WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«МОДЕРНИЗАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ Материалы Российской научно-практической конференции, посвященной Году Республики Башкортостан и 10-летию образования Нефтекамского ...»

-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

«МОДЕРНИЗАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ

И ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ»

Материалы Российской научно-практической конференции,

посвященной Году Республики Башкортостан и 10-летию

образования Нефтекамского филиала Башкирского

государственного университета

Уфа РИЦ БашГУ 2010 УДК 32(470) + 34(470) ББК 66.2(2Рос) + 67.0 М74 Редакционная коллегия:

д-р филос. наук

, проф. О.К. Валитов - главный редактор;

д-р полит. наук, проф., канд. юрид. наук М.М. Утяшев – зам. гл. редактора;

канд. экон. наук, доц. Р.Х. Аллагулов, канд. полит. наук, доц. А.В. Васильев, канд. юрид. наук, доц. Р.Ф. Асанов, ст. преп. А.В. Глущенко – отв. за выпуск.

М74 «МОДЕРНИЗАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ

СИСТЕМЫ РОССИИ»:

Материалы Российской научно-практической конференции, посвященной Году Республики Башкортостан и 10летию образования Нефтекамского филиала Башкирского государственного университета – Уфа: РИЦ БашГУ, 2010.

– 110 с.

В сборнике представлены материалы российской научнопрактической конференции, где нашли свое отражение доклады и выступления различных ученых, профессоров, кандидатов наук, преподавателей вузов Российской Федерации по широкому спектру научных интересов в области модернизации политической и правовой системы Российской Федерации.

Материалы сборника представляют интерес для исследователей, преподавателей, аспирантов и всех, интересующихся проблемами модернизации политической и правовой системы России.

УДК 32(470) + 34(470) ББК 66.2(2Рос) + 67. © Коллектив авторов, © БашГУ,

ОГЛАВЛЕНИЕ

Комкова Г.Н. Становление системы защиты прав человека в Российской Федерации…………………………………………………

Кокин В.И. Проблемы ограничения прав и свобод лиц с девиантным поведением в условиях модернизации политической и правовой систем Российской Федерации………………………………………

Глухарева Л.И. «Антропологический поворот» в стратегии модернизации государственно-правовой системы России………..……………………….. Янгиров А.В. Проблемы модернизации экономической системы Республики Башкортостан…………………………………………………............... Ахматьянова В.А. Институт адвокатуры и предпринимательская деятельность……………………………………………………………

Галиев Ф.Х. Правовая культура в условиях модернизации России……... Глущенко А.В. Досудебное соглашение о сотрудничестве: проблемы совершенствования института в условиях модернизации политической и правовой систем России…………………………………………………….. Глущенко Г.А. К вопросу об оптимизации избирательной системы, применяемой на выборах в представительные органы местного самоуправления……………………………………..………………….…………………... Гумарова Р.Р. Правовое регулирование охраны растительного мира……………………………………………………………………................. Гусев В.Е. Прокуратура в условиях модернизации политической и правовой систем…………………………..………………………………………… Гусев В.Е. О проблеме интерпретации функции и дисфункции прокуратуры……………………………………………………………………………… Дольникова Л.А., Глухова О. К вопросу о конституционной ответственности………………………………………………………………………….. Кузнецова Е.А. Опыт модернизации управления свободного государства Саксонии и пути его применения в Республике Башкортостан…………………………………………………………………..………. Пономарева Н.А. Проекты политической модернизации в воззрениях А. Валидова…………………………………………………………………... Рафиков Р.И. Модернизация как основа безопасного посткризисного развития России…………………………………………………………………. Сафина Р.Б. Дискриминация и этническая, расовая нетерпимость в России: история и современная действительность………………………......... Спирина А.Б. Реализация права на судебную защиту граждан, страдающих психическим заболеванием…………………………………................. Тимиршина С.В. Социально-экономическая модернизация регионов на примере Республики Башкортостан……………………………………….. Уразаев Р.А. К вопросу о проблемах трансформации отношений собственности……………………………………………………………………... Хазиева Л.Ф. Проблемные аспекты реализации права на жилище детейсирот и детей, оставшихся без попечения родителей……………………. Г.Н. Комкова, д-р юрид. наук, проф., зав.

каф. конст. и муниц. права, декан юрид. факультета Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского г. Саратов

СТАНОВЛЕНИЕ СИСТЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ

ЧЕЛОВЕКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

История развития человечества свидетельствует о том, что обретение человеком прав и свобод, расширение их перечня всегда становились ареной острых столкновений между индивидом и государством. Добровольно предоставлять социальные блага и политические свободы государство не стремилось никогда. Все ныне существующие права человека, закрепленные в международных документах, конституциях, законодательстве, были выстраданы и отвованы человечеством с боем. История показывает, что данная битва еще не окончена, что новым поколениям нужно снова и снова защищать свои права. Пока, к сожалению, ещ нереальна ситуация, при которой не будет требоваться усилий для поддержания и защиты прав и свобод человека.

В полной мере права могут быть обеспечены и защищены в демократическом, социальном, правовом государстве. «Права человека могут быть защищены только в таком государстве, которым управляет право, а не отдельные люди»[1], - писал выдающийся швейцарский юрист профессор Томас Фляйнер.



Признание прав и свобод человека высшей ценностью и их защиты обязанностью государства (ст.2 Конституции РФ) непосредственно вытекает из зафиксированного в статье 1 Конституции положения о России как о демократическом правовом государстве. Конечная цель деятельности последнего состоит в обеспечении прав и свобод человека и гражданина. Достижение этой цели неразрывно связано с обязанностью государства создавать систему защиты прав и свобод, а также устанавливать четкие юридические процедуры такой защиты.

Содержание второй главы Конституции, посвящнной правам и свободам человека и гражданина, не вызывает особых нареканий. Многие ученые сходятся на том, что е содержание соответствует международным стандартам прав человека.

Однако реализация основных прав и свобод, гарантированных Конституцией, выступает объектом критики. Основной дефект действующей Конституции России состоит в отсутствии механизмов ответственности и наказуемости лиц, принимающих решения, которые нарушают права человека. Гарантией реализации прав человека выступает необходимость создания государством и его органами действенной системы защиты прав человека.

Система защиты прав человека включает в себя два основных направления: защита прав человека органами власти и самозащита прав человека. Становление и развитие этих направлений в России всегда было сопряжено с определенными трудностями.

Так, органам Российского государства тяжело привыкнуть к тому, что вся их деятельность должна быть подчинена интересам граждан, тогда как предстоящий период их существования был связан с тезисом о том, что «человек – лишь винтик большой государственной машины». Однако органы государства с начала перестройки постепенно приходили к пониманию необходимости изменить свою деятельность, подчинив е защите прав граждан.

Президент РФ в соответствии с ч.2 ст.80 Конституции является гарантом прав и свобод человека и гражданина, что налагает на него обязанности по созданию условий и средств, обеспечивающих их всестороннюю охрану и фактическую реализацию, и означает, что он призван действовать персонально[2]. Именно так наука конституционного права трактует категорию «гарантирования»: Президент РФ имеет реальную возможность оказать воздействие на воплощение любого субъективного права (свободы), и потенциально «…может защитить права каждого, которые нарушены любыми органами власти или иными объективно существующими факторами (преступность, рост цен, безработица и т.д.)»[3].

Полномочия Президента в данной сфере выражаются в различных формах. Президент наделен неограниченными правами в области законодательной инициативы, позволяющей ему в конкретной правовой форме ставить вопросы о реализации конституционных положений, касающихся прав и свобод. Президент также использует право вето и право приостановить действие актов органов исполнительной власти субъектов РФ в случае противоречия этих актов Конституции и федеральным законам, международным обязательствам РФ или в случае нарушения прав и свобод человека и гражданина до решения этого вопроса соответствующим судом (ч. 2 ст. 85).

В настоящее время связи с внесением изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» от 22 сентября 1999 г. возможно отрешение от должности высшего должностного лица субъекта Федерации Президентом Российской Федерации в связи с утратой доверия Президента Российской Федерации, за ненадлежащее исполнение своих обязанностей, которое также может выражаться в нарушении прав граждан (например, отрешение от должности главы Корякского автономного округа за срыв подготовки к отоплению в зимний сезон)[4].

Если акты самого Президента РФ будут посягать на конституционные права и свободы человека, то их можно оспорить в Конституционном Суде, однако отрешению от должности при этом Президент подлежать не будет. По предложению некоторых ученых необходимо устранить данный пробел: нуждается в уточнении правовой статус Президента РФ «как должностного лица, действия которого можно оспаривать в общем суде»[5].

Федеральное Собрание РФ обеспечивает принятие законов, связанных с защитой прав человека. Однако многие законы принимались непростительно долго (законы об обращениях, митингах, персональных данных). Нельзя привлечь законодательные органы к ответственности за бездействие, за принятие некачественных, непродуманных законов. Чаще всего законы, нарушающие права граждан, являются следствием лоббизма, сущность которого заключается в финансировании и оказании различных услуг со стороны финансовопромышленных групп, а также криминальных структур конкретным представителям органов государственной власти и управления, отстаивающим интересы данных структур путем принятия определенных нормативных правовых актов, политических, административных и иных официальных решений. Качественной характеристикой лоббизма является то, что продвижение интересов конкретных субъектов осуществляется за счет ущемления законных интересов других субъектов (различных категорий граждан, организаций, общества и государства в целом)[6]. Здесь о защите прав граждан говорить, естественно, не приходится, поскольку само принятие такого закона – это воплощение незаконных привилегий одних групп населения перед другими.

Можно отметить, что ряд депутатов пытаются изменить данную ситуацию в пользу защиты прав граждан. Так, недавно Комитет по государственному строительству Государственной Думы Федерального Собрания РФ подготовил к рассмотрению законопроект «Об ответственности органов федеральной исполнительной власти за обеспечение конституционного права граждан на достойную жизнь и свободное развитие». В законопроекте введен механизм заключения соглашения между различными социальными группами, корпорациями, общественными объединениями и органами государственной власти при выработке социально-экономического курса на определенный период. Соглашение будет основываться на целевых ориентирах показателей уровня жизни населения. К сожалению, приходится констатировать, что данный законопроект, скорее всего, принят не будет.





Конституционная ответственность парламента за нарушения прав и свобод граждан выступает в случае принятия неконституционных законов, реализация которых посягает на основные права человека. Мерой ответственности в таком случае будет признание таких законов недействующими Конституционным Судом РФ. К сожалению, бездействие Федерального Собрания, выражающееся в непринятии очень важных законов, регламентирующих конституционные права и свободы человека и гражданина, не влечт за собой никакой ответственности. Хотя можно было бы предусмотреть конкретные сроки принятия того или иного закона, касающегося прав и свобод граждан, и нарушение таких сроков рассматривать как основание для конституционной ответственности вплоть до роспуска нижней палаты парламента.

Правительство РФ ответственно за повышение благосостояния граждан, улучшение социальной защиты. Однако, несмотря на рост золотовалютных резервов, высокие цены на нефть в последние годы, по сравнению с другими странами, в отечественную социальную сферу вкладывается недостаточное количество бюджетных средств. Так, по данным английского журнала «Экономист», затраты на решение социальных вопросов в США составляют порядка 14,5% ВВП, во Франции - 9,9%, в Германии - 9,6%, и всего 1,3% в России. При этом США на социальные расходы направляет 62% своего бюджета, а Россия - менее 20%[7]. Система доходов населения несбалансирована, что предопределяет их высокую дифференциацию. По результатам последних исследований приблизительно 50% населения живет за чертой прожиточного минимума, доходы 10% самых бедных и 10% самых богатых различаются в 15 раз[8].

Нельзя сказать, что проблемы эти не решаются: руководство страны предпринимает определенные шаги для повышения уровня благосостояния населения. Так, за первые три месяца 2007 г. рост денежных доходов россиян составил 13%, тогда как за этот же период прошлого года он был всего 7%. Средняя заработная плата выросла на 18,4%. По прогнозам социально-экономического развития России, подготовленного Правительством Российской Федерации, к 2010 г. число россиян, проживающих за чертой бедности, сократится до 10,7%, средняя зарплата в месяц составит 20053 руб., средняя трудовая пенсия – 5105 руб., денежные доходы населения увеличатся на 27%[9].

Тем не менее нельзя говорить о том, что существует продуманный механизм ответственности как всего Правительства, так и отдельных министров за результаты деятельности в деле обеспечения и защиты прав человека. Можно было бы предусмотреть в Федеральном конституционном законе «О Правительстве РФ» основания для отставки всего Кабинета министров или отдельных членов за массовое нарушение прав человека.

Суды в правовом государстве выступают в качестве самого эффективного инструмента защиты прав граждан. Так, одним из важных результатов судебной реформы является то, что количество граждан, отдающих предпочтение при защите своих прав судебным органам за последние годы выросло на 10%.

Тем не менее не все ожидания от результатов судебной реформы были достигнуты. Как обоснованно отмечается Уполномоченным по правам человека в России В. Лукиным: «Начатая в 90-х годах в России судебная реформа позволила добиться укрепления независимости судей, положила начало формированию института мировых судей, постепенному введению суда присяжных, установлению судебного контроля за правомерностью применения мер процессуального характера. Однако законодательные и организационные мероприятия последних лет не обеспечили достижения многих целей реформы»[10].

Сегодня в России на каждые 10 000 жителей приходится 1, федерального судьи, однако ощущается острая нехватка федеральных судей – их численность планируется довести до 35 734 человек (2, судьи на 10 тыс. населения). Одна из причин необходимости почти двукратного увеличения судейского корпуса – постоянно увеличивающееся количество дел, рассматриваемых судьями[11].

Неудовлетворенность правосудием обусловлена, прежде всего, не субъективными факторами, а объективными причинами: нарушением независимости судей, недостаточным уровнем оперативности при рассмотрении дел и, наконец, отсталостью существующей судебной системы от степени развития российского общества.

Широко распространены нарушения закона при рассмотрении и гражданских, и уголовных, и арбитражных дел. Конституционные нормы, установившие права граждан и гарантии реализации этих прав и отраженные в действующем законодательстве, судьями часто не соблюдаются. Эффективной защиты от нарушений закона судьями, действующей на систематической и предсказуемой основе, сейчас не существует. Совместное действие причин недопустимого положения в судебной системе - неисполнение действующего закона судьями и серьезных дефектов законодательства – усиливает негативное воздействие на общество.

Так, по результатам опросов общественного мнения, проведенных в 2003 году, судебной власти доверяют всего 28,3%, тогда как не доверяют 47,7% [12]. Одна из важнейших причин, по которой граждане не доверяют суду, - это неверие в справедливость решений, выносимых судом – 54,3% опрошенных[13], т.е. отсутствие гарантий реализации принципа равенства перед судом.

В ходе судебной реформы поднималась проблема неприкосновенности судей. Хотя в большинстве европейских стран никакой особой процедуры привлечения судей к ответственности не существует.

Полицейский имеет право начать расследование в отношении судьи так же, как и в отношении всех других граждан. Это равенство всех перед законом и судом, осуществляемое на практике. В соответствии с изменениями в законе о статусе судей, решение по вопросу о возбуждении уголовного дела в отношении судьи теперь принимается Генеральным прокурором РФ на основании заключения судебной коллегии суда соответствующего уровня о наличии в действиях судьи признаков преступления.

Когда зам. главы администрации Президента РФ Дмитрию Козаку, который занимался разработкой законопроектов по судебной реформе, задали вопрос о том, что нужно ли ограничивать неприкосновенность судей в России, ведь в Европе все судьи завидуют нашим судьям, он ответил: «Да, конечно, завидуют. А их граждане нашим завидуют? Они хотят быть судимыми нашим судом?».

О неэффективности судебной системы свидетельствует и тот факт, что больше всего нарушений Европейской конвенции по жалобам против России выявлено в 2006 году по вопросам нарушения права на справедливое судебное разбирательство – 64.

Институт Уполномоченного по правам человека – одно из лучших нововведений в деле защиты прав человека. Однако для усиления его правозащитной функции как на федеральном, так и на региональном уровнях следует наделить омбудсменов не только правом законодательной инициативы, но и обязанностью давать заключения по проектам законов, затрагивающим права и свободы граждан. Думается, такой предварительный контроль за предлагаемыми законопроектами позволил бы во многом снять негативные последствия в случае нарушения ими прав и свобод человека.

Статья 45 Конституции РФ предусматривает возможность человека защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Самозащита прав человеком включает в себя разнообразные способы. Прежде всего, широко распространены обращения граждан в государственные органы и органы местного самоуправления, возможность которых предусмотрена ст. 33 Конституции РФ. Обращения граждан представляют собой не только способ защиты прав граждан, но и реализацию права граждан на участие в управлении делами государства. С одной стороны, организация своевременного и правильного рассмотрения обращений граждан позволяет осуществлять общественный контроль за исполнительной властью, добивается восстановления нарушенных прав граждан, обеспечения социальной справедливости.

С другой стороны, информационно-аналитическая работа по обращениям граждан способствует широкому информированию руководителей органов государственной власти и местного самоуправления о наиболее острых проблемах, существующих среди населения страны. Таким образом, письменные и устные обращения граждан, содержащие в себе коллективное или личное мнение, оценки, требования, просьбы, пожелания, помогают совершенствовать работу федеральных и местных органов, обеспечивают двустороннюю связь между государством и населением.

К сожалению, долгое время право граждан на обращения не было урегулировано на законодательном уровне, только в 2006 году был принят Федеральный закон «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ»[14]. Несмотря на долгое время, в течение которого разрабатывался этот закон, ряд существенных вопросов, связанных с обеспечением прав граждан, остался неурегулированным. Так, например, существенным моментом в рассмотрении жалобы является определение срока исполнения принятого по ней решения, а также установление момента завершения всего производства по жалобе. В действующем законе такой срок не установлен. По-видимому, его должен определить сам орган, вынесший решение.

Другим важным способом самозащиты прав граждан является обжалование в суд действий должностных лиц, нарушающих права граждан. В действующем Законе РФ от 27 апреля 1993 г. «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан»[15] обязанности по доказыванию спора определяются следующим образом:

а) государственный орган или орган местного самоуправления, их должностные лица, действия и решения которых обжалуются, обязаны документально доказать законность своих действий и решений, т.е. они должны доказать законность, основываясь только на документах и не вправе использовать другие средства доказывания;

б) гражданин обязан доказывать лишь факт нарушения своих прав и освобождается от обязанности доказывать незаконность обжалуемых действий. При этом гражданин вправе использовать любые законные средства доказывания.

Таким образом, закон устанавливает дополнительные преимущества гражданам в спорах с органами власти, что далеко не всегда используется в судебной практике.

Кроме того, защищая свои права, гражданин может обратиться за помощью в средства массовой информации и правозащитные организации, привлечь внимание к своим проблемам путем публичных выступлений, что урегулировано соответствующими законами.

Наконец, если исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты, то в соответствии с ч.3 ст.46 Конституции РФ каждый может обратиться в международные органы по защите прав человека. Особенно актуальным данное право стало после вступление России в Совет Европы и присоединения к Европейской конвенции по защите прав человека и основных свобод. В настоящее время Россия по количеству обращений в Европейский суд по правам человека стоит на одном из первых мест. Поток жалоб на Россию впечатляет: только в 2006 году в Европейский Суд их поступило 10 569. Тем не менее, большое количество таких обращений свидетельствует не только о возросшей правовой грамотности российских граждан, но и о том, что в своем государстве граждане не могут получить удовлетворение своих жалоб, восстановления своих прав.

В заключение следует отметить, что, несмотря на большой арсенал средств, которыми российские граждане могут воспользоваться для защиты своих прав, используются они не в полной мере. Необходимо постоянное правовое просвещение жителей России относительно тех прав, которыми они обладают и способов защиты, которыми они могут воспользоваться для защиты своих прав. Таким образом, система защиты прав человека в России находится в стадии становления и только от совместных усилий органов государства, правозащитных организаций, и самих граждан будет зависеть, как скоро такая система заработает в полную силу.

1. Фляйнер Т. Что такое права человека. - М., 1997. - С. 129.

2.Окуньков Л.А. Президент Российской Федерации. Конституция и политическая практика. - М., 1996. - С. 40.

3. Снежко О.А. Президент Российской Федерации – гарант прав и свобод граждан // Право и политика. - 2005. - № 2. - С. 69.

4. СЗ РФ. 1999. № 42. Ст. 5005; 2000. № 31. Ст.3205; 2002. №19.

Ст.1792; № 30. Ст. 3024; № 50. Ст.4930; 2003. № 27. Ст. 2709; 2004. № 50. Ст.3950; 2005. № 30 (ч. 1). Ст. 3104; 2006. № 1. Ст. 13. № 29. Ст.

3124; № 50. Ст. 5279.

5. См.: Самсонов В.Н. Круглый стол журнала «Государство и право» : «Проблемы правовой ответственности государства, его органов и служащих»// Государство и право. - 2000. - № 3. - С. 35.

6. См.: Красинский В.В. Правовая оценка российского лоббизма // Юридический мир. - 2004. - № 8-9.- С. 86.

7. Аргументы и факты. - 2004. - № 48. - С. 17.

8. Однако есть и более удручающие данные. Например, в исследовании Руткевич М.Н. (Воспроизводство населения и социальнодемографическая ситуация в России // Социс. 2005. № 7. С. 30) говорится о том, что «децильный коэффициент» в России равен 25 - 30, а в Москве превышает 50.

9. Комсомольская правда. - 2007. - № 58 (21 апреля). - С. 10. Лукин В. Заявление «К 140-летию начала судебной реформы в России» // Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2004 год. - М., 2005. - С.268.

11. См.: Яковлев В. На очереди – обеспечение доступности и повышение качества правосудия // Российская юстиция. - 2001. - № 11. С.11.

12.См.: Митрошенков О.А. Отношение населения и госслужащих к существующему правопорядку // Социс. - 2004.- № 5. - С.117.

13. Митрошенков О.А. Указ. раб. С. 119.

14. СЗ РФ. 2006. № 19. Ст. 2060.

15. ВВС. 1993. № 19. Ст. 685; СЗ РФ. 1995. № 51. Ст. 4970.

ПРОБЛЕМЫ ОГРАНИЧЕНИЯ ПРАВ И СВОБОД ЛИЦ С

ДЕВИАНТНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ В УСЛОВИЯХ

МОДЕРНИЗАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ СИСТЕМ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Наркоситуация в любой стране в значительной степени зависит от дееспособности и эффективности формируемой и реализуемой государственной антинаркотической политики, являющейся продуктом (результатом) деятельности общегосударственной политической системы. Можно привести немало примеров прямой корреляции между изменениями в антинаркотической политике и состоянием наркоситуации.

Д.А. Медведевым модернизация всех сторон жизни Российского государства коснется прежде всего политических и правовых систем России, что, безусловно, внесет существенные изменения в протекающие в обществе социальные процессы, а это в свою очередь не может не отразиться на условиях осуществления противодействия наркоугрозе и особенно профилактике наркомании.

В этой связи прогнозы вероятного развития ситуации, сопряженной с проблемами наркомании, по нашему мнению, могут представлять определенный интерес для научной общественности.

Как известно, на основании принятой на тот или иной период времени государственной антинаркотической политики, разрабатываются федеральные и региональные программы противодействия наркомании, осуществляется антинаркотическая законодательная и иная правотворческая работа, планируется выделение средств на ресурсное обеспечение антинаркотической деятельности и т.п.

Под модернизацией государственной антинаркотической политики мы понимаем переход от формально-теоретического к реальнопрактическому подходу к ее формированию на основании реалий сегодняшнего дня, перспектив развития наркоситуации и наркоугроз, планирования ресурсного обеспечения исходя из объективно существующих потребностей, а не по остаточному принципу.

Сегодня уже ни для кого не секрет, что наркомания представляет собой одну из острейших социальных и криминальных проблем современности. Уровень наркопотребления таков, что реально создает угрозу здоровью и благополучию людей, способствует распространению коррупции, экстремизма, терроризма и организованной преступности, подрывает общественный порядок, разрушает экономические, социальные и культурные основы общества. При этом непосредственным объектом наркоагрессии является молодое поколение. В этом самая страшная угроза – потеря генофонда нации. Поэтому можно рассматривать наркотики, и особенно героин, как особый вид оружия массового поражения, причем, селективного действия - направленного на молодежь.

По оценке Организации Объединенных Наций, к 2010 году структура наркопотребителей в Российской Федерации включала около 2 млн потребителей опиатов, более 3 млн потребителей каннабиноидов (в первую очередь марихуаны) и примерно полмиллиона потребителей кокаина и синтетических наркотиков. Основная часть этого 6-миллинонного контингента – в возрасте до 40 лет. Продолжительность жизни наркомана редко превышает 10 лет[1]. Если в 2009 году от передозировки наркотиков ежедневно умирало более 80 жителей России, то прогнозируемая ежедневная смертность в 2010 году может достичь 200 случаев. Известное утверждение «бывших наркоманов не бывает» подтверждается возвратом к наркопотреблению более 90% больных, прошедших лечение и реабилитацию в наркологических учреждениях России.

И задача государственной антинаркотической политики на современном этапе состоит в том, чтобы свести к минимуму существующий в сознании личности дисбаланс правовых установок с личностными установками морально-нравственного плана, определенный перекос в сторону отрицания позитивно важнейших из них. При этом нужно учитывать, что данный дисбаланс возникает в силу того, что правовые установки формирует государство, а моральные – преимущественно общество, его социальные группы. Чтобы добиться максимально возможного баланса между ними, государству необходим более тесный контакт с обществом. Проще говоря, взаимная экстраполяция правовых норм и морально-нравственных норм, выработка приемлемых для обеих сторон установок становится возможной только на этапе максимальной демократизации государства и существования развитого гражданского общества.

Следует отметить, что правовые и моральные нормы вообще тесно связаны друг с другом и находятся в постоянном взаимодействии. Морально-нравственные нормы, заложенные в сознание личности, оказывают значительное и порой даже более сильное влияние на поведение индивида, чем нормы права, а вместе они регулируют общественные отношения [2].

Важнейшей частью совокупности морально-нравственных и, следовательно, правовых норм общества и большинства его социальных групп являются общечеловеческие ценности – те моральнонравственные установки, без которых невозможно нормальное существование демократического правового государства и развитого гражданского общества. В связи с этим приоритет общечеловеческих ценностей в демократическом государстве должен пронизывать все сферы деятельности государства, и в том числе процессы создания и применения правовых норм.

Отсюда логично проистекает и взаимоподчиненность прав личности, осуществляющей жизнедеятельность в социуме, и прав самого социума. К сожалению, в обществе нередко пропагандируется тезис о приоритете прав личности над правами социума как совокупности личностей, что стимулирует в общественном сознании отрицание прав социума в пользу прав личности и формирование на этой основе негативного правосознания, в т.ч. и приятия наркотической субкультуры со всеми ее отрицательными последствиями для социума. Полагаем, что надуманные дебаты о приоритете прав личности над правами социума есть аналог бесконечного философского спора о том, что первично – яйцо или курица. Нельзя так однозначно противопоставлять права личности правам социума и наоборот, должен быть установлен разумный баланс. Потребление наркотиков не является неотъемлемым правом человека, более того, нарушает права других людей. Между наркоманами и теми кто неприемлет наркотики нарастает наркоконфликт, который эффективно может разрешать только основанная на понимании сути этого конфликта государственная антинаркотическая политика.

Разработка, законодательное установление и реализация ограничений прав и свобод индивида сами по себе – наиболее сложные и неоднозначные проблемы юридической системы. Поскольку очень трудно и очень важно обеспечить при этом должное равновесие между правами и свободами индивида и интересами демократического общества в соответствии с основополагающей задачей Конституции (Основного Закона), направленной на сохранение максимально возможной степени свободы личности и соблюдения ее прав. И тем более, что принципы, цели и правовая форма ограничений, т.е. основы (общие условия) ограничений прав и свобод, устанавливаются Основным Законом с целью непосредственной защиты индивида, его прав и свобод от произвола со стороны других индивидов, общества и государства.

Особенно со стороны государства, поскольку Основной Закон ограничивает государственную власть в возможности посягать на права и свободы личности[3].

Разработке мер по ограничению прав и свобод наркомана должно предшествовать разрешение трех основных вопросов: является ли индивид, злоупотребляющий наркотиками, личностью; имеется ли настоятельная необходимость в ограничении прав и свобод такого индивида и, наконец, – есть ли правовые основания для этого?

Ответ однозначен – имеются, поскольку на основе наркопотребления индивид деградирует до уровня безличности, активирует деятельность негативного характера, а правовые нормы предполагают возможности ограничения подобной деятельности.

Уже сам факт первоначального потребления наркотиков содержит в себе запуск в действие механизма разрушительных тенденций, т.к. результирующим итогом такого действия является самоуничтожение личности в индивиде и нанесение определенного ущерба обществу, от которого происходит его отчуждение. Однако, в течении всего процесса саморазрушения личности, т.е. до «конечной точки» - момента юридического подтверждения на основе результатов медицинской экспертизы факта полной утраты индивидом личности и превращения его в безличность, у государства нет оснований к полному ограничению установленных норм свободы индивида в обществе. Ибо до выхода индивида на данную «конечную точку» саморазрушающаяся личность все-таки продолжает оставаться личностью (пусть даже и ущербной в определенной степени), находится в социуме, продолжает нести в нем определенные функции и, следовательно, обладает правомочностью на владение определенными правами и свободами[4]. Но общество уже с момента первоначального потребления наркотика индивидом начинает воспринимать наркопотребителя как обузу, как утраченный объект социума, паразитирующий на нм. И это вполне справедливо, поскольку именно за счет общества потребитель удовлетворяет свои негативные потребности – общество тратит огромные ресурсы на восстановление «статус-кво» и несет реальные потери.

Обществом и государством установлены и поддерживаются силами общественного осуждения и государственного принуждения определенные морально-нравственные и правовые нормы по отношению к производству, сбыту и потреблению наркотиков. При этом нормы общественного осуждения зависят от уровня развития общества в целом и в ряде случаев значительно более строги и категоричны, чем нормы установленные государством. И наоборот - государство в ряде случаев стремится установить более жесткие нормы регуляции, вразрез с бытующими в обществе относительно либеральными социальными представлениями. Процесс в последнее столетие идет именно в таком направлении, что подтверждается принятием определенных юридически закрепленных ограничений, в т.ч. и международноправового характера, направленных на регуляцию данной сферы.

Далее, нарушение наркоманом установленных норм является действием негативного характера, подлежащим наказанию в соответствии с уголовным или административным законодательством.

Личность, еще не дошедшая до «крайней точки», но уже взявшая на себя роль саморазрушителя и разрушителя сферы общественных отношений, в процессе саморазрушения постепенно приобретает и усиливает свою негативную по отношению к социуму ориентацию и постепенно практически полностью выходит из правового поля социума, поскольку в данном случае происходит отчуждение е от общества, и личность превращается в опасную, асоциальную безличность.

В результате систематического употребления наркотиков происходит стремительная девальвация индивида как личности с разрушением морально – нравственных и правовых основ регуляции поведения. Ценности жизни, закрепленные традиционной моралью, оказываются низвергнутыми, формируется наркоманская система ценностей, определяющая асоциальный, антигражданский способ жизнедеятельности и окончательно превращающий личность в безличность.

Осуществляя такую жизнедеятельность, добиваясь своих личных целей любой ценой, наркоманы доходят до открытого антагонизма в отношениях с другими индивидами, обществом и государством, результирующим итогом которого становится противодействие наркомана установленным общественным нормам, в том числе и правовым. Поэтому лиц, потребляющих, а в особенности – лиц, вопреки нормам права и общественным установкам сбывающих в корыстных целях наркотики, можно отнести к антагонистам, как и уголовных преступников, экстремистов и террористов радикального толка, стремящихся силовыми средствами изменить либо собственный социальный статус, либо общественно-политическое устройство окружающего их социума.

Наконец, имеются и конкретные юридические основания для ограничения прав и свобод наркомана. Речь идет прежде всего о конституционно-правовых основаниях.

К данным конституционным основам ограничения прав и свобод следует отнести такие нормы Конституции РФ, определяющие принципы ограничений, как:

признание человека, его прав и свобод высшей ценностью и уважение достоинства личности (ст.2 и ч.1 ст.21);

соответствие ограничений конституционно закрепленным целям (ч.3 ст.55 и ч.1 ст.56);

соразмерность ограничений конституционным целям (ч. ст.55); равенство ограничений прав и свобод (ч.2 ст. 19);

запрет на ограничение прав и свобод по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (ч.2 ст. 19);

требование определенной правовой формы закрепления ограничений ((ограничения должны устанавливаться исключительно федеральным законом) ч.3 ст.55 и ч. 1 ст.56);

соответствие ограничений прав и свобод международным стандартам (ч.4 ст. 15 и ч.1 ст. 17).

Таким образом, Основной Закон предполагает ограничение всех других прав и свобод, но только в целях, установленных Конституцией РФ. А это – защита основ конституционного строя, защита нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства.

При этом уточняется, что данные конституционные нормы должны находиться в соответствии с положениями международных актов в той мере, в какой это необходимо для достижения данных целей.

Таким образом, Основным Законом государство предполагает ограничение прав и свобод человека и гражданина при решении следующих задач: поддержание правопорядка; обеспечение личной безопасности; обеспечение внутренней и внешней безопасности общества и государства; создание благоприятных условий для экономической деятельности и охраны всех форм собственности; учет минимальных государственных стандартов по основным показателям уровня жизни, культурное развитие граждан.

Поскольку действия наркоманов имеют прямо противоположный данным задачам вектор направленности, Конституция, тем самым предоставляет и определенные возможности ограничения их прав и свобод в рамках вышеперечисленных статей. Поэтому с точки зрения права имеются все основания для такого ограничения.

Когда наркоман разрушает свою личность, сводя в себе к нулю бытие общественных отношений, закрепленных нормами права, и превращаясь в асоциальную безличность, то данным индивидом одновременно делается добровольный выбор к отказу от реализации гражданских функций и жизнедеятельности в обществе. Это означает отчуждение его от государства и общества, следовательно, и от правового поля, которым устанавливаются нормы общественного бытия, в т.ч.

права и свободы. Следовательно, выпадение наркомана из правового поля, превращение его в безличность одновременно означает и добровольное отчуждение наркомана от прав и свобод, обеспеченных государством и обществом гражданину и члену общества. Тем самым наркоман уже добровольно ограничивает себя в правах и свободах, добровольно ставит себя вне морально-нравственных и правовых норм, регулирующих отношения в социуме.

В такой ситуации общество и государство, основываясь на конституционных нормах, разумеется, могут и должны юридически ограничивать права и свободы наркомана в пользу прав и свобод личностей, входящих в социум. Ведь не останавливаются же общество и государство перед лишением прав и свобод иных носителей деструктивных действий – убийц, воров, террористов, экстремистов и других асоциальных элементов, чьи действия реально ущемляют права и свободы нормальных членов социума.

Права и свободы человека – это ценностный ориентир, позволяющий применять «человеческое измерение» не только к государству, праву, закону, законности, правовому порядку, но и к гражданскому обществу. Степень зрелости и развитости последнего в значительной мере зависит от состояния дел с правами и свободами человека, от объема этих прав и свобод, от уровня их реализации[5]. Широко распространившиеся идеи гражданского общества и правового государства основаны на признании прав человека. Но демократия немыслима не только без самых широких прав для граждан, но и без определенных запретов и ограничений, установленных против различного рода антиобщественных явлений.

Таким образом, при разработке законодательства, связанного с ограничениями прав и свобод наркоманов, нам представляется вполне разумным руководствоваться ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации, которая устанавливает названные выше критерии, в соответствии с которыми могут быть ограничены права и свободы. Но следует учитывать и то, что данный пункт содержит лишь указание о том, что ограничение должно действовать в той мере, в какой это необходимо в конкретных случаях.

Вместе с тем, придерживаясь позиции необходимости установления ограничений прав и свобод наркомана, считаем, что такие ограничения – это «post factum», поскольку они могут быть применены лишь тогда, когда наркоман уже превратился в асоциальную безличность, стремительно деградирующую до уровня простой биологической особи.

По нашему твердому убеждению абсолютным приоритетом антинаркотического противодействия должна являться профилактика наркомании, т.е. конкретные действия превентивного характера, направленные на индивида с целью детерминации в его сознании устойчивого неприятия наркотической субкультуры. Профилактика должна базироваться на становлении своего рода общественного иммунитета к вредным привычкам, начиная с детско-подросткового возраста, формировании социальной востребованности и занятости населения, в первую очередь молодежи, вовлечения ее в разнообразные программы развития, предоставлении возможности для реализации талантов. Одновременно в профилактических целях вполне обоснованно могут быть ограничены права и свободы наркомана путем введения обязательной постановки на учет, в т.ч. и на максимально ранней стадии наркопотребления, организации обязательного лечения от наркозависимости, установления на период ремиссии соответствующего контроля со стороны правоохранительных органов и органов здравоохранения, а также государственного патронажа.

Подводя итоги сказанному, попытаюсь кратко сформулировать основные сегодняшние проблемы профилактики наркомании:

-отсутствие законодательных оснований для максимально полного выявления на ранней стадии лиц, потребляющих наркотики их своевременному лечению и социальной реабилитации;

-недостатки в формировании и материальном обеспечении государственной антинаркотической политики как на федеральном, так на региональном и местном уровнях;

-неразвитость системы оказания наркологической и медикосоциальной помощи населению.

Полагаем, что эти проблемы могут быть успешно решены в ходе модернизации политических и правовых систем в Российской Федерации.

Теперь коснусь некоторых проблем антинаркотического законодательства.

Прежде всего это относится к вопросам государственного управления антинаркотической деятельностью.

Антинаркотическая деятельность государства невозможна без предварительного планирования ее ресурсного обеспечения. Я имею в виду финансовое, нормативное правовое, научное, организационное, кадровое и т.п.

Дело в том, что федеральное законодательство не предусматривает обязательную постановку на учет потребителей наркотиков. Постановка на учет это дело добровольное, т.е. необходимо согласие самого лица или его законных представителей.

В этой связи необходимы соответствующие изменения и дополнения в федеральный закон в части обязательного учета лиц, изобличенных в немедицинском употреблении наркотических средств.

Одной из серьезных причин, сдерживающих выявление наркопотребления и наркозависимости на ранней стадии, когда еще возможны полное излечение и реабилитация наркозависимых, является отсутствие установленного порядка системного и регулярного тестирования учащейся молодежи. На законодательном уровне обязательное тестирование отдельных категорий граждан не предусмотрено, что дает основания разного рода «правозащитникам» утверждать о нарушении прав человека и гражданина. Данная проблема сдерживает изучение состояния наркоситуации в детско-подростковой и молодежной среде и, соответственно, выработку необходимых мер реагирования на нее.

Наряду с этим, результаты анализа наркоситуации свидетельствуют о настоятельной необходимости увеличения количества центров медико-социальной реабилитации больных наркоманией. Несмотря на то, что количество наркологических коек, развернутых на территории республики, соответствует Программе государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи, их число явно недостаточно для эффективного лечения и последующей социальной реабилитации наркозависимых лиц.

Основанием для дальнейшего развития наркологии могут стать положения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, утвержденной Указом Президента РФ от 12.05.2009 № 537, о том, что решение задач национальной безопасности в сфере здравоохранения и здоровья нации в среднесрочной и долгосрочной перспективе достигается в том числе путем формирования национальных программ по лечению социально значимых заболеваний (онкологические, сердечно-сосудистые, диабетологические, фтизиатрические заболевания, наркомания, алкоголизм) с разработкой единых общероссийских подходов к диагностике, лечению и реабилитации пациентов. Основной прирост наркобольных происходит за счет детей и юношей-учащихся средних и высших образовательных учреждений, поэтому необходимым элементом процесса модернизации системы наркологической помощи должны стать подготовка высококвалифицированных врачей-наркологов и иных специалистов, особенно в области детской и юношеской наркологии, внедрение передовых методов диагностики и лечения наркомании детей и подростков, социальной реабилитации наркобольных.

Представляется необходимым в ближайшие годы создать единую федеральную систему мониторинга наркоситуации на основе Стратегии государственной антинаркотической политики, в соответствии с которой предусматривается смещение акцента с силовых и запретительных способов решения проблемы на лечение, а затем на реабилитацию после этого лечения и меры профилактики.

Основной целью государственной стратегии антинаркотической политики является существенное сокращение немедицинского потребления наркотиков населением, которое должно достигаться на двух основных направлениях:

сокращение спроса на наркотики путем организации системного взаимодействия механизмов профилактической, лечебной и реабилитационной работы;

сокращение предложения наркотиков путем целенаправленного пресечения их нелегального производства и оборота внутри страны и снижения уровня внешней наркоагрессии.

Суть профилактики должна базироваться на становлении своего рода общественного иммунитета к вредным привычкам, включая наркоманию, путем формирования востребованности личности молодых людей и предоставление им возможности для реализации своего творческого потенциала.

Привести наркозависимого человека к лечению, затем даже вылечить его крайне важно, но абсолютно недостаточно. Возвращаясь из наркологической больницы, человек попадает в ту же самую среду, которая до этого содействовала его наркомании. Главной задачей должно стать возвращение наркомана к полноценной жизни, а для этого требуется максимально полный отрыв от прежней среды.

Пора к процессу реабилитации подойти системно и погосударственному. Надо создать систему реабилитационных центров, которые бы на новой технологической основе, объединяя усилия государства, общества и бизнеса, кардинально решали проблему.

В целях повышения заинтересованности и ответственности регионов перед федеральным центром за эффективность антинаркотической деятельности считаем необходимым дополнить оценочные критерии, установленные Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2009 года № 322, показателем уровня наркозаболеваемости в субъекте Российской Федерации в расчете на 100 тыс. населения, а также расходами консолидированного бюджета субъекта Российской Федерации на мероприятия по профилактике алкоголизма, наркомании, токсикомании среди подростков и молодежи в возрасте от 11 до 24 лет в расчете на 1 человека данной категории.

Предполагается, что модернизация политической и правовой систем России будет развиваться в сторону либерализации. Однако при этом нельзя забывать, что любые изменения антинаркотического законодательства в сторону либерализации государственной политики всегда ведут к возрастанию численности наркопотребителей.

1. Мониторинг наркотической ситуации в Республике Башкортостан по итогам 2009 года (Атлас). – Уфа: Здравоохранение Башкортостана, 2010. – С. 6.

2. В.И. Кокин. Личность наркомана: проблемы отчуждения и разрушения (социально-философский аспект).

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук. Уфа.

2009 – С. 10–11.

3. Малько А.В. Политическая и правовая жизнь России: актуальные проблемы. М., 2000. – С.121.

4. С чего начинается личность. – М.: Политиздат, 1979. – С.

232–233.

5. Личность в ХХ столетии: Анализ буржуазных теорий. – М.:

Мысль, 1979. – С. 232.

«АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ ПОВОРОТ» В СТРАТЕГИИ

МОДЕРНИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОЙ

СИСТЕМЫ РОССИИ

В Российской Федерации за последние десятилетия ощущается заказ на модернизацию, настоятельно заявляет о себе потребность осуществления нового витка государственно-правового развития страны. Риторика осовременивания российской государственной и правовой системы, причем по самому широкому фронту, присутствует практически во всех областях юридической жизни. Разумеется, идея модернизации не нова, в разных вариантах и с разными целями она не раз осуществлялась в истории России. Например, только в ХХ в. ставились цели демократизации общественных отношений, разделения властей в организации государственного аппарата, гуманизации уголовной системы, преодоления последствий репрессий, повышения благосостояния населения[1] и др., но каждый раз самым сложным вопросом оказывалось отыскание тех средств, которые наиболее успешным образом смогут привести к означенным целям.

Не является исключением и современный период, для осуществления которого разными авторами предлагаются различные средства, как фундаментального, так и более частного характера [2].

Но вс же, определяющими, стратегическими среди них следует считать права человека, поскольку последние с наибольшей степенью эффективности способны осуществить «антропологический поворот», составляющий суть современности, направить новации на человека, гуманизацию общественных отношений. «Антропологический поворот» сегодня крайне необходим России, поскольку «современность»

означает «высокое качество населения»[3], комфортное самочувствие каждого члена общества, трансформацию массового сознания в направлении усвоения гуманистических идеалов и рационализма при некотором сохранении специфики этнонациональных традиций. А от этого, естественно, зависит уровень интеллектуальных ресурсов страны, переход государства на инновационное развитие. Известный политолог Л. Радзиховский, например, считает, что для модернизации «необходимо интеллектуальное и моральное оздоровление России.

Необходимо изменение качества жизни. Уровень образования. Правовая защищенность. Экология. Медицина. Права человека» [4]. Именно права человека, их гуманистический потенциал способны сыграть роль тех средств, которые могут осовременить отечественную государственно-правовую систему [5], сориентировать стратегию [6] модернизации России на человека.

Впрочем, приоритеты государственно-правового развития России в контурном виде были обозначены еще в начале 90-х гг. прошлого века, когда тезис о человеке, его правах и свободах в качестве высшей ценности был закреплен на конституционном уровне [7]. Сегодня же настало время оценить результаты действия прав человека, соотнести итоги с российской реальностью, подумать о целесообразности дальнейшего применения их на практике в том виде, в котором они до сих пор были известны (т.е. как западный институт).

Следует отметить, что ни одна страна мира не модернизировалась за счет только собственных сил. Россия в сфере прав человека также много почерпнула из западноевропейских источников. Но первые результаты показывают, что прямое воспроизведение западных образцов не дали того эффекта, на который можно было бы рассчитывать, наблюдая политический опыт и социально-экономические достижения стран Западной Европы и США. Это подвигает к предположению, что плодотворным может стать реформирование другой направленности – через заимствования, но на базе национальных традиций. Для России, как становится вс более очевидным, целесообразна модернизация, реципирующая успехи разных народов, но в сочетании с лучшими чертами самобытной национальной культуры. В интервью датской радиовещательной корпорации Президент РФ Д.А.

Медведев, указывая ориентиры демократического развития России, выдвинул тезисы, развивающие именно такую установку: «Мы не должны для себя изобретать никаких новых демократических ценностей», «демократические принципы должны иметь национальное преломление», «демократия должна отвечать уровню развития общества и экономических институтов [8].

В этой связи актуально продумать и создать отечественную социокультурную концепцию прав человека, которая давала бы понимание человеческих прав, адекватное российским условиям, указывала на потенциальные возможности, место, роль и значение прав в государственно-правовой и социальной системах, исключала надежды на достижение каких-то результатов, которые права человека принципиально не могут дать.

Для формирования такой концепции важно учитывать положения западной (классической) теории прав человека, которая создала основу для появления универсальных прав. Необходимо принимать во внимание традиционные российские ценности, особенно в части оценки человеческой личности. Не лишним будет и учет подходов, используемых сегодня незападными моделями человеческих прав. Если суммировать показатели, следующие из всего этого, то нужно сделать вывод, что российские стандарты прав человека в целом близки западноевропейским. Доводы и подтверждения тому таковы.

В первую очередь, близость ценностей, лежащих в основе западной концепции прав человека и принимаемых российской культурой. На Западе права человека возникли и развиваются, как известно, на принципах индивидуализма. Права идентифицируются со свободой, поэтому к правам человека в собственном смысле относят только гражданские и политические права, которые, как известно, защищают автономию и самостоятельность индивида. Социально-экономические права квалифицируются в качестве программных ориентиров в сфере политики социального и правового государства, в деле общественной солидарности и помощи слабым и обездоленным. Предполагается, что наличие прав зависит, главным образом, от усилий самого человека, его самодеятельности, поэтому права именуются естественными и неотчуждаемыми, полагаются равными для всех. Права стимулируют активность личности, прививают чувство ответственности, формируют установку на повседневную борьбу за свои права. Признание взаимности на равной основе развивает уважение к свободе и правам других людей. Права подлежат выражению в законе, который не воспринимается собственностью государства, а фиксирует лишь объективную реальность. Именно поэтому предъявляются высокие требования к нормативной формализации прав, их знанию, навыкам выполнения процессуальных действий по реализации и защите. Права человека противостоят произволу государства (его агентов), поэтому считается, что они предупреждают перерождение государственности в тоталитарную власть. Существование прав человека связывается с демократией и гражданским обществом, участием граждан в формировании органов государства, контролем за деятельностью его должностных лиц. Считается, что государство должно минимальным образом присутствовать в жизни человека («государство – ночной сторож прав и интересов своих граждан»), оно обязано подключаться лишь при посягательствах на права. Права человека – светский институт, стоящий на страже социально-политического плюрализма. Права человека относят к защитным юридическим механизмам, поэтому сложилась практика понимания в качестве прав только тех, которые могут быть защищены в судебном порядке [9].

Очевидно, что многие из перечисленных идей и ценностей находят прямой отклик в современных российских общественных отношениях (сказывается многовековой опыт вестернизации), они ярко заявляют о себе, особенно в сопоставлении с традициями незападных стран. Например, это установка на принцип личности, а не группомерного человека, как на Востоке. Возрастает тенденция к индивидуализации, а не к коллективистскому образу жизни, о чем свидетельствуют многочисленные социологические исследования [10]. Имеется стремление россиян к свободе и равноправию, а не к гармонии и солидарности. Приняты ориентиры на демократические, а не на клиентские или иерархические отношения. Права имеют светский и отражающий социальный плюрализм характер (в противовес дарованным и сакральным по происхождению правам в понимании не-Запада). В основе прав лежит гуманистическое, а не теоцентричное мировоззрение. Права равнозначны с обязанностями и не воспринимаются как вытекающие из них. Приоритет отдан законодательному, а не этическому, религиозному или обычному регулированию общественных отношений.

Произошел отказ от всеохватного патернализма в отношениях государства и личности. Интенсивно развиваются юридические механизмы защиты прав и т.д.

Но очевидны и различия. Прежде всего, заметно сочетание индивидуалистических и коллективистских установок в образе жизни россиян, поэтому права индивида признаются как имеющие такую же значимость, как и права социальных общностей. Заявлена необходимость толкования индивидуальных прав в контексте нравственнодуховных ценностей, выдвигается требование их непротиворечивости этическим (светским, православным и др.) канонам. Приоритет отдается справедливости и равноправию в отличие от свободы. С государством связываются основные надежды на социальную защищенность людей. Социально-экономические права востребованы в большей степени, чем гражданские и политические. Российская культура ставит перед правами человека очень высокие интеллектуальные и воспитательные сверхзадачи, поскольку они воспринимаются не столько в качестве юридического инструмента защиты индивидуальных притязаний, сколько в качестве гуманистической программы формирования личности, ее духовно-нравственного и гражданского сознания. По этим причинам институт прав человека было бы целесообразно именовать в нашей стране как «права и обязанности человека».

С точки зрения модернизационных задач, именно эти аспекты прав человека, указывающие на специфику российской общественной жизни, нужно активизировать и развивать в первую очередь. Именно они позволят эффективно осуществлять модернизацию в России, сделать ее необратимой, обеспечить «антропологический поворот» в общественных и государственно-правовых отношениях.

1. Об этапах модернизации российской правовой системы см.:

Несмиянов А.Н. К вопросам о формировании и основных этапах модернизации российской правовой системы // Гражданское общество и правовое государство как факторы модернизации российской правовой системы: Материалы международной научно-теоретической конференции. Санкт-Петербург, 11-12 декабря 2009г. / Под. общ. ред. Н.С.

Нижник. В 2 ч. СПб.: Астерион, 2009. С.32-36. О витках модернизации, ее целях и особенностях для разных стран см.: Малько А.В., Саломатин А.Ю. О некоторых чертах модернизационных процессов в современных условиях // Государство и право. - 2004. - № 3. - С. 23-31.

2. Подробнее см., например: Гражданское общество и правовое государство как факторы модернизации российской правовой системы: Материалы международной научно-теоретической конференции.

Санкт-Петербург, 11-12 декабря 2009г. / Под общ. ред. Н.С. Нижник. В 2 ч. СПб.: Астерион, 2009.

3. Новейший философский словарь. 2-е изд. - Мн.: Интерпрессервис; Книжный Дом, 2001. - С.641.

4. Л. Радзиховский. Приоритеты // Российская газета. - 2010. мая.

5. Малько А.В. и Саломатин А.Ю. также считают, что «обновлении права происходит сегодня прежде всего на основе уважения свободы и собственности индивида» (Указ. соч. С.24-25). Несмиянов А.Н. аналогичным образом полагает, что «основным направлением модернизации правовой системы является создание таких условий, чтобы центром правовой системы действительно стал ее основной субъект – человек как носитель субъективных прав и обязанностей»

(Указ. соч. С.35).

6. Под стратегией в данном случае понимается система связанных единым замыслом мер, направлений, планов, прогнозов и т.д.

гармоничного развития человеческой личности. Ее роль заключается в том, чтобы координировать и направлять все действия и ресурсы государства на достижение поставленных социальных целей (подробнее см.: Гаврилов О.А. Стратегия правотворчества и социальное прогнозирование. - М., 1993. - С. 26-27).

7. Ст.2 Конституции РФ 1993г. (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. – 2009. - № 4. - Ст. 445.

8. Российская газета. – 2010 г. - 28 апреля.

9. Необходимо отметить, что здесь изложены идеи классического, идущего от эпохи Просвещения учения о правах человека. В настоящее время, особенно в странах Европы, многие из этих положениий переинтерпретированы под влиянием принципов социального государства.

10. См., напр., сайты ВЦИОМ, Левада-центра, Института социологии РАН и др.

ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ

СИСТЕМЫ РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

В Послании Президента Республики Башкортостан Государственному Собранию-Курултаю республики на первом месте стоит задача продолжения модернизации Башкортостана.

Попытаемся оценить общие условия, в которых предстоит осуществлять Республике Башкортостан модернизацию экономической системы.

Если на уровне предприятия основным результатом хозяйствования считать прибыль, то на уровне региона это будет добавленная стоимость, составляющая важнейшую часть регионального продукта (наряду с промежуточным продуктом). Поэтому, на наш взгляд, неотъемлемым элементом в анализе экономического развития является учет особенностей валового регионального продукта.

Для получения агрегированной динамики развития экономики, соединяющей плановый и рыночный периоды хозяйствования, нами осуществлен пересчет макроэкономических показателей по системе баланса народного хозяйства в систему национальных счетов, т.е. переход от национального дохода к валовому региональному продукту (ВРП). Для этого использовалась следующая информационная база:

межотраслевые балансы БАССР за 1966, 1972, 1977 и 1982 гг., а также показатели национальных счетов (СНС) Республики Башкортостан (РБ) за 1990-2009гг.

Сформирован ряд ВРП РБ в динамике за 1966, 1972, 1977, 1982, 1990, 1992 и за 1995-2009 гг. (в ценах 1990 г.). Всего охвачено 44 года.

Выявлено, что до 1990 г. экономика республики развивалась достаточно динамично, а затем до 1995 г. происходило значительное сокращение ВРП, достигшее 63,3% от уровня 1990 г.

После некоторого оживления в 1997 г., кризис 1998 г. вызвал падение ВРП до 57,0% от уровня 1990 г., т.е. производство упало ниже объемов 1975 г. За 1999-2008 гг. наблюдался подъем экономики, и, согласно графику, производство в 2008 г. достигло уровня 110,3% от 1990 г.

Однако последствия мирового финансового кризиса, проявившиеся уже в конце 2008 г., не могли не отразиться на развитии как Российской Федерации, так и Республики Башкортостан. Тем не менее, система реализованных антикризисных мер в республике, ориентация на траекторию устойчивого развития позволила смягчить экономический спад, более эффективно противостоять протекающему финансово-экономическому кризису. В результате по итогам 2009 г.

ВРП республики составил 106,4%, а ВВП Российской Федерации опустился на уровень 1990 г. Таким образом, возникает первая задача – обеспечение модернизации экономической системы в условиях переломления тенденций стагнации и обеспечения дальнейшего устойчивого экономического роста.

В Послании Президента республики особое внимание обращается на реализацию ключевых задач, поставленных Председателем Правительства страны Владимиром Владимировичем Путиным: «Первое – обеспечение устойчивой работы системообразующих предприятий, содействие программам их технического обновления и модернизации.

Второе – стимулирование отечественного высокотехнологичного экспорта. Третье – развитие жилищного строительства. Четвертое – поддержка внутреннего спроса. И, конечно, борьба с безработицей, решение проблем моногородов».

Одним из главных объектов модернизации являются основные фонды в экономике. Необходимо оговорить, что одной из трудностей оценки регионального развития является достаточно долгий период обработки Росстатом статистической информации по регионам. Так, полноценная статистическая информация по итогам 2008 г. регионального развития была опубликована лишь в конце 2009 г. В этой связи на момент подготовки материала отсутствовали подобные региональные статистические данные по 2009 г. и приведен анализ по 2008 г. Если попытаться провести оценку основных фондов Приволжского Федерального округа (ПФО) на начало 2009 г., то можно отметить, что по совокупной их стоимости лидирующие позиции занимают такие регионы, как республики Башкортостан, Татарстан, а также Самарская область и Пермский край. На их долю приходится около 51,9% (в 2005 г.

- 53%) всей стоимости основных фондов ПФО. На замыкающих позициях находятся Ульяновская область, республики Мордовия и Марий Эл (их удельный вес в совокупности составляет лишь 7,4%).

Наивысшая общая степень износа основных фондов на начало 2009 г. по сведениям Росстата зафиксирована в Пермском крае (58,3%), Оренбургской области (57,1%), Кировской области (55,7%).

Минимальными значениями степени износа обладают Республика Башкортостан (43,3%), Чувашская республика (44,8%), Нижегородская область (46,2%). В целом по Приволжскому федеральному округу за 2000-2009 гг. коэффициент износа основных фондов повысился и достиг примерно уровня в 50%. Это обусловлено повышением степени износа в 12 регионах из 14 (за исключением Самарской области и Республики Башкортостан). Но даже наименьший по Приволжскому федеральному округу коэффициент износа основных фондов в 43,3% нельзя признать удовлетворительным. Поэтому требуется усиление мер по обновлению основных фондов.

Президентом республики ставится задача продолжения внедрения новых технологий, поиск и разведка нефтяных месторождений.

Важно сохранить и развивать традиции технико-технологической модернизации в энергетике, нефтепереработке, химии и нефтехимии.

Необходимо в кратчайшие сроки разработать схему и программу развития энергосистемы республики. Предстоит серьезная работа по реализации нового закона об энергосбережении.

В машиностроении нужно продолжить диверсификацию производства, изготовление экспортной и импортозамещающей продукции, изделий двойного назначения. Приоритетной задачей является выпуск двигателей для истребителей пятого поколения. Важно обеспечить мировой уровень качества вертолетов, автомобильной техники. Следует продолжить освоение новых рынков предприятиями, которые производят станки, а также оборудование для нефтегазового комплекса.

Отдельная задача – организация сборки импортной сельхозтехники и локализация в республике производства необходимых узлов и агрегатов.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«IV (1) ILC.103/IV/1 Международная конференция труда, 103-я сессия, 2014 г. Доклад IV (1) Активизировать действия, чтобы положить конец принудительному труду Четвертый пункт повестки дня Международное бюро труда Женева ISBN 978-92-2-427748-1 (print) ISBN 978-92-2-427749-8 (Web pdf) ISSN 0251-3730 Первое издание, 2013 Названия, соответствующие принятой в Организации Объединенных Наций практике, и изложение материала в публикациях МБТ не являются выражением какого-либо мнения Международного бюро...»

«ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ МИД РОССИИ ОТЧЕТ О НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЕ ЗА 2010 г. Москва 2011 г. УТВЕРЖДАЮ И.О. РЕКТОРА ДА МИД РОССИИ Е.П. БАЖАНОВ 8 апреля 2011 г. ОТЧЕТ О НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЕ ЗА 2010 г. В 2010 г. выпущено 28 монографий, 13 учебников и 47 учебных пособий, 18 научных сборников, а также 145 научных статей, разделы в коллективных трудах, в том числе в странах постсоветского пространства, в США, Японии, Франции, Великобритании, Германии, Ю.Корее, КНР, Сирии, Иране,...»

«Комитет по молодежной политике и взаимодействию с общественными организациями Правительства Санкт-Петербурга Совет ректоров вузов Санкт-Петербурга Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Петербургский государственный университет путей сообщения СТУДЕНЧЕСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В ВУЗАХ РОССИИ Материалы VI Общероссийской студенческой научно-практической конференции Санкт-Петербург, 29–30 марта 2011 г. Санкт-Петербург ПГУПС 2011 1 ББК...»

«ОТЧЕТ О ПОЛИТИКЕ Корпорация Интернета по распределению адресов и номеров http://www.icann.org/topics/policy/ Часть 12, выпуск 2 – февраль-март 2012 г. (сдвоенный выпуск) Специальный выпуск к 43-й конференции ICANN в Коста-Рике В организации ICANN Улучшения процесса общественного обсуждения, вступившие в силу с 1 января 2012 года Мероприятия в Коста-Рике, стимулирующие участие и сотрудничество Вопросы, вынесенные в настоящий момент на общественное обсуждение ОПНИ ОПНИ публикует в Интернете...»

«КОНФЕРЕНЦИЯ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ПО ТОРГОВЛЕ И РАЗВИТИЮ ДОБРОВОЛЬНЫЙ ЭКСПЕРТНЫЙ ОБЗОР ПОЛИТИКИ В ОБЛАСТИ КОНКУРЕНЦИИ ЗАЭВС, БЕНИНА И СЕНЕГАЛА РЕЗЮМЕ ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Нью-Йорк и Женева, 2007 год UNCTAD/DITC/CLP/2007/1(Overview) ii СОДЕРЖАНИЕ Стр. Введение I. ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ А. СОЗДАНИЕ ЗАЭВС И ЕГО ЦЕЛИ: ДАКАРСКИЙ ДОГОВОР 1. Цели ЗАЭВС 2. Функционирование ЗАЭВС. 3....»

«ОТЧЕТ О ПОЛИТИКЕ Корпорация Интернета по распределению адресов и номеров http://www.icann.org/topics/policy/ Часть 13, выпуск 2 – февраль 2013 г. В организации ICANN Особое уведомление: Специальный двойной выпуск отчета о политике за март-апрель Политика или реализация? Вопросы, вынесенные в настоящий момент на общественное обсуждение ccNSO, ОПНИ Фарерские острова вступают в ОПНИ Повестка дня ОПНИ на 46-й конференций ICANN в Пекине GNSO, ОПРИ Станьте добровольным членом рабочей группы по...»

«1 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ НАЦИОНАЛЬНЫЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ИНСТИТУТ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ И КЛИНИЧЕСКОЙ ВЕТЕРИНАРНОЙ МЕДИЦИНЫ (г. ХАРЬКОВ, УКРАИНА) МИНИСТЕРСТВО АГРАРНОЙ ПОЛИТИКИ УКРАИНЫ ХАРЬКОВСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. В. В. ДОКУЧАЕВА НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК УКРАИНЫ ХАРЬКОВСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ УКРАИНСКОГО ЭНТОМОЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА ВИДОВЫЕ ПОПУЛЯЦИИ И СООБЩЕСТВА В АНТРОПОГЕННО...»

«TD/B/C.II/24 Организация Объединенных Наций Конференция Организации Distr.: General Объединенных Наций 17 February 2014 Russian по торговле и развитию Original: English Совет по торговле и развитию Комиссия по инвестициям, предпринимательству и развитию Шестая сессия Женева, 28 апреля 2 мая 2014 года Пункт 4 предварительной повестки дня Предпринимательство и наращивание производственного потенциала: создание рабочих мест на основе развития предпринимательства Записка секретариата ЮНКТАД Резюме...»

«Сводная информация о предстоящей командировке СВОДНАЯ ИНФОРМАЦИЯ О ПРЕДСТОЯЩЕЙ КОМАНДИРОВКЕ: КОНФЕРЕНЦИЯ ICANN В СИЛИКОНОВОЙ ДОЛИНЕ В САН-ФРАНЦИСКО, США. 13–18 марта 2011 г. Введение Позвольте поблагодарить вас за участие в работе сообщества ICANN, направленной на разработку политик и процедур, связанных с системой доменных имен. Мы глубоко признательны за то, что вы уделяете свое время и усилия для успеха миссии ICANN. В рамках вашего участия ваша кандидатура утверждена для получения...»

«ИЗ ИСТОРИИ АРМЯНО-АНГЛИЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ В 1918–1919 ГГ. Микаел Иванович (Ованесович) Пападжанян (1868–1929) – крупный общественно-политический деятель, один из основателей и лидеров Армянской народной партии депутат Государственной думы России 4-го созыва, член Озакома, член Армянского национального совета, член армянской делегации, подписавшей 4 июня 1918 г. в Батуми договор с Турцией. В декабре 1918 г. правительством Армении М. Пападжанян был назначен членом делегации РА для участия в...»

«Декларация прав Секс-работников Европы Эта Декларация была разработана и одобрена 120 секс-работниками и 80 их сторонниками из 30 стран на Европейской Конференции по сексработе, правам человека и миграции, которая состоялась 15-17 октября 2005 года в Брюсселе, Бельгия. Зачем нам нужна Декларация секс-работников Европы? В Европе приняты разные подходы в отношении секс индустрии и сексработниках - женщинах, мужчинах и транссексуалах, включая секс-работников мигрантов, от легализации секс-работы...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.