WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«Саранск 2009 0 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ МОРДОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени Н. П. ...»

-- [ Страница 4 ] --

Желание следовать моде рождает замысел, но до начала его воплощения субъект моды активно выбирает то, что именно является для него желаемым, свободно планирует, много раз прикидывает, какими способами и средствами этого добиться. Активность не только предшествует выбору модного объекта, но и сопровождает процесс пользования им. Следуя за модой, важно рассчитать свои силы, время, возможности для достижения цели. С помощью активности личность мобилизует свои способности, преодолевает инерцию. В большей степени обычно бывают удовлетворены не те, кто стал обладателем модной одежды, не затратив при этом и малейших усилий, а те, кто был активен в поиске желаемого, преодолел трудности.

Получая удовлетворение от характера деятельности, связанной с реализацией модных замыслов, а не только от результата, личность благодаря активности не впадает в полную зависимость от социальных норм. И в то же время сравнение себя с другими является основой формирования активности в моде. Неадекватное сравнение приводит либо к пассивному следованию моде, либо к вульгарным проявлениям, либо к отказу от следования моде вовсе.

Адекватное оценивание себя позволяет личности избежать роли «жертвы моды» [Килошенко 2006: 85]. Если такая личность и следует моде, то не для участия в конкурентной борьбе или удовлетворения потребности в компенсации своих недостатков, как это бывает у лиц с уязвлнным самолюбием, а для того, чтобы приумножить свои достоинства. Личность с адекватной самооценкой скорее строго придерживается индивидуального стиля в одежде, чем слепо следует за модой. Обретение индивидуального стиля – реальный результат активности человека. Он приносит человеку чувство удовлетворения, является доказательством адекватной оценки своих способностей, необходим для повышения дальнейшей активности.

К сожалению, во многих научных исследованиях понятия «мода» и «процесс следования моде» отождествляются, сводятся к тому, что очевиднее, что поддается внешнему наблюдению и анализу, – к процессу, причем происходящему преимущественно в больших группах. Такой подход делает результаты исследований безликими, трудно сопоставимыми, что, в целом, не способствует пониманию феномена «мода». Обращение к жизнедеятельности человека, регулируемой множеством целей, в том числе и модой, позволяет интегрировать имеющиеся представления о моде, показать не только социальную ориентированность моды, но и индивидуальную. Современная мода задает ориентиры для всех и для каждого в отдельности.

Стремление человека к приобретению нового опыта традиционно считается общепсихологической основой моды, так как основной акцент делается на процесс познания действительности и выражения эмоционального отношения к ней. Люди устают от старого и страстно желают нового.

Стремление к новому опыту является, по мнению многих экспертов, характерной особенностью, прежде всего европейцев. Жители Востока вс ещ остаются в тисках традиций, хотя интенсивное развитие Японии и других восточных стран свидетельствует о постепенной утрате Востоком его иммунитета. К концу XX века эти тенденции стали ещ более очевидными, появились среди людей самых разных национальностей, вероисповеданий и культур. Сегодня можно смело утверждать, что стремление человечества к новизне делает моду поистине интернациональным явлением. И уже не удивительно, что японские дизайнеры Ёши Ямомото, Иссей Мияке и Рей Кавакубо делают парижскую моду.

Человек легко устает от однообразия, его внимание ускользает от примелькавшихся старых вещей. Внимание всегда ищет вокруг себя новое.

Старое – вызывает скуку; новое – возбуждает, привлекает, интересует, стимулирует. Но новое, повторившееся много раз, развивает монотонность, и появляется потребность в поиске чего-то более нового. Сколь сногсшибательным не был бы наряд, но вскоре на него тоже перестанут обращать внимание, и он будет забыт ради чего-нибудь ещ более оригинального или ошеломляющего какими-то другими качествами.

Профессиональные распространители моды должны преуспевать в создании атмосферы ожидания и счастливого предчувствия и среди тех, кто может позволить себе сделать покупку, и среди тех, кто только мечтает об этом.

В этих целях ими используется мощная серийная реклама, показы мод, манекенщицы, женские журналы, театральные подмостки. И как следствие, ничего не подозревающие жертвы начинают кампанию по созданию общественного мнения и таким образом помогают сформировать спрос на многое из того, что порой бесполезно. Игра приносит огромный доход немногим за счт многих. Знание психологии потребителя, умение вовремя заметить и отреагировать на его малейшие прихоти – залог коммерческого успеха и предпосылка новых изменений в моде.

Система взаимодействия между людьми, наблюдаемая в процессе следования моде, имеет коммуникативную основу. Участие индивидов в коммуникативном процессе моды предполагает исполнение ими определенных социальных ролей. Механизмами массового распространения моды выступают не только психологические способы влияния индивидов друг на друга, но и социально-психологические механизмы восприятия и понимания.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Килошенко М. И. Психология моды : учеб. пособие для вузов. – 2-е изд., испр. – М. :

Оникс, 2006. – 320 с.

ВОСПРИЯТИЕ ЕГО ТВОРЧЕСТВА В 1970-е ГОДЫ Западная Европа открыла Михаила Михайловича Бахтина в 1970-е гг.

Именно тогда появились переводы на европейские языки его двух главных произведений: о поэтике Достоевского и о творчестве Рабле.



Успех Бахтина на Западе огромен, несмотря на «чрезвычайно трудный доступ к его мысли (хотя она сама по себе не является непонятной)» [1: 9].

Среди многочисленных причин этой трудности Тодоров выделяет:

1) отсутствие публикаций (или их запоздалое появление) бахтинских работ и 2) их плохие переводы.

Другие трудности, трудности перевода, касаются внешней и внутренней организации текстов Бахтина: он не старается связать свои идеи между собой и организовать их в четкую систему. Более того, он употребляет совершенно особую терминологию, часто двусмысленную и полную коннотаций. Что касается переводов бахтинских работ на французский язык, они сделаны людьми, которые зачастую не знают или не понимают мысль Бахтина, и иногда не с русского, а с других европейский языков. Отсюда, его основные понятия «высказывание», «слово», «речь» и т.д. «переданы искажающими «эквивалентами», или просто исчезают, когда переводчик хочет избежать повторов и неясностей» [1: 11].

К указанным факторам, повлекшим за собой заблуждения в понимании Бахтина, добавляются ошибочные, искаженные интерпретации таких исследователей, как Ю. Кристева. Будучи «первооткрывателем» Бахтина для западного интеллектуального сообщества, Ю. Кристева фактически осмыслила бахтинские идеи исключительно с позиций структурализма и постструктурализма. Столь важную для Бахтина идею диалога французская исследовательница восприняла чисто формалистически, ограничив ее исключительно сферой литературы и сведя ее до диалога между текстами, то есть до интертекстуальности, в соответствии с которой любой текст рассматривается как результат бесконечного диалога с другими текстами, являясь составной частью всеобщего «культурного текста» [См.: 2].

карнавальность – обретают в работах Кристевой принципиально иное звучание: бахтинское понимание карнавала, амбивалентности интерпретируется исследовательницей в соответствии с понятием знака (по Соссюру и Фреге); а в качестве «полифонического романа» определяется лишь «роман, включивший в себя карнавальную структуру», тогда как у Бахтина в полифоническом романе куда важнее оказывается не карнавальное начало, но своеобразие взаимоотношений автора и героев, специфика их позиции и «голосов» [См.: 2].

Выступления Кристевой получили широкий резонанс во французском гуманитарном сообществе. Благодаря им французские исследователи, начинают активно интересоваться теми же проблемами, что и Бахтин – взаимодействием «своего» и «чужого» слова, проблемой карнавала и полифонии. Так, в начале 1970-х гг. во Франции было опубликовано несколько очень коротких рецензий на «Поэтику Достоевского» и книгу о Рабле (Жанну, Дезанти, Фриу, Габе, Ле Клезио, Бено), в которых содержались самые разные комментарии, причем некоторые из них явно основывались на неадекватном понимании не только кристевских работ о Бахтине, но и самого Бахтина [См.: 3, 4, 5, 6].

Некоторые французские исследователи (Жану, Дезанти, Фриу), например, безоговорочно отнесли Бахтина к русским формалистам, хотя Кристева их разграничила, или посчитали, что мыслитель работал целиком в рамках формалистических традиций [См.: 5, 7]. Подобные комментарии во многом способствовали тому, что в контексте французской филологической науки Бахтина стали считать структуралистом/формалистом; и надо сказать, эти ярлыки прочно пристали к Бахтину. В некоторых из подобных статей (Габе, Хейман), кроме сути, копировался также и снисходительнопокровительственный тон статей Кристевой [См.: 4, 8].

Работы французских исследователей, полемичные по отношению к кристевской интерпретации, отражают восприятие концепции Бахтина структуралистской средой и являют собой неотъемлемую часть французской гуманитаристики 1970-х гг.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Todorov T. Mikhail Bakhtine : le pricipe dialogique. Suivi des ecrits du cercle de Bakhtine. – P. : Seuil, 1981. – 315 p.

2. Кристева Ю. Бахтин, слово, диалог, роман // Вестник Московского Университета, Филология. – № 1. – М., 1995. – С. 199– 213.

3. Бено И. Бахтинский «Рабле», или Похвала смеху // ДКХ, 2001. – № 1. – С. 138–158.

4. Gabay S. Rabelais : des annes 30 а 1970 // Littrature, 1971.– 1, Р. 116–119.

5. Jannoud C. Par de la bien et le mal // Le Figaro littraire. – P., 1970. – 10–16 aout (N 1264). – P. 22–23.

6. Le Clsio. La rvolution carnavalesque // Quainzaine littraire, 15 fevrier 1971, Р. 3–5.

7. Frioux C. Bakhtine devant ou derriere nous // Litterature. – P., 1971. – Fevr. (№ 1). – P. 108–119.

8. Hayman D. Au-dela de Bakhtine. Pour une mcanique des modes // Potique, 13. – 1973.

ВЛИЯНИЕ ЛАТИНСКОГО ЯЗЫКА

НА ФОРМИРОВАНИЕ ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКОЙ

И РОССИЙСКОЙ КУЛЬТУР

Латинский язык сыграл огромную роль в истории культуры, особенно западно-европейской. Объединенные под властью Рима, обширные территории Западной и Восточной Европы подверглись романизации; латинский язык являлся официальным государственным языком державы, населенной многочисленными и разнообразными племенами. С падением Западной Римской империи латинский язык, утратив значение разговорного языка, продолжал взаимодействие с языками народностей, населявших бывшие провинции, в результате чего возникли качественно новые языки – романские.





В эпоху средних веков латинский язык сохранял свое значение главным образом как язык науки (преподавание велось исключительно на латинском языке), причем не только в начальной школе, но и в университетах, возникших к этому времени в Европе. Латинский язык был также языком юриспруденции, дипломатии, католической церкви и литературы вплоть до Данте (1265–1321).

Сменившая средние века эпоха Возрождения, характеризуется бурным развитием национальных языков и обращением к культурному наследию античной Греции. Однако латинский язык продолжает оставаться языком науки и образования. Кроме того, следует отметить, что очень многие произведения греческих авторов дошли до европейцев только в виде латинских переводов, поэтому можно считать, что культурные традиции древней Греции воспринимались европейцами от части сквозь призму латинского языка.

Научный прогресс во всех областях знаний, особенно в естественных науках и медицине, нашел свое отражение в многочисленных трудах, написанных и изданных на латинском языке с момента изобретения книгопечатания (в середине XV столетия). Традиция писать на латинском языке научные трактаты и сочинения сохраняется в ту эпоху и прослеживается, особенно в медицине, вплоть до второй половины XIX века.

В новое и новейшее время латинский и древнегреческий языки – языки «мертвые», ибо не являются средством общения (на них не говорят), однако они продолжают жить в живых романских языках. Кроме того, во все европейские языки, в том числе и не принадлежащие к группе романских, в славянские языки и в русский язык вошло значительное количество слов и наименований из этих двух древних языков.

В терминологии всех наук, прежде всего филологических и естественных, слова греко-латинского происхождения исчисляются многими тысячами.

Богатейшая античная литература, созданная на древнегреческом и латинском языках и достигшая высокой степени художественного совершенства, оказывала и продолжает оказывать (наряду с античным искусством и архитектурой) огромное влияние на культуру европейских народов, в том числе на нашу отечественную культуру.

Однако следует отметить, что если европейская культура формировалась преимущественно под влиянием древнеримской культуры, то длительные контакты между греческой и славянской культурами стали причинами преобладающего влияния древне-греческих традиций.

Влияние европейских языков, в частности, греческого и латинского, на русский язык достаточно емко описал В. В. Виноградов («Очерки по истории русского литературного языка»). В эпоху XVI–XVII веков, по словам В. В. Виноградова, «развивался процесс «европеизации». В русском языке сталкивались и смешивались разнородные стилистические течения. Внутри самой системы церковно-славянского языка происходило пестрое и противоречивое стилистическое расслоение». Так, Виноградов отмечает, что в XVII веке распространение западно-европейской культуры, западноевропейских языков шло на Москву с Украины, через Киев: именно там западно-европейское схоластическое образование «восторжествовало над восточно-византийским просвещением». «В атмосфере московской литературно-языковой жизни борьба между Западом и Востоком должна была прежде всего проявиться в столкновении «еллино-славянских» (т.е.

опиравшихся на византийскую христианскую культуру) стилей церковнолитературного языка со стилями церковно-книжной речи, шедшими с Украины и ориентировавшихся на латинский язык – научный и религиозно-культовый язык западно-европейского средневековья… Напротив, в начале XVIII века, когда встает с особенной остротой вопрос о приближении церковно-славянского языка к народному языку и в связи с этим об «очищении» церковно-славянского языка от архаических и посторонних примесей, грецизмы в составе церковно-славянского языка объявляются излишними и чуждыми русскому языку… Эта борьба с грецизмами в составе церковно-славянского языка, имевшая целью приблизить церковно-славянский язык к формам живой русской разговорной речи, с достаточной ясностью свидетельствует, что восточно-византийское влияние в церковно-славянском языке уступило дорогу влиянию западноевропейскому».

Исследование Виноградова дает прекрасную возможность представить обстановку, сложившуюся в эпоху XVI–XVII веков, в которой шло становление русского литературного языка, проследить смену языковых влияний.

Отметим, что в XIX веке окончательно утверждается западноевропейское влияние на отечественную культуру и русский язык. К проявлениям подобного влияния можно отнести традицию цитирования латинских изречений в литературных произведениях. У русских писателей XIX – начала XX веков (поэтов, прозаиков, драматургов, критиков, публицистов) латинские изречения встречаются достаточно часто. К цитатам из латинской классики прибегали такие великие русские литераторы как В. Белинский, А. Герцен, Н. Гоголь, А. Пушкин, Ф. Достоевский, И. Тургенев, Л. Толстой, А. Толстой, А. Чехов и многие другие. В наше время наблюдается возрождение интереса к латинскому языку, в том числе к латинской фразе.

Возрождение интереса к античной культуре имеет место и в странах Западной Европы, где обращение к античным традициям становится дополнительным инструментом в происходящих объединительных процессах.

Наследие древнегреческой и древнеримской культуры рассматривается европейцами как общие исторические корни в стремлении к консолидации различных стран не только в экономическом, но и культурном пространстве.

Многочисленные заимствования из латыни во всех европейских языках, а также большое количество интернационализмов, продолжают играть огромную роль в постоянном диалоге культур и между странами самой Западной Европы, и Западной Европы и России. Важно подчеркнуть, что часто иноязычные элементы становятся освоенными заимствующим языком до такой степени, что «становятся способными соединяться с основами, независимо от того, являются ли те оригинальными для данного языка или заимствованными». Например, многие термины, состоящие из греческих и латинских компонентов, одинаково легко образуются в разных языках, форма их построения обычно одинакова (такие термины называются интернационализмами). Заимствуемые элементы могут оказывать существенное влияние на словообразовательные процессы языка, в который они переходят, в частности – на способы словообразования.

Латинский и греческий языки и сейчас участвуют в вечном процессе образования новых слов – неологизмов, обогащая тем самым современные европейские языки.

В целом, можно сказать, что хотя исследования, изучающие взаимодействие современных европейских языков и латинского, проводились разными учеными на протяжении многих лет, в этой области еще достаточно аспектов, требующих дальнейшего анализа.

АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК КАК «ЛИНГВА ФРАНКА»:

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ И ПРОБЛЕМЫ

В средневековой Европе кроме латыни существовал еще и язык купцов и моряков Средиземноморья, возникший на основе итальянского, французского и провансальского языков и называвшийся «лингва франка». Использование в нем слов из испанского, греческого, арабского и турецкого языков сделало его средством общения между европейцами, с одной стороны, и арабами и турками с другой. В настоящее время данный термин носит социолингвистический характер и чаще всего используется для обозначения английского языка как средства межнационального общения. По данным известного английского лингвиста Д. Кристала, число людей в мире, говорящих на английском языке, насчитывает более 1 млрд 100 млн человек, из которых только четверть признает его своим родным языком.

Однако важно помнить, что средневековый лингва франка не был полноправным языком, т.е. языком, который является для кого-то родным и используется для любых целей и в любых жизненных ситуациях; он был вспомогательным языком, «порождением необходимости» и использовался почти исключительно для ведения торговых дел между людьми разных национальностей. В связи с этим возникает вопрос, если английский язык – средство международного общения, не является ли это угрозой многообразию и тонкостям самого языка, т.к. такой вариант английского языка значительно отличается от его британского или американского варианта? В результате, из-за своего «глобального» статуса, английский становится языком учебников, что приводит к снижению уровня аутентичности в языке, доминированию прагмолингвистического стиля, упрощению (или пиджинизированнию) английского языка, «очищенного» от замысловатых слов и трудных для понимания грамматических конструкций, а также возрастанию количества «сниженной лексики» за счет увеличения доли сленга и просторечий.

С другой стороны, не является ли это угрозой многообразию национальных культур? Тот факт, что англичане все же говорят и понимают этот язык, обособил их в отдельную группу, в результате чего большинство англичан не считают необходимым учить какой-либо европейский язык. И если в книге «Английский язык как глобальный язык» Кристал подчеркивает, что для «Глобальной деревни» – Земли – требуется «глобальный язык», то уже в работе «Смерть языков» он пишет о стремительном процессе, когда в среднем каждые две недели на земле умирает какой-то язык. По его прогнозам, эта цифра скоро достигнет очень значительных размеров. Кроме того, нельзя не упомянуть и о психологическом барьере, который, по словам Клода Пирона, создат английский язык для представителей различных национальностей, в то время как для англо-американцев, чувствующих себя на переговорах максимально комфортно, практически непостижимо то чувство страха, которое могут испытывать их собеседники, поскольку сосредоточенность на том, как сказать, а не на предмете разговора, значительно затрудняет общение.

Итак, современный английский язык в качестве международного языка не только испытывает интенсивное воздействие, но и сам влияет на другие языки, в том числе и за счет культурного влияния. Существование «глобальной англоамериканской культуры» (именно такой термин предлагают учные) и е экспансия за пределы «родных» государств, способствует формированию единой модели культурно-языкового единства и, вместо развития идей многообразия и равноправия культур, мы, если не осознаем насколько взаимосвязаны изучение иностранного языка и постижение картины мира его носителей, рискуем воспринимать мир под англо-американским углом зрения.

СЕМЬЯ КАК ИНОЯЗЫЧНЫЙ РЕЧЕВОЙ КОЛЛЕКТИВ

В РУССКОЙ ДВОРЯНСКОЙ КУЛЬТУРЕ

XVIII – НАЧАЛА XIX ВЕКОВ

Огромную роль в культивировании иноязычной речи в быту играла семья. Семейный коллектив представляет собой длительную во времени и узкую в пространстве форму культурно-языкового взаимодействия супругов, где в зависимости от различных обстоятельств могут функционировать разные языки. В культурном пространстве дворянского быта объем иноязычного речевого продукта был значительным, а в аристократических семьях часто подавляющим.

К бракам россиян с иностранцами правительство относилось лояльно, что определялось, прежде всего, традицией царствующего дома родниться с владетельными европейскими домами. Межэтнические браки были в России делом, если не обыденным, то, во всяком случае, нередким.

Браки с иностранцами могли создавать в нескольких поколениях одной семьи причудливые комбинации. Отец А. В. Олсуфьева женился вторым браком на шведке Геллендер, которая после смерти мужа вышла замуж за иноземца полковника Винцеля, которого Олсуфьев «всегда вспоминал с уважением и благодарностью». Сам же он женился на датчанке [Олсуфьев 1871: 1343].

Иностранные языки (далее ИЯ) естественным образом культивировались в тех, приехавших в Россию семьях, где оба супруга были иностранцами. Браки между иностранцами в большом количестве заключались и в самой России.

Еще в первой половине XVII века французский барон на русской службе Пьер де Ремон женился в Москве на англичанке Анне Беренслей и принял православную веру. Нам неизвестно были ли у них дети, но в любом случае как минимум в первом поколении супруги в общении между собой и с соплеменниками использовали свои родные языки и ИЯ, которыми они владели [Орленко 2004: 145]. К этому их подталкивало естественное желание сохранить как можно дольше свою национальную принадлежность, что впрочем, не мешало им относительно быстро овладевать русским языком. С конца XVII века браки между иностранцами стали в России совершенно обыденным явлением.

Многие иностранцы приезжали в Россию уже сложившимися семейными парами. В 1716 году на русскую службу приехала семейная пара швейцарских художников. Муж Георг Гзель с 1725 года служил художником в Академии наук.

Жена Мария Доротея сначала преподавала рисование в школе при петербургской типографии, а затем, как и муж, трудилась в Академии наук [РБС].

Важнейшей речевой парой в «семейном» речевом коллективе была связка ученик и гувернер (учитель). Гувернер был обязан ежедневно или через день, если ученик изучал сразу два ИЯ, преподавать на этих языках, прежде всего, общеобразовательные предметы и общаться с воспитанником на любые житейские темы. «Речевой быт» самих гувернеров мог складываться поразному. Со взятыми согласно контрактам обязательствами – говорить только по-французски – они справлялись, но общение со слугами и теми домочадцами, кто языков не знал, требовало быстро учиться русскому языку. Хорошие гувернеры ценились и передавались из одной русской семьи в другую.

Следует учитывать «иноязычный ресурс» и проживавших в русских семьях компаньонов, компаньонок и содержанок. Компаньон это человек, чаще всего иностранец, приглашенный русским аристократом в свой дом для проживания, совместного интеллектуального досуга и других форм времяпрепровождения. С точки зрения лингводидактики компаньон, как и гувернер, играл роль постоянно включенного «магнитофона», на произносительные «нормы» которого все время ориентировался заинтересованный русский собеседник.

Услуги компаньонов могли по роду своей деятельности оказывать и секретари. А. Л. Николаи (1737–1820) в течение двух лет был секретарем русского посла в Вене Д. М. Голицына. С 1764 по 1769 год он сопровождал его сыновей в путешествии по Европе. По возвращении он стал преподавателем при великом князе Павле Петровиче, с 1773 по 1796 (23 года!) он был его личным секретарем, с 1776 по 1798 он был одновременно и секретарем императрицы Марии Федоровны [Трубников 1907: 346].

В семейном речевом обиходе французский язык поглощал своей стихией все остальные языки. Ребенок, рожденный в России от иностранцев нефранцузов, в любом случае, благодаря стараниям родителей, становился франкоговорящим или, во всяком случае, хорошо понимавшим французский язык. В семьях, где оба иноземных супруга были одной национальности, родной язык культивировался сознательно с прицелом на будущее.

Иностранная речь в домах русских аристократов, да и просто состоятельных дворян, звучала в зависимости от языковых предпочтений хозяев, постоянно или систематически, или, как минимум, периодически.

Английский язык активно культивировался в домах графини Е. П. Шуваловой, священника С. С. Джунковского, Ф. В. Ростопчина, А. М. Щербининой (дочь Е. Р. Дашковой), а особенно в домах тех россиян, кто имел жен с туманного Альбиона: графа Н. С. Мордвинова, князя И. И. Барятинского, князя А. И. Вяземского, генерал-майора Н. А. Саблукова, гравера Г. И. Скородумова и других.

Десятки аристократов – ценителей и покровителей искусств, такие как Л. А. Нарышкин (1733–1799), А. С. Строганов (1734–1811), Н. Б. Юсупов (1750–1831), А. Н. Оленин, Н. А. Львов (1751–1803) и многие другие широко открывали двери своих домов иностранным актерам, художникам, скульпторам, которые жили в семьях русской знати.

Значительное количество иноземцев служило у русской знати и у иностранных специалистов в качестве поваров, музыкантов, камердинеров, слуг. По свидетельству Сегюра слугами в домах петербургских аристократов были не только немцы, шведы, французы, но и англичане. Впрочем, на ИЯ говорила в домах аристократов и русская прислуга. Московский воспитательный дом готовил своих учеников мужского и женского пола для работы, прежде всего, в качестве слуг в дома богатых россиян и иностранцев, поэтому учебная программа этого заведения включала в себя немецкий и французский языки.

Воспроизводство франкоговорящей прислуги могло происходить благодаря воле хозяина даже за границей. Крепостная графа Д. П. Бутурлина Меланья была отправлена на учебу в парижский магазин мод еще до 1812 года.

Она вернулась к своим господам в 1815 году уже под именем Мелани.

Присутствие в домах знати слуг, так или иначе владевших ИЯ, вкупе с гувернерами и другими иностранцами, обеспечивало при желании хозяев практически полное погружение всей семьи, в первую очередь детей, в стихию культивируемого языка. С одной стороны вторая половина XVIII века стала временем полного торжества тезиса сформулированного в «Юности честное зерцало» (1717 г.): «Младые отроки должны всегда говорить на иностранных языках, дабы тем навыкнуть могли. С другой стороны общественно-языковая практика уже частично отрицала тезис о том, что общение на ИЯ было нужно дворянам «особливо, когда им что тайное говорить случится, чтобы слуги и служанки дознаться не могли».

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Олсуфьев Д. А. Краткая биография статс-секретаря Екатерины II Адама Васильевича Олсуфьева // Русский архив, 1871, год 8-й. – С. 1342–1348.

2. Орленко С. П. Выходцы из Западной Европы в России XVII века. Правовой статус и реальное положение. – М. : Древлехранилище, 2004. – 343 с.

3. Русский биографический словарь : в 25 т. / изд. под наблюдением предс.

Император. рус. ист. об-ва А. А. Половцева. СПб.-Пг. : Тип. И. Н. Скороходова, 1896–1918.

4. Трубников А. Пенсионеры академии художеств в ХVIII веке // Старые годы, июль– сентябрь, 1907, СПб. : Изд. П. П. Вейнер. Ред. В. А. Верещагин. – С. 348–356.

ФОНОВЫЕ ЗНАНИЯ КАК КОМПОНЕНТ

В ПОЗНАНИИ КУЛЬТУРЫ НАРОДА

СТРАНЫ ИЗУЧАЕМОГО ЯЗЫКА

В процессе иноязычной коммуникации участвуют, по меньшей мере, два собеседника. С точки зрения информационного потока они находятся в неравных позициях. Один собеседник знает по теме больше, а другой участник общения знаком с содержанием темы в меньшей степени. «Информационное неравенство» собеседников возникает, когда часть знаний, присущих человеку, получена в результате неповторимого личного опыта. В результате «информационного неравенства» могут возникать случаи непонимания, размолвки.

Язык, как известно, выполняет метаязыковую функцию. Благодаря этой функции потенциальные собеседники ищут и, как правило, находят общее знание. Общие знания являются своеобразной платформой, отправной точкой для организации беседы. Участники коммуникативного акта стремятся с самого начала определить общий для них уровень знания, а затем интуитивно учитывают его. Знания отражаются и в форме, и в содержании речи.

Обучаемый выбирает в зависимости от аудитории не только подходящую форму изложения, но и саму тематику. Он часто упрощает или, наоборот, усложняет свою речь. Для этого выбираются особые слова и особая структура предложения.

Знания, общие для участников коммуникативного акта, называются фоновыми знаниями (background knowledge). Г. Д. Томахин определяет их как «знания, известные всем представителям данной языковой общности»

[Томахин 1980]. Фоновые знания отражают результат исторического развития определенной этнической или государственной общности людей. «Фоновые знания, – как пишет О. С. Ахманова, – это обоюдное знание реалий говорящим и слушающим» [Ахманова 1966]. Такой вид знаний является основой языкового общения.

Когнитивный аспект в познании иноязычной культуры обнаруживает себя в том, что учащийся должен уметь вычленять культурные ценности из ситуации общения. Это делается на основе наблюдения за поведением и речевой деятельностью носителей другой культуры. Здесь важно определять значимость культурной информации, единичных фактов изучаемой культуры для процесса общения. Для человека, изучающего иностранный язык, важно: а) уметь определять принципы взаимодействия с представителями иноязычной культуры; б) правильно управлять взаимодействием и не вносить «раздор» в такое управление. В случае возникновения культурных барьеров важно преодолевать их, используя имеющийся опыт (языковой, речевой, межкультурного общения).

Коммуникация как таковая не возможна без определенного запаса фоновых знаний. Обучаемый должен это понимать, постоянно стремиться к приобретению и пополнению такого вида знаний. Данную точку зрения активно поддерживает Н. В. Барышников. Он рекомендует при обучении иностранным языкам использовать специальные пособия, расширяющие и пополняющие фоновые знания учащихся [Барышников 2003].

Фоновые знания имеют свою структуру. Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров определяют их структуру. С точки зрения происхождения в эту структуру входят следующие виды знаний: 1. Общечеловеческие знания, знания мировой культуры (ими располагают представители разных этносов).

Названный тип знаний связан с мировой культурой. 2. Региональные сведения.

Они включают в свой состав информацию о регионе, где проживает носитель языка. Для немецкой культуры такие Федеральные Земли, как Бавария и Северный Рейн-Вестфалия в культурном отношении отличаются друг от друга.

У немецкого этноса, проживающего в этих регионах, отмечаются специфические особенности и в менталитете, и в повседневном поведении, и в их региональной культуре. Исходя из этого, следует говорить об особенностях традиций и культуры в названных регионах (Oktoberfest – фестиваль пива в октябре, Fasching – карнавал, масленица). 3. Повседневные знания. Все члены немецкой языковой общности, то есть рядовые, законопослушанные граждане Германии, владеют обычно такими знаниями [Верещагин, Костомаров 1990]. Д.

Г. Мальцева связывает фоновые знания с двумя видами знаний: а) историческими и б) культуроведческими. Эти виды знаний, по мнению ученого, обеспечивают правильное и эффективное преподавание и изучение неродного языка [Мальцева 1991].

Страноведческие знания являются, с одной стороны, частью национальной культуры, а с другой – они производны от немецкой культуры.

Страноведческие и фоновые знания включаются в систему мировоззрения, взглядов, принятых в данном обществе, этических оценок, эстетических вкусов, норм речевого и неречевого поведения. Фоновыми знаниями обладают все члены общества. В этом случае язык выступает в процессе обучения не просто как набор формальных средств, а как часть иноязычной культуры, обеспечивающей адекватное общение на языке с его носителем.

Учащиеся школ приобретают фоновые знания, как правило, постепенно.

Это происходит в результате: а) воспитания в семье; б) обучения в школе;

в) знакомства с детской литературой, детским творчеством; г) с детскими играми, песнями и стихами. Человек черпает фоновые знания из разных источников. Одним из них являются тексты. Для приобретения фоновых знаний б) прагматические; в) публицистические. Знания о другом народе, его культуре отличаются от научных знаний. Такой вид знаний носит практический характер, он часто не упорядочен. Рассматриваемые знания не отвечают критерию полноты. Данный вид знаний «запоминается и воспроизводится по яркости впечатления» [Томахин 1980]. Определение фоновых знаний осуществляется по принципу дифференциации изучаемой и родной культур.

Фоновые знания культурного наследия не являются стабильными. Они постоянно меняются. То, что было вчера всем известно, нередко перестает быть актуальным. В историческом плане знания культуры народа изменчивы. Так, до 1989 года существовало два немецких государства: ФРГ (die Bonner Republik) и ГДР (die Berliner Republik). До объединения двух немецких государств в одном из них, в ГДР, существовали такие понятия, как die Berliner Mauer, die Volkskammer, der Volksrat, die Volkspolizei, die Volksarmee, die Sozialistische Einheitspartei Deutschlands (die SED), der Staatssicherheitsdienst (Stasi). В ФРГ всем известны были такие понятия, как der Bundestag, der Bundesrat, die Wehrmacht, der Verfassungsschutz. В условиях объединения двух немецких государств больше нет понятий, существовавших некогда в политической жизни ГДР. Политические реалии ГДР превратились в факты истории объединенного немецкого государства и немецкого народа в целом. В современной политической жизни немецкого государства преобладают понятия, которые раньше были приняты в ФРГ.

На старшем этапе сведения, приводимые в разных классах, концентрируются воедино. Это делается на новом лексическом и грамматическом материале. Информация черпается из новых текстов, новых ситуаций речевого общения. Учащимся предлагаются разнообразные творческие виды работ для лучшего усвоения знаний о стране изучаемого языка – это конференции, ролевые и деловые игры, дискуссии, форумы, проектные работы.

Для управления объемом фоновых знаний и в целях их рациональной организации предлагаются специально разработанные лингвострановедческие карты (ЛСК) [Шамов 2003]. Фоновые знания в таких картах вводятся в учебный процесс порциями, определенными квантами. Объем подаваемых фоновых знаний увеличивается от класса к классу. В карточке указываются дидактические средства, иллюстрирующие в наглядной форме такой вид знаний. Указывается комплекс задач, решаемый в конкретных учебных ситуациях (практические, образовательные, развивающие и воспитательные).

В процессе овладения иностранным языком как кодом осуществляется вторичный способ познания существующего мира. Они вводят школьника в новый контекст речевой деятельности, в атмосферу новой культуры. Фоновые знания позволяют ему в конечном итоге успешнее воспринимать и выражать информацию, содержащуюся в тексте не в явном виде.

Фоновые знания имеют исключительное значение при обучении рецептивным видам речевой деятельности (аудированию и чтению). Обучение этим видам речевой деятельности строится на системе текстов. С помощью фоновых знаний учитель вводит учащихся в контекст событий, описываемых в текстах. Им сообщаются сведения об авторе; даются пояснения по поводу того, где и когда происходит действие. Параллельно проводится работа по снятию лексических и грамматических трудностей.

При контактном общении с носителем языка школьнику важно знать, из какой местности происходит речевой партнер, какая у него профессия и какое у него образование. Такое предварительное знание облегчает процесс общения, облегчает в некоторой степени понимание мыслей собеседника. На основе этого происходит осознание и социальных факторов (возраст, пол, социальная принадлежность), языкового и речевого национально-культурного поведения речевого партнера. Как видим, фоновые знания способствуют сопоставлению феноменов, реалий, образа жизни, специфической и общей картины мира. На основе этого вида знаний учащийся имеет возможность провести критическое осмысление, обобщение проявления национально-культурных особенностей, обнаруженных в языковом и речевом поведении (например, убеждения, ценности и интересы речевого партнера).

Фоновые знания помогают внимательно относиться к национальнокультурным традициям, верованию, системе ценностей и взаимоотношений, принятых в стране изучаемого языка. В результате осознания и применения описанных выше знаний формируются у школьника такие качества личности, как толерантность, терпимость к иной лингвокультуре. Накопление знаний происходит как в процессе учебной работы под руководством учителя, так и во время организации разного рода внеклассных мероприятий (вечеров, кружков, форумов) [Голубева, Шамов 1996]. Большое значение в накоплении такого вида знаний имеет организация межшкольного обмена учащимися [Глумова 2006].

Фоновые знания могут активно применяться в ситуациях речевого общения. Это приводит к формированию межкультурной компетенции.

Г. В. Елизарова рассматривает названную компетенцию как особый вид, который базируется на фоновых знаниях, на умениях пользоваться ими в жизни, в реальных ситуациях речевого общения. С помощью фоновых знаний, по мнению названного автора, «достигается общее понимание происходящего и достигается положительный результат для обеих сторон общения» [Елизарова 2005: 7].

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. – М. : Советская энциклопедия, 1966. – 607 с.

2. Барышников Н. В. Методика обучения второму иностранному языку в школе. – М. :

Просвещение, 2003. – 159 с.

3. Верещагин Е. М. Язык и культура : Лингвострановедение в преподавании русского языка как иностранного / Е. М. Верещагин, В. Г. Кастомаров. – М. : Русский язык, 1990. – 246 с.

4. Глумова Е. П. Методика обучения организации межкультурного общения на материале регионального компонента (немецкий язык, языковой вуз) : Автореф. дис. … канд.

пед. наук. – Тамбов, 2006. – 25 с.

5. Голубева Н. А. Лингвострановедческая олимпиада на немецком языке / Н. А. Голубева, А. Н. Шамов // Иностранные языки в школе. – 1996. – № 1. – С. 71–74.

6. Елизарова Г. В. Культура и обучение иностранным языкам. – Спб. : КАРО, 2005. – 352 с.

7. Мальцева Г. Д. Германия : страна и язык. Лингвострановедческий словарь. – М. :

Высшая школа, 2001. – 413 с.

8. Томахин Г. Д. Фоновые знания как основной предмет лингвострановедения // Иностранные языки в школе. – 1980. – № 4. – С. 84–88.

9. Шамов А. Н. Реализация лингвострановедческого подхода на уроках немецкого языка в средней школе // Иностранные языки в школе. – 2003. – № 6. – С. 56–62.

В МЕЖКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ

РЕЧЕВОЙ ГОЛОС КАК КОМПОНЕНТ

ЗВУЧАЩЕГО КОДА ТЕКСТА

Данному докладу предпослан эпиграф, взятый из книги А. С. Елеонской [Елеонская 1990: 31]. Это слова русского священника Михаила Усачева из его книги по красноречию. В строчках эпиграфа описывается, каким не должен быть речевой голос, ибо, если у говорящего/исполнителя голос будет «заикавый, сиповатый …», то нет сомнения в том, что текст в таком речеголосовом исполнении не вызовет положительной оценки воспринимающего субъекта.

Сам по себе, речевой голос определяется в лингвистике как «совокупность взаимообусловленных биофизических, акустических и функциональных характеристик звучания, реализующихся в процессе речи на определенном языке» [Медведева 1983: 19]. Человеческий голос – явление в своем роде уникальное и как акустический феномен, и как анатомофизиологическое действие. С социальной точки зрения, голос представляет собой не только средство передачи информации и общения между людьми, но и ценный капитал, культурное достояние индивида и общества, а также и своеобразное «орудие производства» для представителей профессий с повышенной речевой ответственностью (учителей, преподавателей, лекторов, ораторов и др.).

Развитие науки о человеческом языке, начиная с классической риторики и по настоящее время (в рамках современной теории культуры речи и неориторики), всегда было связано с развитием самого человека, с появлением антропоцентрических тенденций в общественных и гуманитарных науках, с диалектикой знания о человеке, его сознания, языке и культуре.

Социокультурный статус речевого голоса очевиден, хотя и труднодоступен для описания в силу его опосредованности коррелятами социальных, психологических, языковых и речевых структур. Более всего описаний свойств речевого голоса находим в рамках риторики, классической и современной, Опосредованно через риторические категории и постулаты голос осознается культурным достоянием индивида и общества. Но в силу специфики своего субстанционального происхождения (природный акустический инструмент), миниатюрности его параметров, их изменчивости и квазипостоянства, но в то же время жесткой константности по некоторым параметрам, континуальности и многоцелевого назначения научный анализ этого объекта затруднен и поддается лишь нечеткой компонентной делимитации и еще более нечеткой дифференциации на функциональном уровне.

В нашем понимании голос представляет собой явление в высшей степени идиосинкретичное, зависящее от анатомического строения речевого тракта;

полифункциональное, и поэтому трудно поддающееся категоризации. Качества речевого голоса зависят от очень многих факторов. Помимо анатомического строения речевого тракта индивида, качества голоса зависят от психоэмоционального состояния человека, семейного воспитания, образования и т.п., национально-специфических черт языка, взаимодействия национальноспецифического и универсального в родном языке.

Речевой голос есть компонент лингвистического кода звучащего текста.

Звучащий текст как объект исследования представляет собой продукт одного из видов речемыслительной деятельности индивида, таких, как декламация художественного прозаического или поэтического текста в исполнении актера, диалогического, монологического текстов, полученных в результате ролевой импровизации либо участников диалогического взаимодействия, либо монологической импровизации.

Звучащий код текста представлен языковыми фонетическими средствами двух уровней – сегментного и сверхсегментного – и качествами речевого голоса, которые относятся к сфере паралингвистики. Этой совокупности средств и качеств может быть приписан статус культурного кода, поскольку звукопроизносительные, просодические характеристики и речеголосовые качества по-своему отражают культурную парадигму времени. Каждому времени присущи свои интонации, в том числе и речевые: свой качественный тип речевого голоса, своя манера произносить звуки. Указанные компоненты звучащего кода несут в себе информацию широкого культурологического плана. Эту совокупность средств звучащего текста можно назвать культурным кодом также и потому, что они влияют на модус ценностных отношений и звучащих вокруг них текстов.

В то же время звучащий код представляет собой фонетическое образование, поскольку он теснейшим образом связан с фонетической подсистемой языка. Два компонента – просодический и сегментный – составляют систему языковых фонетических средств, связанных с сегментным и сверхсегментным уровнями анализа. Третий компонент также связан с феноменом речевого звука, но он не имеет к языку непосредственного отношения, – это речевой голос и его качественный аспект, которые соотносятся со сферой паралингвистики, В структурном плане звучащий код является гетерогенным образованием, состоящим как из языковых единиц, так и средств речеголосовой фонации, чья функциональная релевантность расположена в зоне «околоязыковой» значимости и заключается в сообщении информации о психоэмоциональном состоянии говорящего, общей культуре, культуре речи и ее звуковом аспекте, уровне образования, социальном и профессиональном статусах и других личностных характеристиках.

В структурном плане паралингвистические речеголосовые средства, также как и языковые, подразделяются на сегментные и сверхсегментные. К первым относятся средства речевого голоса, придающие качественные характеристики произносимым звукам речи: благозвучие, четкая дикция, гнусавость, дефекты произношения и др. Сверхсегментные речеголосовые качества участвуют в качественной модификации сегментов речи больших, чем звук: слог, слово, интонационная / ритмическая группа, фраза, фоноабзац, текст. Паралингвистические речеголосовые средства выражения не входят в компетенцию структурного закона языка, и поэтому они создают вторичные, дополнительные к языковым, смыслы и значения, которые также, как и языковые, воспринимаются, интерпретируются и оцениваются субъектом восприятия. И те, и другие «вплетены в ткань» звучащего текста; и те, и другие оказывают воздействие на оценочные реакции индивида. В силу этой «вплетености» в структуру текста речеголосовые качества нельзя анализировать в их отвлеченности от текста, от той звуковой организации, которую он приобретает при транспонировании в звучащую форму или при первоначальном порождении в диалоге или монологе.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Елеонская А. С. Русская ораторская проза в литературном процессе ХVII в. – М., 1990. – 224 с.

2. Медведева Н. Ф. Речевой голос как функциональная основа речевого уклада английского языка. Дис. … канд. филол. наук. – М., 1983.

В ПОИСКАХ НОВОГО ПОНЯТИЙНОГО АППАРАТА

Есть много текстов, которые требуют перевода, даже если они написаны на одном языке. Но не требует перевода текст, написанный от сердца к сердцу.

Много сказано о переводе. Приводим суммарное выражение различных точек зрения: наличие творческого применения знаний; подход, угол зрения к знаниям; умение осуществить синтез знания; навыки и умения использовать полученные знания; способность человека искать свой смысл между исторически сложившимися смыслами; поиск общих концептов в разных культурах; диалог культур, который следует искать в выходящих из рамок смыслов; выявление языкового семантического пространства; представление о языковой картине мира; умение оторваться от языковой базы, и как бы уйти в общую сферу; умение видеть многослойность и многомерность каждого языкового концепта.

Все вышеприведенные высказывания свидетельствуют о сложности процесса перевода и сводятся к поиску единого понятийного аппарата, в поисках которого находится современное человечество. Это будет новая теория, новое Учение и, следовательно, новый язык [Фейерабенд 1986: 5].

Мы будем исходить из того, что в глубокой древности был единый народ, единый язык и соответственно единое знание, которым являются Веды славян [Асов 2000, Серяков 2001, Мизун 2003]. При этом славяне воспринимаются как многоликая семья народов (от слова «слава» – Огонь, славяне – «огненные люди», Россия – страна Огня»).

Исходя из этой теории, единый народ расселялся по лику земли и каждое тысячелетие язык менялся настолько, что некоторые слова приобретали как бы новое значение. Обычно это было связано с новыми открытиями в физике, новой картиной мира, новым цивилизационным или демографическим переходом, новой теорией или новым Учением. По нашему мнению, это Учение Живой Этики [Рерих 1993].

Исследование древнейших учений показывает, что в своей основе они имеют одни и те же знания (Начала) и что Живая Этика является продолжением живой традиции славян. Славяне жили по законам космоса. Древнейшими законами славян были законы ПРАВИ, КОЛО и РОТы. Фактически они являются основными языковыми концептами славян. Закон ПРАВИ означал, что все системы вращаются вправо. Отсюда «правда», «справедливость», «правое дело» и многое другое, связанное с духовностью.

Закон КОЛО означал, что все в этом мире развивается по кругу, т.е.

циклично, причем цикл в цикле. И циклов этих имеется великое множество, как и бесконечное множество миров. Пространство многомерно. В связи с этим один и тот же концепт становится и многомерным и многослойным [Попова 2001: 130]. При этом все системы подобны. В английском языке manifolds означает «много копий через копирование».

Во все времена человечество говорит почти об одном и том же. Но в этом «почти» заключен целый виток спирали. Поэтому, третий основной закон древних славян РОТА означает движение по спирали вверх (в английском языке rotate – «вращаться»). Эта спираль является Спиралью Познания, так как все есть знание (веды) или информация. По этому знанию и развивается человечество во все времена.

Древние славяне говорили: «Наши Боги – суть понятия. Грецколане ведь не Богов почитают. И как бы человеки они, из калия сделаны, наподобие мужам». Древнейшие знания нашли свое отражение в Учениях всех народов.

Цивилизации возникали и приходили в упадок именно в зависимости от того, насколько они понимали смысл Бытия и насколько вовремя выходили на новый виток спирали.

В прошлый раз наивысшего расцвета достигла античная цивилизация.

Она состоялась в результате поиска новых ценностей, которые нашли отражение в философии Пифагора и его школы. Пифагор даже построил справедливое общество – город Кретон. Но Пифагор долгое время учился в Индии. Он принял там единое знание, которое представляло собой синтез науки и религии. Блестяще описав философию Пифагора, Г. Г. Майоров воскликнул:

«А все же я не понял, как Пифагор осуществил этот синтез?» [Майоров 2001:

115]. Как известно, слово «философия» означает «любовь к мудрости». Но сколько можно любить мудрость? Мудрецом надо быть! А также, сколько можно славить ПРАВО? Его надо исполнять! Эволюция совершается в свете, в духе (от лат. lux, lucis – свет).

Итак, Пифагор создал свою философию на основе единого знания. Это были Веды славян: «Завет отца Ария», «Голубиная (или глубинная) книга», «Велесова книга». Современная пятая человеческая раса – арийская. Вспомним, что слова ар, яр у древних славян означали «солнце». А слово «велесова», по нашему мнению, образовалось от русского «воля», в мордовских языках «веле»

обозначает «пространство, космос». Арии пришли в Индию и принесли народу единое знание. Индия до сих пор является хранительницей символов древности. Западная цивилизация представляет собой ментальный план планеты, а русский язык является носителем всех Богокачеств Творца.

В современной России нет национальной идеи. Таковой идеей у древних славян были община (коммуна) и вечевое правление. Община это универсальная идея и концепт, имеющий и философское и физическое обоснование, объединяющее все человечество. Не случайно коммунистическая идея периодически будоражит умы человечества. Это также связано с активностью солнца. Так парижская коммуна продержалась 70 дней, коммунизм в России – 70 лет. В следующий раз это будет 700. О цифре СЕМЬ следует говорить отдельно. Заметим лишь, что единый язык к настоящему времени сохранился на 70 %. Следовательно, изучать языки следует исходя из их единства, а не различий. Ибо понимание зависит не от уха и не от конкретного значения слова, но от развития энергетических центров человека [Рерих 1993, I: 305].

Современная пятая арийская раса предполагает развитие интуиции, иммунитета, патриотизма, служение общему благу. Человечество переходит на новый план сознания, который предполагает чистоту помыслов (лат. риторика), любовь, ясновидение, яснопонимание, мудрость. Напомним, что София или Белая Церковь славян спустилась с неба, а религией древних народов была религия мудрости. Круг замкнулся.

Учение Живой Этики дано на русском языке «известному народу». Значит, пришло время России выполнить свою «особую миссию» по пути духовного возрождения человечества.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Асов А. И. Атланты, арии, славяне : История и вера. – М. : Гранд: Фаир-пресс, 2000.

2. Майоров Г. Г. Философия как искание абсолюта. Опыты теоретические и исторические.

– М. : Едиториал УРСС, 2004.

3. Мизун Ю. и Ю. Русь ведическая. – М. : Вече, 2003.

4. Платонова Т. Ю. Книга Мории. – www.-puzzle.ru 5. Попова З. Д., Стернин И. А. Очерки по когнитивной лингвистике. – Воронеж : ВТУ, 2001.

6. Рерих Е. И. Учение Живой Этики. – В 3 т. – С-П. : Просвещение, 1993. – 2815 с.

7. Серяков М. Л. Голубиная Книга. – М. : Алетейа, 2001.

8. Фейерабенд Пол. Избранные труды по методологии науки. – М. : «Прогресс», 1986.

ИНАУГУРАЦИОННАЯ РЕЧЬ

КАК ЖАНР ПРЕЗИДЕНТСКОЙ РИТОРИКИ

В политической коммуникации знаком коммуникативной реальности является политический текст, воспринимающийся электоратом и дающий возможность формировать представление о том или ином политике. Ряд исследователей отмечают релевантность риторической составляющей политического текста. Политическая риторика детерминируется речевой культурой политика, его способностями оперировать различными языковыми средствами. Коммуникативные стратегии политического дискурса направлены на формирование у электората положительного образа политического деятеля, на привлечение внимания к его персоне, либо на создание оправдательных аргументов его деятельности.

Инаугурационная речь является монологичной формой в рамках жанра президентской риторики. Однако представляется невозможным институализировать ее как продукт индивидуального языкового сознания, поскольку в подавляющем большинстве случаев ее авторство принадлежит группе лиц и ее структурирование напрямую детерминируется ценностными предпочтениями граждан и соответствует ожиданиям больших социальных групп.

Являясь обязательным атрибутом инаугурации, президентская речь рассматривается как декларация принципов новой администрации. Ее прагматическая направленность эксплицируется в ярко выраженной стилистической маркированности. По мнению Е. А. Поповой, политики часто пытаются завуалировать свои цели, используя, эллипсис, метафоризацию и другие приемы воздействия на сознание электората и оппонентов [Попова 1994].

Рассматривая в качестве иллюстративного материала инаугурационные речи президентов США, следует обратить внимание на репрезентацию этноцентрических концептов с целью эмотивного воздействия на общественное сознание. Отличительным признаком американских политических речей является обращение к основополагающим ценностям американского общества:

демократии и равенству [Романцева 2008]. В частности, в ходе своего выступления Б. Обама делает осознанный акцент на социально-этническую составляющую своего происхождения: … from the grandest capitals to the small village where my father was born, This is the meaning of our liberty and our creed -… why a man whose father less than sixty years ago might not have been served at a local restaurant can now stand before you to take the most sacred oath. (здесь и далее примеры из инаугурационной речи Б. Обамы). Данные фразы нацелены не только подчеркнуть демократическую составляющую развития американской государственности, но и соотнести оратора с огромным количеством американских граждан, заявить себя как одного из них.

Особенностью позиционирования американской государственности является усиление положительной самопрезентации соответствующими лексическими средствами. Для инаугурационной речи характерно значительное количество структур с прилагательными в сравнительной и превосходной степени, нацеленных подчеркнуть исключительность американской нации: We remain the most prosperous, powerful nation on Earth, the surest route to our common good, Our workers are no less productive, … our mind are no less inventive….

Лексико-семантический анализ упомянутой инаугурационной речи позволяет выделить достаточно четко выраженную оппозицию «новое – старое». Обама ассоциирует кризисные явления в экономической, политической и социальной жизни общества со старым, тем, что предшествовало, выражая это достаточно яркими, рисующими нужный образ лексическими сочетаниями: petty grievancies and false promises, recriminations and worn out dogmas, childish things, stale political arguments. Новое Обама ассоциирует именно с будущим без проблем, к чему нация под его руководством, непременно, придет. Он в изобилии использует лексические единицы, семантически ориентированные на актуализацию положительного коннотативного значения: enduring spirit, better history, noble idea, the greatness of our nation, path towards prosperity and freedom, vital trust, hard work and honesty, courage and fair play, tolerance and curiosity, loyalty and patriotism.

Таким образом, изменение оценочности используемых метафор указывает на нейтрализацию негативной оценки текущих характеристик американской государственности и актуализацию смыслов «перемены». Как отмечает М. В. Гаврилова, метафора, являясь одним из показателей состояния общественного сознания, отражает стремление к положительному представлению страны в начале XXI века.

Семантико-стилистический аспект анализа инаугурационной речи Обамы выделяет значительное количество различных типов повторов и параллельных конструкций, например, использование анафоры в следующих высказываниях:

All this we can do. And all this we will do.; This is the price and the promise of citizenship. This is the source of our confidence …. This is the meaning of our liberty and our creed …. Подобная стилистическая окрашенность речи свидетельствует о ее ярко выраженной прагматической направленности, что по выражению А. В. Кухаренко, «наилучшим образом обеспечивающей привлечение адресата на сторону автора и убеждающей его в справедливости авторского концепта» [Кухаренко 1988].

Отмеченные выше лексико-стилистические средства используются оратором с целью решения основных прагматических задач выступления и являются экспликацией социально-этнической составляющей данного политического текста. Таким образом, язык политики выступает в роли связующего звена между обществом и властью. Выражая разнообразные установки и идеи, язык является инструментом, с помощью которого моделируется интерпретация политической действительности аудиторией электората.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Попова Е. А. Политический дискурс как предмет культурно-лингвистического изучения // Языковая личность : проблемы значения и смысла : Сб. науч. тр. – Волгоград :

Перемена, 1994. – С. 143–152.

2. Романцева А. В. Риторические особенности политических речей военного времени (на материале текстов американских, немецких и русских политических речей периода Первой мировой войны) // Коммуникативно-когнитивные аспекты лингвистических исследований в германских языках. – Самара : Изд-во «Самарский университет», 2008. – С. 193–203.

3. Кухаренко В. А. Интерпретация текста. – М. : Просвещение, 1988. – 192 с.

ПСИХОСТИЛИСТИКА ЮМОРИСТИЧЕСКОГО ДИСКУРСА

В современных лингвистических работах, посвященных исследованию художественного текста, периодически можно встретить термин психостилистика, предложенный впервые В. П. Беляниным. В целом ряде работ он обосновал и развил понятие психостилистики, а также те направления текстового анализа, где е учет может оказаться очень плодотворным и перспективным. Автор предлагает классификацию художественных текстов по эмоционально-смысловой доминанте и на основании психиатрических критериев делит тексты на «светлые», «темные», «печальные», «веселые», «красивые», «сложные».

Психостилистический принцип анализа текстов представляется исключительно ценным, не только для текстов одного жанра, а именно, литературно-художественного. Не вызывает сомнения исключительная продуктивность приложения данного понятия к произведениям юмористического дискурса. В данном случае также может быть осуществлено деление текстов на «светлые», «темные», «печальные», «веселые» и т.д., особенно, если принять во внимание тот факт, что текст анекдота стал в настоящее время письменным и по этой причине он получает право быть исследованным с тех же позиций, что и любой другой текст. Нелишне будет напомнить в этой связи, и тот факт что, судя по многочисленным определениям текста, его письменная форма оказывается в числе обязательных признаков текста как языковой единицы.

Основываясь на психостилистическую классификацию художественных текстов В. П. Белянина, можно осуществить такую же классификацию на базе юмористического дискурса. В этом смысле обращает на себя внимание черный юмор, целю которого, является вызывание смеха у реципиента через конструирование ситуации, которую ни в коем случае нельзя назвать смешной.

Подобный феномен характерен исключительно для юмористического дискурса, который, однако, в некоторых моментах сближается и с художественным дискурсом. Фактически получается, что текст анекдота предоставляет нам уникальную возможность пронаблюдать психостилистику текстового построения, не имеющего параллели, больше ни в какой области речетворческого процесса.

В. П. Белянин не употребляет такого распространенного выражения как черный юмор, что возможно вполне обосновано, так как для литературнохудожественного творчества он не является доминирующим. Что касается текста анекдота, то напротив можно довольно часто встретить тексты анекдотов полностью выдержанные в этой тональности.

осуществлять на базе конструируемой ситуации, которая хотя и фиктивна, поскольку вымышлена, но содержит элементы реальности, отобранные и скомбинированные в одно текстовое целое с явной прагматической установкой вызывать смех у реципиента. У черного юмора бывают сбои, смех иногда не вызывается, и реакция бывает как от художественного дискурса или от публицистического. Таким образом, получается диффузия разных видов дискурса в аспекте прагматики.

По характеру конструируемой ситуации тексты анекдота допускают следующую психостилистическую классификацию.

Жесткий черный юмор: каждая из реплик персонажей в изолированном виде вполне соответствует реальным событиям, из сферы криминальной жизни, которые могли бы появиться в любом другом дискурсе, например публицистическом, на которой имеется аллюзию в самом тексте анекдота.

1) Настоящий ужас Таак… Что хорошего в любимой газетенке?

– Маньяк зарезал шестерых… Таак… – Садист три месяца издевался над жертвой… Таак, понятно… – Отравление паленой водкой: сорок пять госпитализированных… Таак, хорошо… – Тариф на электроэнергию поднимается 5 процентов… (отбрасывая газету): вот кошмар, ну опять ужасов на ночь начитался!

Единственный выход за пределы публицистического дискурса обеспечивается репликой об электроэнергии.

2) Une femme a t retrouve dans la rue, gorge, le truc dgueulasse, quoi, avec des morceaux qui collent de partout.

Le commissaire vient voir le mdecin lgiste et lui demande:

– Pas encore, j‘attendais votre feu vert.

Менее жесткий черный юмор хотя бы за счет меньшего упоминания ужасающих фактов.

3) Авторитетное мнение… «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок», – сказала пуля со смешанным центром тяжести.

Ослабленный черный юмор, вызывающий скорее сочувствие чем смех.

Уставшая учительница после тяжелого рабочего дня, вся нагруженная сумками с тетрадями и учебниками, возвращается домой. Заходит в подъезд, а там на нее нападает бандит с ножом и требует:

А учительница говорит:

– Нет, часы отдать никак не могу. Могу отдать классное руководство!

В заключение необходимо отметить, что, характеризуя изученность проблемы текстовых особенностей анекдота в целом, нельзя не подчеркнуть, что сейчас он становится объектом самого пристального внимания учных и в контексте разнообразных подходов к его изучению достойное место может найти и психостилистический подход.

УРОВНИ РЕАЛИЗАЦИИ КАТЕГОРИИ ВЛАСТИ

В ИНФОРМАТИВНО-РЕГУЛИРУЮЩИХ ТЕКСТАХ

Производство директивных речевых актов связывается в социолингвистике с установлением властно-подчинительных отношений.

Власть определяется как способность или потенциальная возможность одних людей принимать решения, оказывающие влияние на действия других.

Власть выражает позицию субъективного доминирования, возникающую при реальном преобладании тех или иных свойств (целей, способов деятельности) субъекта.

Особый интерес для лингвистического исследования представляет взаимосвязь власти и языка (власти и дискурса). В философских подходах к анализу соотношения власти и языка последний понимается как орудие власти в широком смысле. Данный взгляд указывает на способность языка навязывать мировидение, создавать языковую интерпретацию картины мира. Всякое использование языка предполагает «воздействие на восприятие и структурирование мира другим человеком», а возможность посредством языка воздействовать на опыт других лиц является ничем иным как осуществлением власти над этими лицами.

Осуществление власти предполагает наличие трех обязательных элементов: субъекта власти, объекта власти и средства власти.

Власть опирается на волю, способную перенести намерение субъекта власти из сферы собственного сознания в область практики, задействовав для этого физические и моральные ресурсы других лиц. Возможность реализации властной воли в процессе коммуникации во многом зависит от того, насколько доверяют коммуниканты источнику получаемой информации, поэтому категория власти тесно связана с категориями лидерства и авторитетности.

Субъект власти воплощает в себе ее активное, направляющее начало.

Однако, как справедливо отмечают исследователи неверно приписывать власть исключительно одной стороне, поскольку существуют разнообразные виды власти и влияния, которые связаны с исполнением людьми различных ролей, и эти разные виды власти, проявляются по-разному.

Реализация властной воли в информативно-регулирующем тексте осуществляется через управление действиями другого лица. Субъектом власти выступает адресант текста; это – лицо (группа лиц), которое регулирует поведение других людей, во-первых, в связи с исполнением должностных обязанностей или на основании полного и единоличного права собственности на данную территорию (то есть как лицо, обладающее властными полномочиями, которые признаются государством и обществом и которые объективно поднимают его статус и повышают авторитет). Во-вторых, адресант может быть лицом, которое не имеет формального, «институализированного»

приоритета и обладает равными или даже меньшими формальными правами, по сравнению с реципиентами (например, владелец одной из квартир в многоквартирном доме); в этом случае адресант принимает властные полномочия самостоятельно, исходя из особенностей ситуации, специфических знаний, собственной воли, субъективного решения.

Способ реализации властной воли диктуется как объективными, так и субъективными факторами, к которым относятся:

1. сила воздействия внешних обстоятельств, побудивших адресанта к производству информативно-регулирующего текста;



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |
Похожие работы:

«МОСКОВСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ, МЕНЕДЖМЕНТА И ПРАВА РОССИЯ-СНГ-ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА: СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ IХ МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СТУДЕНТОВ И АСПИРАНТОВ МОСКВА 2011 1 УДК 32+33+34 ББК 65+66+67 Россия-СНГ-Восточная Европа: состояние, проблемы, перспективы. IX-я международная научно-практическая конференция студентов и аспирантов / сост. А.Н. Алексеев, Д.Н. Баранов, А.И. Бабурова, Н.И. Дорохов, Т.В. Елисеева, И.Г. Ефименко, В.С. Ефимов, А.С. Жидков, Ю.Е. Коробкова,...»

«Издание осуществляется при финансовой поддержке РГНФ, № гранта – 12-06-00000 The publication is supported by the RFH, Number of the grant – 12-06-00000 RUSSIAN ACADEMY OF EDUCATION DEPARTMENT FOR EDUCATION AND CULTURE SCIENTIFIC COUNCIL ON READING FSI OF THE SCIENTIFIC CENTRE NAUKA, RAS K.D. USHINSKY SCIENTIFIC PEDAGOGICAL LIBRARY OF RAO RUSSIAN STATE CHILDREN’S LIBRARY RUSSIAN READING ASSOCIATION RUSSIAN LIBRARY ASSOCIATION REPORTS OF THE SCIENTIFIC COUNCIL ON...»

«VI международная конференция молодых ученых и специалистов, ВНИИМК, 2011 г. ВЛИЯНИЕ МИКРОУДОБРЕНИЙ НА УРОЖАЙНОСТЬ СЕМЯН СОИ СОРТА ВИЛАНА НА ЧЕРНОЗЕМЕ ВЫЩЕЛОЧЕННОМ Калюжина А.Н. 350038, Краснодар, ул. Филатова, 17 ГНУ ВНИИ масличных культур им. В.С. Пустовойта Россельхозакадемии alenakalyzhina@yandex.ru Приведены результаты исследований по применению микроудобрений гептамолибдат аммония и аквамикс на посевах сои сорта Вилана в предпосевную обработку семян и в некорневую подкормку в фазе цветения...»

«ПРИЛОЖЕНИЕ к Информационному письму №1 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Южный научный центр РАН Институт аридных зон ЮНЦ РАН Международная научная конференция ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ПРИМОРСКИХ РЕГИОНОВ (ПОРТЫ, БЕРЕГОЗАЩИТА, РЕКРЕАЦИЯ, МАРИКУЛЬТУРА) (посвященная 150-летию Н.М. Книповича) Школа молодых ученых Экология приморских регионов 5 – 8 июня 2012 г. г. Ростов-на-Дону РЕГИСТРАЦИОННЫЙ ВЗНОС Стоимость регистрационного взноса для участия в работе конференции составляет 2000 руб. и включает в себя...»

«РНБ-ИНФОРМАЦИЯ № 7- 8. ИЮЛЬ-АВГУСТ 2008 г. ХРОНИКА ФЕДЕРАЛЬНЫЕ, РЕГИОНАЛЬНЫЕ И ГОРОДСКИЕ МЕРОПРИЯТИЯ 3 июля в Москве в Министерстве культуры РФ состоялось информационное совещание по вопросам перехода на новую систему оплаты труда. Перед руководителями учреждений культуры выступил Министр культуры А.А.Авдеев. На вопросы аудитории отвечала зам директора экономического департамента МК Н.Ф.Блохина. РНБ на совещании представляли: ген. директор В.Н.Зайцев и заведующая Отделом стратегического...»

«История и культура поволжского села: традиции и современность ИсторИя И культура поволжского села: традиции и современность Материалы региональной студенческой научной конференции. 29-30 октября 2009 года Ульяновск - 2009 313 Материалы региональной студенческой научной конференции УДК 913+130.2 И-90 История и культура поволжского села: традиции и современность: материалы региональной студенческой научной конференции (29-30 октября 2009 г., Ульяновск). / редкол.: Л.О. Буторина [и др.]. -...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА ДЛЯ СЛЕПЫХ КРАСНОЯРСКАЯ КРАЕВАЯ СПЕЦИАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА – ЦЕНТР СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ ИНВАЛИДОВ ПО ЗРЕНИЮ СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ ИНВАЛИДОВ ПО ЗРЕНИЮ: ПРОБЛЕМЫ И ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ Материалы международной научно-практической конференции Красноярск, 28–29 сентября 2010 г. КРАСНОЯРСК ББК 74. С Составитель: Доктор педагогических наук,...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ ГОРОДА МОСКВЫ Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ ANNUAL REPORT 2008 Вставить эмблемы с официального бланка зоопарка ЕАРАЗА, ЕАЗА, ВАЗА, ЕЕП. МОСКВА 2009 1 Министерство культуры Российской Федерации Правительство Москвы Департамент культуры города Москвы Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ Информационно-справочный материал о работе Московского зоопарка в 2008...»

«Российский государственный гуманитарный университет Центр типологии и семиотики фольклора XII Международная молодежная научная школа Междисциплинарные подходы и инновационные методы в фольклористике Фольклористика и культурная антропология сегодня Тезисы и материалы Международной молодежной научной школы Москва 2012 ББК 82я43+71я43 УДК 821+572:130.2 Ф74 Оргкомитет Школы-конференции: Архипова А.С. Козьмин А.В. Литвин Е.А. Ляхова Ю.В. Неклюдов С.Ю. (руководитель Школы) Николаев Д.С. Петров Н.В....»

«Основные документы Издание 2012 г. ЮНЕСКО  Издание 2012 г. Основные документы Организация Объединенных Наций по вопросам образования, наук и и культуры Основные документы Издание 2012 года, включающее тексты документов и изменения, принятые Г неральной конференцией е на 36-й сессии (Париж, 25 октября – 10 ноября 2011 г.) ЮНЕСКО, Париж 2012 г. Издано в 2012 г. Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры 7, place de Fontenoy, 75352 Paris 07 SP Набрано и отпечатано в...»

«П Р И Р О Д А С И М Б И Р С К О Г О П О В О Л Ж ЬЯ ВЫПУСК 11 1 2 ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ И АРХИВНОГО ДЕЛА УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ КРАЕВЕДЧЕСКИЙ МУЗЕЙ им. И.А. ГОНЧАРОВА УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ им. И.Н. УЛЬЯНОВА ПРИРОДА СИМБИРСКОГО ПОВОЛЖЬЯ ВЫПУСК 11 Ульяновск 2010 УДК 502 (082) ББК 20-28 (235.54)я П Печатается по решению Ученого Совета Ульяновского областного краеведческого музея им. И.А. Гончарова и Ученого Совета УлГПУ им. И.Н. Ульянова....»

«УТВЕРЖДЕН приказом Министерства образования и наук и Российской Федерации от _201_ г. № УСТАВ федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования Российский государственный геологоразведочный университет имени Серго Орджоникидзе (новая редакция) Принят конференцией научно-педагогических работников, представителей других категорий работников и обучающихся Ректор _ Лисов В.И. М.П. Ф.И.О. г. Москва 2011 г. 1. Общие положения 1.1....»

«Комитет по образованию, наук е, культуре, спорту и делам молодежи Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан Министерство образования Республики Башкортостан Министерство культуры Республики Башкортостан Министерство молодежной политики и спорта Республики Башкортостан Башкирский государственный университет Нефтекамский филиал Башкирского государственного университета МЕЖНАЦИОНАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО И СОГЛАСИЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ Часть I Уфа РИЦ БашГУ...»

«Суеверие.нет Паломничество приносит пользу только тем, кто живет по евангельским заповедям Интервью со священником Виктором Праздничным о сути паломничества и связанных с ним суевериях. – Отец Виктор, вы были участником общецерковной конференции Православное паломничество: Традиции и современность, проходившей в Москве в конце минувшего года. Ваше выступление, посвященное медицинским аспектам мотивации православного паломничества, имело большой резонанс. В чем, собственно заключается проблема?...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.И. ВАВИЛОВА СПЕЦИАЛИСТЫ АПК НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ Материалы VI Всероссийской научно-практической конференции САРАТОВ 2012 УДК 378:001.891 ББК 4 Специалисты АПК нового поколения: Материалы VI Всероссийской научно-практической конференции. / Под ред. И.Л. Воротникова. – ФГБОУ ВПО Саратовский...»

«БУРЯТСКАЯ РЕСПУБЛИКАНСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ВЭП Практическое пособие председателю первичной профсоюзной организации Основы организационной работы первичной организации Основы, необходимые для каждого председателя. С чего начать? После отчетно-выборного собрания (Конференции), впервые избранный председатель профкома естественно испытывает неуверенность и не знает, с чего начать профсоюзную работу. Можно говорить о том, что является главным, а что второстепенным. Но давайте начнем по порядку. На второй...»

«Методическое объединение вузовских библиотек Алтайского края Вузовские библиотеки Алтайского края Сборник Выпуск 12 Барнаул 2013 ББК 78.34 (253.7)657.1 В 883 Редакционная коллегия: Л.В. Болячевец, Т.Н. Злобина, И.Н. Кипа, Т.А. Мозес, Н.Г. Шелайкина, Е.А. Эдель Гл. редактор: Н.Г. Шелайкина Отв. за выпуск: М. А. Куверина Компьютерный набор: Е. А. Эдель Вузовские библиотеки Алтайского края: сборник : Вып. 12 : / Метод. об-ние вуз. б-к Алт. края. – Барнаул : Типография АлтГТУ, 2013. – 74 с. В...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.