной и горной местностях, обитают на крутых склонах (до 30о), по заболоченным поймам, долинам, а также на морском побережье. К сезонным особенностям жизни камчатских оленей относится широкое их размещение на территории полуострова летом – от морского побережья до безлесного высокогорья. При этом животные концентрируются в верховьях долин – у ледников и снежников на лугах гольцовой зоны. Уходят олени из таких местообитаний только с установлением глубокого снежного покрова. Зимой звери сосредоточены в основном по выдувам и малоснежным участкам, в том числе и на морском побережье, где им доступны наземные лишайники и травянисто-кустарниковые растения (Гептнер и др., 1961).

Питание северного оленя, несмотря на недостаточную его изученность, довольно разнообразно. Эти животные обладают способностью хорошо усваивать мхи, лишайники, высшие травянистые растения как в зелёном (вегетирующем), так и в засохшем (ветошь) состоянии; поедают грибы, ветви и листья кустарников и кустарничков, различные ягоды, орешки кедрового стланика, кладки яиц, птенцов и даже мышевидных грызунов. Н. К. железнов (1990) указывает, что в рацион северного оленя входят 46 видов древесных, кустарниковых и кустарничковых растений, 134 вида трав, 19 наземных лишайников, 5 мхов и 8 видов шляпочных грибов. Анализируя трофический спектр северного оленя, можно вполне согласиться с мнением А. А. Насимовича, что непоедаемых или почти непоедаемых оленями сосудистых растений Севера насчитывается лишь несколько видов (Сыроечковский, 1986).

Пищевых конкурентов, теоретически, на острове достаточно много. Это все растительноядные млекопитающие (полёвки) и птицы. Однако, учитывая отсутствие основных конкурентов – снежного барана, домашнего оленеводства и скотоводства вообще, а также сезонность обитания пролётных и перелётных птиц – конкуренция всех этих животных играет второстепенную роль. То же самое можно сказать и о возможных очагах опасных инфекционных заболеваний.

К врагам камчатского оленя из крупных млекопитающих, обитающих на о. Шумшу, относится бурый медведь.

Из птиц – орланы, беркут и ворон, которые представляют опасность для новорожденных телят (Гептнер и др., 1961;

Бромлей, Кучеренко, 1983). Другие плотоядные – лисица, песец являются падальщиками. Это, вероятно, в большей степени относится и к беркуту, орланам и ворону, которых указанные авторы отнесли к врагам оленя.

По данным Н. К. железнова (1990), для северо-восточной группировки домашних и диких северных оленей, в общем, свойственны 28 видов гельминтов – 3 вида трематод, 16 – цестод и 9 – нематод. е. е. Сыроечковский (1986) приводит более обширный список гельминтов оленей евразии – 76 видов, в том числе 54 нематод, 16 цестод и 6 трематод.

Эктопаразитами северных оленей можно считать подкожного и носоглоточного оводов (которые на островах отсутствуют), а также слепней, мошку и комаров, которые на Курилах очень малочисленны. Таким образом, приведённые выше сведения дают основание полагать, что дикий северный олень, обитающий на Камчатке и в других северо-восточных регионах страны, имеет наиболее оптимальную товарную ценность, хорошо развитый экстерьер, обладает высокой экологической пластичностью и в меньшей степени подвержен болезням и нападению кровососов, чем другие формы этого вида. В связи с перечисленными качествами камчатский северный олень охотского подвида, по мнению многих специалистов, является наиболее привлекательным объектом для акклиматизации на северных Курильских островах (Воронов, 2004).

Однако, поскольку вследствие браконьерства в особо крупных размерах с применением авиации и снегоходов численность дикого северного оленя на полуострове крайне низкая и он включён в Красную книгу Камчатки (2006), было решено завозить домашних оленей из горных местностей Быстринского района Камчатки.

Остров Шумшу – первый с севера в Большой Курильской гряде, отделённый от Камчатки проливом шириной 12,4 км. Он имеет в длину 30 км при наибольшей ширине 20 км; площадь 368 км2 (Злобин, Высоков, 2004). Из всех островов Большой Курильской гряды только Шумшу свойственен сравнительно равнинный рельеф. По этому признаку он очень близок к м. Лопатка на Камчатке. Рельеф острова представляет собой волнистую равнину с преобладающими абсолютными высотами 120–150 м и максимум до 189 м, многочисленными небольшими реками, ручьями и массой неглубоких пресноводных озёр. В основании он сложен вулканическими породами, а выше – рыхлыми морскими отложениями; в этой связи почвогрунты здесь большей частью супесчаные.

Климат – типично морской со сравнительно тёплой зимой, прохладным летом, высокой влажностью и сильными ветрами. Сильные ветры в зимний период совершенно сдувают снег с открытых мест – береговых террас и возвышенностей и сносят его в овраги и долины (Лавов и др., 1963). Этот абиотический фактор также весьма благоприятен для зимнего обитания оленей, так как позволяет им кормиться на таких бесснежных участках в период глубокоснежья. Несмотря на общую суровость климата в целом, он заметно мягче, чем на Камчатке и Командорских островах, особенно в период наиболее ответственных биологических циклов жизни оленей – гона (сентябрь-октябрь), зимовки и беременности (декабрь-апрель), отёла (май) и последующего роста и развития телят до 3–4-месячного возраста (Воронов, 2004).

Высокоствольного леса на острове нет, его замещает кедровый и ольховый стланики, рябина бузинолистная, приуроченные к вершинам и склонам возвышенностей. Здесь же размещаются верещатники, представленные рододендронами, багульниковыми, филодоцевыми, арктоусовыми и другими видами родов семейства вересковых. Многочисленна шикша, стелющиеся виды ив (полярная, буреющая и др.), ягодные виды семейства брусничных (брусника, голубица, черника и др.), розоцветных (морошка, княженика), жимолостных (жимолость камчатская) и многих других кустарниковых и кустарничковых видов растений, охотно поедаемых оленем в дальневосточном регионе.

Наземные лишайники (Cladonia и др.) на острове имеют незначительное распространение и небольшие запасы.

Зато отлично развита травянистая растительность. Практически все заболоченные участки здесь занимают луга из осок, которых насчитывается на острове несколько десятков видов, и более многочисленных злаковых, а долины и незаболоченные берега рек и ручьёв покрыты разнотравно-злаковыми сообществами.

В общем, можно считать, что флора и растительность о. Шумшу, за исключением высокоствольных лесов, имеет большое сходство с таковыми южной части Камчатки. По видовому разнообразию и запасам кормовых растений и грибов (белых, маслят и др.) этот остров не уступает южным районам полуострова и Якутии. Весьма положительным для интродуцентов в трофическом отношении следует считать и образование на морских террасах и возвышенностях малоснежных или вообще лишённых снежного покрова участков (выдувов). В таких местах олени наряду с побегами ольхи и рябины могут питаться зимой ветошью различных трав, лишайниками, а также шикшей.

Последняя, как показывает 120-летний опыт акклиматизации северных оленей на о. Беринга (Командорские о-ва), при чрезмерном увеличении численности их популяций и стравливании ягельных пастбищ может являться зимой основным кормом оленей в течение длительного времени (Павлов, 1999; Загребельный, жалгаубаев, 2002).

2 октября 2005 г. морским транспортом на остров были доставлены 10 животных, взятых в Быстринском районе Камчатки – 7 беременных самок в возрасте 1,5 года и 3 взрослых самца в возрасте 2,5 года. Условия первой зимовки оказались достаточно благоприятными для оленей – мягкая и малоснежная, с редкими пургами погода. Олени держались невдалеке (5–6, максимум 10–12 км) от места выпуска, всю зиму одним стадом. В питании зверей на новом месте преобладал шикшовник, затем ветошь, ягель и рододендрон золотистый. В конце апреля – начале мая у всех 7 самок появилось по одному телёнку, из них 3 самца и 4 самки. В конце января 2007 г. молодые олени по росту почти не отличались от взрослых, упитанность у всех животных была хорошей. Основой питания зимой 2007 г., как и в 2006 г., был шикшовник, ветошь травы, ягель и зелень рододендрона. Кроме того, было замечено поедание хвои кедрового стланика. Суточные перемещения животных не превышали 2–3 км. В одно и то же время можно было наблюдать как пасущихся, так и спящих оленей. Весной 2007 г. родилось ещё 7 телят, ориентировочно 3 самца и самки. В том же 2007 г., 23 ноября, дополнительно было выпущено ещё 10 беременных самок в возрасте 1,5 года, доставленных из Быстринского района.

Зимой 2008 г. на острове учтено 33 особи, причём все олени (первого и второго выпусков) с середины февраля объединились и держались единым стадом. Одна самка в начале января 2008 г. переплыла через Второй Курильский пролив на о. Парамушир, отелилась там и держалась в 15–20 км от г. Северо-Курильска. Зимой 2009 г. было учтено 47 голов: 24 самки, 15 прибылых и 8 взрослых самцов. Все они, за исключением одного быка завоза 2005 г., который хромал на первую переднюю ногу, находились в хорошем физическом состоянии. Зимой 2010 г. стадо оленей состояло уже из 67 особей, в том числе 20 взрослых самок, 12 взрослых самцов, 20 особей обоего пола в возрасте до 2 лет и 15 молодых особей до 1 года (рис. 1, 2).

Весной 2010 г. отёл начался 18 апреля и к 25 апреля было уже 15 новорождённых, а общая численность стада превысила 80 особей. В январе-феврале 2011 г. обследован весь остров и учтено 60 особей, в том числе всего два сеголетка. Основная и единственная причина столь большого отхода, особенно новорожденных – хищничество бурых медведей, которые за четыре предшествующих года успели «привыкнуть» к северным оленям и специализировались на их добыче. В связи с этим нам представляется необходимость проведения регулирования численности бурых медведей на острове.

За 2005–2009 гг. отмечены лёгкие травмы конечностей у двух животных (прихрамывание), полученные об острые камни или осколки снарядов и военной техники, сохранившиеся со времён войны. Отход от хищников (медведей) составил две особи (взрослые самцы из завоза 2005 г.), которые погибли в 2008 и 2009 гг. Численность медведей на острове составляет от 4 (2006 г.) до 6–7 особей (2000–2004 гг.). С каждым годом олени дичают всё сильнее. животные завоза 2005 г. ещё помнят человека, и при спокойном состоянии стада, скрадом и против ветра, к ним можно подойти метров на 60. Родившиеся на острове олени ближе чем на 150 м человека не подпускают.

На острове площадь пригодных для оленя местообитаний составляет всего около 200 км2. Принимая во внимание средние показатели плотности населения оленей в естественных и антропогенно возникших популяциях в северовосточном регионе: до 0,7 особей на км2 – на Чукотке; до 0,8 – в Якутии (железнов, 1990); 0,7 – на о. Беринга (Загребельный, жалгаубаев, 2002), а также усреднённую величину этого популяционного показателя дикого северного оленя по северному полушарию в целом – около 1 особи/км2 пастбищ (Сыроечковский, 1986), можно полагать, что на о. Шумшу могут успешно в течение многих лет и без ущерба для пастбищ обитать 150–200 оленей. Из этой популяции, без ущерба для воспроизводства, можно ежегодно изымать до 30 % поголовья (50–60 особей), причём не только путём отстрела, но и проводя отлов для интродукции на другие острова Большой Курильской гряды, в первую очередь на о. Парамушир. В связи с указанной выше особенностью динамики численности интродуцентов чрезвычайно важно не пропустить первый её «акклиматизационный взрыв», который является сигналом к началу хозяйственного использования образовавшейся популяции. Необходимо также отметить, что при ружейной охоте на оленей нельзя вести селекционный отстрел только взрослых быков и наиболее крупных особей. Это может нарушить половозрастную структуру сложившейся группировки, снизить воспроизводственные способности популяции и жизнеспособность рождаемых телят. Исключение при этом должны составлять только больные (в т. ч. хромые, вялые), пятнисто окрашенные и уродливые особи, среди которых могут быть и разносчики инфекционных болезней – копытки, бруцеллёза и др. (Воронов, 2004). Опыт островного оленеводства на о. Беринга показывает, что при плотности в 2 и более особи на 1 км2 олени или исчезают вообще (как это было в начале XX в.), либо их численность за 20 лет снижается до угрозы полного исчезновения вследствие подрыва кормовой базы в условиях ограниченной территории (середина XX в.).

Судя по биологическим особенностям северного оленя в северо-восточном регионе, в том числе на соседней Камчатке и о. Беринга, жизнедеятельность интродуцента (при регулировании его численности на уровне 150–200 особей) не повлечёт за собой значительных и необратимых негативных эколого-биологических изменений в фитосообществах о. Шумшу. Во-первых, на острове известно произрастание только двух краснокнижных видов (полушник азиатский и башмачок крупноцветковый) (Красная книга СССР, 1984), которые вследствие своей редкости вряд ли окажутся в числе основных кормовых объектов акклиматизанта. Во-вторых, восстановление травянистых, кустарниковых и кустарничковых видов вследствие особенностей рельефа, высокой влажности воздуха и почв происходит здесь довольно быстро.

Интродукция северного оленя на этот остров, где нет животноводческих ферм и выпаса крупного рогатого скота, не усложнит и современную санитарно-эпизоотическую обстановку в местных экосистемах.

К неблагоприятной биоценотической стороне акклиматизации здесь северного оленя следует отнести (учитывая присутствие в его весенне-летнем рационе яиц и нелётных птенцов) возможное незначительное сокращение численности некоторых низко- и наземногнездящихся мелких воробьиных птиц – полевого жаворонка, коньков, соловьякрасношейки, охотского сверчка, овсянок, а также куликов-фифи, длиннопалого песочника, чернозобика и других наиболее многочисленных и широко распространённых фоновых видов птиц, обитающих в луговых и тундроподобных биотопах (Гизенко, 1955; Иванов, 1976). Однако, учитывая их пластичность, следует полагать, что в процессе адаптации к новому вселённому виду эти птицы найдут экологические пути избегания контактов с оленем и минимизации причиняемого им ущерба (Воронов, 2004).

Необходимо осуществлять контроль и проводить регулярные полевые наблюдения за ходом адаптации акклиматизированного вида к новым жизненным условиям: выявить употребляемые основные корма, характер биотического размещения животных по сезонам года, воспроизводственные возможности, динамику численности, возникшие конкурентные и враждебные отношения, болезни. Результаты наблюдений по перечисленным вопросам позволят своевременно обнаружить и предотвратить возможные неблагоприятные факторы, воздействующие на местные экосистемы и препятствующие успешной натурализации этого вида, а также позволит определить целесообразность продолжения этих работ на северных Курильских островах.

В правовом плане северному оленю о. Шумшу необходимо придать статус дикого животного, поскольку абсолютно никаких признаков домашнего оленеводства (окарауливание стада, селекция, контроль за отёлом, корализация, ветеринарно-зоотехнические мероприятия, использование в транспортных целях и т. п.) не намечается.

Анализируя ход акклиматизационного процесса по Г. Л. Шкорбатову (1961, 1964), можно сделать вывод, что интродуцент успешно преодолел первый этап акклиматизации – фенотипический, когда организмы, попавшие в новые условия, изменяются в пределах своей физиологической пластичности на базе существующей наследственности.

Сейчас он находится на втором этапе акклиматизации – генотипическом. Этот этап начался со второго поколения, когда процесс созревания гонад и все стадии онтогенеза после оплодотворения проходят уже в новых условиях.

Используя понятие «фазового» характера акклиматизации (Шапошников, 1958), интродуцент прошёл первую фазу (с момента выпуска до начала размножения, когда в результате естественного отбора выживают особи, которые смогли адаптироваться в новых условиях). Сейчас наступила и продолжается вторая фаза – интенсивный рост популяции, увеличение её плотности и активизация естественного отбора. Начинают устанавливаться биоценотические связи, идёт формирование новых ритмов ряда периодических явлений (сезонные миграции, сроки размножения, линьки и т. п.). После заселения всех пригодных местообитаний следует ожидать третьей фазы – некоторой стабилизации численности и заметного замедления темпа биологических и морфологических преобразований новой популяции.

Бромлей Г. Ф., Кучеренко С. П. 1983. Копытные юга Дальнего Востока СССР. – М. : Наука. – 302 с.

Валенцев А. С., Лебедько А. В., Колотилин Н. Е. 2009. Акклиматизация камчатского черношапочного сурка Marmota camtschatica Pall., 1811 на о. Парамушир (Северные Курилы) // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей:

Докл. X междунар. научн. конф. (Петропавловск-Камчатский, 17–18 ноября 2009 г.). – Петропавловск-Камчатский: Камчатпресс. С. 209–211.

Валенцев А. С., Колотилин Н. Е. 2010. Акклиматизация северного оленя Rangifer tarandus на о. Шумшу (Северные Курилы) // Сохранение биоразнообразия Камчатки и прилегающих морей : матер. XI междунар. научн. конф. – Петропавловск-Камчатский :

Камчатпресс. С. 315–318.

Воронов В. Г. 1974. Млекопитающие Курильских островов. – Л. : Наука. – 164 с.

Воронов Г. А. 1982. Акклиматизация млекопитающих на Сахалине и Курильских островах. – М. : Наука. – 134 с.

Воронов Г. А. 2004. Обоснование акклиматизации северного оленя на о. Шумшу (северные Курильские острова). Фонды КФ ТИГ ДВО РАН. – 23 с.

Гептнер В. Г., Насимович А. А., Банников А. Г. 1961. Млекопитающие Советского Союза. Парнокопытные и непарнокопытные. – М. : Высшая школа. – Т. I. – 776 с.

Гизенко А. И. 1955. Птицы Сахалинской области. – М. : Изд-во АН СССР. – 328 с.



Pages:   || 2 | 3 |
Похожие работы:

«Институт экономики, управления и права (г. Казань) Главная редакция книги Память Посвящается 70-летию Сталинградской битвы Великая Отечественная война советского народа: история и современность Материалы Всероссийской научно-практической конференции 2 февраля 2013 г. Казань Познание 2013 УДК 940(47)084.8 ББК 63.3(2)622 В27 Печатается по решению редакционно-издательского совета Института экономики, управления и права (г. Казань) Редколлегия: В.Г. Тимирясов ректор Института экономики, управления...»

«Санкт-Петербургский Филиал Института Востоковедения Российской Академии Наук http://www.orientalstudies.ru ЯКОБСОН ВЛАДИМИР АРОНОВИЧ СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ 21 декабря 2005 г. В печати: 1. Древняя Месопотамия. Раздел для нового учебника по истории Древнего Востока (7 а.л.) 2. Введение к вышеуказанному учебнику (1,5 а.л.). 3. Историография Ассирии (4 а.л.). 4. Правовое и имущественное положение воинов rdum времени I Вавилонской династии. ВДИ 2, 1963 (1,2 а.л.). (переиздано на венгерском яз.) 5. Работа...»

«Вестник МАПРЯЛ 78 Оглавление Хроника МАПРЯЛ - Уточненный план деятельности МАПРЯЛ.2 Информация ЮНЕСКО.. 5 Памятные даты - 120 лет со дня рождения С.Г. Бархударова.10 - 125 лет А.А. Ахматовой..11 В копилку страноведа - В. Борисенко. Крым в историческом аспекте (краткий обзор).13 В помощь преподавателю - В. Шляхов, У Вэй. Эмотивность дискурсивных идиом.17 Новости образования..26 Новости культуры.. 45 Вокруг книги.. 57 Россия сегодня. Цифры и факты. 63 Калейдоскоп.. 72 1 Хроника МАПРЯЛ План...»

«ФИЛОСОФСКИЙ ВЕК НАУКИ О ЧЕЛОВЕКЕ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ 3 St. Petersburg Center for the History of Ideas http://ideashistory.org.ru Санкт-Петербургский Центр истории идей The Almanac Editors: Prof. Dr. Tatiana V. Artemieva, Dr. Michael I. Mikeshin art@hb.ras.spb.su mic@mm1734.spb.edu http://ideashistory.org.ru P.O. Box 264, St. Petersburg 194358 Russia Fax +1 (603) 297 3581 St. Petersburg Branch of Institute of Human Studies RAS Faculty of Philosophy of Man of Herzen State Pedagogical University of...»

«УДК 378 М.Р. Фаттахова, г. Шадринск Организация и функционирование пресс-службы ФГБОУ ВПО ШГПИ как явление саморекламы вуза Статья посвящена истории создания пресс-службы в ШГПИ. Рассматривается процесс ее становления и развития с сентября 2007г. по настоящее время. Пресс-служба образовательного учреждения, ШГПИ. M.R.Fattahova, Shadrinsk Organization and functioning of the press-service ФГБОУ VPO ШГПИ as a phenomenon of self-promotion of the University The article is devoted to the history of...»

«Конференция Сторон Международной 3CP конвенции о борьбе с допингом в спорте Третья сессия Париж, Штаб-квартира ЮНЕСКО, зал II 14-16 ноября 2011 г. ICDS/3CP/Doc.6 15 сентября 2011 г. Распространяется по списку Оригинал: английский Пункт 6.2 предварительной повестки дня Доклад Комитета по утверждению проектов, представляемых Фонду для искоренения допинга в спорте РЕЗЮМЕ Документ: резолюция 2 CP/4.3. История вопроса: В соответствии с резолюцией 2CP/4.3 Комитет по утверждению проектов,...»

«Военно-исторический проект Адъютант! http://adjudant.ru/captive/index.htm Первая публикация: // Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы: Материалы Х Всероссийской научной конференции. М. 2002. С. 18-38 В.А. Бессонов Численность военнопленных 1812 года в России [18] Одним из малоизученных и спорных вопросов, относящихся к пребыванию военнопленных в России, является определение общего числа пленных, взятых в ходе Отечественной войны 1812 года, которое оценивается в диапазоне...»

«Министерство образования и наук и Самарской области Совет ректоров Самарской области ГОУ ВПО Поволжская государственная социально-гуманитарная академия ФГБУВПО Самарский государственный аэрокосмический университет имени академика С.П. Королва (национальный исследовательский университет) СБОРНИК ТРУДОВ региональной межвузовской научно-практической конференции Высшее профессиональное образование в Самарской области: история и современность (Самара, 6-8 октября 2011 года) Направление...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ – 2005 Материалы всероссийской научно-практической конференции, посвященной 15-летию со дня принятия Декларации о государственном суверенитете Республики Башкортостан и 5-летию образования Нефтекамского филиала БашГУ 24-25 октября 2005 года Часть II РИО БашГУ УДК 001+37 ББК 72:74 Н 34 Редакционная коллегия: д-р...»

«ТАВРИЧЕСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ В. И. ВЕРНАДСКОГО ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАФЕДРА НОВОЙ И НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ СБОРНИК ДОКЛАДОВ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ США: ИСТОРИЯ, ОБЩЕСТВО, КУЛЬТУРА (5 апреля 2013 г.) Симферополь – 2013 США: история, общество, культура Сборник докладов международной конференции США: история, общество, культура (5 апреля 2013 г.): научное интернет-издание / кафедра новой и новейшей истории, Таврический национальный университет имени В.И. Вернадского. – Симферополь,...»

«ВЫСТУПЛЕНИЕ НА Д И С К У С С И И ПО КНИГЕ Г. Ф. АЛЕКСАНДРОВА ИСТОРИЯ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ 24 июня 1947 г. ГОСПОЛИТИЗДАТ.1932 ВЫСТУПЛЕНИЕ НА Д И С К У С С И И ПО КНИГЕ Г. Ф. АЛЕКСАНДРОВА ИСТОРИЯ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ 24 июня 1947 г ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1952 Товарищи! Дискуссия о книге т. Александрова не ограничилась рамками обсуждаемой темы. Она раз­ вернулась вширь и вглубь, поставив также более об­ щие вопросы положения на философском фронте....»

«Камчатский филиал Тихоокеанского института географии ДВО РАН Камчатская Лига Независимых Экспертов Проект ПРООН/ГЭФ Демонстрация устойчивого сохранения биоразнообразия на примере четырех особо охраняемых природных территорий Камчатской области Российской Федерации СОХРАНЕНИЕ БИОРАЗНООБРАЗИЯ КАМЧАТКИ И ПРИЛЕГАЮЩИХ МОРЕЙ Доклады VIII международной научной конференции 27–28 ноября 2007 г. Conservation of biodiversity of Kamchatka and coastal waters Proceedings of VIII international scientic...»

«Учреждение образования ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ ЦЕНТР КИТАЙСКОГО ЯЗЫКА И КУЛЬТУРЫ КАФЕДРА ВОСТОЧНЫХ ЯЗЫКОВ БЕЛОРУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ОТДЕЛ ПО ДЕЛАМ ОБРАЗОВАНИЯ ПОСОЛЬСТВА КИТАЙСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ МИНСКИЙ ГОРОДСКОЙ НАУЧНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ЦЕНТР ТАЙГЕН ПУТИ ПОДНЕБЕСНОЙ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ ВЫПУСК II Минск РИВШ УДК 811.58(082) ББК 81.2Кит.я П Сборник основан в 2006 году Рекомендовано Ученым советом факультета...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ НАУК _ ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАСТЕНИЕВОДСТВА имени Н. И. ВАВИЛОВА (ВИР) ТРУДЫ ПО ПРИКЛАДНОЙ БОТАНИКЕ, ГЕНЕТИКЕ И СЕЛЕКЦИИ том 173 Редакционная коллегия Д-р биол. наук, проф. Н. И. Дзюбенко (председатель), д-р биол. наук О. П. Митрофанова (зам. председателя), канд. с.-х. наук Н. П. Лоскутова (секретарь), д-р биол. наук С. М. Алексанян, д-р биол. наук И. Н. Анисимова, д-р биол. наук Н. Б. Брач, д-р с.-х. наук, проф. В. И....»

«Антропология советской школы Культурные универсалии и провинциальные практики сборник статей Пермский государственный университет Кафедра детской литературы Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств Антропология советской школы Культурные универсалии и провинциальные практики Сборник статей Пермь 2010 УДК 371 (316.74)(47+57) ББК 74:71.4 (2) А72 Антропология советской школы: Культурные универсалии А72 и провинциальные практики: сб. ст. / Пермский гос. ун-т. — Пермь,...»

«Выпуск 4–5 Воронеж 2009–2011 УДК 271.2-725:37(470.324)(06) ББК 86.372(2Рос=2Вор)я54 Т78 По благословению Митрополита Воронежского и Борисоглебского СЕРГИЯ Главный редактор Игумен Иннокентий (Никифоров) Редакционная коллегия: протоиерей Андрей Изакар священник Сергий Царев священник Василий Бакулин Макеев Н.В. Ушакова Ю.В. Труды преподавателей и выпускников Воронежской православТ78 ной духовной семинарии. Выпуск 4–5. – М., 2011. – 400 с. В очередной сборник Трудов преподавателей и выпускников...»

«36 C Генеральная конференция 36-я сессия, Париж 2011 г. 36 C/42 9 сентября 2011 г. Оригинал: английский Пункт 11.5 предварительной повестки дня Объединенный пенсионный фонд персонала Организации Объединенных Наций и назначение представителей государств-членов в состав Пенсионного комитета персонала ЮНЕСКО на 2012-2013 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Статьи 14 (а) и 6 (с) Положений Объединенного пенсионного фонда персонала Организации Объединенных Наций. История вопроса: Объединенный пенсионный фонд...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Чувашский государственный университет имени И.Н.Ульянова Центр научного сотрудничества Интерактив плюс Образовательная среда сегодня: стратегии развития Сборник статей Международной научно-практической конференции Чебоксары 2013 УДК 373.1.02(082) ББК 74.202.3я43 О-23 Рецензенты: Рябинина Элина Николаевна, канд. экон. наук, профессор, декан экономического факультета Мужжавлева Татьяна...»

«Экспресс-анализ преподавания истории России и региона в субъектах Северо-Кавказского федерального округа Авторы: Серавин Александр Игоревич, директор исследовательских программ ЦСКП Кавказ, Сопов Игорь Александрович, исполнительный директор ЦСКП Кавказ, Макаров Максим Дмитриевич, эксперт ЦСКП Кавказ. Название доклада: Экспресс анализ преподавания истории России и региона в субъектах Северо-Кавказского федерального округа (СКФО). СОДЕРЖАНИЕ Методика исследования Дагестан Чечня Ингушетия Северная...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРОФСОЮЗОВ СОВРЕМЕННЫЙ СПОРТИВНЫЙ БАЛЬНЫЙ ТАНЕЦ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ, СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Межвузовская научно-практическая конференция 22 февраля 2013 года Рекомендовано к публикации редакционно-издательским советом СПбГУП, протокол № 5 от 21.11.12 Санкт-Петербург 2013 ББК 71 С56 Ответственный за выпуск Р. Е. Воронин, заместитель заведующего кафедрой хореографического искусства СПбГУП по научно-исследовательской работе, кандидат...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.