WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

«МУЗЕЙНЫЙ ВЕСТНИК Выпуск VI Смоленск, 2012 —1— Издан по решению Методического совета ОГБУК Смоленский государственный музей-заповедник. Шестой номер Музейного вестника представляет ...»

-- [ Страница 1 ] --

ОГБУК «СМОЛЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК»

МУЗЕЙНЫЙ

ВЕСТНИК

Выпуск VI

Смоленск, 2012

—1—

Издан по решению Методического совета

ОГБУК «Смоленский государственный музей-заповедник».

Шестой номер «Музейного вестника» представляет читателям исследования сотрудников Смоленского государственного

музея-заповедника в разных областях музейной деятельности, рассказывает об опыте музейной работы.

Также в сборник вошли материалы научно-практической конференции «Музей вчера, сегодня, завтра», прошедшей 25 ноября 2011 года.

«Музейный вестник» будет интересен историкам, педагогам, музейным работникам и краеведам.

Составитель:

Вострикова Н.К.

Редактирование, корректура:

Никифорова В.В.

Макет:

Мелькин А.Э.

© ОГБУК «Смоленский государственный музей-заповедник», © Мелькин А.Э. (макет), Отпечатано в ООО «СмолПринт»

214013 г. Смоленск, ул. Кирова, д. 12 кв. 31. Т. 40-43-50, 63-58-18.

Заказ 463-2012. Тираж 450.

—2— ИМЕНА Хенкин А.М., с 1976 по 1978 гг. – директор Смоленского музея-заповедника О СмОленСкОм музее-запОведнике в 50–80-е гОды ХХ века (воспоминания) Чтобы не возникало вопросов, кто этот автор, вроде в музее, да и вообще в Смоленске такого нет, сразу представлюсь. Я – Хенкин Аба Моисеевич, 1916 года рождения. Проработал в Смоленском музее 32 года – с 1953 до 1985. Из них 21 год – заместителем директора по наук

е, 3 года директором, затем, уже будучи пенсионером, работал рядовым научным сотрудником. Теперь вам ясно, что я могу кое-что рассказать о музейных делах в те годы.

Итак! В июле 1953 года я приехал в Смоленск, и меня назначили заместителем директора краеведческого музея по науке.

Хотя я еще в 1940 году закончил исторический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, никакого представления о музейной, тем более, научной работе не имел. Мне казалось, музей – это выставка раритетов, которые попадают туда различными путями и выставляются напоказ. Я думал, покантуюсь годик, а потом перейду в пединститут. Но случилось невероятное: я так увлекся музейной работой, которая объединяла в себе научно-исследовательскую, экспозиционную, собирательскую, просветительскую деятельность, что остался в музее, и эти годы считаю лучшими в моей жизни.

В середине июля 1953 года я пришел к директору музея Д.И. Будаеву, тогда заочнику-аспиранту Государственного Исторического музея, предъявил направление, другие документы. Он внимательно ознакомился, особенно с дипломом (а там сказано, что мне присвоена квалификация преподавателя вуза или втуза, научного работника в области исторических наук), спросил, сколько времени я собираюсь работать в музее, и выразил надежду, что я не убегу. По существу, именно он оказался для меня не только административным начальником, но и научным руководителем.

—3— Благодаря ему я быстро включился в работу. Не могу не сказать:

когда Д.И. Будаев стал доктором исторических наук, заслуженным деятелем наук РСФСР, профессором, он не порывал связи с музеем, состоял в редколлегии «Сборника материалов по изучению Смоленской области», к его мнению мы всегда прислушивались, и оно было решающим.

Вместо Д.И. Будаева, ушедшего работать в пединститут, директором музея был назначен Вл. Хитрин, старый большевик, персональный пенсионер республиканского значения. Но он был очень далек от истории и искусства. Примерно в 1960 году Хитрина сняли, а вместо него назначили бывшего полковника, политработника, в довоенные годы окончившего Смоленский пединститут, В.И. Шкудо. Коренной смолянин, он любил свой край и 14 лет проработал директором музея. В 1974 году В.И. Шкудо был вынужден уйти с этой должности по состоянию здоровья, но остался работать в музее в массовом отделе и проработал там до своей кончины в 1977 году. В 1974 году директором музея назначили меня, а заместителем по науке стал А.Е. Минкин.

Но вернемся к музею. Еще во времена директорства Д.И. Будаева была хорошо организована собирательская работа. У нас был грузовой автомобиль, и мы каждое лето выезжали в районы для сбора музейных материалов. Назовем эти поездки экспедициями. К каждой из них мы готовились: работали в архивах, читали необходимую литературу, составляли план поисков и намечали, какие предметы нам хотелось бы найти. Поэтому мы никогда не возвращались с пустыми руками: знали, в какой район по заданной теме следует ехать и что искать.

Фонды все время пополнялись, а в экспозиции находки вводить мы не могли – не хватало помещений. В те 40–50-е годы экспозиции музея размещались в двух зданиях: на Соборном дворе в бывшей церкви находились отдел истории досоветского периода, отдел природы, фонды и библиотека; в здании бывшего музея «Русская старина» – отдел истории советского периода и картинная галерея.

Конечно, директоры обращались к властям с просьбой о предоставлении помещений, но им отвечали: «Людям жить негде, а вы… музей!». Действительно, Смоленск в те годы еще не оправился от военной разрухи. Но вот наступил 1961 год, и нам передают освободившееся трехэтажное здание бывшего Смоленского почтамта. Тут я должен сделать маленькое отступление. Сейчас принято ругать всех и все, что было в годы Советской власти. Однако среди партийных и советских чиновников находились люди высококультурные. Таким был вновь назначенный (тогда называли избранный) Абрасимов, в прошлом работник учреждения культуры, потом дипломат. К нам он приехал из Варшавы, где был полномочным послом СССР. Так вот именно ему принадлежит решение передать здание музею. В одно из его посещений, когда мы уже начали размещать экспозицию, он поинтересовался, хватит ли у нас экспонатов, и сколько времени потребуется, чтобы открыть музей. На первый вопрос ему ответили, что экспонатов вполне хватит, а что касается открытия, то нам надо месяцев 5–6, все-таки три этажа. Он покачал головой и сказал: «Даю вам месяц». Для нас его слово – закон.



Работали мы, музейщики и художники, с утра до ночи, и распоряжение Абрасимова выполнили. Если мне не изменяет память, это было перед ХХII съездом КПСС. Да! Еще деталь! Он предложил текст вывески «Смоленский исторический музей». Так, без всяких постановлений в городе появился Исторический музей. Потом Абрасимов приводил к нам приезжавших чиновников из ЦК партии, а однажды организовал в музее встречу А.Т. Твардовского с местными писателями.

Экспозиционную площадь мы использовали так: два зала 1-го этажа – наши знатные земляки. Первый – мемориальный зал М.И. Глинки, во втором зале – Ю.А. Гагарин, генеральный авиаконструктор, лауреат Сталинской Госпремии, Герой социалистического труда С. Лавочкин, ученый-почвовед В.В. Докучаев.

2-й этаж – история досоветского периода. 3-й этаж – история советского периода. Имея значительно больше, чем было ранее экспозиционных площадей, мы смогли расширить показ всей истории Смоленского края.

В раздел досоветского периода ввели новые археологические материалы. Центром стал сосуд Х века с надписью «гороухща».

Не могу удержаться, чтобы не рассказать, как этот сосуд чуть не подружил нас с Югославией. Это было в 60-е годы. У власти находился Н.С. Хрущев, он съездил в Белград и пообщался с Иосифом Броз Тито. Сталин и Тито были смертельными врагами, хотя Югославия являлась социалистической страной, а Броз Тито – руководителем компартии. Потом Тито приезжал в Москву. Именно в эти годы мы получаем письмо из Белграда от государственного исторического музея с просьбой выслать им копию упомянутого сосуда. Мы решили просьбу удовлетворить. А.Е. Минкин, тогда заведующий отделом, поехал в Гнездово на керамзавод, заказал копию. Ее сделали и очень хорошо. Осторожно упаковали в специально заготовленный ящик, и А.Е. Минкин пошел на почту.

Но там ему сказали: чтобы отправить посылку, необходимы две справки: первая – от института археологии Академии наук о том, что эта копия никакой исторической или художественной ценности не представляет, вторая – справка от таможни, что сосуд не подлежит обложению таможенной пошлиной. Но везти сосуд в Москву!? А вдруг несчастный случай, и он вообще исчезнет?

Я решил не рисковать и отправил «гороухщу» в фонды.

Кроме археологии добавили реликвии войны 1812 года. На целый зал расширили показ революционных событий в Смоленской губернии. В отделе советского периода два зала отвели на показ событий Великой Отечественной войны и коллективизации на Смоленщине. Наконец, чтобы выделить наше здание на улице Ленина, мы на тротуаре возле входных дверей установили стволы двух пушек 1812 года.

Открытие в центре города, по существу, нового музея способствовало увеличению посещаемости. Стало больше экскурсий школьников, да и взрослых одиночек. Но снова, даже в этих залах, нам стало тесно, ведь собирательская работа продолжалась. Владимир Иванович Шкудо начал хождения по инстанциям.

Опять не могу удержаться от небольшого отступления. Дело в том, что Владимир Иванович и я были участниками Великой Отечественной войны, и военная тема была нам очень близка.

Владимиру Ивановичу – еще и как коренному смолянину, а мне – как участнику освобождения Смоленщины. Я служил в войсках 133-й стрелковой дивизии, которой, за отличие в боях по освобождению Смоленской области, было присвоено наименование «Смоленской». Ну как тут не сказать, что я увидел ранним утром 25 сентября 1943 года! Мы вошли в город со стороны Колодни и остановились возле швейной фабрики и льнокомбината. Было еще темно, но разрушения просматривались. Когда совсем рассвело, мы подошли к Днепру, и стали явно видны руины города.

Словно памятник на кладбище, среди развалин возвышался на холме Успенский собор. Такое не забудешь никогда. Мог ли я подумать, что пройдет 10 лет, и я снова окажусь в Смоленске, да еще в краеведческом музее!

Наступил 1965 год. Страна готовилась к 20-летию Победы.

К нам приезжают две сотрудницы Управления музеев Министерства культуры РСФСР, чтобы посмотреть экспозицию по Великой Отечественной войне, – можно ли на ее основе провести семинар «Об отражении военных событий Великой Отечественной войны в краеведческих музеях». Осмотрели экспозицию. За содержание похвалили. Материал очень эмоционален, но художественное решение плохое. Предлагают прислать трех московских художников-музейщиков, чтобы у нас провести реэкспозицию. Владимир Иванович и я соглашаемся. В начале апреля приезжают москвичи: два экспозиционера и один художник. За месяц работы они совершенно преобразили этот зал – иное освещение, выделение ведущих экспонатов.

Семинар музейных работников РСФСР состоялся, съехались представители почти всех краеведческих музеев. После семинара наш музей стал базовым по вопросам отражения событий Великой Отечественной войны в экспозициях. К нам приезжали музейщики из других городов за изучением опыта.





И снова нам стало тесно. Материалов накопилось много.

Нужны еще площади. Шкудо вновь начал ходить по инстанциям. Наконец ему повезло. Освобождалось здание бывшей начальной школы, построенное еще до Октябрьской революции. Вы это здание знаете, там сейчас отдел «Смоленщина в годы Великой Отечественной войны». Оно заинтересовало директора и меня своим местоположением. Фасад выходит на Кутузовский садик, а там целый военный мемориал. Это и памятник с орлами, и бюст Кутузова. Захоронение у крепостной стены воинов, погибших при освобождении Смоленска в 1943 году, вечный огонь. И опять остановка: строители не принимают заказ на ремонт здания, им опять не до нас. Но чтобы зафиксировать принадлежность здания музею, В.И. Шкудо перенес туда свой кабинет. Так бы и сидел там, среди разломанных перегородок и оборванных обоев, если бы не случилось очередное чудо.

Точной даты не помню, кажется, летом или осенью 1972 года, нам сообщают радостную весть: есть решение властей открыть в Смоленске музей Великой Отечественной войны. А так как собственно для этого и было получено здание, то в нем такой музей открыть в день годовщины освобождения Смоленска, 25 сентября 1973 года. Но откуда такая инициатива? Из бесед с обкомовскими работниками я узнал: незадолго до этого в Минске в торжественной обстановке в присутствии Л.И. Брежнева и многих секретарей обкомов КПСС был открыт Государственный музей Великой Отечественной войны. Я потом бывал в нем. Это действительно грандиозный музей. И якобы Л.И. Брежнев сказал секретарю нашего обкома И.Е. Клименко, почему бы не открыть военный музей и в Смоленске? Не знаю, так ли это было. Но то, что решение о создании в Смоленске такого музея было после открытия музея в Минске – факт достоверный.

Как по волшебству к нам явились строители. В художественном фонде была создана бригада из семи человек во главе с известным в Смоленске архитектором С. Шестопалом. Ход строительства контролировали ответственные работники облисполкома. Ну а мы, музейщики, тем временем стали готовить тематико-экспозиционный план. Сделали так: Хенкин готовит разделы «Смоленское сражение летом 1941 года» и «Рождение Советской гвардии под Ельней», М.А. Захаренкова – «Смоленская область в годы немецкой оккупации 1941–1943 гг.» и «Партизанское движение на Смоленщине», Р.М. Минкина – раздел «Освобождение Смоленской области». К работе были привлечены сотрудники партархива и госархива, которые предоставили ранее неизвестные документы по указанным темам. В начале апреля 1973 года все строительные работы были завершены, и мы вместе с художниками начали работу в залах. Маленькая деталь:

вместе с прибывшими специалистами работал наш музейный художник Н. Крылов. Он не только оформлял стенды, но и консультировал своих коллег по вопросам музейной специфики их оформления.

Примерно в середине апреля к нам присоединился назначенный заведующим будущим музеем полковник в отставке В.А. Макаров. Он хорошо знал ход военных событий на Смоленщине, но недооценивал значение партизанских действий. Забегая вперед, скажу, что после ухода В.А. Макарова нам прислали тоже отставника Б.Я. Индикуленко, который оказался более активным и значительно улучшил сбор экспонатов – как военной техники и вооружения, так и другого вещественного материала.

Осенью 1974 года, будучи уже директором музея, я стал вникать в хозяйственные дела, различные административные вопросы музейного строительства и узнал, что все краеведческие музеи РСФСР делятся на три категории, из которых третья – самая низкая, к ней относится и наш музей. Категории музеев определялись по установленным цифрам: наличие фондов и экспозиционных площадей, количество посещаемости. Тогда, когда определялись эти категории, наш музей тянул только на третью, но к 1975 году мы имели фактически три самостоятельных музея:

Исторический на улице Ленина, военный на улице Дзержинского, музей природы местного края в одной из башен Смоленской крепости. Количество фондов увеличилось на десятки тысяч наименований. Значительно возросла посещаемость. Добавив к этому филиалы в Вязьме, Гагарине, Ельне, я увидел, что мы превосходим показатели, необходимые для второй категории.

С этим я пошел к начальнику управления культуры З. Цветковой. Она со мной – к зампредисполкомом области Магидову.

Объясняем. Что было дальше, кто кому звонил, не знаю, но спустя некоторое время читаю приказ о переводе музея во вторую категорию. Оклады чуть-чуть увеличились. Директор вместо 90 рублей стал получать 110, соответственно на 10–15 рублей больше и все остальные.

В 1975–1976 годах наши фонды стали «выходить в люди».

Я имею в виду передвижной музей, передвижные выставки предметов вооружения и быта, не попавших в экспозицию. Все эти выставки сопровождали научные сотрудники, которые проводили беседы с посетителями. Но был один неблагоприятный факт – от нас отделялась картинная галерея, преобразованная в художественный музей им. С.Т. Коненкова.

Примерно к 1976 году я ознакомился со многими музеями, которые состояли в 1-й категории: Ярославским, Костромским, Казанским и др. Я убедился, что мы им сейчас ни в чем не уступаем, пошел к начальнику Управления культуры Антоновичу и стал доказывать, что стоит претендовать на 1-ю категорию. Он согласился, и мы стали смотреть, что можем представить Министерству культуры. Оказалось, что у нас не хватает посещаемости. Тогда Антонович предлагает: «Давайте вернем музей ИЗО и будет не Историко-краеведческий, а Историко-архитектурный и художественный музей». Что и сделали. Пока шли разговоры и готовились документы, состоялось решение Правительства о создании музеев-заповедников и все вышеперечисленные областные музеи 1-й категории стали заповедниками. С местными властями перевод музея в 1-ю категорию решили быстро, но нужно было еще согласие Министерства культуры и Минфина РСФСР, поскольку перевод в число заповедников предусматривал значительное увеличение финансирования. Оклад директора – 160 рублей вместо 110, соответственно повышались оклады зама по науке и других сотрудников. Увеличивалась также 5-я статья – расходы на научно-исследовательскую работу и приобретение экспонатов. Когда все необходимые документы были подготовлены и подписаны, Антонович предложил мне поехать в указанные Министерства защищать нашу просьбу.

В Министерстве культуры документы сразу завизировали. В Минфине чиновник, который со мной беседовал, устроил настоящий допрос по фондам и посещаемости, о площадях и, вообще, зачем Смоленску заповедник. Не буду рассказывать подробности моего разговора, но он тоже завизировал нашу просьбу. И уже после этого состоялось решение местных властей о создании в Смоленске музея-заповедника, директором которого я стал.

В 1976 году я получил персональную пенсию, поскольку мне исполнилось 60 лет. По тогдашним законам работник, которому назначена персональная пенсия, не может оставаться на руководящей работе. Я знал это, и никто не скрывал, что мне ищут замену, но найти ее удалось только в марте 1978 года. Это был инспектор Управления культуры А. Якушев. Я остался работать в музее до 1985 года, но уже рядовым научным сотрудником отдела истории досоветского периода.

За эти годы я участвовал в создании музея М.И. Глинки в Новоспасском, музея льна в Смоленске и экспозиции «Ленин и Смоленщина», которую создавал я один.

В 1984 году мое здоровье резко ухудшилось. Предстояла серьезная хирургическая операция и, конечно, я уже не мог нормально работать. 1 декабря 1984 года мне устроили проводы, хорошо обо мне говорили и даже были подарки. Я помню это до сих пор.

Заканчивая свои воспоминания, хочу сказать, что писал я их исключительно по памяти. А это вещь не очень надежная, поэтому приношу свои извинения тем сотрудникам, имена которых я не упомянул, но без которых не могло быть успехов. Прежде всего, это работа фондовиков. Ведь когда мы получали для экспонирования вещи, они уже были готовы к показу. Помню, что в построении экспозиции в филиале в г. Гагарине нам помогала В. Склеенова. К сожалению, всех не вспомнить, именно из-за слабости памяти я использую местоимения «мы» или «они».

В силу сложившихся обстоятельств я с женой переехал в Брянск, поближе к семье старшей дочери. Прошло почти 20 лет, но до сих пор ощущаю себя смолянином. Я радуюсь, когда узнаю о ваших достижениях и желаю всему коллективу Смоленского музея всяческих успехов и процветания!

ИССЛЕДОВАНИЯ

Склеенова В.И., ведущий научный сотрудник отдела хранения фондов пОтери музеев СмОленСкОй ОблаСти в периОд великОй ОтечеСтвеннОй вОйны В 2011 году Смоленский государственный музей-заповедник завершил составление перечня утрат исторических и художественных ценностей в период оккупации 1941–1943 гг. В шести книгах сделана первая попытка воссоздать картину разграбления музеев города и области, а также частично прослежены пути, куда вывозились ценности.

Возникает вопрос – почему так поздно обратились к этой теме?

Это объясняется тем, что после Нюрнбергского процесса наша страна-победительница была уверена, что никто не станет пересматривать итогов войны и занялась восстановлением разрушенного хозяйства. Надо отметить, что при подготовке к Нюрнбергскому процессу на освобожденных территориях в спешном Автор выражает сердечную благодарность сотрудникам Федерального агентства по культуре и кинематографии Н.И. Никандрову и С.Д. Некрасовой за предоставленные документы из российских и зарубежных архивов, за ценные советы, оказанные при восстановлении трагических страниц военной истории музеев; немецкому исследователю Джеско Озеру, подарившему музею ряд редких дореволюционных изданий, в которых опубликованы снимки экспонатов музея «Русская старина» княгини М.К. Тенишевой; директору Государственного архива Смоленской области (ГАСО) Н.Г. Емельяновой, сотрудникам ГАСО Т.Д. Антоновой, Т.Д. Нестеровой, Е.А. Парфеновой; директору библиотеки им.

А.Т. Твардовского Г.А. Артамоновой; сотрудникам районных музеев:

М.И. Ивановой (Рославльский музей), Т.В. Завировой, Ю.В. Петровой (Вяземский музей), В.А. Прохорову (Дорогобужский музей) и коллективу Смоленского государственного музея-заповедника.

порядке был проведен подсчет потерь. Из-за нехватки времени и специалистов ущерб определили приблизительно, а коллекции ряда музеев вообще не включили в список пострадавших, в том числе один из крупнейших музеев Смоленской области – Вяземский.

Германия, зная о масштабах потерь СССР от фашистской агрессии, до 1950-х годов претензий не предъявляла. В то же время в стране тщательно и педантично проводилась работа по учету и каталогизации ценностей, вывезенных в СССР. Все изменилось после ухода из жизни И.В. Сталина. Под давлением немецкой стороны, которая опиралась на подготовленную документальную основу, СССР с 1955 по 1980-е годы вернуло ГДР 1,9 млн. единиц культурных ценностей. Среди них – Дрезденская галерея, Пергамский алтарь, Готская библиотека. На запрос Правительства Советского Союза о перемещенных в период войны на территорию Германии ценностях был получен ответ: «никаких культурных ценностей из СССР в ГДР не обнаружено»2. Особо остро проблема возврата прозвучала в период «перестройки и гласности», когда наша страна потеряла позиции ведущей мировой державы.

9 ноября 1990 года был подписан Договор о добрососедстве и сотрудничестве между СССР и ФРГ, в ст. 16 которого записано, что культурные ценности, перемещенные во время Второй Мировой войны, «должны быть возвращены владельцам или их законным преемникам». В ноябре 1991 года состоялось подписание Соглашения между Россией и объединенной Германией, где уже ставился вопрос о возврате культурных ценностей, вывезенных из этих стран незаконно. Тогда же прозвучал термин «реституция», обозначающий возвращение одним государством другому ценностей и имущества, «незаконно» вывезенных во время войны. Более того, Германия поставила вопрос о правомерности действий Советского Союза по вывозу культурных ценностей с ее территории. Нашей стране предъявить кроме цифр, прозвуЦит.: «Военные трофеи». Международный бюллетень № 1– (1995–1996). «Комментарии к факту возвращения культурных ценностей, перемещенных в результате войны из СССР в ГДР».

чавших на Нюрнбергском процессе, и общеизвестной «Янтарной комнаты» было нечего.

В 1992 году Правительство РФ вынуждено было образовать Государственную комиссию по реституции. Приоритетным направлением ее работы считалось создание полного каталога утраченных в период Второй Мировой Войны российских культурных ценностей. В Смоленском музее эта тема прозвучала в 1980-х годах в связи с установлением источников поступления для инвентарных карточек и подготовкой к торжествам по поводу 100-летия музея. К 1990-м годам были установлены общие цифры потерь и открыт ряд документов по эвакуации музейных ценностей.

Прежде чем приступить к составлению каталога, надо было восстановить события из жизни музея в оккупированном городе, определить объем и состав коллекций, уточнить количество утрат, время и пути вывоза ценностей, проследить их дальнейшую судьбу. Чтобы ответить на эти вопросы понадобилась многолетняя работа в архивах: Государственном архиве Смоленской области (ГАСО), бывшем партархиве (ЦДНИСО), архиве УФСБ по Смоленской области.

Восстановить этапы разграбления и пути вывоза экспонатов помогли документы, предоставленные Департаментом по сохранению культурных ценностей в лице Н.И. Никандрова и С.Д. Некрасовой, обнаруженные ими в архивах России, Украины, военном архиве г. Фрайбурга (Германия).

Параллельно с архивной работой шел анализ музейной документации: описей отделов 1922–1938 гг., книг учета 1939– 1941 гг.; описи предметов, вывезенных в Горький, затем в Новосибирск, составленной Е.В. Буркиной; актов, позальных списков;

книг учета «МТ» музея «Русская старина», написанных по распоряжению представителей штаба Розенберга сотрудниками музея в период оккупации. Важные сведения содержали разрозненные описи ящиков, составленные в марте 1943 года перед вывозом музейных коллекций; акты о катастрофическом состоянии экспонатов, находившихся в Вильнюсе в Бенедектинском монастыре (Игнацштрассе, 3); дневниковые записи В.И. Мушкетова.

К восстановлению списочного состава коллекций были привлечены каталоги музеев «Русская старина» княгини М.К. Тенишевой (1909, 1911), историко-археологического (1903, 1908), а также публикации в газетах и журналах. Ценную информацию содержали документы, составленные сотрудниками музея после окончания войны.

Установление количества потерь проходило в два этапа:

1. 1943–1944 гг. После освобождения города специально созданная комиссия определила стоимость уничтоженного, разрушенного, разграбленного имущества в денежном выражении.

В акте от 16 августа 1944 года указана общая цифра потерь – 19 695 000 рублей, из них стоимость погибших экспонатов определена в 14 470 000 рублей. Акт подписали: зам. зав. облоно Новиков Валерий Владимирович, директор музея Хохлов Тимофей Алексеевич, зам. директора музея по научной части Буркина Ефросинья Васильевна.

2. 1945–1948 гг. После объединения экспонатов, возвращенных из Новосибирска, Германии, Польши, полученных от местных жителей, найденных в разрушенных зданиях музея и частных домах, была проведена сверка предметов с сохранившейся учетной документацией.

В результате проведенной работы комиссия в итоговом акте от 24 сентября 1948 года указала количество числившихся до войны экспонатов – 65 148, погибших в период войны – 32 717, оказавшихся в наличии – 32 431.

Далее в документе отмечено, что «на 15 242 экспоната совершенно отсутствуют книги. Означенные инвентарные книги в момент эвакуации вывезены не были и погибли в период оккупации вместе с коллекциями отделов: социалистического строительства, историко-революционного, антирелигиозного. … 2290 экспонатов утеряли всякие обозначения».

Итоговый акт имел несколько приложений. Одно из них – список погибших экспонатов, составленный по коллекциям. Он включил: порядковый номер, название (одним словом), учетный номер. Всего в список вошло приблизительно 14 675 предметов.

Этот перечень явился отправной точкой при составлении каталога потерь.

Далее предстояла огромная работа по составлению описания, уточнению атрибуций, установлению источников поступления, расшифровке имен авторов и т.д. В первоначальный список утраченного вошло большое количество (около 900) фотокопий статей из газет и журналов, портретов революционеров, В.И. Ленина, И.В. Сталина, их работ и личных документов. В каталог потерь они не включены, как не представляющие исторической ценности. В ходе изучения архивной и музейной документации были выявлены сотни утраченных экспонатов, не вошедшие в первоначальные списки, в том числе ценности, переданные в районные музеи.

К 1999 году подготовительная работа была проведена. В результате выявленные, тщательно отобранные и систематизированные документы помогли восстановить картину разграбления музея, уточнить количество погибших экспонатов. В это же время впервые были опубликованы фрагменты из истории музея в период оккупации3, основанные на архивных материалах. Эта же тема нашла частичное отражение на выставке «Кто с мечем к нам придет» в отделе «Смоленщина в годы Великой Отечественной войны»4. На ней были представлены документы по эвакуации музейных ценностей, портреты сотрудников, вывозивших народное достояние, и ряд спасенных ими экспонатов.

Существенно пополнив документальную базу, музей смог приступить к созданию каталога. Каждому музею, пострадавшему в период Великой Отечественной войны, и который смог составить списки потерь был присвоен определенный том, Смоленский музей получил том № 7. Приказом директора Н.Е. Волосенковой № 126а от 26 декабря 2000 года была создана рабочая группа, куда вошли: В.И. Склеенова, зав. фондами; И.В. Шкурлов, зав. отделом компьютерно-информационного обеспечения; Л.Л.

Кокина, хранитель документального фонда; Н.М. Немыкина, хранитель фонда тканей; Е.И. Власова, хранитель живописи; Т.В. Валенкова, хранитель коллекции нумизматики; А.Л. Карнаухова, Склеенова В.И. «Так это было» / Газета «Вдохновение» № 9– за 1999 г.; Склеенова В.И. «Как были спасены музейные ценности» / Сборник «Смоленское сражение 1941 года». Под ред. Д.И. Будаева.

Смоленск, 2000.

Выставка открыта в 2000 году.

хранитель ДПИ и этнографии; Ю.А. Хоменкова, лаборант фонда редкой книги; А.В. Анисимова, лаборант фонда редкой книги;

О.И. Андреюшкина, сотрудник отдела компьютерно-информационного обеспечения. Общее руководство было возложено на зам.

директора по научной работе Н.К. Вострикову и главного хранителя Г.Н. Гунтареву (1946–2001). Подготовка изображений для печати была частично проведена фотографом С.А. Богдановым.

Разработка структуры каталога, методическое руководство, проверка текстов, написание истории музея и его коллекций в период оккупации осуществляла В.И. Склеенова, в 2007 году по решению дирекции руководителем проекта была назначена главный хранитель музея А.И. Полулях.

С изменением тематики книг позднее в группу составителей вошли: Т.В. Столярова, Г.А. Чаплыгина, Н.В. Романенкова, И.П. Гречина, от компьютерного отдела – С.П. Сопова. За 10 лет написаны 6 книг 7-го тома. В пяти книгах зафиксированы утраты экспонатов из музеев г.Смоленска, в шестую включены предметы, переданные в районные музеи.

Всего в каталог утрат вошло 16 892 экспоната.

Книга 1 – Западноевропейская живопись, русская и советская живопись, графика, скульптура, иконы, металл, дерево.

Книга 2 – Фарфор, фаянс, хрусталь, стекло, керамика, мелкая пластика, мебель, музыкальные инструменты, нумизматика, оружие, культовое шитье, образцы ткачества, русская вышивка, головные уборы, одежда и аксессуары, книги, рукописи.

Книга 3 – Документы, карты, планы, манифесты, листовки, газеты, альбомы. В конце книги дано приложение, куда вошли четыре рукописные книги, числящиеся в немецких транспортных описях.

Книга 4 – Археология, фотоснимки, макеты.

Книга 5 – Природоведческие материалы: ботаника, зоология, палеонтология, геология.

Книга 6 – Живопись, фарфор, графика, стекло, изделия из драгметаллов, археология, книги, переданные в районные музеи.

По завершении работы стало ясно, что шесть книг дают лишь краткую характеристику утраченного музеем. Так, в них не вошли разрушенные здания; художественная мебель, выполненная по эскизам С.В. Малютина, Н.К. Рериха, А.П. Зиновьева и входившая в интерьер историко-этнографического музея княгини М.К. Тенишевой; рамы с картин, витрины, подставки красного дерева, часть природоведческих материалов, макеты, муляжи, книги, разбитые или сохранившиеся в отдельных фрагментах предметы, возвращенные из Польши и Германии.

В перечень утрат не включены также собрания библиотек отделов музея, представляющие большую культурную и научную ценность. До войны каждый отдел имел обширный специализированный подбор литературы. Основы библиотек историко-археологического, естественноисторического, историко-этнографического отделов и Картинной галереи были заложены еще до революции. Каталогов библиотек мы не имеем, скорее всего, они вывезены оккупационными властями вместе с книгами.

В документах есть упоминание о том, что в библиотеке исторического отдела в сентябре 1941 года находилось 15 000 книг.

В естественноисторическом отделе уже в 1930 году числилось 1224 наименования специальной литературы и 980 названий книг из библиотеки Н.М. Пржевальского. Редкими книжными богатствами обладала Картинная галерея. Основу ее собрания составила библиотека музея «Русская старина». Предположительно, часть книг из историко-археологического института также входила в эту библиотеку. Книжный фонд включал издания по вопросам науки, искусства, этнографии на многих европейских языках.

В библиотеках отделов помимо специальной литературы хранились старопечатные книги, русская и иностранная классика, нотные издания, альбомы художественных гравюр.

Упоминание о редких изданиях содержатся в заметке, опубликованной в газете «Рабочий путь» (№ 279 за 1935 год). В ней сообщается: «Три тысячи старопечатных книг и более 500 экземпляров свитков составляет фонд смоленских музеев. Книги эти по преимуществу сосредоточены в историческом и историко-революционном музеях, а часть их составляет библиотеку при областном музейном управлении. Проведенный с помощью специалиста по старопечатным изданиям просмотр книг выявил чрезвычайно интересные документы. Некоторые из них не известны печати». Далее упоминаются свитки, указ Петра I и донесение смоленского воеводы Салтыкова, касающиеся ремонта крепостной стены. Ремонт был поручен мастеру крепостных дел Гуру Вахромееву, по поводу чего и велась переписка. Книжные богатства музея погибли почти полностью.

По документам, хранящимся в Военном архиве (Германия, Фрайбург, msg, 2-1723, CD-4), удалось установить, что в декабре 1941 года из бокового придела Успенского собора, где располагались фонды музея, были вывезены в Берлин 55 ящиков с литературой и 10 ящиков подготовлены к отсылке. Руководил расхищением глава отдела пропаганды Вооруженных сил Германии зондерфюрер Кайзер. В его ведение входили театры, газеты, музеи, библиотеки. В Смоленске на почве грабежей между отделом пропаганды и экспертами Оперативного штаба Розенберга (ОШР) часто происходили столкновения. Именно из донесений специалистов ОШР стало известно, что по инициативе зондерфюрера Кайзера в декабре 1941 года в Смоленске была проведена аукционная распродажа из «всех трех залов музея». Сколько нацисты увезли в своих багажах исторических и художественных ценностей мы, наверное, никогда не узнаем.

По адресу: Берлин, Ораниенбургерштрассе, 79 нацисты хранили вывезенные из музея музыкальные инструменты, музыковедческую литературу, партитуры, личные вещи М.И.Глинки.

Можно предположить, что туда же отправили из музыкальной школы им.Глинки «8 роялей ценных марок и виолончель, приобретенную в 1914 году в Италии за 65 тысяч рублей золотом артисткой Сабуровой и поднесенную ею в дар школе»5.

По завершении работ, с открытием новых документов установлено, что в определении общего количества ценностей, хранившихся перед войной в музее, есть разночтения. По материалам Чрезвычайной Государственной комиссии (ЧГК) музей имел 57 263 экспоната6, а общая сумма ущерба в денежном выражении определена в 18 045 000 рублей.

По официальным данным перед войной в музее числилось 65 1487 экспонатов, записанных в единую книгу учета и имеющих ГАСО. Ф. 1630-с. Оп. 2. Д. 4. «Оц». Л. 28.

ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 116. Д. 299. Л. 12.

ГАСО. Ф. 455. Оп. 2. Д. 39. Л. 1.

шифр СОМ П№. Цифра потерь, зафиксированная в документах 1948 года – 32 717 – выведена из этого количества. В настоящее время музей подтвердил, из-за утраты части учетных книг, погибшими только 16 892 предмета.

В предвоенных отчетах встречаются сведения о том, что в музее хранилось «около 80 тысяч» экспонатов. Эта цифра, на наш взгляд, ближе к истине. Перед войной сотрудники (последняя запись сделана 24 июня 1941 г.) не успели внести в единую книгу все предметы, находившиеся в экспозициях отделов: антирелигиозного, естественноисторического, историко-революционного, в фондах, на выставках. Часть экспонатов имели только шифры отделов или порядковые номера по экспозиционным спискам. Это подтверждается и немецкими транспортными описями, где ряд предметов значится под номерами отделов8.

Также не были записаны экспонаты, переданные в районные музеи городов: Вязьма, Дорогобуж, Ельня, Рославль, Сычевка.

Собрания этих музеев погибли полностью. Передача осуществлялась с 1922 по 1939 гг. В этот период в масштабе всего государства происходит реорганизация музейной деятельности.

В ряде постановлений Главнауки предусматривалась передача из центральных и областных музеев в районные различных коллекций и единичных предметов. Этот процесс происходил и в обратную сторону, когда из местных музеев в центральные передавались или обменивались первоклассные исторические и художественные ценности. Порой экспонаты многократно передавались из одного музея в другой, что затрудняет по прошествии многих лет установление нахождения предметов.

Благодаря тому, что сотрудники Смоленского музея во главе с Е.В. Буркиной в ночь с 8 на 9 июля 1941 года смогли вывезти в Горький, а затем в Новосибирск вместе с коллекциями часть музейной документации, стало возможным частично установить перечень предметов, переданных в районные музеи и не возвращенных в Смоленск. Так, согласно документам, в Рославльский краеведческий музей переданы предметы из серебра и оружие;

в Дорогобужский краеведческий музей – 47 серебряных культоЦГАВОУ. Ф. 3776. Оп. 1. Д. 144. Лл. 477–478.

вых предметов XVIII–XIX вв., две работы О.В. Розановой «Портрет дамы в голубом» и «Пиковый валет»; в Ельнинский – работы Л.О. Пастернака «Голова девушки», М.О. Микешина «Портрет девочки», О.В. Розановой «Улица вечером»; в Сычевский – картины И.И. Левитана «Большая вода», О.В. Розановой «Автопортрет», К.С. Малевича «Косарь», М.К. Клодта «Пейзаж с ракитами» и т.д. Даже из этого краткого перечня видно, как щедро Смоленский музей делился своими сокровищами.

Составление каталога потерь было сопряжено со значительными трудностями. Сложность работы объясняется тем, что записи в книгах отделов очень краткие, в них допущено много неточностей, часто не указаны техника, материал, размеры, отсутствует вес драгметаллов, почти во всех записях отсутствуют инициалы авторов, допущены ошибки в написании фамилий, искажены или не указаны источники поступлений. Описания предметов, за редким исключением, нет вообще. Количество (это в основном касается археологических и нумизматических предметов) не указано.

В каталогах предметы, занесенные в учетную документацию во множественном числе (подвески, связки бус и т.д.), в основном посчитаны за единицу. Составители каталога старались внести все «крупицы» сведений, которые удалось найти в документах.

Перечень экспонатов, включенных в шесть книг, является лишь частью потерь Смоленского государственного музея-заповедника. Дальнейшая работа по этой теме приостановлена в связи с недостатком документов и засекреченностью ряда архивов.

Районные музеи в период оккупации Судьба коллекций районных музеев в период оккупации до сего времени не выяснена: погибли ли они во время бомбежек, были ли разграблены немецкими «специалистами» или вывезены нацистскими военнослужащими для личного обогащения.

Мы не знаем какими собраниями обладал тот или иной музей, не имеем даже назывных списков. К сожалению, из-за чудовищных людских потерь и разрушений, этому вопросу местные власти не смогли уделить должного внимания. Многие музейные сотрудники не вернулись с фронтов, других война разбросала по разным городам.

Все цифры по районным музеям взяты из документов, выявленных в Государственном архиве Смоленской области и присланных из «архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии». Материалы из «архивной коллекции» предоставлены сотрудником Департамента по сохранению культурных ценностей Никандровым Николаем Ивановичем.

В справке он сообщает, что «длительный и тщательный поиск в центральных архивохранилищах России материалов, характеризующих «военную» судьбу музейного фонда Смоленской области, ожидаемых результатов не принес. Случайно обнаруженные в сейфах давно ушедших на покой ветеранов Министерства культуры РФ рабочие тетради 1944 года позволили получить представление о состоянии фондов, оставшихся в распоряжении оккупантов. Здесь же были представлены суммы ущерба и методология их подсчета… К сожалению, попредметные списки утраченных культурных ценностей провинциальных краеведческих музеев в материалах Наркомпроса и ЧГК, как правило, отсутствуют. …Оказавшиеся в нашем распоряжении черновые материалы неучтенного архива за 1944 год послужили основой получения сведений о потерях районных краеведческих музеев Смоленской области».

Материалы, предоставленные Н.И. Никандровым, в данном сообщении объединены по музеям.

1. Сычевский краеведческий музей г. Сычевка, ул. Гоголя, Открыт в 1919 г. В архивных документах музей упоминается под названиями: «художественный музей», «художественно-краеведческий», «краеведческий музей»; указаны адреса – ул. Б. Советская, 2, ул. Гоголя, 22.

До войны музей располагал значительными коллекциями живописи, скульптуры, графики, книг, археологическими матеНазвание, адрес, дата открытия взята из материалов «архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии», далее – «архивной коллекции».

риалами. Основу собраний составляли ценности, вывезенные из имений Шереметьевых, Урусовых, Лобановых-Ростоцких, Хомяковых, родовой усадьбы Паниных – Дугино. По словам специалистов в 1925 году в музее находилось «исключительное собрание картин и мрамора». Сохранить его музею не удалось: в 1930-е годы наиболее ценные произведения были вывезены в центральные музеи, в том числе в Музей Изящных искусств. Взамен музей получил из Музейного фонда 26 предметов: 1 произведение графики и 25 картин. Среди них две картины Боткина из собрания Боткина; два пейзажа монограммиста «П» второй четверти XIX века из собрания Акопова, национализированного ГПУ; по одной вещи из собрания Ромейко-Гурко (копия с Греза) и Высоцких (головка работы Аскназия). Далее перечисляются картины:

1. Орловский В. Марина или баржа у берега. Закат. Х., м.

83х16210.

2. Маковская А.Е. Пейзаж. Деревня с мостом. Х., м. 36х57.

Инв. №7485. Собрание Е.А.Нос, поступившее в Румянцевский музей после революции11.

3. Школа Венецианова. Портрет девушки в крестьянском платье из этнографического отдела Румянцевского музея, инв. 5911.

4. Саксен. Эльфы и гномы. Х., м. 50х109. Собрание не установлено12.

Из Цветковской галереи в музей поступили две картины Переплетчикова и Милорадовича.

Приведенный список не отражает количественный состав музея, но в нем назван ряд произведений, которые входили в его собрание.

Документы, хранящиеся в ГАСО, в деле Смоленской областной чрезвычайной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков, раскрывают чудовищную картину разрушений. В Сычевке из 1030 жилых домов было взорвано и сожжено 770 зданий. Сожжен музей, в котором погибло свыше 5000 картин, среди них полотна Репина, Левитана, РГАЛИ. Ф. 686. Оп. 1. Д. 77. Л. 394.

РГАЛИ. Ф. 686. Оп. 1. Д. 77. Л. 383.

РГАЛИ. Ф. 686. Оп. 1. Д. 78. Л. 71.

Перова, Айвазовского, Коровина, скульптуры Антокольского, золотые, серебряные и бронзовые вещи работы мастеров XVII, XVIII, XIX вв. В историко-краеведческом отделе погибла ценная коллекция орудий доисторического человека13.

Более подробные сведения содержатся в документе, составленном по горячим следам. 8 марта 1943 года город Сычевка был освобожден, а уже 17 марта создана комиссия по осмотру здания, занимаемого художественно-краеведческим музеем, и определению убытков, нанесенных «немецкими фашистами». В комиссию вошли: председатель ПредРИКа Евсеев, секретарь – учительница Грузина; члены комиссии: секретарь РК ВЛКСМ Плахина, техник-строитель Петрашенко, врач Соколов. Они произвели осмотр здания и в акте14 указали следующее:

1. Здание музея двухэтажное, каменное, кубатурой 2400 куб. м.

Сожжено зажигательными бомбами, остались только три стены.

Здание оценивалось до войны в 800 000 руб.

2. В музее погибло до 5000 художественно-ценных экспонатов – оригиналы картин художников: Айвазовского, Судковского, Репина, Левитана, Перова, Гондекутера, Греза, Клевера, Копарелли, Кастелли, Пастернака, Коровина, Богданова-Бельского и других знаменитых русских и иностранных художников.

3. Мраморная скульптура Антокольского и др.

4. Вещи из бронзы, золота, серебра XVII, XVIII и XIX веков.

5. Посуда из хрусталя, фарфора, мрамора и бронзы.

6. Оружие холодное в золотой и серебряной оправе.

7. Мебель красного и палисандрового дерева с инкрустацией и мозаикой.

8. В историко-краеведческом отделе погибли: коллекции полезных ископаемых района, орудий доисторического человека, ископаемых останков доисторических животных.

9. Картины и копии с картин современных мастеров, фотографии, иллюстрации и диаграммы.

Согласно сведениям, полученным от бывшего директора музея С.М. Евплова, проживавшего на момент составления акта в городе, художественный отдел оценивался в 9 рублей, краеведческий в 200 000 рублей, всего же Сычевский музей страховался в 10 000 000 рублей. Комиссия постановила признать эту сумму убытка, причиненного немцами в период оккупации Сычевки.

Другие цифры содержатся в материалах «архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии».

В них указано количество экспонатов и определена стоимость понесенного ущерба «в результате разбойничьих действий оккупантов».

Всего погибло экспонатов – 2 322; книг – 766.

Среди экспонатов – художественные произведения иностранных и русских мастеров. Русская живопись была представлена картинами Айвазовского, Левитана (3) и др. Имелись экспонаты детского творчества, экспонаты по животноводству и льноводству района.

Бюджет 1940 года – 11 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 232 000 рублей.

Всего – 464 000 рублей.

В 1941–1944 гг. не было осуществлено пополнение фондов музея, проектировавшееся на 44 000 рублей.

Всего – 508 000 рублей (101 600 долларов США)15.

В государственном архиве РФ имеются сведения о том, что Сычевский краеведческий музей в период оккупации подвергся разрушению и разграблению. Ущерб составил 464 000 рублей16.

Из приведенных документов видно, что показания директора и официальные цифры сильно расходятся. Чтобы определить количество потерь, необходим дальнейший поиск архивных документов.

Сведения «из архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии».

ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 116. Д. 299.

2. Дорогобужский краеведческий музей г. Дорогобуж, 1-я Советская улица, 11.

Основан в 1918 г.

Коллекции формировались на основе ценностей, вывезенных из дворянских усадеб, в том числе Барышниковых и Энгельгардтов.

В 1920-е годы собрание претерпело значительные изменения в связи с передачей произведений искусства в другие музеи.

Одновременно в музей поступали художественные ценности из Центральных хранилищ. В документах отмечается, что наиболее активно музей г.Дорогобужа пополнялся экспонатами из Москвы.

Так, в марте 1921 года через архитектора-реставратора П.Д. Барановского из хранилища Строгановского фонда было передано 28 предметов «искусства и быта из железа, олова, меди, рога, фаянса, эмали». В том же году Барановский привез из Главмузея следующие произведения:

1. (1109) – Древняя икона «Бичевание Христа» (изображение в круге) 2. (1127) – Икона «Покров»

3. (1272) – Зичи М.А. «Демон» (гелиогравюра) 4. (1273) – Келлер И.П. «Итальянская девушка»

5. (1341) – Саундерс «Бреющийся крестьянин»

6. (1420) – Мещерский «Сакля» (сепия) 7. (1448) – Иванов С.В. «На пристани» (карандаш) 8. (1637) – Скотников. Гравюра.

9. (1750) – Коровин С.А. Рисунок растения.

10. (1760) – Васильев «Пьяница» (х., м.) 11. (1761) – Маковский «Иллюминация Москвы»

12. (1764) – Боткин «Портрет неизвестной» (х., м.) 13. (1768) – Вышивка «Выезд на охоту»

14. (1769) – Н.х. «Женский портрет» (х., м.) 16 апреля 1925 года заведующий Дорогобужским музеем Н.И. Савин получил по акту №339 из Центрального хранилища Государственного музейного фонда 15 произведений:

ОПИ ГИМ. Ф. 54. Оп. 1. Д. 925. Лл. 35, 35об. Каталог Н.И. Савина хранится в ОПИ ГИМ. Ф. 54. Оп. 1. Д. 925. Лл. 38, 38об, 39.

1. Из собрания Акопова. 6483. Виноградов. На водопое.

4. -//- неизвестного 125. Н.х. Доктор у постели больной.

5. Из собрания Зубалова. 618. Мещерский. Лесной пейзаж.

6. Из собрания Акопова. 8622. Айвазовский. Марина.

7. Из собрания Соллогуб. 2537. Латы. Спинная часть.

14–15. Из собрания Гучкова. 1991–1992 – Пики. Помимо картин, икон, предметов мебели, фарфора, бронзы, старинного оружия, музей располагал большой коллекцией художественных вышивок. На 01.10.1924 г. их числилось 78 экземпляров. В собрание музея входило и 1400 монет.

В каталоге, составленном в 1921 году Н.И. Савиным, в отделе церковной старины числились вырезанные из дерева скульптуры:

«Распятие» работы Романа Гаврилова Майорова, 1715г., вывезенная из Красно-Болотово Дорогобужского уезда; две фигуры предстоящих работы этого же мастера; сидящая фигура преподобного Даниила, резьба, раскраска; св. Григорий Богослов, на фоне из слюды, из имения Пермино(?); Успение Богоматери, дерево, на фоне из слюды; Пророк Илия «колесницею огненного яко на небеса вознесец бысть», дерево, работа Ермия Уткина, 1755 г.;

Господь Вседержитель; Огненное восхождение пророка Илии, масло, дерево; Образ преп. Нила Столбенского, масло, дерево, 1744 г.; далее упоминаются 10 икон без названий, «взятых из старых церквей». Среди оружия числились 30 предметов: секиры, мечи, кинжалы, пистолеты, шашки, луки, охотничьи и медвежьи ГАСО. Ф. Р-1630. Оп. 1. Д. 96. Лл. 286, 433.

рогатины, 2 чугунные пушки малого калибра, очень большое ружье с дулом калибра этих пушек. Перечисленные предметы предположительно находились в музее и перед войной.

При изъятиях забирали, в основном, первоклассные художественные произведения, а такими картинами музей был богат.

Полный список картин из каталога Н.И. Савина:

1. Рождество Христово, итальянской школы, XVI в., дерево, масло;

2. Богоматерь с Иоанном и апостолом, XVI в. (копия?), дерево, масло;

3. Мадонна со щегленком, копия с Рафаэля, акварель Фабера;

4. Мадонна Грандука, копия с Рафаэля;

5. Пейзаж. Стадо среди группы деревьев и пастух, играющий на флейте. Н.х. XVIII в. Х.м.;

6. Пейзаж. Стадо и два пастуха на лугу у реки. Н.х. XVIII в.

Х.м.;

7. Бегство Св. семейства в Египет. Н.х. Французской или итальянской школы, XVIII в. Х.м.;

8. Лагерь в лесу. Н.х., итальянской школы, XVIII в., дерево, масло;

9. Иоанн Богослов, копия с картины Дольчи, х.м.;

10. Портрет старика. Н.х., голландской школы, XVII в., дерево, масло;

11. Река и деревья. Н.х., XVIII в., дерево, масло;

12. Букет цветов в стакане с водой, натюрморт. Н.х.;

13. Спящая женщина (Венера?) со смотрящим на нее мужчиной.

14. Лежащая собака. Н.х., немецкой школы, сер. XIX в.;

15. Голова собаки. Н.х., немецкой школы, сер. XIX в.;

16. Средневековый ученый за рабочим столом (очиняет перо).

Н.х., немецкой школы. … масло;

17. Итальянские монахи. Н.х., итальянской школы, сер. XIX в.;

18. Молодая женщина, собирающая в лесу цветы, раб. Меrве, 1861 г. … масло;

19. Ива на берегу реки, раб. Kaizera, 1838 г., х.м.;

20. Стадо с пастухом, раб. Bagbi (?), 1824 г., х.м.;

21. Женщина за работой, раб. Berra, 1861 г.;

22. В поле. Уборка хлеба перед дождем, польский худ.;

23. За туалетом (молодая девушка и убирающая ее старушка), Enge…);

24. Мастерская художника, раб. Eberhardta, сер. XIX в.;

25. Художник, пишущий свой портрет. Н.х., немецкой школы;

26. Укрощение бури (католич. епископ с дарами, на берегу моря) раб. Kirriera, 1844 г., х.м.;

27. Первый снег, H. Brkel, 1836 г., х.м.;

28. Тройка в дороге; волки у дороги на падали, Brkel, 1842 г., х.м.;

29. Обоз в горах, зимою. Brkel, 1849 г., дерево, м.;

30. Зимний вечер в немецком хуторе. Brkel, дерево, м.;

31. Ангел у гроба Христа и жены мироносицы. Н.х., 30-40-е гг., акварель;

32. Группа крестьян в поле, L. Richtera, 1843 г.;

33. Охота с гончими на лису, С.Барышникова, 1865 г., … масло;

34. Летний вечер. Н.х., нач. XIX в., х.м.;

35. Weinachtsabend. Н.х., немецкой школы, х.м.;

36. Группа детей в школе. Н.х., немецкой школы, 40-е гг.

XIXв., дерево, масло.

Перечень художественных произведений относится к 1921 году; какие из них остались в музее к началу войны – неизвестно. Список требует детального анализа, необходимо проследить судьбу каждого экспоната, выявить погибшие и переданные в другие музеи произведения. Только после уточнения сведений их можно включить в список потерь, если таковые окажутся.

В материалах «архивной коллекции» имеются следующие сведения о музее:

Количество экспонатов – 1457.

Отделы: 1. Природы. 2. Истории. 3. Художественный. 4. Сталинской Конституции.

В экспозиции: Полезные ископаемые, фауна района и растительность. Значительные археологические коллекции, керамика, украшения из бронзы, янтаря, олова, извлеченные из женских погребений. Древнее оружие. Материал по истории Болдинского монастыря.

Художественный отдел: Древнерусское искусство (иконопись XVI–XVII вв.), народное искусство Дорогобужского района. Русское искусство XVIII, XIX, начала XX вв. и современная живопись. Работы Репина, Шишкина, Айвазовского, Маковского, Левитана и др.; скульптуры работы Бартольди, Мартоса, Андреева и др.; образцы прикладного искусства (фарфор XVIII в., хрусталь, бронза, мебель, ткани). Имелся архив – документы из имения Барышниковых XVIII–XX вв.

Бюджет 1940 года – 15 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных фондов – 200 000 рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 350 000 рублей.

В 1941–1944 гг. не было осуществлено пополнение фондов музея, проектировавшееся на 58 000 рублей.

Всего – 693 000 рублей (138 000 долларов США).

Официальная цифра ущерба Дорогобужского музея – рублей19.

Во время войны экспонаты не были вовремя эвакуированы.

Среди населения Дорогобужа бытует легенда, что сотрудники музея перед оккупацией города успели часть изделий из драгметаллов, предметов археологии, оружия, нумизматики уложить в ящики и закопать. Все остальное осталось в здании и сгорело во время бомбежки. Заняв город, нацисты пытались найти музейные ценности и даже будто копали там, где, предположительно, они были спрятаны, но якобы ничего не нашли. После освобождения города уже советские власти предприняли поиски и вели раскопки в том месте, которое им указали сотрудники музея, но там ничего не оказалось. Судьба музейного собрания, как и полный списочный состав коллекций неизвестны.

3. Рославльский краеведческий музей г. Рославль, ул. Пролетарская, 98.

Открыт 7 ноября 1920 г.

Музей создан по инициативе археолога, краеведа С.М. Соколовского, коллекции которого легли в его основу.

В ГАСО имеется отчет Рославльского музея «Природы и истории края им. С.М. Соколовского» за 1926–1927 гг. В нем сообщается, что в инвентарных книгах музея числится 1623 номера и 6470 предметов. В библиотеке находится 1628 томов. Музей имеет отделы: минералогический, палеонтологический, археологический, зоологический, этнографический, религиозного культа, нумизматический, художественный, рукописей и автографов, геологический, смешанный20.

Согласно справке, составленной в Рославльском музее после освобождения города, в собрании находилось 2759 экспонатов, 456 книг21.

Бюджет 1940 года – 10 500 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 150 000 рублей.

Всего – 425 000 рублей.

В 1941–1944 гг. не было осуществлено пополнение фондов музея, проектировавшееся на 42 000 рублей.

Всего – 467 000 рублей (93 400 долларов США)22.

Мы не знаем, чем руководствовалась комиссия при составлении справки потерь. Чтобы устранить противоречия, необходимы поиски архивных документов.

4. Ельнинский краеведческий музей г. Ельня, Спортивная пл., 3.

Основан в 1917 г.

ГАСО. Ф. 19. Оп. 1. Д. 4750. Л. 165.

ГАРФ. Фр-7021. Оп. 1. Д. 67. Л. 31.

Сведения взяты «из архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии».

Организован вначале как музей наглядных школьных пособий, в 1919 году получил краеведческий профиль.

Количество экспонатов – 5 800. Книг – 1 462 экземпляра (по географии и естествознанию).

Характеристика фондов: Археологический материал, добытый при раскопках курганов близ города. Палеонтологическая коллекция (кости мамонта и др.). В историческом отделе находится местный материал по быту помещиков и крепостных крестьян: посуда, старинное оружие, коллекция монет. В отделе природы была представлена местная фауна. Художественный отдел:

образцы западноевропейской и русской живописи XVIII–XIX вв.

и прикладного искусства (фарфор, бронза).

Бюджет 1940 года – 9 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 216 000 рублей.

Всего – 829 600 рублей (165 920 долларов США).

Сумма ущерба составила 796 000 рублей.

Коллекции не были эвакуированы и во время оккупации полностью исчезли. Сведения об ущербе взяты из материалов «архивной комиссии».

5. Вяземский музей родного края, искусства и старины г. Вязьма, ул. Парижской Коммуны, 12.

Потери музея не входят в ведомость ущерба, нанесенного немецкими оккупантами музеям РСФСР. Архивные документы, подтверждающие списочный состав коллекций, пока не найдены.

В акте об ущербе, причиненном немецкими фашистами в Вязьме, под пунктом 402 имеется запись: «Вяземский городской музей, ул. П. Коммуны – 136 409 075»23. Никаких пояснений к этой цифре нет.

Вяземский музей был основан в 1919 году, а 1 октября 1920 г. был открыт художественный раздел музея, состоящий из ценностей, вывезенных из имений, в том числе ВолконГАСО. Фр-1630. Оп. 2. Д. 145. Л. 11(об).

ских и Грибоедовых. «Библиотека насчитывала более 4 000 томов. В декабре 1923 года собрание музея насчитывало более 600 предметов»24.

В 1939 году из Государственного Исторического музея в Вяземский поступили археологические предметы: отщепы (5) инв.78098; фрагменты керамики (10) инв.57668; скобки (2);

скребок-нож; ножевидные пластинки (2); наконечники стрел (3);

осколки кремня (3); пистолет инв.72931 и ружье со штыком инв.

1990/п, оба предмета изготовлены в Туле в 1813 году.

Взамен Вяземский музей предложил ГИМу:

1. Манускрипт на пергаменте XV в. с раскрашенной заставкой из Евангелия, нотами и готической надписью на обороте /размером 18х18/.

2. Свинцовые сосуды с оттиском грифонов на дне, найденные в Вязьме и относящиеся ко времени польской интервенции.

3. Бронзовые медали с изображением польских королей – 4 шт., эпохи 1670–1705 гг. /д – 4,5 мм/.

4. Китайскую статуэтку, изображающую Будду. Статуэтка выполнена из слоновой кости, имеет восемь входящих друг в друга вращающихся резных шаров.

Предметы, предложенные взамен, подтверждают бытующую легенду о богатстве и разнообразии коллекций Вяземского музея. В последние годы музейным сотрудникам удалось найти в архиве документ, где перечисляется 293(?) предмета, которые поступили из имений Кочетово, Азарово и Хмелита, среди них:

живописные произведения, мебель, хрустальная и фарфоровая посуда, оружие25. Опись составлена очень кратко, в ней не указаны имена художников, школа, время создания, нет описания.

Сведения взяты из книги: Иванов М.В. Смоленский край: история музейной деятельности на материалах частных собраний, выставок и музеев (конец XVIII – первая треть XX в). Смоленск, 2005. С. 180–181.

Документ для публикации предоставлен сотрудниками Вяземского историко-краеведческого музея Т.Т. Завировой и Ю.В. Петровой.

Архивный документ обнаружен Ю.В. Петровой. Определить точное количество невозможно. В акте ряд предметов указан во множественном числе, а количество не проставлено.

Например: «Пейзаж / водопад и фигуры / на холсте, масло»; «Картина: голова юноши с посохом / на дереве, масло»; «Картина:

группа женщин / одна держит блюдо с головой / на холсте, масло»; «Картина: развалины Колизея, мозаика»; «Ларец / в русском стиле за железной аппликатурой»; «Изразцы печные XVII века»;

«25 штук хрустальных бокалов разного образца»; «Ваза декоративная китайская с бронзовыми разводами» и т.д.

По этой описи очень трудно провести идентификацию вещей. Поэтому необходимо продолжать поиски архивных документов. Так, очень важными являются отчеты и списки коллекций за 1938-1939 гг. По косвенным свидетельствам такие документы имелись в ГАСО.

В справке об ущербе, нанесенном немецкими оккупантами музею, говорится: «Вяземский районный краеведческий музей основан в 1920 году. Экспонатов – 1 592. Книг – 1 544 экз. Имелось небольшое количество материалов, знакомящих с геологическим прошлым земли, происхождением человека, первыми поселенцами на территории края; по истории г. Вязьма и района.

Интересен Грибоедовский «уголок» (мебель, фарфор, картины из Грибоедовского имения Хмелита). Среди экспонатов: копия картины Гессе «Бой в Вязьме» 1912 г. В музее находились также документы о преследовании А.М. Горького царской полицией.

Бюджет 1940 года – 22 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 462 000 рублей.

Всего – 782 000 рублей. Грибоедовский «уголок» упоминается в справке как что-то незначительное. По описи же из Хмелиты вывезено в Вяземский музей более 160 предметов – из них 17 картин, около 40 единиц оружия, более 77 предметов из фарфора, бронзы, хрусталя, серебра и т.д. Можно предположить, что перед войной части вещей из ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 1. Д. 67? Документ для публикации предоставлен сотрудниками Вяземского историко-краеведческого музея Т.Т. Завировой и Ю.В. Петровой.

Хмелиты в музее уже не было. Возможно, какие-то предметы в 30-е годы попали в Смоленский музей.

В настоящее время история Вяземского музея в период оккупации представляет собой белое пятно. Точно установлено, что здание музея уцелело, а коллекции погибли или были расхищены.

6. Велижский краеведческий музей г. Велиж, ул. Дзержинского, 1.

В 1940–1941 гг. находился в стадии организации.

Количество экспонатов – 25.

Бюджет 1940 года – 3 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 6 000 рублей.

В 1941–1944 гг. не было осуществлено пополнение фондов музея, проектировавшееся на 11 200 рублей.

Всего – 21 200 рублей (4 240 долларов США).

Во время немецкой оккупации музей не был эвакуирован и подвергся разграблению27.

7. Бельский краеведческий музей г. Белый, ул. Ленина, 17.

Основан в 1937 г.

Количество экспонатов – 400. Среди них археологические предметы из местных раскопок, кости мамонта и других вымерших животных.

В архиве: документы по истории Белого (в т.ч. по его осаде в ХVII веке), планы города.

Бюджет 1940 года – 6 000 рублей.

Ориентировочная стоимость музейных экспонатов – рублей.

Затраты на организацию и оборудование музея – 30 000 рублей.

Сведения взяты «из архивной коллекции Федерального агентства по культуре и кинематографии».

В 1941–44 гг. не было осуществлено пополнение фондов музея, проектировавшееся на 22 000 рублей.

Всего – 92 800 рублей (18 560 долларов США).

Ущерб – 70 000 рублей. Сведений об эвакуации музейных ценностей не выявлено.

Культурное наследие Смоленщины понесло невосполнимые утраты. На сегодняшний день мы не имеем полного списка потерь ни областного, ни районных музеев. Те документы, которые были составлены сразу после войны и поданы в Чрезвычайную Государственную комиссию по расследованию злодеяний немецких захватчиков, устарели. В приведенных цифрах содержится много неточностей и расхождений. Чтобы устранить их, необходима планомерная скрупулезная работа в архивах.

В ходе подготовки каталога удалось установить, что ряд пропавших экспонатов, числившихся в немецких описях 1943 года и вывезенных из города, сейчас находятся в центральных музеях.

Видимо, туда они попали в процессе репатриации. Судьба «дважды пропавших» экспонатов еще ждет своего решения.

В последние годы в Смоленском музее произошли два знаковых события. В 2010 и 2011 гг. немецкая сторона вернула часть фотофонда, вывезенного в период оккупации. Так появилась надежда, что не все исторические и художественные ценности из музеев историко-этнографического, историко-археологического, естественноисторического погибли.

Блюдо. XVIII в. Великий Устюг. Фабрика А. и С. Поповых.

Складень трехстворчатый. XVI в.

Кипарис, резьба, золочение. КТ 5266.

Скамья. Россия. Дерево, резьба. КТ С.В. Малютин. Одно из декоративных панно, которые украшали террасу усадебного дома Тенишевых в Талашкино.

Дерево, резьба, подкраска. Во время войны 3 панно вывезены из музея г. Смоленска в Вильнюс, затем в Польшу. После Экспонаты, возвращенные в Смоленск Портал работы М.К. Тенишевой. Париж. 1908–1911 гг.

(слева – довоенный вид, справа – вид после возвращения Здание церкви Иоанна Богослова. XII в., в котором до войны размещался Исторический музей Разрушения здания церкви в результате бомбежки михайлова С.н., научный сотрудник информационного отдела Смоленского музея-заповедника прОблемы каталОгизации прОизведений н.к. рериХа из СОбрания СмОленСкОгО музея-запОведника В обширном собрании Смоленского государственного музеязаповедника хранится исторически сложившаяся коллекция произведений Н.К. Рериха, связанная, в основном, с его деятельностью в Талашкине и сотрудничеством с М.К. Тенишевой. В коллекцию входят не только живописные, но и редкие графические, прикладные, монументальные работы художника раннего дореволюционного периода творчества 1903–1911 гг. Произведения этой коллекции, ранее принадлежавшие М.К. Тенишевой, составляют целый музейный раздел, исключительный как по количеству, так и по качественному уровню экспонатов. Рассматривая вопрос степени изученности коллекции, следует отметить, что отдельным произведениям уделено значительное внимание крупных исследователей, другие отмечены лишь упоминанием в искусствоведческих текстах или указанием названий в списках работ Н.К. Рериха. В настоящее время пристальное внимание к творчеству и деятельности Н.К. Рериха делают востребованными любые сведения, касающиеся произведений художника. Выявление информации, исследование и ввод в научный оборот всех произведений смоленской коллекции через публикацию каталога, в том числе на современных электронных носителях – одно из актуальных направлений сохранения, изучения и трансляции наследия Н.К. Рериха.

Источниковую базу в систематизации коллекции и работе над каталогом составили: обширнейшая литература о творчестве Н.К. Рериха и материалы музейной документации, позволившие построить каталожную часть по следующим разделам: название, дата создания, техника исполнения и размеры произведения, источник поступления; краткий комментарий к работе; записи в инвентарных книгах; участие работы в выставках; литература – издания, в которых работа была опубликована. В заключении каталога приводится библиография.

Материалы и результаты каталога могут быть применены в подготовке экспозиций, выставок, музейных мероприятий, в работе по организации и популяризации историко-культурного наследия.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
Похожие работы:

«Вестник МАПРЯЛ 78 Оглавление Хроника МАПРЯЛ - Уточненный план деятельности МАПРЯЛ.2 Информация ЮНЕСКО.. 5 Памятные даты - 120 лет со дня рождения С.Г. Бархударова.10 - 125 лет А.А. Ахматовой..11 В копилку страноведа - В. Борисенко. Крым в историческом аспекте (краткий обзор).13 В помощь преподавателю - В. Шляхов, У Вэй. Эмотивность дискурсивных идиом.17 Новости образования..26 Новости культуры.. 45 Вокруг книги.. 57 Россия сегодня. Цифры и факты. 63 Калейдоскоп.. 72 1 Хроника МАПРЯЛ План...»

«АЛТАЙСКИЙ КРАЕВОЙ РОССИЙСКО-НЕМЕЦКИЙ ДОМ АДМИНИСТРАЦИЯ АЛТАЙСКОГО КРАЯ МИНИСТЕРСТВО РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ АОО МЕЖДУНАРОДНЫЙ СОЮЗ НЕМЕЦКОЙ КУЛЬТУРЫ ПАМЯТЬ, ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И БУДУЩЕЕ Материалы международной научно-практической конференции, посвященной 70-летию депортации российских немцев Барнаул, 10-11 сентября 2011 г. г. Барнаул, 2011 УДК 39(571.1)+94(470)(571.1) ББК 63.521(=432.4)я431+63.3(253.3)я431 П159 РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ: Щеглова Т.К., доктор исторических наук,...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ИСТОРИИ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ТЕХНИКИ ИМ. С.И. ВАВИЛОВА РАН В.И. ВЕРНАДСКИЙ – ИСТОРИК НАУКИ К 150-летию со дня рождения ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ Москва, 22 января 2013 г. Москва 2013 УДК 550.93; 551.1; 551.48 (091) В.И. Вернадский – историк наук и: к 150-летию со дня рождения / Тезисы докладов Международной научной конференции (Москва, 22 января 2013 г.). М.: ИИЕТ РАН, 2013. 74 с. В сборнике представлены тезисы докладов Международной научной...»

«140-летию со дня рождения Ф. И. Шаляпина посвящается Ф. И. Шаляпин в русском костюме. Фотография Я. В. Штейнберга. 1913 Департамент культуры Кировской области Кировская ордена Почёта государственная универсальная областная научная библиотека имени А. И. Герцена Вятское Шаляпинское общество ВТОРЫЕ ШАЛЯПИНСКИЕ ЧТЕНИЯ Материалы Всероссийской конференции (Киров, 14–15 марта 2013 года) Киров, 2013 УДК 7.071.2 ББК 85.335.413(2Р=Рус)-8 В 87 Редакционная коллегия: С. Н. Будашкина Н. П. Гурьянова Т. К....»

«Научно-издательский центр Социосфера Факультет бизнеса Высшей школы экономики в Праге Пензенская государственная технологическая академия АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ И СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ Материалы международной научно-практической конференции 5–6 ноября 2013 года Прага 2013 Актуальные вопросы социальных исследований и социальной работы : материалы международной научно-практической конференции 5–6 ноября 2013 года. – Прага : Vdecko vydavatelsk centrum Sociosfra-CZ, 2013 – 128 с....»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Филиал федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования Российский государственный профессионально-педагогический университет в г. Омске Визуальные образы современной культуры: уральско-сибирские диалоги (визуальные маркеры городской среды) Сборник научных статей по материалам всероссийской научно-практической конференции (г. Омск, 29–30 апреля 2013 г.) Омск Амфора 2013 УДК 7.06 ББК...»

«ФИЛОСОФСКИЙ ВЕК КАРЛ ЛИННЕЙ В РОССИИ St. Petersburg Center for the History of Ideas http://ideashistory.org.ru Herzen State Pedagogical University of Russia Institute of International Connections Institute of Philosophy of Russian Academy of Sciences St. Petersburg Scientific Center of Russian Academy of Sciences Joint Council on Humanities and the Historical and Cultural Heritage St. Petersburg Center for History of Ideas THE PHILOSOPHICAL AGE ALMANAC 33 CAROLUS LINNAEUS IN RUSSIA St....»

«МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ И ПРАВА ВОСТОЧНО-КАЗАХСТАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Д. СЕРИКБАЕВА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ — НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ ЦЕНТР НАНОТЕХНОЛОГИЙ РАН РУССКАЯ ХРИСТИАНСКАЯ ГУМАНИТАРНАЯ АКАДЕМИЯ РУССКОЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО Наука и образование современной Евразии: традиции и инновации Материалы Евразийского научного форума, посвященного 300-летию со дня рождения М.В. Ломоносова 24-28 октября 2011 года Часть третья...»

«Министерство здравоохранения и социального развития РФ Главное управление здравоохранения Администрации Иркутской области Иркутский государственный институт усовершенствования врачей Иркутский государственный медицинский университет СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ РЕВМАТОЛОГИИ Сборник статей межрегиональной научно-практической конференции Иркутск 2005 PDF created with pdfFactory trial version www.pdffactory.com УДК 616-002.77 ББК 54.191 С 56 Современные проблемы ревматологии: Сборник статей Юбилейной...»

«Учреждение образования ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ ЦЕНТР КИТАЙСКОГО ЯЗЫКА И КУЛЬТУРЫ КАФЕДРА ВОСТОЧНЫХ ЯЗЫКОВ БЕЛОРУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ОТДЕЛ ПО ДЕЛАМ ОБРАЗОВАНИЯ ПОСОЛЬСТВА КИТАЙСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ МИНСКИЙ ГОРОДСКОЙ НАУЧНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ЦЕНТР ТАЙГЕН ПУТИ ПОДНЕБЕСНОЙ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ ВЫПУСК II Минск РИВШ УДК 811.58(082) ББК 81.2Кит.я П Сборник основан в 2006 году Рекомендовано Ученым советом факультета...»

«ЗАМЕТКИ О КНИГАХ А. В. Антошин МИФОТВОРЧЕСТВО ИЗДАТЕЛЯ СТИХОВ О ПРЕКРАСНОЙ ДАМЕ ИЛИ РЕАЛЬНАЯ АНТИБОЛЬШЕВИСТСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ? Рец. на кн.: Базанов П. Н. Братство русской правды — самая загадочная организация русского зарубежья. — М. : Содружество Посев, 2013. — 424 с. История русского зарубежья времен его расцвета (1920–1930-е гг.) — тема, казалось бы, давно уже активно исследуемая российскими учеными. Функционируют структуры, специализирующиеся на изучении данной проблематики (например, Дом...»

«ДНЕВНИК АЛТАЙСКОЙ ШКОЛЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ №22. Июль 2006 г. Современная Россия и мир: альтернативы развития (этноконфессиональные конфликты и вызовы XXI века) Материалы международной научно-практической конференции Издательство Алтайского университета Барнаул 2006 1 ББК 66.3(2 Рос-4 Алт) я431 Д 541 Редакционная коллегия: доктор исторических наук, профессор Чернышов Ю.Г. (отв. редактор), кандидат исторических наук, доцент Аршинцева О.А., кандидат исторических наук, доцент Бетмакаев...»

«VII международная конференция молодых ученых и специалистов, ВНИИМК, 20 13 г. ВИРУЛЕНТНОСТЬ И НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ОНТОГЕНЕЗА ЗАРАЗИХИ Orobanche cumana Wallr., ПОРАЖАЮЩЕЙ ПОДСОЛНЕЧНИК В РЕГИОНАХ ЮГА РФ Стрельников Е.А. 350038, Краснодар, ул. Филатова, 17 ГНУ ВНИИ масличных культур им. В.С. Пустовойта Россельхозакадемии strelnikov.e.a.1989@mail.ru Идентифицирован расовый состав заразихи Orobanche cumana Wallr., паразитирующей на подсолнечнике в районах Краснодарского края, Ростовской и...»

«АННОТАЦИИ ЗАВЕРШЕННЫХ В 2010 ГОДУ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТОВ ПО ФИЛОЛОГИИ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЮ Аннотации публикуются в соответствии с решением Правительственной комиссии по высоким технологиям и инновациям от 20 декабря 2010 года (Протокол №7). Аннотации представлены в авторской редакции на основании электронных версий заявок. Все права принадлежат авторам. Использование или перепечатка материалов только с согласия авторов. ОГЛАВЛЕНИЕ ЗАВЕРШЕННЫЕ В 2010 ГОДУ ПРОЕКТЫ ОСНОВНОГО КОНКУРСА...»

«Традиционные общества: неизвестное прошлое Традиционные общества: неизвестное прошлое Материалы IX Международной научно-практической конференции 6–7 мая 2013 года Конференция организована на базе Челябинского государственного педагогического университета Челябинск 2013 1 Традиционные общества: неизвестное прошлое УДК 1Ф ББК 87.63 Т 58 Традиционные общества: неизвестное прошлое [Текст]: материалы IX Междунар. науч.-практ. конф., 6–7 мая 2013 г. / редколлегия: Д.В. Чарыков (гл. ред.), О.Д. Бугас,...»

«Мартинович Г. А. О перифразах в коммуникативно-тематическом поле Владимир Ленский (по роману А. С. Пушкина Евгений Онегин // Лексикология. Лексикография: (Русско-славянский цикл) / Отв. ред. Т. С. Садова; Русская диалектология / Отв. ред. В. И. Трубинский: Материалы секций XXXIX Международной филологической конференции, 15-20 марта 2010 г., С.-Петербург. СПб, 2010. – С. 34 – 41. Одной из характерных черт коммуникативно-тематического поля (КТП) Владимир Ленский, отличающих это поле от...»

«Учреждение Российской академии наук Дальневосточный геологический институт Дальневосточного отделения РАН ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В ОБСТАНОВКАХ СУБДУКЦИИ, КОЛЛИЗИИ И СКОЛЬЖЕНИЯ ЛИТОСФЕРНЫХ ПЛИТ Материалы Всероссийской конференции с международным участием Владивосток, 20–23 сентября 2011 г. Владивосток 2011 Russian Academy of Sciences Far Eastern Branch Far East Geological Institute GEOLOGICAL PROCESSES IN THE LITHOSPHERIC PLATES SUBDUCTION, COLLISION, AND SLIDE ENVIRONMENTS Proceedings of...»

«Международная научно-практическая конференция 1 Молодежь в постиндустриальном обществе 25 декабря 2012 года УДК 94 (470+571) Н.И. Прозорова Калужский государственный университет ВОСПИТАНИЕ ИСТОРИЕЙ: ИСТОРИОСОФСКАЯ ПОЭЗИЯ АННЫ БАРКОВОЙ В статье представлен анализ историософской поэзии Анны Барковой, чья философия истории формировалась под влиянием как ее субъективного трагического опыта, так и объективных событий драматической истории XX века. Главным предметом ее поэтических размышлений...»

«Администрация Губернатора Пермского края Министерство образования и наук и Пермского края Филиал ФГБОУ ВПО Удмуртский государственный университет в г. Кудымкаре Сектор истории и культуры коми-пермяцкого народа Пермского НЦ УрО РАН Этнокультурное наследие пермских финнов Материалы Всероссийской научно-практической конференции Этнокультурное наследие пермских финнов в истории России, посвященной 80-летию известного этнографа Л.С. Грибовой и 25-летию сектора истории и культуры коми-пермяцкого...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ – 2005 Материалы всероссийской научно-практической конференции, посвященной 15-летию со дня принятия Декларации о государственном суверенитете Республики Башкортостан и 5-летию образования Нефтекамского филиала БашГУ 24-25 октября 2005 года Часть II РИО БашГУ УДК 001+37 ББК 72:74 Н 34 Редакционная коллегия: д-р...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.