WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |

«Саранск 2009 0 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ МОРДОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени Н. П. ...»

-- [ Страница 3 ] --

В этой связи сам собой возникает вопрос о причинах подобного положения. Почему попытки по сближению теории с практикой время от времени предпринимаются, но успеха не имеют? Ответы можно давать самые разные, но, как представляется, основная причина такой ситуации кроется в том, что ни один из предпринятых вариантов сближения исследовательских положений с практикой преподавания не был включен в учебник того или иного иностранного языка в форме соответствующим образом адаптированного упражнения. Здесь, однако, закономерен и другой вопрос, а именно вопрос о том, кто и как должен осуществлять подобного рода адаптацию. Думается, что заниматься этим может некоторая промежуточная лингвоприкладная отрасль, которую допустимо назвать лингвометодикой. Именно она должна будет превратиться в своего рода посредническую между теорией и практикой дисциплину, внедряющую достижения лингвистики и адаптирующая их до практически приемлемого уровня. Без этого не будут успешными никакие призывы, содержащиеся в пособиях типа указанных выше, о том, что знание теории во многом облегчает усвоение иноязычного материала, прививаемого нашему сознанию уже в достаточно зрелом возрасте, когда чувство языка практически не формируется, а особенно не формируется оно в среде родного языка.

Приведу один конкретный пример. Всем известны упражнения «перевести с русского языка на иностранный». В. Г. Гак в своей прекрасной книге по сопоставительной лексикологии французского и русского языков привел ряд примеров из оригиналов французских художественных произведений и их русских переводов, выполненных профессиональными переводчиками. Профессиональные переводчики, как известно, всегда переводят текст в полном соответствии с нормами переводящего языка, находясь в русле его языкового менталитета. В. Г. Гак обратил внимание на такие соответствия: для придания французскому предложению естественного звучания на русском языке переводчикам пришлось сделать преобразования на уровне членов предложения: (1) Les nuages nous donnait le vertige – От облаков кружилась голова; (2) Il m‘a donn de precieuses informations sur le problme – От него я получил ценную информацию по этому вопросу. В этой связи нельзя не заметить, что в учебниках ИЯ хотелось бы видеть упражнения, сообщающие студентам сведения о языковом менталитете и принципах выполнения даже простейших переводов на ИЯ. Разрабатывать подобные упражнения могут и сами преподаватели ИЯ, что называется ad hoc, на базе развитых навыков научно-исследовательской работы. Вс дело в том, чтобы они обладали навыками такого рода. Хочется надеяться, что в магистерских программах, некоторые из которых имеют ориентацию на подготовку преподавателей высшей школы, развитие такого рода навыков было предусмотрено.

МЕЖКУЛЬТУРНЫЙ ДИАЛОГ

И ДИСКУРСИВНЫЕ СТРАТЕГИИ ВЗАИМОПОНИМАНИЯ

В условиях интенсивного развития международных контактов возникает необходимость эффективного взаимодействия с представителями других лингвокультурных сообществ в различных сферах. Последнее нацеливает на развитие способности участвовать в межкультурном диалоге, что требует переосмысления сложившихся традиций и новых теоретических поисков.

Поэтому вопросы межкультурного диалога приобретают особую актуальность.

В своем выступлении мы исходим из положения о том, что межкультурный диалог является одной из основных форм взаимодействия культур в общем формате межкультурной коммуникации и рассматривается как часть целого. Идея диалога культур восходит к творческому наследию М. М. Бахтина и приобретает важную методологическую роль в современном гуманитарном знании. Диалог культур рассматривается как совокупность непосредственных отношений и связей, которые складываются между различными культурами, и включает те результаты, которые возникают в ходе этих взаимоотношений [1: 308].

В межкультурном диалоге происходит взаимодействие представителей различных культур, используется иной языковой код (для одной из сторон – это иностранный язык), проявляются иные установки, формы поведения и ценностные ориентации, воспринимаемые коммуникантами как отличающиеся от собственных. И в этом смысле осознание «чужеродности» и «инаковости»

приобретает особое звучание.

Заметим, что в коммуникации язык выступает не просто как средство передачи информации, но и как форма культурного поведения. Во всех культурах присутствует стремление к установлению хороших отношений, которые являются несомненной ценностью: принесение извинения за грубый тон, возражения; проявление вежливости; адекватное использование слов признания и благодарности. Но разные культуры по-разному понимают и эту цель, и пути к ней. В английской культуре поощряется и ценится эмпатия, уважение к собеседнику, сдержанность и такт, что следует из различных способов выражения взаимной учтивости (извинений, квазиизвинений, сожалений, заранее-благодарностей и т.д.), у американцев чрезвычайно развито дружелюбие ко всем, при этом оно не обязательно направлено на конкретного человека.

Прежде чем вступать в контакты, мы оцениваем собеседника, пытаемся определить, о чем пойдет речь. Культура влияет на выбор темы общения: то, что считают правильным в одних культурах, в других – неприемлемо.

Категории регистров общения могут подразделяться на формальный, неформальный, нейтральный, фамильярный, интимный. Поведение американцев показывает, что они предпочитают демонстрировать подчеркнуто неформальное поведение, быстрый темп жизни влияет на быстрый темп речи, манеру реагировать, формирует такие качества, как настойчивость, нетерпеливость.



Оценка эффективности общения складывается под влиянием не только языковых, но и социокультурных факторов, поскольку культурное поведение основывается не на инстинкте, а на знаниях и зависит от контекста.

В рамках кросс-культурного контекста, как впрочем и любого другого, речь идет о внешнем (условия общения, место, время) и внутреннем или ментальном контексте. Ментальный контекст отождествляется со значением и скрытым смыслом, с глубиной и многозначностью смысловых вариантов и в качестве наполненного смыслами культурно-прагматического пространства коммуникации является интегральным началом фоновых знаний. Данный тип контекста представляет систему средств и ценностных ориентаций, используемых для выражения намерений, установок, устремлений и национальных приоритетов в виде концептов, которые формируют и активизируют необходимые способы их языкового выражений.

Мы рассматриваем межкультурный диалог как способ интерактивного взаимодействия, опосредованный языком, основу которого составляет кросскультурный контекст. Данный контекст включает совокупность знаний, систему ориентаций и стратегий поведения, которые складываются в результате сравнения и ведут к взаимопониманию или его отсутствию между представителями различных культур.

В процессе общения в условиях межкультурного диалога прослеживается соотношение языковых структур с культурными и субъективными факторами на основе анализа и реконструкции латентных механизмов восприятия контекста другой культуры. Понимание наступает тогда, когда в соответствии со своим знанием о мире реципиент воспринимает ситуацию, т.е. имеет представление о всех вариабельных, характеризующих метакоммуникативный уровень коммуникации.

Понимание кросс-культурного контекста – это деятельностноориентированный процесс, направленный на: а) узнавание, восприятие, декодирование значений и смыслов, их интерпретацию; б) оперирование образами, представленными в когнитивном сознании, аналогичными тем, которыми располагает представитель другой лингвокультурной общности; в) формирование качественно новых и релевантных знаний посредством иностранного языка как инструмента познания.

Адекватность общения и достижение взаимопонимания обусловлены наличием не только языковых, но и фоновых знаний. Отсюда следует, что первым необходимым условием понимания является релевантность культурных фоновых знаний как основы межкультурного диалога и способа ориентации по отношению к другой культуре. Не останавливаясь на общеизвестной типологии фоновых знаний, мы отметим лишь те из них, которые имеют первостепенное значение для понимания:

1) этнокультурные знания о базовой личности носителя языка как представителе конкретной лингвокультурной общности (менталитет, особенности мировосприятия, стереотипы, ценностные ориентации), источником которых выступают значения и смыслы, заложенные в различных типах дискурсов;

2) культурно-прагматические знания, которыми располагают все члены определенной этнической и языковой общности, и которые неизвестны представителям другой культуры (модус поведения и способы его выражения – язык повседневного поведения, или поведенческие нормы, формулы речевого этикета, соответствующие различным речевым ситуациям);

3) актуальные фоновые знания о культурных сходствах и различиях в кросс-культурном контексте, выявленных на основе общих характеристик и специфики культурных универсалий и стандартов. Вторым условием взаимопонимания является моделирование стиля общения в соответствии с представлениями о другой культуре. Поэтому, на наш взгляд, наиболее значимыми факторами, от которых зависит успех реальной коммуникации, являются не только фоновые знания, но и дискурсивные стратегии Коммуниканты помимо использования языка в процессе общения совершают определенные коммуникативные действия, в основе которых заложены специфические когнитивные процессы. Поэтому рассмотрение коммуникативного процесса в терминах речевых действий означает включение в описание межкультурного диалога дискурсивных стратегий.

К дискурсивным стратегиям мы относим интерпретативные, компаративные и рефлексивные. Проблема понимания тесно связана с осмыслением, поскольку оно выступает в качестве внутренней характеристики и психического механизма этого процесса, включающего прием и преобразование информации, обеспечивающие отражение объективной реальности и ориентировку в окружающем мире.

Исходя из того, что содержание любого речевого акта формулируется из единиц (слов), за которыми стоят свойственные данному этносу концептуализации означаемых ими элементов действительности и самого человека как ее части, модусы восприятия, мышления и выражения в речи только частично универсальны, но в большей или меньшей степени дифференцированы в разных культурах и этнических социумах.

В общении между представителями различных культур проявляется культурно-специфическое видение картины мира, причем партнеры по коммуникации не осознают эти различия, считая собственное видение «нормальным». Это представление о «само собой разумеющемся» имеет место как с одной, так и с другой стороны. Поэтому необходимым требованием является получение новой информации – ключа к взаимопониманию между культурами.

Понимание представляет собой неоднородный, многоступенчатый процесс, охватывающий такие действия, как узнавание, постижение, декодирование, осмысление и интерпретацию. Имея дело с объективированным смыслом, мы присоединяем к нему в ходе интерпретации собственные смысловые элементы, переделывая его, исходя из реалий эпохи, конкретной обстановки или иных факторов в интерпретацию. Сущность понимания представляет анализ различных контекстов и установление смысловых связей и отношений между элементами.





мультикультурной картине мира в рамках кросс-культурного контекста, который рассматривается как когнитивный процесс сравнения различий в сопоставляемых культурах. В этом смысле сравнение выступает в качестве стратегии, ведущей к достижению понимания.

Рефлексивные стратегии представляют собой отражение языковой и концептуальной картины мира в сознании реципиента, так как понимание опосредовано процессом рефлексии. В социальной психологии под рефлексией понимается осознание действующим индивидом того, как он воспринимается партнером по общению. Это уже не просто знание другого, но знание того, как другой понимает меня, т.е. своеобразный процесс зеркального отражения друг друга.

Понимание контекста другой культуры через рефлектирующие процессы субъект-субъектных отношений дает возможность идентифицировать собственное «Я» как «бытие в мире» и «ориентацию в мире», т.е. усвоить миропонимание и овладеть культурой «другого», не теряя своей «самобытности». В данном случае понимание означает восприятие и осмысление того, о чем думает партнер по коммуникации, что он хочет сказать и передать. Рефлексивный компонент нацелен на осмысление и переосмысление своего предварительного опыта и знания.

Осознание себя в контексте другой культуры подразумевает такие качества, как открытость, толерантность, готовность вступить в контакт. Речь идет о необходимости формирования эмпатических способностей, которые обеспечивают познание собственной и «чужой» перспективы, а также ее изменение или принятие перспективы другого в интересах взаимопонимания.

При этом эмпатия рассматривается как неотъемлемое качество личности, в которой переплетаются готовность к активному общению с представителями другой культуры, открытость, свобода от предубеждений и приспособляемость.

Проблема дискурсивных стратегий имеет важное значение для установления и взаимопонимания представителей различных лингвокультурных сообществ:

позволяет установить сходство и различия в общении, прогнозировать его ход и решать общие коммуникативные задачи.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Всемирная энциклопедия философии. – М. : Современная литература, 2001. – 1312 с.

СТРАТЕГИИ ВЗАИМОПОНИМАНИЯ

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ДВОРЯНСКОЙ РЕЧЕВОЙ ПРАКТИКИ

КОНЦА XVIII – ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА

И СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Проникновение в любой язык иностранных слов – явление вполне закономерное, т.к. в периоды наиболее интенсивного культурноэкономического общения между странами происходит знакомство с новыми предметами, обмен новыми понятиями и идеями, усвоение иноязычных слов.

Русский народ с древних времен вступал в культурные, торговые, военные, политические связи с другими государствами, что не могло не привести к языковым заимствованиям. Постепенно заимствованные слова входили в число слов общеупотребительных и уже не воспринимались как иноязычные. Первым проводником западного влияния на русское общество была Польша.

В Петровскую эпоху по силе воздействия на русскую культурноязыковую действительность следует отметить голландский язык, из которого заимствовались в основном морские термины (верфь, боцман …), и немецкий, явившийся естественным источником переносимых в русский язык терминов и слов административной и медицинской сфер (нотариус, фельдшер …), технических слов, относящихся к инженерному и горному делу (грифель, абрис…), и понятий, обозначающих предметы одежды и быта (галстук, туфля…).

В дальнейшем направление притока иноязычных заимствований в русский язык меняется. Это происходит в то время, когда на развитие европейской культуры сильное влияние оказывает Франция – культурный лидер Европы того времени. Влияние французского дворянства на русское привело к русско-французскому и даже к французско-русскому билингвизму российского дворянства. Французский язык, выполняя функцию языка интеллектуального общения, стал каналом, по которому совершалось движение идей и культурных ценностей из Европы в Россию. Он же выступал индикатором культуры и был призван служить свидетельством светской образованности человека.

Русские аристократы, живя среди носителей изучаемых языков, становились билингвами/полилингвами естественным путем. В результате такого «погружения» развитие билингвизма происходило как бы «стихийно», с освоением присущего этим языкам образа мира, следовательно, здесь речь идет о наличии многоязычной компетенции. Многоязычные люди, жившие в России века назад в условиях естественного полилингвизма, в своей речевой практике использовали иностранные языки и сами определяли их взаимодействие. Факты использования этих языков в документах, эпистолах ярко свидетельствуют об использовании иноязычности, о том, что речь, речемыслительная деятельность образованных представителей общества предельно разнообразны в языковом отношении.

Двуязычные люди, первые проводники иноязычных слов, подчиняясь регулирующему воздействию языка дающего, нередко сохраняют при слове его типичные для той среды связи: слово заимствуется, а связи его калькируются.

Явления подобного рода возникают непрерывно в речи двуязычных людей.

Пользуясь постоянно при светском общении французским языком, дворяне нередко в речи на родном языке допускали калькирование единиц французского языка. Здесь иноязычные выражения и слова встречаются в русском написании. Примеры использования таких групповых употреблений, к каким относятся макаронизмы, например, дезабюзировать, аранжироваться, женировать, обержи и т.д., то есть прямые иноязычные заимствования, внесенные в родную речь с сохранением присущей этому слову формы и произношения, фиксировались на протяжении всего указанного периода.

Один из наиболее живых и социально значимых процессов, происходящих в современной русской речи – процесс активизации употребления иноязычных слов английского происхождения и их быстрое закрепление в русском языке. Все это также объясняется переменами в общественной жизни. Надо говорить именно об активизации употребления этих слов, поскольку наряду с появлением заимствований-неологизмов наблюдается расширение сфер использования специальной иноязычной терминологии, относящейся к экономике, финансам, вычислительной техники и другим областям. Так, система обозначений, обращающаяся в вычислительной технике, обрастает все новыми иноязычными (английскими по происхождению) номинациями, в том числе и мало оправданными с точки зрения коммуникативных потребностей (например, замена слова пользователь термином юзер (англ. user) – в профессиональном языке программистов).

Очевидно, что если понятие затрагивает жизненно важные интересы многих людей, то и обозначающее его слово становится употребительным.

Применительно к иноязычным словам здесь добавляется еще фактор социальной престижности иноязычного наименования.

Необходимо отметить социально-психологические причины и факторы заимствования. Иноязычные слова воспринимаются как более престижные (по сравнению с исконными), «ученые», «красиво звучащие» и т.п. По-видимому, можно говорить о некоей отмеченности, выделенности иноязычного слова не только в языке, но и в сознании говорящих: во-первых, иноязычное слово связано с книжностью – книжной культурой, книжным стилем языка, книжной стилистической окраской; во-вторых, вследствие «непрозрачности» формы смысл его для многих говорящих нередко оказывается зашифрованным, непонятным; в-третьих, эта непонятность служит символом недоступной учености, почему и речь, содержащая иноязычные слова, часто расценивается как социально престижная.

Касаясь особенностей функционирования иноязычной лексики в современной русской речи, следует сказать, что иноязычными словами (чаще макаронистического характера) в наибольшей степени насыщены газетные и журнальные тексты. «Туристические фирмы сохраняют низкие цены, многие хотельеры уже снизили цены на 30–40 %» [Вечерний Саранск, 28.01.09].

В средствах массовой информации, в речи политиков встречаются такие практически всем понятные макаронизмы как: армрестлинг, тинейджер, гастарбайтер, но многие отдельные «модные» иноязычные слова, внесенные в русскую речь с неизбежным искажением их звуковой формы, употребляются необоснованно, например, кэш. «В погоне за «кэшем» они забыли об интересах страны» [Аргументы и факты, № 17, 2009]. Многие макаронизмы вообще оказываются непонятными широким массам (например, хайджекер, хеппенинг, гаджет, киднеппинг, эксерсизы, хайер, ребрендинг, стритрейсинг и т.д.).

Для эффективности коммуникации необходимо уметь не только оперировать языковым кодом, но и осуществлять выбор канала, посредством которого код реализуется, а также социолингвистические правила, которые согласуют языковой выбор с социальными факторами, присущими вербальному планированию, предшествующему речи. Кроме того, участники акта общения должны иметь до известной степени общую социальную историю. Таким образом, коммуникативный успех в речевой коммуникации зависит, от правильного составления коммуникативного портрета адресата адресантом и от «успешного» знания релевантности компонентов коммуникативного портрета в данной ситуации общения, т.е. от владения социолингвистической компетенцией. Адресат является «присутствующим»

компонентом социокультурной системы.

В российском обществе указанной эпохи происходило осознанное усвоение иноязычной культуры, которое благотворно влияло на развитие собственной. Речь образованных представителей русской культуры конца XVIII–XIX вв. изобиловала систематическими переключениями с одного языка на другой и кодовым смешением, поскольку они привыкли видеть перед собой двуязычных говорящих и знали, что, каким бы языком они ни воспользовались, их поймут.

В отличие от системного освоения образцов иноязычной западноевропейской культуры, в частности языковой и поведенческой культуры, безудержные заимствования отдельных лексических единиц и оборотов речи, в основном англо-американских, в настоящее время не определяет иноязычие как социокультурное явление и не создает богатую палитру красок ковра культуры, а скорее лоскутное одеяло гламура.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Крысин Л. П. Иноязычное слово в контексте современной общественной жизни / Л. П. Крысин // Русский язык конца ХХ века. – М. : Русский язык, 1996. – С. 142–161.

2. Шанский Н. М. Этимологический словарь русского языка / Н. М. Шанский, Т. А. Боброва. – М. : Прозерпина, 1994. – 400 с.

ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ В СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ

РУССКОГО ПРИДВОРНОГО АРИСТОКРАТА

ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII ВЕКА

(КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

Первая половина XVIII века – переломный этап в системе образования русского придворного, формировании культуры поведения придворного, оформлении его внешности, речи, нравов и т.д. Важную роль в воспитании придворного европейской формации сыграли образовательные и дипломатические поездки в Европу, следствием чего явилось заимствование не только самих базовых принципов европейской системы образования, но и массовое обучение западноевропейским языкам в среде российской придворной элиты.

Дипломатические миссии в Европе были одним из способов проникновения в русскую официальную культуру, в частности придворную, западноевропейских языков. Процесс изменения разных аспектов материальной и духовной культуры при контакте с другой социокультурной системой в культурологии получил название «аккультурация», а усвоение культурных паттернов в результате культурных контактов – «инкультурация» или «социализация» [Культурология XX век 1998: 17, 42, 120]. Русские дипломаты распространяли европейские культурные достижения в среде русской аристократии. Происходило заимствование, или культурная диффузия западного придворного семиозиса, который оказал благотворное влияние на куртуазную культуру русского аристократа. Знатный путешественник органично вписывался в европейское придворное общество и воспринимался за границей как «свой человек». Возвращаясь к русскому двору, дипломат воспроизводил новые черты в культуре обхождения – учтивость, куртуазность, хорошее знание манер, умения танцевать и вести светскую беседу, в частности – на французском, немецком, итальянском, испанском и других европейских языках.

Наряду с дипломатическими миссиями в Европе важную роль в развитии культуры русского Двора сыграли образовательные поездки. Важными для доказательства динамичной социализации личности русского придворного в исследуемый период являются первые свидетельства современников о принципах обучения западных вельмож, носящие описательный характер (путевой дневник П. А. Толстого [Путешествие стольника П. А. Толстого 1988:

48], А. А. Матвеева [Русский дипломат во Франции 1972: 52], Б. И. Куракина [Архив кн. Ф. А. Куракина 1890–1902]) и формирующие общее представление русских аристократов об огромной значимости иностранных языков в системе образования европейцев знатного происхождения. Количество иностранных языков, изучаемых, к примеру, в престижной голландской академии того времени, является приемлемым и сегодня для любого современного престижного лингвистического вуза. Требования, предъявляемые к знатному дворянину в Европе на рубеже XVII–XVIII вв., состояли в умении владеть своим телом (этому способствовали регулярные занятия фехтованием, верховой ездой, танцами), красиво и правильно изъясняться не только на родном, но и на нескольких иностранных языках, а также иметь способность эстетического восприятия действительности (эта способность развивалась благодаря пению и музицированию). Подобные требования распространятся в России при Дворе уже в первой половине XVIII века, а во второй половине станут неотъемлемой частью воспитания русского дворянства повсеместно и приобретут статус нормы.

Как следует из проанализированных источников, одна из основных задач, стоящих перед знатной молодежью, посылаемой родителями и правительством за границу, заключалась в изучении иностранных языков – голландского, английского, французского, немецкого, итальянского и греческого.

Отличительным дифференциальным признаком обучения русских иностранным языкам за границей было многоязычие, однако преимущество отдавалось латинскому, немецкому, французскому и итальянскому языкам:

Учиться очередному языку начинали еще до личного туда прибытия. Во многом благодаря латинскому языку, изучаемому в первую очередь, русский путешественник был подготовлен к расширению языковых границ и быстрому овладению новыми языками. Изучаемые дома и за границей иностранные языки вносили изменения в структуру и стиль родного языка, развивали речевую культуру придворного. Пребывание за границей позволяло оттачивать свое речевое мастерство в разных сферах общения, чувствовать себя понастоящему языковой личностью, способной не только воспринимать «чужой»

текст, но и строить свои индивидуальные высказывания в соответствии с накопленными позитивными знаниями, своими убеждениями, политическими пристрастиями, бытовыми привычками. Как свидетельствуют преподаватели, проводившие опрос по возвращении учащихся из-за границы, знатные путешественники говорили на французском, немецком и итальянском «весьма чисто, скоро и хорошо», писали в «стиле безпритворном», изъясняя мысли «чисто и исправно» [Писаренко 2003: 790].

Стоит отметить, что программа обучения не сводилась к изучению иностранных языков и была гораздо обширнее: всеобщая история, философия, география, история христианства, мораль, танцы, фехтование, музыка. Вообще молодое поколение знатного дворянства Петровского и Елизаветинского времени начало более тонко воспринимать европейскую культуру. После обучения в дипломатической миссии в Европе русские придворные возвращались к пышному Двору Елизаветы Петровны «истыми вельможами, не столько по почестям и знакам отличия, сколько по собственному достоинству и тонкому врожденному умению держать себя», так писал вообще не очень щедрый на комплименты современник Разумовского Гельбиг [Васильчиков 1869: 422].

Пребывание русских за границей оказало позитивное влияние на внешнюю и речевую культуру высшего класса дворянства и способствовало более пристальному вниманию правительства к некоторым вопросам дворянского воспитания. По предложению графа Ягужинского, побывавшего накануне в Берлине и Дрездене, в 1731 г. был открыт первый кадетский корпус в России – учебное заведение «проевропейской» направленности, где изучали светские дисциплины (танцы, музыка, иностранные языки), которые, в свою очередь, способствовали развитию телесной и речевой культуры и оказали положительное влияние на формирование придворной, а впоследствии и всей российской культуры в целом.

Итак, еще начиная с петровских времен, Россия формирует историю своих многогранных в культурологическом плане отношений с Европой, в развитии которых ключевая роль принадлежит иностранным языкам, реализующим и в настоящее время диалог наших культур.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Архив кн. Ф. А. Куракина / под ред. М. И. Семевского. – СПб. : тип. Балашева, 1890–1902. – 10 т.

2. Васильчиков А. А. Семейство Разумовских // Русский Архив : историч. сб., издаваемый П. Бартеневым. – М. : Тип. Грачева и Ко, 1869. – XVIII в. кн. 2. – 1869. – 585 с.

3. Культурология XX век : энциклопедия. В 2 т. – СПб. : Университетская книга, 1998.

4. Писаренко К. А. Повседневная жизнь русского Двора в царствование Елизаветы Петровны. – М. : Мол. гвардия, 2003. – 873 с.

5. Путешествие стольника П. А. Толстого (1697–1699) // Русский Архив, кн. 1. – СПб., 1888.

6. Русский дипломат во Франции (записки А. Матвеева) / под ред. А. Д. Люблинской.

– Л. : Наука, 1972. – 295 с.

К КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЙ ТИПОЛОГИИ РЕЧЕВЫХ КОНТАКТОВ

(ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

В начале XVIII века сначала насильственное, а позднее естественное, подстегиваемое уже культурной традицией движение российского общественного сознания к западноевропейским ценностям стало мощной мотивацией к изучению иностранных (далее ИЯ), в первую очередь западноевропейских, языков с целью их практического использования.

Мы предлагаем одну из возможных культурологических моделей описания культурно-языковых контактов на западноевропейских языках, имевших место между россиянами и европейцами, как в России, так и за рубежом, и увеличить тем самым число работ, описывающих уровень образованности служивших в России иноземцев и контактировавших с ними россиян. Мы считаем необходимым привлечь к описанию как можно больше фактов о контактах россиян с иностранцами в России и за рубежом, как новый и не всегда прямой источник по вопросу о степени владения россиянами ИЯ, о частотности их использования в общении с иностранцами и между собой. Даже косвенные факты, взятые в совокупности, способны относительно объективно представить речевые контакты ушедшей в небытие эпохи.

Для образованных россиян и европейцев XVIII век был временем совместно переживаемого опыта общения. Большое количество иностранцев разных специальностей, трудившихся в России, их постоянное пополнение и даже ротация приводили к тому, что в быту, в науке, в образовании, в армии, особенно в гвардейских частях, в системе развлечений иноязычная речь, с разной степенью интенсивности и периодичности, или дополняла русскую речь, или сопровождала ее, или даже заменяла.

Методологическим основанием нашего исследования является положение о том, что пространственная близость людей, принадлежащих даже к разным культурам, является неким гарантом устойчивой коммуникации между ними. В процессе инкультурации любой человек сознательно или вынужденно усваивает правила и нормы поведения, культурные ценности общества, в которое он волей судьбы попадает. Участие в обмене социальнозначимой информацией есть неотъемлемая социально-психологическая потребность человека, заставляющая его постоянно создавать условия для различных видов общения. Социально обусловленная обязанность человека контактировать с окружающими осуществляется в рамках систематически или периодически функционирующих речевых коллективов. Из теории речи известно, что диалогическая речь предполагает соединение людей в формальные и неформальные коллективы, определенный отказ от внутреннего самоопределения и отдельности. Пространственная организация диалога переходит во временню.

Центральным в предлагаемой системе описания является понятие «речевой коллектив», под которым понимается группа людей, объединенных общим профессиональным, образовательным, сословным, семейным, национальным, ситуативным интересом и реализующая этот интерес, в универсальной речевой форме. Понятие речевой коллектив органично вписывается в теорию межкультурной коммуникации.

Необходимость описывать культурно-речевые контакты выводит исследователя на описание участников речевого общения. Одной из теоретических посылок нашей работы является культурологический речевой акт, отличающийся от лингвистического и риторического.

В лингвистическом речевом акте центральной категорией является речь, извлекая из которой только общее, исследователь формирует предмет исследования – язык как сиcтему знаков. При риторическом подходе к речевому акту предметом изучения становятся все три его составляющие.

Участники речевого акта также важны, как и само речевое сообщение, что отражено в структуре предмета риторики, куда входят теория монолога и теория диалога. При культурологическом подходе к изучению речевого акта «в тень» может уйти речевое сообщение, тогда на первый план выходят категории говорящий и слушающий, персонифицированный социальный, профессиональный и должностной статус которых становятся для исторической культурологии и исторической персонологии центральными.

Говоря о роли иностранцев в истории русской культуры, историки и культурологи обычно отмечают тех из них, кто оставил самый заметный след в своей сфере деятельности. К примеру, из трех итальянских архитекторов, трудившихся в Петербурге при Петре I: Трезини, Микетти и Киавери самый большой след в архитектурном облике города оставил первый из них. Нас, в первую очередь, интересует «теневая» и более-менее общая сторона жизни всех троих: частота и формы использования ими родного и других европейских языков, виды участия в культурно-языковых контактах, как членов семей иностранных специалистов, так и россиян, окружавших иностранцев на рабочих местах, в быту и т.д.

Предлагаем некоторую типологию интересующих нас речевых коллективов, на которую можно проецировать фактический материал. Речевые коллективы можно делить по: 1) способам бытования людей (семейный, профессиональный); 2) интересам (салон, литературный кружок, масонская ложа); 3) национально-языковому признаку. Центральным в любом человеческом сообществе является семейный речевой коллектив. С 1717 года в Петербурге трудился французский художник Пильман, расписывавший плафоны в Монплезире (Петергоф). Приехал он с женой и учеником Морелем Пильман с женой являл собой семейный речевой коллектив, Пильман с Морелем – профессиональный, а все трое – еще и национальный речевой коллектив. Каждый из них в свою очередь был участником других типичных или случайных речевых ситуаций, где в общении использовался французский язык. В эту «речевую воронку» втягивались, разумеется, в разной степени, русские и иностранные архитекторы, государственные служащие, переводчики, соседи-иностранцы, соседи-русские. Профессионализм и духовность в деятельность «своих» речевых коллективов вносили тысячи трудившиеся в России иностранных специалистов. Они составляли часть семейных, научных, учебных, управленческих, армейских, артистических коллективов, или полностью представляли, например, семейные коллективы.

Следует особо выделить кружки по интересам, включавшие россиян, которые собирались в домах, находившихся на русской службе иностранцев, а также кружки в домах русских, систематически принимавших иностранцев.

Дома иностранцев Немецкой слободы стали для молодого царя Петра I и его ближайшего окружения школой европейского общежития, где иностранная речь звучала не меньше русской. Иностранная речь (голландская, немецкая, французская, английская) постепенно становилась для царского окружения не только в Немецкой слободе, но и при Дворе естественной звуковой средой обитания. Так, в частности, создавался единый для россиян и иностранцев культурный ритм жизни.

Речевые коллективы можно изучать как в формальном отношении, так и в функциональном. Пространственно-временная локализация составляет основу формального различения речевых коллективов, за которой следует изучение семантической составляющей самого общения. Распределение объемов речей исполненных на русском языке и на ИЯ в домах русских интеллектуальных аристократов могло представлять собой довольно сложную конфигурацию.

Намеченная типология речевых коллективов является достаточно репрезентативной, чтобы обозначить эту проблему как широкую в источниковедческом плане и плодотворную в чисто культурологическом.

ДИАЛОГ КУЛЬТУР: ИННОВАЦИОННАЯ РОЛЬ

ИНОСТРАННЫХ ЯЗЫКОВ В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ

Понятие «диалог» в широком бахтинском понимании перешло на новый содержательный уровень. Диалог в современном мире предстает в виде новой парадигмы коммуникативно-практической деятельности, характеризующейся тенденцией к глобальному «согласию» культур – их разумному объединению на всех уровнях культурных пространств, в первую очередь в связи с интеграцией экономических отношений. Однако этот процесс не означает утраты национальной идентификации, утраты традиционных устоев в различных областях человеческой жизнедеятельности. В силу данной противоречивости, такая цель требует времени, глубокого осознания необходимости объединения культур с сохранением их своеобразия, усилий гражданских сообществ в различных областях существования на благо будущего процветания обществ, а главное – успешности и процветания отдельного индивида.

Культура как совокупность духовных и материальных продуктов человеческой деятельности не может в настоящее время принадлежать одной культуре-цивилизации, что стало совершенно очевидным на пороге XXI столетия. Создание «экологии согласия» культур – долгий путь, но ее принципы и методы достижения закладываются уже сейчас, несмотря на факторы сопротивления в лице культурно-религиозных, политикоэкономических и социальных разногласий.

Сложившаяся к концу XXI в. антропоцентрическая парадигма пришла к осознанию ценности человеческой личности как центра миропонимания и миросозидания, которые невозможны без кросскультурной коммуникации (в ее широком смысле), осуществляемой прежде всего через посредство иностранных языков как трансляторов иных культур.

Задачи модернизации сложившихся национальных систем существования и их согласования ввиду возникших финансово-экономических трудностей и, в первую очередь, интеграция мировой экономики требуют переустройства глобальной системы отношений между цивилизациями. В этом процессе роль иностранных языков как факторов прогресса во всех сферах человеческой деятельности будет только возрастать. Их инновационная роль наметилась уже в XXI в., т.к. возникла необходимость освоения человеком нескольких языков.

Сложились мультилингвальные сообщества, стоящие в авангарде мировой политики и экономики. Реальное объединение лингвокультурных сообществ происходит лишь там, где ведется сбалансированная языковая политика:

уважают языки иных культур, понимают всю степень их важности в создании атмосферы взаимопонимания, в усвоении новой информации, новых продуктов, нового взгляда на мир. Такое понимание роли иностранных языков будет, несомненно, преобладать с усилением демократических тенденций.

Языковая личность нового столетия – это человек говорящий на нескольких языках, что обогащает его не только духовно, но и приносит ему практическую пользу: мобильность, успешность, образованность, разносторонность, свободу. Современные тенденции в объединенной Европе (с некоторыми препятствиями и недостатками) являются примером такой интеграции, которая делает человека независимым от его привязанности к определенному месту, и в то же время создаются условия, когда человек чувствует себя как дома в объединенном пространстве экономики, политики, образования.

Когда исчезают политические барьеры и выстраиваются дружественные отношения между странами, перевод выходит на новый уровень – перевод в сфере отношений между общественными и деловыми организациями, людьми.

Это наиболее эффективный путь к взаимопроникновению культур, подкрепленному знанием языков. В области высшей политики терминология и структуры высказываний стремятся к единообразию, снимающему двусмысленности толкования, что отмечают переводчики при ООН. Таким образом, происходит сближение языковых явлений в политическом речевом жанре.

Влияние иностранных языков в сфере экономики значимо не только на уровне перевода и достижения согласия, но и для становления терминологии и, тем самым, непосредственно для становления нового экономического строя, например, на пространстве бывших социалистических стран.

Инновационная роль иностранных языков в сфере информационных технологий, образования и науки наиболее заметна. Создание Интернет привело к очевидному росту интереса к изучению иностранных языков, вызванному потребностью в общении через глобальную сеть как на коллективном, так и на индивидуальном уровнях, как на высшем политическом, так и на бытовом уровнях.

Болонский процесс, который привел к созданию единого высшего образовательного пространства в Европе, вызвал жизненно важную необходимость овладения иностранными языками для успешного продвижения людей, прежде всего нового поколения, на образовательном и трудовом рынках. Российская реформа образования выдвинула жесткие требования к уровню изучения и тестирования знания иностранных языков для достижения конкурентоспособности и сохранения престижа отечественного образования и науки. Единый государственный экзамен по иностранным языкам, выстроенный по образцу международных форматов, диктует радикальный пересмотр процесса обучения иностранным языкам, его оптимизации в школе и вузах: и в содержании, и в методах обучения. Прежде всего, должна произойти и переоценка степени важности изучения иностранных языков в уме россиянина нового поколения. Осознание потребности говорить на иностранном языке в связи с практическими нуждами уже пришло, возникло новое направление – неофилология, которая ориентирована на функциональновостребованное изучение языков. Переход на двухступенчатую систему высшего образования должен дать вузам простор для создания новых образовательных программ, в том числе и по иностранным языкам, исходя из потребностей современного общества, которое уже немыслимо без межкультурной коммуникации.

Что касается научного знания, то оно должно находиться вне рамок каких-либо культур, поскольку должно принадлежать всему человечеству и быть ядром всех объединенных культурных пространств, а без знания иностранных языков такое положение дел недостижимо. Фактически наука уже находится на переднем рубеже такой интеграции, в чем и заключается ее инновационная роль. Объединенная сеть библиотек, совместные научные разработки, проведение конференций и пр., т.е. многоканальный обмен знаниями – это путь модернизации и разумного устройства глобального культурного пространства.

В заключение следует сказать, что инновации не должны быть бездумными, они обязаны учитывать традиции и интересы общества на данном этапе его развития, его готовность воспринимать новые идеи. Задача просветителей и новаторов состоит не только в том, чтобы привнести эти идеи, но и убедить общество, а особенно подрастающее поколение, в их целесообразности и полезности. Только в этом залог успешности любого начинания, успешности диалога членов общества и диалога культур.

ИНОСТРАННЫЙ ЯЗЫК И ТОЛЕРАНТНОСТЬ

КАК ВАЖНЕЙШИЕ СРЕДСТВА ВЗАИМОПОНИМАНИЯ

МЕЖДУ КУЛЬТУРАМИ

Иностранный язык как всякая языковая система есть общественноисторический продукт, в котором находит отражение история народа, его культура, система социальных отношений, традиций и др. Язык существует, живт и развивается в общественном сознании, в сознании народа, говорящего на нм. … характеристики языка соотносятся с формированием самосознания личности, в котором пожалуй, наиболее важное место отводится формированию «образа – Я» [Зимняя 1991: 31].

В связи с глобализацией экономики все более актуализируется идея глобального образования и обучения иностранному языку, так как особо остро встали вопросы межнациональных контактов. Глобальное образование – это расширение возможностей познать мир, лежащий за пределами собственной страны, понять, как эта страна взаимодействует с другими и каково ее место в мировом сообществе, а также научиться смотреть на вещи глазами других народов [Majid 2002: 10].

В глобальном образовании средством общения являются языки кросскультурного (глобального) общения. Большая доля в кросс-культурном общении принадлежит и немецкому языку. Он является самым распространнным в рамках ЕС, на нм говорят более 100 млн человек, а свыше 50 млн изучают его в качестве иностранного.

Чтобы свободно войти в современный мир, нужно поликультурное образование, в центре которого стоит личность, владеющая иностранным языком, готовая к межличностному сотрудничеству. Необходимо умение использовать вариативные возможности поведения, осуществлять их выбор;

умение оценивать ситуации общения с личной позиции и с позиции партнра;

умение понимать высказывания других лиц и использовать в собственной речевой деятельности изученные языковые средства.

Задача преподавателя иностранного языка в формировании социокультурной компетенции состоит не только в дополнении и расширении знаний лингвострановедческого характера, но и их отборе, критериями которого являются современность, типичность, достоверность получаемой информации и интерес к другой культуре. Обеспечение живого общения с носителями языка, как нельзя лучше, повышает мотивацию изучения иностранного языка, в том числе и немецкого языка, улучшает лингвистические знания, способствует знакомству с культурой и историей страны. У учащихся, посетивших европейские страны, постепенно формируется способность понимать и принимать различия и общность в разных моделях действительности (экология, транспорт, кухня, заводы), в мироощущениях, специфике поведения (в том числе и речевого) представителей иной культуры, а также готовность использовать иностранный язык как средство общения при каждой встрече с его носителями и потребность самостоятельно изучать его во внеурочное время.

Диалог культур следует строить на основе толерантности, которая может переходить в подлинный диалог, ибо собственная культура всегда формируется только во взаимодействии с другими культурами. Толерантность приобретается через информацию, воспитание и жизненный опыт. Толерантность может рассматриватся как расширение собственного опыта и критический диалог [Рогачва 2004: 9].

Так в сознании русских и немцев относительно друг друга имеется много стереотипов. Необходимо изучать социокультурную толерантность:

толерантность в семье (немецкой и русской), в школе (немецкой и русской) и в неформальных объединениях. Необходимо разъяснять учащимся, что толерантность необходима, когда встречаются нравственные парадигмы, не созвучные менталитету россиян. Например: немецкие учащиеся чувствуют себя более комфортно в классном коллективе, чем русские, охотнее ходят в школу, учителя и родители более толерантны, чем у русских учащихся. Многих русских учащихся удивляет индивидуализм немцев, лучше сказать выраженное стремление к индивидуальности во всем: от внешнего вида до суждений и пристрастий, т.к. у наших (русских) учащихся преобладает философия коллективизма. Изучение индивидуального уровня толерантности находится в стадии осмысления подходов к изучению данного уровня. Именно этот уровень толерантного сознания является предметом самого широкого воспитания.

Ключевым в создании диалога культур является гуманно-личностный подход. Основываясь на принципе личностно-ориентированного обучения, возможно использование следующих стилей педагогического общения с нашими и немецкими учащимися: общение на основе увлеченности совместной творческой деятельностью, общение на основе толерантного и дружеского расположения и т.д.

Воспитание таких качеств как открытость, терпимость и готовность к общению позволяет увидеть в культуре страны изучаемого языка непривычное, чужое, но вместе с тем формирует способность терпимо относиться к проявлениям чуждого, непривычного в других культурах, готовность к межкультурному общению, которые являются существенной составляющей коммуникативной компетенции и обеспечивают активное общение с представителями иных социокультурных общностей.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Зимняя И. И. Психология обучения иностранным языкам в школе. – М. :

Просвещение, 1991.

2. Majid A. Educating Ourselves Into Coexistence // The Chronicle on Higher Education.

April, 12. – 2002. – Р. 10.

3. Рогачева Е. Ю. Кросс-культурный диалог в действии : опыт интерактивной методики. – Владимир, 2004.

СЕМЬЯ КАК НОСИТЕЛЬ МЕНТАЛИТЕТА НАЦИИ

Проблемы возникновения и развития семьи, семейно-брачных отношений, роли семьи в жизни общества и каждого индивида в отдельности на протяжении многих веков занимали лучшие умы человечества. Тем не менее, эти проблемы не являются сегодня досконально изученными, в них остается много спорных вопросов. Семья представляет собой достаточно закрытую ячейку общества, неохотно посвящающую посторонних во все тайны жизнедеятельности, взаимоотношений, ценностей, которую она исповедует.

Различие образовательного, общекультурного уровня, идеалов, нравственнопсихологических установок, жизненного опыта, умений организовать деятельность детей, типологические особенности родителей и других членов семьи – все это и многое другое, накладываясь друг на друга, создает неповторимую семейную атмосферу. Это тот микроклимат семьи, который непосредственно влияет на самочувствие всех ее членов, через призму которого воспринимается весь остальной мир. Но если найти способ посмотреть «изнутри», то становится очевидным, что именно здесь находится тот пласт, который характеризует социально-психологические особенности народа, его менталитет.

Роль семьи как носителя менталитета состоит в том, что именно в семье происходит начальное приобщение к общечеловеческим культурным ценностям (эстетическим и этическим нормам, установкам, образцам поведения). Семья учит любви (или нелюбви), дает представление о счастье, смысле жизни, ценностных ориентирах. Каждая семья располагает определенной «вещной» средой (жилище, предметы обихода и т.д.) и соответствующим уровнем духовного сплочения. Гегель писал: «Семья это не просто естественный, животный союз и не просто гражданский договор, а прежде всего моральный союз, возникающий на основе взаимной любви и доверия» [Гегель 1972: 10]. Необходимо подчеркнуть, что характерные ментальные черты каждой нации, народа ярко проявляются и в таких сферах семейных отношений как труд, быт, секс, воспитание детей, проведение досуга.

Характеризуя семью как основной носитель ментальных особенностей и первичную ячейку культурного потенциала нации, нельзя обойтись без обращения к вопросу о традициях и обрядах, которые формируют особые национальные черты. Несмотря на то, что семья – это общее понятие для всех культур, семья каждого народа имеет свои, отличные от других народов, ментальные черты и правила поведения. Бесспорный интерес представляет английская семья со своими, присущими только ей, специфическими особенностями. Представления англичан о супружестве и частной жизни сложились под воздействием национальных обычаев, традиций, моральных норм и правил поведения. Они базируются на таких ментальных особенностях этой нации, как неприкосновенность частной жизни, возвеличивание домашнего очага, культ частной собственности. Англичанам присущи сдержанность в отношениях, вежливость, самообладание, способность чувствовать одно, а выражать на своем лице другое (так называемая «жесткая губа британца»), порядочность, а также рационализм и практичность.

Представители этой нации обладают уравновешенным и уживчивым характером. В повседневном быту они умело избегают болезненных столкновений, приноравливаются и приспосабливаются друг к другу, проявляя взаимную предупредительность, сдержанность и терпимость. Врожденная недемонстративность британцев подкрепляется боязнью вторжения в чужую частную жизнь.

Культура семьи определяется повседневной, частной жизнью человека, и вытекает из специфики ментального опыта поколений и национальных традиций, лежащих в основе ее духовного бытия.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Гегель Г. В. Ф. Кто мыслит абстрактно? // Работы разных лет : в 2-х т. – М., 1972. – Т. 1. – 312 с.

2. Gorer G. Exploring English Character. – London, 1955. – P. 209.

3. Иванова В. Д. Современная семья : проблемы духовной жизни и культуры. – Екатеринбург, 1992. – 99 с.

4. Овчинников В. В. Корни дуба : Впечатления и размышления об Англии и англичанах. – М., 1980. – 300 с.

5. Орестов О. Л. Другая жизнь и берег дальний. – М., 1974. – 192 с.

ИЗУЧЕНИЕ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА

В КОНТЕКСТЕ КУЛЬТУРЫ

На заре XXI века становится все более и более очевидным, что эпоха, о которой более сорока лет тому назад писал известный канадский социолог и публицист Marshall McLuchan, уже наступила. Наш земной шар оказывается не такой огромный, как это казалось раньше, все мы просто соседи по планете, культуру, историю и обычаи которых мы пробуем понять через изучение иностранных языков.

Академик Л. В. Щерба писал [Щерба 1974], что основное образовательное изучение всякого живого языка состоит не в развитии мышления путем изучения грамматики, а в помощи человеку осознать свое мышление, понять разные способы выражения мыслей, так как иностранный язык есть эталон для сравнения способов выражения мысли в родном языке. Он также отмечал, что изучая иностранный язык, мы как бы пропускаем всю информацию о языке чужом для нас через призму или «сито» языка для нас родного, в результате чего «в светлой точке нашего сознания» остается только то, что мы считаем важным. Важность же изучаемых языковых явления мы оцениваем с точки зрения нашего родного языка. Это в полной мере можно отнести и к изучению истории и культуры других стран: о своих соседях по планете, близких и далеких, мы зачастую судим сквозь призму своих собственных ценностей, сформированных под влиянием культуры и истории страны, в которой живем. Это может привести к недопониманию, к полному непониманию или даже к конфликтам, поэтому важно осознавать, что в межкультурном общении необходимо учитывать явление межкультурной интерференции подобно тому, как при обучении иностранным языкам необходимо учитывать явление языковой (фонетической, грамматической и т.д.) интерференции, которая наблюдается каждый раз, когда начинается обучение любому иностранному языку. Любая интерференция может привести к акценту – разница между ними только в том, что «межкультурный акцент», который может являться результатом межкультурной интерференции гораздо опаснее, чем языковой акцент, к которому неизбежно приводит языковая интерференция, если не учитывать и не исправлять ошибки, которые она вызывает. Именно поэтому преподаватели иностранных языков особенно в последнее время подчеркивают, что хорошее усвоение иностранного языка, необходимое для эффективного контакта, невозможно без осознания национальной культуры страны (или стран изучаемого языка).

Изучая иностранные слова, человек как бы извлекает кусочки мозаики из неизвестной ему еще картины и пытается совместить их с картиной мира, заданной ему родным языком. С каждым новым иностранным словом в сознание учащихся как бы «транспонируется» понятие из другого мира. Чаще всего именно это «транспонирование» и является тем камнем преткновения, который до сих пор представляет огромную проблему, как для преподавателя, так и для изучающего иностранный язык. М. М. Филиппова отмечает, что одной из самых важных задач преподавателей иностранного языка является воссоздание понятийной картины мира, подчеркивая при этом, что в процессе усвоения другой культуры человек сталкивается с вещами и понятиями, которые кажутся ему парадоксальными [Филиппова 2007: 7]. Но эти парадоксы, как отмечают философы, которых тоже интересует этот вопрос, в свою очередь отсылают нас к еще более фундаментальным вопросам: каким образом способен человек осуществить процедуру понимания другого, сохраняя собственную социокультурную идентичность? [Василенко 1999: 10]. М. М. Бахтин сказал задолго до написания работы И. А. Василенко, что мировая цивилизация не может быть ни чем иным как только коалицией на мировом уровне культур, сохраняющих каждая свою оригинальность [Межкультурная коммуникация: 7].

Очень мудрые слова, однако, вопрос, каким образом понять другую страну, «сохраняя собственную социокультурную идентичность», остается.

Тесная взаимосвязь языка и культуры изучается со всех сторон, и она очевидна. Ученые МГУ имени Н. П. Огарева, отмечая, что преподавание иностранного языка требует переосмысления его функций в реальном общении и пересмотра парадигмы, целей и содержания обучения в языковом вузе, настаивают на введении новой парадигмы межкультурного обучения иностранному языку, основанной на модульном подходе к преподаванию иностранного языка как средства межкультурного общения; выделяются следующие модули: коммуникативно-прагматический модуль, страноведческий, культуроведческий модуль, лингвокультурный модуль, межкультурный модуль (этому вопросу посвящена серьезная и очень интересная коллективная монография под редакцией проф. В. П. Фурмановой «Межкультурная коммуникация и инновации в преподавании иностранных языков в вузе»).

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Василенко И. А. Диалог цивилизаций : социокультурные проблемы политического партнерства. – М. : Эдиториал УРСС, 1998.

2. Межкультурная коммуникация и инновации в преподавании иностранных языков в вузе : коллективная монография под редакцией проф. В. П. Фурмановой. – Саранск, 2005. – 196 с.

3. Филиппова М. М. Парадоксы и стереотипы межкультурного общения представителей русской и британской культур // Английский национальный характер : Учеб.

пособие. – М. : АСТ : Астрель, 2007. – С. 6–33.

4. Щерба Л. В. Преподавание иностранных языков в средней школе. Общие вопросы методики. – М., 1974.

АВСТРИЯ И ЧЕХИЯ:

ГРАНИЦА КАК ПРОСТРАНСТВО КОММУНИКАЦИИ

Как живут люди приграничных районов Австрии в настоящее время?

Каковы отношения соседей? Следы мультикультурного прошлого до сих пор заметны в Вене – бывшей резиденции австро-венгерской монархии. Занимаясь поисками следов прошлых и настоящих «соседских» отношений, следует уяснить жизненную позицию чехов, словаков и венгров в политическом, экономическом и культурном отношении.

По прошествии двадцати лет после падения «железного занавеса»

глобально изменилась жизнь на границе, особенно в 2004 году после входа восточных соседей Австрии в Европейское сообщество. Идеологические противоречия закончились, вся Европа освободилась от границ и предрассудков и получила возможность беспрепятственно путешествовать, встречаться с соседями и изучать свою собственную культуру, познавая «чужое» культурное многообразие. Раньше в Европе, полной границ, не было диалогов и перемещений, но было много страха. Сегодня открыта граница, которая позволяет обмениваться региональными особенностями и культурными ценностями.

Глава Нижней Австрии, доктор Э. Прль, в одной из своих речей отметил: «Заключительной стратегической задачей Нижней Австрии на пути к объединению Европы является то, что мы должны строить мосты – в символическом и прямом смысле этого слова» [Schaller 2005: 3].

Экономическая граница. Статистика показывает, что отношение к открытию границ после вхождения Чехии и Словакии в Европейское сообщество различно. Большая часть населения центральной части Австрии положительно отнеслась к вхождению восточных соседей в ЕС, в приграничных районах 74 % австрийцев приветствовали вхождение Словении, но лишь 38 % – вхождение Чехии, при этом 29 % были против.

После открытия границ Нижняя Австрия добилась значительного экономического подъема. 414 км совместной границы с Чехией сказались благоприятно, поскольку австрийские фирмы придерживаются девиза: «Не бояться границ, а их использовать!» [Brcken 2003: 59]. Более сотни предприятий готовы активно двигаться в направлении Востока, инвестируя свой капитал, развивая бизнес – с одной стороны, и давая рабочие места восточным европейцам – с другой. Несмотря на страхи австрийцев перед опасностью, криминалом и потерей рабочих мест граница, которая разделяла людей с общим прошлым, призвала народы к взаимопониманию и сотрудничеству. С улучшением экономической ситуации восточных соседей Австрия увеличится прибыль от туризма.

Граница в мышлении. Наряду с поддержкой экономических проектов и созданием новых транспортных путей возникла необходимость перестройки мышления чехов. Так, по Австрии ходит анекдот о чешском комбайнере, у которого из-за камней в почве регулярно ломается сельскохозяйственная техника. Его спрашивают: «Почему Вы не соберете из почвы большие камни?»

Ответ звучит так: «А мне эти камни не понадобятся!» [Nah 2005: 53].

Смешным для австрийцев являются два чешских правила, отличающие Чехию от Австрии – 1) фары машин нужно включать даже при дневном свете, и 2) нужно разуваться, прежде чем войти в дом или в кабинет к врачу.

Приграничный австрийский городок Ретц, в 14 км от Чехии, представляет собой так называемый винный квартал, в котором процветает виноградарство и виноделие. В этой местности население «не откажется от хорошего сухого вина» [Retz, 2004: 26]. Чехия же является первой в мире страной, в которой пьют так много пива: по статистике – в среднем 161 литр в год на одного человека. Чешская пословица гласит: «Где есть пиво, там и жить хорошо».

Существует так же такая шутка: «Почему в Бемен (Чехия) народ веселее, чем в Мэрен (Австрия)? Потому что в первом месте пьют пиво, а во втором вино, и на мир смотрят под разным углом зрения» [Nah 2005: 54].

Австрия и Чехия относятся к центральному европейскому культурному пространству и этнически едва ли отличаются, во всяком случае, меньше, чем считали националисты прежних эпох. Эти народы за многие годы совместного проживания сильно смешались: часто можно встретить чеха с австрийским именем и наоборот. Типичными австрийскими именами считаются «Карл» и «Мария». Кстати, очень лестно было узнать, что молодые австрийцы считают, красивее славянского типа женщин не существует. Поэтому многие юноши хотят видеть своей второй половиной чешских, польских, русских девушек.

Множество шуток и анекдотов лишь доказывает, что и чехи, и австрийцы являются веселым, дружелюбным и готовым придти на помощь народом.

Языковая граница. Следующим препятствием в полноценном общении соседей является языковой барьер. Статистика показывает, что на границе со Словакией лишь 20 % населения контактировали, а более половины жителей никогда не общались с соседями [Schweiger 2004: 26], что приводит к образованию предрассудков и затрудняет их приграничное «со-бытие».

Обязательной предпосылкой успешного общения является владение языком и знание культуры соседнего народа. В большинстве австрийских школ не преподают венгерский, чешский, словенский и словацкий языки. Существует мнение, что чешский язык очень трудный для обучения, к тому же многие чехи говорят по-немецки, так как изучают его в школах.

Интересным является тот факт, что чешские родители, наоборот, стремятся к тому, чтобы их дети учили немецкий или даже учились в австрийских школах, поскольку австрийская экономика стабильнее и больше шансов найти работу. В приграничных регионах можно встретить проспекты, рекламу и другую информацию, напечатанные сразу на двух языках.

«Мостом» к сближению можно назвать открытие в Торговой академии г. Ретц бикультурного класса, в котором обучаются чешские и австрийские дети одновременно. Это привело к необходимости подросткам в возрасте 15– лет изучать другой язык, чтобы в процессе общения понять друг друга.

Молодые люди в знании иностранного языка увидели перспективное будущее.

Такую же цель преследует языковой курс для австрийцев и чехов, в процессе которого происходит совместное обучение языку и практическое закрепление новых знаний через общение с одногруппниками – жителями соседствующей страны.

Однако языковой барьер не мешает австрийцам с небольшим достатком путешествовать в Чехию для шопинга. Наряду с покупкой дешевой одежды можно отведать изысканный вкус недорогой чешской кухни и купить сигареты.

Кстати, экономные немцы из Германии так же посчитали, что за покупками выгоднее ездить в Чехию. Так бы все и продолжалось по настоящее время, но шопинг-бум закончился сразу после того, как Чехия повысила тарифы на бензин и строго регламентировала вывоз сигарет.

Природной границей между Чехией и Австрией считается национальный парк в долине реки Тайи, тропинки которого приглашают побродить как на австрийской, так и на чешской территории и познакомиться с разнообразием видов и форм флоры и фауны. Все чаще проводятся прогулки с пересечением границы, проводятся совместные австрийско-чешские концерты для флейты, фестивали винных кварталов, проект «Границы рассказывают» с воспоминаниями о периоде 1989 года, выставки с репортажами от очевидцев «железного занавеса» и другие мероприятия, которые нацелены на устранение барьеров, облегчение взаимопонимания и построение совместного будущего.

Австрийско-чешское общество культуры ежегодно проводит конференцию, которая собирает ученых разных стран в телеологии использования их потенциальных возможностей для сотрудничества (http://www.ac-cc.net).

Таким образом, взгляд извне в саму Австрию и взгляд изнутри на австрийские отношения с восточными странами показали, что после падения «железного занавеса» отношения австрийцев и чехов переросли в тесное сотрудничество в области экономики и культуры. Граница в сознании людей еще остается, и потребуется длительный период времени, чтобы ее устранить, но граница между «чужым» и «своим» стала достаточно расплывчатой – на это и нацелено пересечение границы. Следует надеяться, что языковая граница и граница в мышлении потеряет в недалеком будущем свою отчетливость.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Brcken statt Grenzen / Hrsg. von G. Silberbauer. – Wien : Malec Druck GmbH, 2003. – 134 S.

2. Nah und fremd : Ein sterreichisches Lesebuch / hrsg. von L. Paulmichl u. E.-M.

Widmair. – Horn : Druckerei Berger, 2005. – 144 S.

3. Retz : 7 Jahrhunderte Tradition. 3. Ausgabe. – Retz, 2004. – 50 S.

4. Schaller S. Gelebte Nachbarschaft in der Grenzregion // USB : http://cms.euroinfo.net/received /_ 2610_Studiegesamt.pdf 5. Schweiger H. sterreichs neuen, alten Nachbarinnen in Tschechien // Ausblicke 20 :

Zeitschrift fr sterreichische Kultur und Sprache. – Jg. 10. – H. 2. – Skvde : Zentrum fr sterreichstudien, 2004. – S. 23–28.

МОДА КАК ФОРМА СОЦИАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ ЛИЧНОСТИ

В МЕЖКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Мы живем в начале нового тысячелетия. Перемены вокруг нас происходят с такой невероятной скоростью, что порой трудно угнаться за той или иной реалией. Одной из них является мода. В связи с этим люди выбирают свою позицию по отношению к этому непредсказуемому и зыбкому понятию.

Мода есть отношение людей к внутренним и внешним формам культуры, существующее в определенный период и общепризнанное на данном этапе.

Мода отражается в социальном поведении личности. Активность человека в модных процессах зависит от внутренних предпосылок и внешних условий.

Следование моде – одна из форм социальной активности людей, движущая сила, источник пробуждения в человеке его дремлющих потенциалов. Активность личности в приспособлении модных объектов, в частности одежды, обуви и аксессуаров, к окружающей среде является предпосылкой развития моды и основой е функционирования.

Мода – это одно из тех явлений, в котором наиболее ярко отражается уровень активности личности, а точнее, уровень владения ею способами разрешения противоречий между желательным и требуемым (необходимым), между индивидуальным и типичным для личности. Эти способы, как правило, объективированы в модных реалиях, которые выбирает и которыми пользуется человек.

Каждый вновь изобретенный способ изготовления и использования одежды становится собственно модой в том случае, когда он удовлетворяет и биогенные, и социальные, и так называемые высшие потребности людей (потребность в творчестве и самовыражении). Здесь следует сразу оговориться, что механизмы освоения моды могут быть сугубо индивидуальны, таки как детерминированы не только потребностями, но и всей личностной структурой, включающей и способности, и волю, и сознание. И только в этих условиях мода может рассматриваться как самостоятельное многофункциональное явление.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |
Похожие работы:

«Воспитание и образование детей дошкольного возраста как императив устойчивого развития ГОУ ЦО №117 ЮЗАО г. Москвы Дети – это наш самый ценный ресурс. То, чем мы наделим малышей, обогатит каждого из нас. Ирина Бокова, Генеральный директор ЮНЕСКО Дошкольное образование – основа процветания нации. Элеонора Митрофанова, Исполнительный директор ЮНЕСКО Обоснование ЮНЕСКО всегда уделяло огромное внимание детям. Как основное подразделение ООН по вопросам наук и, культуры и образования ЮНЕСКО было...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА ДЛЯ СЛЕПЫХ КРАСНОЯРСКАЯ КРАЕВАЯ СПЕЦИАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА – ЦЕНТР СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ ИНВАЛИДОВ ПО ЗРЕНИЮ СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ ИНВАЛИДОВ ПО ЗРЕНИЮ: ПРОБЛЕМЫ И ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ Материалы международной научно-практической конференции Красноярск, 28–29 сентября 2010 г. КРАСНОЯРСК ББК 74. С Составитель: Доктор педагогических наук,...»

«ИсторИя И культура поволжского села: традиции и современность Материалы региональной студенческой научной конференции. 29-30 октября 2009 года Ульяновск - 2009 УДК 913+130.2 И-90 История и культура поволжского села: традиции и современность: материалы региональной студенческой научной конференции (29-30 октября 2009 г., Ульяновск). / редкол.: Л.О. Буторина [и др.]. - Ульяновск:, ГСХА, 2009, - 324 с. - ISBN 978-5-902532-62-0 Издание осуществлено при финансовой поддержке Российского гуманитарного...»

«Центр культуры Урал • один из крупнейших екатеринбургских культурно-досуговых комплексов широкого профиля; • современный архитектурный облик; • стильный дизайн интерьеров. Площадь парковки 700 кв.м. 12144 кв.м. Общая площадь Центра Площадь открытого пространства 3000 кв.м. Рациональная планировка и вместимость залов, фойе, кулуаров, кафе, а так же оснащение Центра культуры самым современным световым и звуковым оборудованием, кино и видеопроекционной, концертной аппаратурой, устройствами для...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ ГОРОДА МОСКВЫ Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ ANNUAL REPORT 2008 Вставить эмблемы с официального бланка зоопарка ЕАРАЗА, ЕАЗА, ВАЗА, ЕЕП. МОСКВА 2009 1 Министерство культуры Российской Федерации Правительство Москвы Департамент культуры города Москвы Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ Информационно-справочный материал о работе Московского зоопарка в 2008...»

«Методическое объединение вузовских библиотек Алтайского края Вузовские библиотеки Алтайского края Сборник Выпуск 12 Барнаул 2013 ББК 78.34 (253.7)657.1 В 883 Редакционная коллегия: Л.В. Болячевец, Т.Н. Злобина, И.Н. Кипа, Т.А. Мозес, Н.Г. Шелайкина, Е.А. Эдель Гл. редактор: Н.Г. Шелайкина Отв. за выпуск: М. А. Куверина Компьютерный набор: Е. А. Эдель Вузовские библиотеки Алтайского края: сборник : Вып. 12 : / Метод. об-ние вуз. б-к Алт. края. – Барнаул : Типография АлтГТУ, 2013. – 74 с. В...»

«Л. С. Х А Р Е Б О В А (Петрозаводск) © пдмятішклх книжной культуры злонежья (по.ідтернллл.и сводного КАТАЛОГД книг кирнллнческой печдтн Рестселики Кдрелня) и 2011 г. в Республике Карелия была в основном закончена работа по составлению регионального каталога старопечатных кнриллнческих изданий. В ней принимали участие специалисты Национальной библиотеки, научной библиотеки Петрозаводского университета и музея-заповедника Кижи В вталог войдут описания 405 книжных ігамятников федерального...»

«№4(25) октябрь—декабрь 2010 События Отчет о Всероссийском психологическом форуме Обучение. Воспитание. Развитие — 2010 Выступление Алины Афакоевны Левитской с дкладом на конференции Форума 5 октября 2010 года в Сочи состоялось гических наук, профессор, вице президент Федера торжественное закрытие Всероссийского ции психологов образования России. В своей откры психологического форума Обучение. Вос той лекции 30 лет практической психологии в Рос питание Развитие — 2010. Для того, чтобы сии:...»

«П Р И Р О Д А С И М Б И Р С К О Г О П О В О Л Ж ЬЯ ВЫПУСК 11 1 2 ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ И АРХИВНОГО ДЕЛА УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ КРАЕВЕДЧЕСКИЙ МУЗЕЙ им. И.А. ГОНЧАРОВА УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им. И.Н. УЛЬЯНОВА ПРИРОДА СИМБИРСКОГО ПОВОЛЖЬЯ ВЫПУСК 11 Ульяновск 2010 УДК 502 (082) ББК 20-28 (235.54)я П Печатается по решению Ученого Совета Ульяновского областного краеведческого музея им. И.А. Гончарова и Ученого Совета УлГПУ им. И.Н. Ульянова....»

«Комитет по образованию, наук е, культуре, спорту и делам молодежи Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан Министерство образования Республики Башкортостан Министерство культуры Республики Башкортостан Министерство молодежной политики и спорта Республики Башкортостан Башкирский государственный университет Нефтекамский филиал Башкирского государственного университета МЕЖНАЦИОНАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО И СОГЛАСИЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ Часть I Уфа РИЦ БашГУ...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации ФГБОУ ВПО Сочинский государственный университет Филиал ФГБОУ ВПО Сочинский государственный университет в г.Нижний Новгород Нижегородской области Факультет Туризма и физической культуры СОВРЕМЕННЫЕ ПОДХОДЫ АДАПТИВНОЙ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ В РАБОТЕ С ЛИЦАМИ, ИМЕЮЩИМИ ОТКЛОНЕНИЯ В СОСТОЯНИИ ЗДОРОВЬЯ Материалы III Межвузовской научно-практической конференции 16 февраля 2012 г., г. Нижний Новгород Нижний Новгород 2012 ББК 75.0 С 56 Современные...»

«ПРИЛОЖЕНИЕ к Информационному письму №1 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Южный научный центр РАН Институт аридных зон ЮНЦ РАН Международная научная конференция ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ПРИМОРСКИХ РЕГИОНОВ (ПОРТЫ, БЕРЕГОЗАЩИТА, РЕКРЕАЦИЯ, МАРИКУЛЬТУРА) (посвященная 150-летию Н.М. Книповича) Школа молодых ученых Экология приморских регионов 5 – 8 июня 2012 г. г. Ростов-на-Дону РЕГИСТРАЦИОННЫЙ ВЗНОС Стоимость регистрационного взноса для участия в работе конференции составляет 2000 руб. и включает в себя...»

«УТВЕРЖДЕН приказом Министерства образования и наук и Российской Федерации от _201_ г. № УСТАВ федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования Российский государственный геологоразведочный университет имени Серго Орджоникидзе (новая редакция) Принят конференцией научно-педагогических работников, представителей других категорий работников и обучающихся Ректор _ Лисов В.И. М.П. Ф.И.О. г. Москва 2011 г. 1. Общие положения 1.1....»

«Издание осуществляется при финансовой поддержке РГНФ, № гранта – 12-06-00000 The publication is supported by the RFH, Number of the grant – 12-06-00000 RUSSIAN ACADEMY OF EDUCATION DEPARTMENT FOR EDUCATION AND CULTURE SCIENTIFIC COUNCIL ON READING FSI OF THE SCIENTIFIC CENTRE NAUKA, RAS K.D. USHINSKY SCIENTIFIC PEDAGOGICAL LIBRARY OF RAO RUSSIAN STATE CHILDREN’S LIBRARY RUSSIAN READING ASSOCIATION RUSSIAN LIBRARY ASSOCIATION REPORTS OF THE SCIENTIFIC COUNCIL ON...»

«РНБ-ИНФОРМАЦИЯ № 7- 8. ИЮЛЬ-АВГУСТ 2008 г. ХРОНИКА ФЕДЕРАЛЬНЫЕ, РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГОРОДСКИЕ МЕРОПРИЯТИЯ 3 июля в Москве в Министерстве культуры РФ состоялось информационное совещание по вопросам перехода на новую систему оплаты труда. Перед руководителями учреждений культуры выступил Министр культуры А.А.Авдеев. На вопросы аудитории отвечала зам директора экономического департамента МК Н.Ф.Блохина. РНБ на совещании представляли: ген. директор В.Н.Зайцев и заведующая Отделом стратегического...»

«Основные документы Издание 2012 г. ЮНЕСКО  Издание 2012 г. Основные документы Организация Объединенных Наций по вопросам образования, наук и и культуры Основные документы Издание 2012 года, включающее тексты документов и изменения, принятые Г неральной конференцией е на 36-й сессии (Париж, 25 октября – 10 ноября 2011 г.) ЮНЕСКО, Париж 2012 г. Издано в 2012 г. Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры 7, place de Fontenoy, 75352 Paris 07 SP Набрано и отпечатано в...»

«Суеверие.нет Паломничество приносит пользу только тем, кто живет по евангельским заповедям Интервью со священником Виктором Праздничным о сути паломничества и связанных с ним суевериях. – Отец Виктор, вы были участником общецерковной конференции Православное паломничество: Традиции и современность, проходившей в Москве в конце минувшего года. Ваше выступление, посвященное медицинским аспектам мотивации православного паломничества, имело большой резонанс. В чем, собственно заключается проблема?...»

«БУРЯТСКАЯ РЕСПУБЛИКАНСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЭП Практическое пособие председателю первичной профсоюзной организации Основы организационной работы первичной организации Основы, необходимые для каждого председателя. С чего начать? После отчетно-выборного собрания (Конференции), впервые избранный председатель профкома естественно испытывает неуверенность и не знает, с чего начать профсоюзную работу. Можно говорить о том, что является главным, а что второстепенным. Но давайте начнем по порядку. На второй...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.