WWW.KONFERENCIYA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Конференции, лекции

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 14 |

«ДУХОВНЫЕ ОСНОВЫ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И ПРАВОПОРЯДКА Сборник тезисов докладов и сообщений на всероссийской научно-практической конференции 31 мая 2013 года Тюмень 2013 Сборник тезисов ...»

-- [ Страница 1 ] --

Министерство внутренних дел Российской Федерации

Тюменский институт повышения квалификации

сотрудников МВД России

ДУХОВНЫЕ ОСНОВЫ

ГОСУДАРСТВЕННОСТИ И ПРАВОПОРЯДКА

Сборник тезисов докладов и сообщений

на всероссийской научно-практической конференции

31 мая 2013 года

Тюмень

2013

Сборник тезисов докладов и сообщений 2 УДК 340.12 ББК 67 Д 85 Рекомендовано Редакционно-издательским советом Тюменского института повышения квалификации сотрудников МВД России Редакционная коллегия:

Иоголевич В.А. (председатель), кандидат технических наук

, доцент; Бражников Д.А., кандидат юридических наук, доцент; Анисин А.Л., доктор философских наук, доцент (ответственный за выпуск); Блажевич Н.В., доктор философских наук, профессор; Шестаков С.А., доктор политических наук, доцент; Цишковский Е.А., кандидат юридических наук, доцент; Ярославцев С.Ф., кандидат юридических наук Д 85 Духовные основы государственности и правопорядка: сборник тезисов докладов и сообщений на всероссийской научно-практической конференции, Тюмень, 31 мая 2013 г. Тюмень: Тюменский институт повышения квалификации сотрудников МВД России, 2013. 180 с.

В сборник включены тезисы докладов и сообщений участников всероссийской научно-практической конференции «Духовные основы государственности и правопорядка» (Тюмень, 31 мая 2013 года), посвященные теоретико-методологическим и прикладным вопросам формирования, сохранения духовных основ государственности и правопорядка.

УДК 340. ББК ФГКОУ ДПО «ТИПК МВД России», Духовные основы государственности и правопорядка ЧАСТЬ

ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ ОБЩЕСТВА:

ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

С.З. Гончаров (г. Екатеринбург) От духовности – к субъектности лиц и коллективов Дух есть любовь и воля к совершенным, объективно лучшим содержаниям. Личность в реализации духа обретает субъектность.

Субъектность есть высший уровень субъективности. На этом уровне социальность представлена как рефлектированная в себя, т.е. обращенная на себя, самонаправленная, самоустремленная, как знающая саму себя, как «для-себя-бытие», как самопроектируемая и самоконтролируемая, как саму себя усиливающая.

Субъектность есть такая форма социальной активности, которая характеризует личности и коллективы:

со стороны их способности к самоопределению, самодеятельности и самоорганизации, самоуправлению и нормотворчеству;

со стороны реальных полномочий в реализации общественно значимых потребностей, интересов и целей;

в аспекте реальной власти над природными, психическими и социальными силами.

Такое понимание субъектности дает определенные ориентиры для теории образования, для психологии, права, государственного управления, социологии, политологии: какие качества личности следует воспитывать, как распределены полномочия, обязанности и права, собственность и др. между людьми.

Генетически исходным в структуре субъектности является самоопределение как всеобщая форма реализации продуктивно-творческих сил – мышления, воображения, воли, веры и др. Оно становится реальным тогда, когда превращается в самоопределение воли – способности человека определять себя к действию согласно ценностям и знаниям. Самоопределение – генетически исходная основа субъектности, творчества, умения личности развивать свои способности. Способности есть усвоенные человеком способы деятельности, которые фиксируются в теле человека нейрофизиологически, и возникает видимость (фетишизм тела), что способности возникают естественно из органического тела человека так же, как клеверный листок из чернозема, а не из социального тела – совместной деятельности и общения.

Человек может не ограничиваться воспроизводством способов деятельности, а предпочтет их развивать.

Тогда он становится творцом. Творчество – это нормальный, не деформированный внешними обстоятельствами (разделение труда и др.) процесс моделирования человеком схем своих внешних проявлений в актах самодеятельности. И талант – это норма в развитии личности, не изуродованной разделением труда в «обрывок» человека.

Затухание творчества, редкость талантов – это точный показатель расщепления целостной человеческой деятельности на частичные функции в условиях объектного строения реальной жизни, когда субъектные функции монополизируются социальными институтами и атрофируются на уровне лиц.

В такой ситуации общество предстает ареной взаимодействия различных анонимных Инстанций и Факторов – производительных сил, хозяйственного «механизма», цен и прибыли. Люди предстают органами реализации потребностей Инстанций и Факторов. Человек низводится «до тени своей собственной тени»

(Э.В. Ильенков). Хотя все подобные анонимные Инстанции и Факторы есть объективации деятельности людей. За противоречием между производительными силами и производственными отношениями всегда скрывается противоречие между людьми. В обществе все, что имеет прочную форму – продукт, разделение труда, предметные воплощения процесса производства и т.д. – является лишь мимолетным моментом общественного производства, «а в качестве его субъектов всегда выступают только индивиды», взятые в их взаимоотношениях. Здесь перед нами – их «собственный процесс движения, в котором они обновляют самих себя в такой же мере, в какой они обновляют созидаемый ими мир богатства» [1, с. 222].



Самоопределение развивается при определенных условиях в конкретное основание субъектности – в способность к нормотворчеству, законодательству. Законодательность здесь понимается не юридически, а философски – как умение субъекта порождать новое правило, норму, принцип действия и утверждать это новое как положительную ценность в культуре. Для репродуктивной (исполнительской) деятельности достаточно умения подводить частный случай под общее правило. Способность к нормотворчеству – это культурный феномен. Он возникает тогда, когда субъект признает себя (ибо другие признают его таковым) равноправным представителем коллектива, той или иной социальной общности, возвышается до общественного самосознания и сам дает себе мандат на творчество, полномочие на суверенное конституирование той или иной нормы, того или иного варианта действия, будь то область науки, искусства, предпринимательства, политики и др.

Самоуполномочивание – это «душа» и самый важный момент новаторства. Оно обязательно возникает тогда, когда субъект проникается общим интересом, рассматривает свой интеллект как равноценную частичку общественного интеллекта, доверяет свой совести и своему разуму как непосредственнообщественным и тем самым осознает себя интуитивно равноправным началом («начальником») всего нового и интересного. Поэтому он берет в свои руки без какого-либо психологического дискомфорта функцию нормотворчества, не спрашивая разрешения свыше, у «начальства». Способность к нормотворчеству уходит своими корнями в атмосферу товарищества в коллективе и связана, так или иначе, с чувством или осознанием товарищеского равноправия. Это чувство остается в тени, может быть безотчетным, но именно оно подспудно рождает личную сопричастность общему делу, ответственность, воодушевление и смелость в решении проблем. Когда субъект смотрит на проблему глазами коллектива, тогда его духовная сфера наполняется емким общественным содержанием, и он мыслит широко, чуток к перспективным тенденциям в общем деле. Атмосфера товарищества одухотворяет – рождает у каждого порыв внести свой вклад в общее дело, утвердить себя в сознании других как личность творческую, «со своей песней». Товарищеское равноправие в общем деле рождает свою противоположность – потребность личности в индивидуализации мастерства, и на этой основе – потребность в общественном признании.

Субъектность личности как интериоризация законодательных функций социальных институтов. Исторически субъектные качества, как свидетельствует история, оформлялись на надындивидуальном уровне (община, род) в рамках общих, т.е. общественных законодательных и др. полномочных органов, функции которых со временем закреплялись за узким кругом лиц. Нормотворческая и законодательная функция, отделившись от функции исполнительской, получает конкретное оформление на институциональном уровне (государство, церковь, партии) и развивается настолько, что регламентация и громоздкие аппаратные процедуры становятся для нее оковами. Процессы кооперации усилий в общем деле (хозяйство, социальная солидарность, политические процессы субординации и координации воль, духовно-нравственная интеграция граждан) побуждают к поэтапной передаче субъектных функций все большему кругу людей. По мере демократизации общества и развития личностного начала нормотворчество становится достоянием все большей части народа, его самодеятельных организаций. Субъектность деинституализируется в той или иной области и превращается в схему работы самосознания и воли растущего большинства. Например, в нравственности институциональный контроль вытесняется индивидуально-личностной субъектностью в виде самооценки, самоконтроля, самоповеления, самоуправления, самосуда. В результате нравственность предстает как неинституциональная императивная саморегуляция поведения, доступная каждому. Напротив, в условиях античности самостоятельный выбор решения, новой нормы ведения общего дела осуществлялся, как правило, обращением за санкцией на такой выбор к оракулу и подкреплялся авторитетом Пифии, повествующей о воле богов. Даже такие великие люди античности, как Фемистокл, в минуты смертельной опасности для Греции убеждали других в правоте своего выбора, ссылаясь на волю богов. Для самостоятельных решений, замечает Гегель по этому поводу, у греков «еще не было этой мощи и силы воли» [2, с. 239].

Развитие субъектности как содержание демократии. Подлинным содержанием демократии является передача субъектных функций гражданам как для развития их самодеятельности, так и для установления меры в соотношении различных видов субъектности – на уровне корпоративном и государственном, индивидуально-личностном и институциональном. Такое содержание присуще «демократии участия» (как это было в Афинах времен Перикла и в средневековых городах с их цехами ремесленников), а не современной формальной (представительской) демократии, отделяющей субъектные функции от «электората». В России народ распыляется все более из общества соотечественников, объединенных духовно и нравственно, на собрание социальных атомов (на «электорат») в целях манипуляции. Деньгодатели с помощью средств массовой информации и «имиджмейкеров» проталкивают своих кандидатов на различные должности методами рекламы так же, как это делается с товарами на рынке.

Кандидаты в депутаты стали политическим товаром, а электорат – потребителем такого товара. Демократия выродилась в политический рынок со всеми его фальсификациями.





Негативными крайностями является абсолютизация субъектности или на уровне личности (персоноцентризм), корпораций (корпоративизм) или на уровне социальных институтов, будь то партия, церковь, государство (социоцентризм). В таких случаях происходит нарушение социальной синергии, гармонии между мерами частей и целого. В первом случае ставка делается на права человека, на формальную демократию. Набирают силы индивидуализм, атомизация общества, многообразие ценностей без их единства, рассогласованность воль и внешних дел. Распадается социальный ранг, субординация и координация социальных институтов. Формальная демократия таит в себе со времен Платона и Аристотеля анархию и тиранию.

Во втором случае (социоцентризм) ставка делается на иерархическую организацию, на внешнее единство без индивидуальной внутренней свободы. Субъектные функции монополизируются тем или иным социальным институтом, а лица превращаются в исполнителей. Начинается всеохватная (тотальная, отсюда – тоталитаризм) регламентация мышления, поведения, потребления. Она ведет к прогрессирующему параличу инициативы и самодеятельности граждан. Их субъектные функции отмирают. Общество поляризуется на «субъекты» и «объекты», на «ведущих» и «ведомых», на «авангард» и на «массы». Но на пассивной массе далеко не уедешь. Авангард прибегает к традиционному приему: он взбадДуховные основы государственности и правопорядка ривает «массу» показным энтузиазмом – бравурными маршами, песнями, уверениями-заклинаниями о «самодеятельности масс», и об их свободной и радостной жизни. И чем дольше длится показной энтузиазм, тем больше он разоблачает свою фальшь. Так общество движется к неизбежному кризису. Во всем этом характерно следующее. Граждане сами отчуждают от себя свои субъектные функции (право на самоопределение и выбор, на самодеятельность и нормотворчество) и передает их внешнему Гаранту, Инстанции, превращая ее в самодовлеющего Субъекта, а себя – в определяемый объект. Так как право на самоопределение незаметно сосредоточивается в одной Инстанции, то возникает гипноз ее Авторитета, ее Культ. Она наделяется некоей сверхъестественной способностью быть всегда Мудрой и Справедливой. Дело теперь представляется так, что Инстанция права не потому, что она решила истинно, а потому, что она – Инстанция, а значит и права! Субъектность – слишком серьезная реальная социальная форма, чтобы сводить ее к социальной дееспособности, к способности «познавать и преобразовывать мир». Такая способность присуща и индивидам, потерявшим себя в овещненном мире.

Субъектность утверждается как достояние всех в условиях человеческой ассоциации. Ассоциированный человек – это человек, вобравший в себя те всеобщие по значению продуктивно-творческие силы, которые развиты коллективно в ходе истории человеческим родом. Отчуждение рассеивается тогда, когда универсальная по своим возможностям сущность человека становится реальным достоянием каждого. В таких условиях отношение одного человека к другому человеку есть отношение универсальной человеческой сущности к себе самой в ее многообразных индивидуально-личностных проявлениях.

Самодеятельность как основа развития субъектности. Творческие способности проявляются в умении разрешать реальные противоречия и тем самым обновлять схемы мышления и поведения, деятельности и общения. Самодеятельность формирует творческие способности потому, что она есть свободная и самонаправленная деятельность, развивает самоопределение лиц и коллективов, необходимое для творческого акта, переводит самоопределение в объективно выраженный процесс; содействует глубинному общению, просторному для самореализации человека как субъекта. Самодеятельность – это фундаментальный культурно-антропологический атрибут, способ развертывания продуктивно-творческих сил и вместе с тем – основная категория в понимании перспектив именно человеческого развития.

Деятельность направлена на изменение внешнего предмета и может быть несвободной, вынужденной внешними мотивами. В самодеятельности доминирует направленность субъекта на преобразование самих схем, способов деятельности. Изменять же схемы собственной деятельности человек может при условии, если он выносит их во внешний план, ставит их перед собой, опредмечивает. Поскольку предметом самодеятельности являются способы человеческой же деятельности, то субъект не теряет себя в предмете, не отчуждается от себя в актах самодеятельности. За внешним отношением к «другому» (предмету) он усматривает внутреннее отношение к самому себе, к человеческим продуктивнотворческим силам, которые запечатлены в предмете. «Человек не теряет самого себя в своем предмете лишь в том случае, если этот предмет становится для него человеческим предметом, или опредмеченным человеком. Это возможно лишь тогда, когда этот предмет становится для него общественным предметом, сам он становится для себя общественным существом, а общество становится для него сущностью в данном предмете» [3, с. 121]. Поэтому «человек есть самоустремленное (selbstisch) существо» [3, с. 160].

Будучи самонаправленной социальностью, субъект функционально различается в актах самодеятельности на субъект действия и на продукт действия; он противополагает себя (как формируемый материал) самому себе как формирующей деятельности; одновременно он объемлет эти противоположности – процесс и результат. Соединяя в себе эти противоположности, он есть противоречие между деятельностью ставшей и становящейся, культурой наличной и возникающей, между «я» прошлым и «я» настоящим. В акте противополагания отношение к другому (опредмеченной деятельности) подчинено отношению субъекта к самому себе.

В самодеятельности субъект устремлен на обновление творческих сил путем выхождения за границы уже достигнутого, которые и осознаются им как подлежащие преодолению, а не как «священная грань». Такое выхождение осуществляется путем разрешения противоречия между репродуктивным и продуктивным. Это созидательное противоречие есть «локомотив» творчества, оно импульсирует субъекта к обновлению схем действия, общения и мышления, формирует индивидуальность, неравную себе самой, способную к новым вариантам самореализации. В отличие от деятельности по заранее установленному внешнему масштабу самодеятельность альтернативна косности и отчуждению; она – адекватная форма самореализации личности в творческом процессе разрешения назревших противоречий.

У диалектики и самодеятельности общий девиз – «выход за пределы исходного пункта» к новым смысловым горизонтам в созидании общеинтересной новизны. Субъект самодеятельности относится к своим личностным предметным воплощениям как основа к обоснованному, как причина к следствию и выступает как существо самообоснованное.

В самодеятельности происходит практическое закрепление способности личности к самоопределению. Эта способность – необходимая предпосылка творческого освоения реальности, как научнотеоретического, так и ценностного (мораль, искусство, религия). Мышление есть творческое моделирование внутренних отношений, которые восприятию не даны. Мыслить – значит связывать явления их внутренней связью. Связь между явлениями устанавливается «только самим субъектом» в «актах его самодеятельности» [4, с. 165]. В морали важно самоопределение и самоповеление, мораль основана на «автономии человеческого духа» [5, с. 13]; иначе ответственность потеряла бы всякое основание. Самоопределение – атрибут и политической воли. Политика начинается с сознательного самоопределения в идеологии больших социальных групп; ее особенность состоит в том, что такие группы стремятся возвести свою особенную волю во всеобщую – в закон для всех. Класс, не способный к идейному самоопределению и властному самоутверждению своей воли, есть еще объект, а не субъект исторического процесса.

Свободное самоопределение составляет глубинную сущность эстетического освоения реальности. Если предмет воспринимается как сформировавшийся свободно, согласно своей мере, то он представляется прекрасным.

Мысль о том, что человек производит по меркам любого вида, а значит, «и по законам красоты»

[3, с. 94], цитируется весьма часто, при этом не раскрывается связь между мерой и красотой. Связующим здесь является свобода, свободное самоопределение. Ведь формироваться согласно своей мере – значит определяться не извне, а изнутри, т.е. самоопределяться. Но не все прекрасно, что сформировано согласно своей мере. Предмет воспринимается прекрасным только тогда, когда он пробуждает в нас состояние свободы, свободной игры наших духовных сил, провоцирует на такое субъективное состояние. Прекрасное есть чувственное изображение нашей свободы, ее сублимация и метафора. Чувство красоты, отмечал Э.В. Ильенков, сопровождает «свободу воображения», когда, воображение рождает идеальную форму предмета, согласно его чистой мере [6, с. 250-251. Происходит совпадение свободного самоопределения предмета и субъекта. Наслаждение прекрасным возвышает потому, что оно состоит в переживании свободы нашей души; при этом свобода выражена в образном виде, как нечто внешнее, будь то музыкальная композиция, стих или балет. Свободное самоопределение развивается в актах самодеятельности, освобождается от эмпирического содержания, превращается в устойчивую схему восприятия и становится индикатором красоты, прекрасного – эстетическим вкусом. Бескорыстное свободное самоопределение есть общая основа нравственности и художества, добра и красоты. Так как самоопределение наиболее доступно дано каждому в нравственности («автономии человеческого духа»), то, возможно, эстетическое наиболее интенсивно раскрыто в борении человеческого духа, в нравственности. Возвышенное наиболее впечатляюще выражено величием характеров и дел героев. Безмерность природы, будь то звездное небо или океан, поражают воображение лишь на короткое время, тогда как великие деяния героев волнуют сердца и умы на протяжении столетий. И, наоборот, предмет воспринимается безобразным, если он воспринимается не как определенный согласно своей природе и мере, а как принявший чуждую себе форму, навязанную извне, вопреки своей мере. Такая деформация предмета извне передается субъекту восприятия и сковывает свободную игру наших духовных сил. Без развитой духовной свободы и свободного самоопределения невозможны ни нравственность, ни высокое искусство, ни творчество прекрасных форм, ни молитвенный полет души.

Диалектика соревнования в межсубъектных отношениях. Присущее самодеятельности выхождение за пределы уже достигнутого интенсивно выражается в отношениях между субъектами – в соревновании. Глубинным мотивом, побуждающим личность к свободной самореализации, является потребность утвердить себя в сознании других достойным образом. Ведь без признания статуса личности в общественном сознании, нет и статуса. Быть социально – значит быть признанным! Здесь то и возникает сущностное противоречие: все стремятся быть признанными достойным образом, но не все могут быть признанными первыми! Отсюда возникает соревнование. Абсолютной и имманентной формой, побуждающей людей человеческим образом к интенсивной самореализации, напряжению всех способностей, является соревнование по поводу развития творческих потенций лиц и коллективов. «Уже самый общественный контакт вызывает соревнование и своеобразное возбуждение жизненной энергии, увеличивающее индивидуальную производительность» [7, с. 337]. Соревнование – неистребимый момент общения потому, что люди – существа общественные. И мерой для оценки одного человека выступает другой.

В соревновании люди практически, на деле сравнивают себя по своим способностям и умениям. Предметом и мерой оценки здесь выступают человеческие качества. Это – имманентная, внутренняя для человека мера, в отличие от внешней, например, стоимостной, когда отношения между людьми выступают как отношения между вещами-товарами, и соревнование носит отчужденную (и часто враждебную) форму конкуренции. Соревнование есть стремление к первенству в делах общественно значимых. Но первенство доступно лишь малому кругу людей. Поэтому соревнование выступает всегда как борьба за общественное признание своей социальной значимости. Соревнование, отмечает С.Л. Березин, – «противоречивая форма развертывания фундаментальной потребности человека в самоутверждении, сущность которой состоит в устремленности личности к достижению общественной значимости в процессе реализации своих творческих сил» [8, с. 78].

Соревнование противоречиво. В нем каждый идеально полагает себя равным с другим по возможностям. Иначе нет смысла вступать в него в виду заранее известной «победы» или поражения. Ведь пафос борьбы возникает лишь в состязании с равным, себе достойным. Но в то же время и в том же отношении каждый практически полагает себя неравным с другим, что выражается в стремлении опередить себе равного. Именно противоречие «в одном и том же отношении» есть источник саморазвития, в отличие от «противоречия» «в разных отношениях». Такое псевдопротиворечие напоминает, по остроумному замечанию Э.В. Ильенкова, драку, в которой дерущиеся машут кулаками в «разные» стороны.

Опережая себе равного, субъект тем самым опережает самого себя, вступает в состязание с собой; он Духовные основы государственности и правопорядка актуализирует в себе скрытые ресурсы и реализует скрытые возможности. Так противоречие между соревнующимися превращается в противоречие субъекта с самим с собой, импульсируя к саморазвитию.

Сила характера проявляется в способности выдерживать такие созидательные противоречия и творчески разрешать. Соревнование достаточно гуманно по форме, чтобы не травмировать достоинство личности, но оно достаточно остро по накалу, чтобы побудить каждого к интенсивной самореализации способностей и умений. Престижным в нем являются важнейшие качества – воображение, новаторство, профессиональное мастерство, поэзия борения.

Соревнование пронизывает все виды общения – профессиональные и внепрофесиональные, экономические и политические. Наиболее прозрачно логика соревнования представлена в спорте. Выпускники вуза не ставят, конечно, цели вступать в какое-либо соревнование. Но к нему их побуждают потребители услуг. Вузы в России стремятся быть «конкурентоспособными» на рынке образовательных услуг.

Отношения между субъектами хозяйствования, политическими партиями пронизано соревнованием. Соревнование есть такое противоречие, которое не разрешается окончательно, а принимает все новые формы. Противоречий, заметил Гегель, нет «только у трупа». Все живое, творческое является таковым постольку, поскольку оно «беременно» противоречием и приводит противоположности к гармонии.

Субъектные качества лиц и коллективов, помноженные на солидарность и служение Отечеству – важнейший потенциал развития России.

1. Маркс К. Экономические рукописи 1857-1859 годов // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 46. Ч. 2.

2. Гегель Г.В. Ф. Философия истории // Соч.: в 14 т. Т. 8. М.-Л.: Соцэкгиз, 1935.

3. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 42.

4. Кант И. Критика чистого разума // Соч.: в 6 т. Т. 3. М.: Мысль, 1964.

5. Маркс К. Заметки о новейшей прусской цензурной инструкции // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд.

Т. 1. М., 1955.

6. Ильенков Э.В. Об идолах и идеалах. М.: Политиздат, 1968.

7. Маркс К. Капитал. Т. 1 // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 23.

8. Социалистическое соревнование в развитии личности. Алма-Ата, 1983.

К проблеме духовно-нравственных оснований власти В современном русском языке слово «власть» имеет устоявшееся общеупотребительное значение – право и возможность распоряжаться кем-либо, чем-либо, подчинять своей воле. Примечательно, что слово «власть» близко по значению слову «собственность». Ведь человек может распоряжаться чемлибо, кем-либо, подчинять своей воле то, что является его собственностью. Так, в Словаре современного русского языка С.И. Ожегова пишется о значении слова «собственность»: находиться в непосредственном ведении, распоряжении, подчинении кого-нибудь, чего-нибудь. Близость лексем «власть» и «собственность» не является только сугубо лингвистической. Единство власти и собственности выступает и как социальная реальность. Очевидно, тот, кто обладает собственностью, обладает и властью. У кого нет собственности, нет и власти. Например, чтобы баллотироваться на выборы того или иного органа власти, нужно иметь определенные финансовые возможности, обладать собственностью, хотя бы на расходы предвыборной кампании. Или другой пример – ставшая привычной коррупция лиц, находящихся у власти, которые, пользуясь своими властными полномочиями, преумножают свою собственность. Однако в народе сложилось недоверчивое, критическое отношении к власти, основанной на собственности, и к собственности людей, находящихся у власти: «Алтынного вора вешают, полтынного чествуют». Существует идеологическое обоснование единства собственности и власти. Так, марксистская философия основой власти полагает собственность на средства производства – кто является собственником средств производства в обществе, тот и властвует.

Как известно, в русской домарксистской, дореволюционной культуре существовало кардинально противоположное марксизму видение идеала власти. Власть – это высшая миссия человека, она дается Богом и человек несет наивысшую ответственность перед Богом за власть. Тот, кому дана власть – Божий слуга, человек возвышен властью не для удовлетворения своих эгоистических желаний, но для особо важной для человеческого общества миссии. Такое понимание власти вытекает из христианского мировоззрения. Известный идеолог христианской трактовки власти Ф. Аквинский, писал, что всякая власть от Бога, но не от Бога несправедливое приобретение и злоупотребление властью, незаконная власть дается за грех подданных. Если наделенный властью человек употребил ее во зло, он заслуживает того, чтобы она была у него отнята. Нравственный критерий лежит и в основе повиновения власти. Повиноваться власти не следует настолько, насколько она не от Бога: по неправильному приобретению, или по злоупотреблению властью.

В русском народе идеал власти связан с нравственными понятиями правды и справедливости.

Понятие правды в живом великорусском языке имеет двойное значение. Правда, по Далю, это «истина на деле, истина во благе, правосудие, справедливость» Но правда означает также и «праведность, безгрешность». Значение правды соответствует народному идеалу власти. Власть может быть праведной и справедливой, т.е. законной, и наоборот – незаконной. В понятии народа «закон – предел, поставленный свободе воли или действий». «Закононенавистник, законоборец – это своевольник по убеждению, ненавидящий всякий закон» (Вл. Даль), то есть закон в понятии народа есть противоположность себялюбию, эгоизму. Русская пословица так разъясняет данный смысл законности: «Нам добро и всем таково – то законное житье!» Таким образом, в понятии народа закон связан с абсолютным добром, а это и есть правда – истина на деле.

Противоречивая «справедливо-праведная» природа самобытного русского народа, по-разному проявляется в отношении к законной и незаконной власти, это находит свое выражение в российских «смутах». Н.Я. Данилевский писал, что все смуты, которые представляет русская история, всегда имели совершенно особый, не политический, в строгом значении этого слова, характер. Как правило, это были:

сомнение в законности царствовавшего лица, недовольство крепостным состоянием, угнетавшим на практике народ в сильнейшей степени, чем это имел в виду закон. Всем беспорядкам бунта Стеньки Разина вожди старались придать характер законности в глазах народа. Сила Пугачевского бунта заключалась в том, что имя Петра III должно было доставить ему законность в глазах народа, который всегда чувствовал свою солидарность с законной верховной властью. Это характерное чувство законности русского народа исторически точно изобразил А.С. Пушкин в «Капитанской дочке», когда Пугачев от имени Петра III требовал себе народной присяги на верность.

Идеал социальной справедливости власти поддерживается в русском народе национальным, самобытным инстинктом правды. Другое дело, что инстинкт правды, как и любой инстинкт, не просвещенный светом истины, слеп. Князь П. Долгорукий отмечал, что долготерпение в страдании лежит в характере русского человека и, может быть, в большей степени, чем чувство национального достоинства.

Русский способен вынести бесконечно много, страдать долго без ропота и жалости, но, когда настанет реакция, естественная и законная, он закусывает удила и обуздать его почти невозможно. Действительно, русский народ ставит власть правды выше национального достоинства – ведь достоинство себялюбиво, а правда (как духовный закон) противоположна себялюбию. Это же характерное для русского народа качество весьма своеобразно усмотрел и П. Чаадаев, когда писал, что русский народ «против своей воли влечется к добру какой-то высшей силой, отрывающей нас от земли и возносящей на небо». И вот правдолюбие, безотчетное чувство, не знающее в чем собственно абсолютная социальная правда, несет бунтовщика без цели по бескрайним волнам неутомимого и темного инстинкта правды. Русскую душу, взбунтовавшуюся, без определенного плана, из одного лишь чувства правды, из-за правды, почувствованной сердцем, можно пояснить следующим литературным образом из «Мертвых душ» Н.В. Гоголя:

«Русский возница имеет доброе чутье вместо глаз; от этого получается, что он, зажмуря глаза, качает иногда во весь дух и всегда куда-нибудь да приезжает». Идеологи той или иной власти, умевшие это понять, добивались, оседлавши русское чувство правды, своих целей, так что и выходило, что он (народ) «всегда куда-нибудь да приезжает». Поскольку в русском народе представление о социальной справедливости развивается не просто из убедительного идейного содержания, которое является привнесенным, а из неопределенного чувства правды («зова предков»), то, разумеется, есть и специфика претворения в жизнь такой справедливости. Мстящая несправедливой власти, но не за свои обиды, не из ненависти, а за поруганную правду, эта народная справедливость тоже жестока, но, поскольку истоком ее является правдолюбие и совесть, то мера жестокости народа не безгранична – совесть же и поставит соответствующие, духовно законные, границы. Правдолюбивой волей русского народа ограничена и русская доброта, уживчивость: «уживчивость, но с некоторой оговоркой». Как писал И. Солоневич, при нарушении этой оговорки происходит ряд очень неприятных вещей – вроде русских войск в Казани, в Бахчисарае, в Варшаве, в Париже и даже в Берлине. Русскую государственность создали два принципа: а) уживчивость и б) не замай. Русское «не замай» – особенное. «Не стерпело русское сердце – в драку пошло» (Даль), т.е.

не из-за обиды, а по правде восстал. Русская праведность – карающая и снисходительная, социально (не психологически!) жестокая и жалостливая, грозная и кроткая – жестока к дерзким и милосердна к кающимся страдальцам. Она и представляет «таинственную русскую душу». Самобытной чертой духовности русского народа является противоречивое единство в общественном сознании идеи Царства Божия (Бога) и идеи абсолютной социальной справедливости как двух видов абсолютной правды, имеющих основой, родовым признаком, исконное чувство правды. Правдолюбие русских людей выражается, казалось бы, в несовместимых социально-мировоззренческих действиях русского народа. То он веками защищает Россию как «Третий Рим». То рушит его. То снова стремится к его обретению.

Идеологи моделей власти абсолютного добра в виде Царства Божия на земле выводят характерные черты духовности русского народа – «экстремизм, максимализм, дерзкое испытание ценностей, анархизм; чрезмерность критики». И причиной большевистской революции объявляются именно отрицательные свойства народа, а справедливости, как правде, пусть и неверно понятой, здесь места не оставляют, и говорить в этом отношении о правде не принято. То же самое и идеологи моделей власти социальной справедливости – они не будут объяснять стремление к религиозности жаждой абсолютной правДуховные основы государственности и правопорядка ды, пусть и искаженной, с их точки зрения. Нет, для них религиозное стремление народа – результат действия «опиума народа». И они ничего не найдут и не находят в духе русского народа кроме одного стремления к выгодной социальной справедливости.

В контексте обеспечения национальных интересов России важно решение научно-теоретических, философских проблем, а также реализация возможностей субъекта в формате дистанционного образования.

В переводе с греческого акме (acme – вершина, цветущая пора) – это высшая точка, период расцвета личности, максимальное развитие способностей, дарований, достижений; это проявление зрелости личности во всех сферах. Образ акме – совокупность наивысших качественных показателей, эмоционально-чувственных, ценностно-мировоззренческих, интеллектуальных, мотивационных, волевых, коммуникативных характеристик и составляющих психического, физиологического и духовного здоровья субъекта деятельности как профессионала, полученных в процедурах оценивания, коррекции и развития [1]. Философы, социологи и педагоги считают, что акме приходится на период взрослости человека, когда индивид достигает вершин своего развития / совершенствования деятельности; становится субъектом деятельности, личностью, индивидуальностью.

Феноменология акме предполагает исследование не того, что существует независимо от сознания человека, а того, на что направлено сознание человека. В связи с этим, в научном тезаурусе появилось понятие акмеологическая идентичность человека. Данное понятие служит для выражения идеи об историческом предназначении человека; о том, что субъект имеет свободу воли, может влиять на мировые события, поднявшись в своем развитии до необходимых высот интеллекта и ответственности.

Акмеологическая идентичность личности важна для успешной организации процесса дистанционного образования, так как субъект становится способен воспринимать свою социальную роль, чувство тождественности и непрерывности собственной личности; мнение окружающих людей, признающими эти тождество и непрерывность. Идентичность личности сопровождается ощущением целенаправленности собственной жизни и уверенности в ее внешнем одобрении.

Идентичность воспринимается человеком двояко: как позитивная идентичность; как негативная идентичность. Рефлексия акмеологической идентичности способствовала возникновению акмеологической концепции индивидуальности – системы взглядов и единого определяющего замысла в оценке сущности и свойств индивидуальности, а также путей восхождения к индивидуальности, как высшему уровню развития человека. Концепция включает следующие основные идеи:

1. Индивидуальность является высшей ипостасью человека, вершиной его онтогенетического развития, в которой сфокусированы свойства индивида, личности, субъекта деятельности и собственноиндивидуальностные свойства. Сложность концепта требует рассмотрения его с различных точек зрения.

Так, с точки зрения философии, индивидуальность (Persoenlichkeit) – это внутренне присущие бытию индивида неповторимость, оригинальность, которые он сам субъективно переживает как свою несравнимость ни с кем, и потому – как свою уникальность; эти особенности собственного бытия полностью осознаются индивидом [2, с. 88].

Психология отмечает, что каждая индивидуальность – это неповторимое своеобразие психики человека, осуществляющего свою жизнедеятельность в качестве субъекта развития общественноисторической культуры. В социологии понятием «индивидуальность» обозначают те особенные мировоззренческие качества, которые отличают данного человека от всех других. Индивидуальность личности определяет ее духовный потенциал и теснейшим образом связана со свободой выбора и самоопределением. Природа человека оказывается биполярной: в постоянной «нераздельности и неслиянности»

(Г.С. Кнабе) находятся ее внешняя, нормативно ориентированная социальная сторона и свободно определяемая внутренняя. Западноевропейская культура провозглашает ценность индивидуальности, а постепенное накопление элементов индивидуальности определяет направление ее эволюции на уровне постулатов, развития всей культуры, циклического развития каждой эпохи.

Педагогика трактует понятие индивидуальности как уникальное, неповторимое своеобразие личности, совокупность только ей присущих индивидуально-психических особенностей. Индивидуальность проявляется в специфике темперамента, характера, интересов, интеллекта, потребностей, способностей. Предпосылкой формирования человеческой индивидуальности служат физиологические задатки, которые преобразуются и полностью раскрываются в процессе воспитания (Г. Корнетов). Являясь результатом становления человека, идивидуальность аккумулирует в себе преимущественно позитивные гуманистические и нравственные качества.

2. Становление (переход от одной определенности бытия к другой) человека как индивидуальности происходит в пространстве духовных отношений его с другими людьми, включающих энергетический, информационный, образовательный обмен смыслами и ценностями.

3. Реализация (переход от полагания реального к собственному познанию реального, т.е. к пониманию того, что оно существует в себе, без противопоставления акту познания) индивидуальности предполагает целенаправленную духовно-практическую деятельность человека, связанную с преобразованием себя и действий, выполняемых совместно с другими людьми.

4. Восхождение к индивидуальности участников совместной духовно-практической деятельности происходит в процессе системы информационных, познавательных, обучающих, образовательных действий, связанных с функционированием метасистем. Под метасистемой мы подразумеваем любой объект познания (умственное или физическое действие), который одновременно выступает и как предмет преподавания, и как материал для исполнения, и как акт действия.

Важной задачей акмеологии является выяснение того, что должно быть сформировано у человека на каждом жизненном этапе, чтобы он мог успешно реализовать свой потенциал. Потенциал мы трактуем как определенным образом организованную совокупность имеющихся или подлежащих актуализации средств, ресурсов, возможностей и условий успешного выполнения теоретической и практикоориентированной деятельности по социокультурному развитию субъекта [2, с. 89].

Дистанционное образование является индикатором формирования определенных навыков обучаемого: обектно-ориентированное, процедурное программирование; общение с преподавателем/сокурсниками/коллегами на вебинарах, семинарах, конференциях; овладение простыми и статическими методами, обеспечивающими инкапсуляцию данных; использование открытого (общего), защищенного (внутреннего), закрытого (только для пользователей данного класса) интерфейса; получение, переработка и передача информации в сети; извлечение информации из учебных книг, Интернетисточников, лекций и т.д.; конспектирование, компилирование, аннотирование, реферирование и т.д.

Процесс дистанционного образования достаточно сложен (вертикальная и горизонтальная мобильность, ресурсы, менеджмент и т.п.) и многообразен (контингент, функции, формы представленности и др.). В результате становления и развития дистанционного образования сформировались определенные закономерности: устойчивые связи отношений в социуме; тенденции в движении к профессионализму личности; достижение успеха в деятельности субъекта. Эти закономерности имеют акмеологический (Е.Н. Богданов), объективный (А.С. Гусева) и субъективный характер (В.Г. Зазыкин), отличаются повторяемостью, «нежесткостью», так как относятся к классу «законов-тенденций».

Педагогу, работающему в системе дистанционного образования, необходимо не только учитывать акмеологические закономерности, но и владеть акмеологическими знаниями – специфическими комплексами информации, имеющими научно-методологическую ориентацию и трехкомпонентную структуру; интегрирующими социальные, гуманитарные и естественнонаучные (технологические) закономерности бытия человека; являющиеся результатом познания действительности и ее отражением в сознании субъекта деятельности как профессионала.

Акмеологическое знание имеет многокомпонентную структуру: социальный, этический, антропологический компоненты и др. Социальный компонент акмеологического знания, по мнению К.А. Абульхановой, связан с проблемой смысла и стратегией жизнедеятельности субъекта. Это знания, включающие социокультурную направленность, гуманистическое мировосприятие, научную логику социального познания. Этический компонент акмеологического знания призван оценивать ситуацию, чтобы субъект мог совершать нравственные поступки, формировать этические ценности и чувства, воспитанность [3, с. 92]. Антропология занята постижением целостности человека, является основой человековедения. Антропологический компонент акмеологического знания определяет место и отношение человека к окружающему миру и включает в себя следующие разделы: антропологенез (эволюционная антропология), морфология человека (конституционная антропология), этническая антропология, культурная антропология, социальная антропология, философская, политическая, экономическая, педагогическая, психологическая, теологическая, синергийная антропология.

Для нас представляют интерес культурная, педагогическая и психологическая антропология.

Рассмотрим их подробнее. Культурная антропология – это наука, опирающаяся на естественные науки, присоединяющаяся к гуманитарным, обращающая свой взор к социальным наукам (М. Шлеер). Научные выводы культурной антропологии создают базу для развития современных гуманистических концепций и соответствующих им педагогических технологий.

Педагогическая антропология – комплекс наук, изучающих становление человека в образовании.

Основоположниками педагогической антропологии являются О.Ф. Больнов, Н.И. Пирогов, К.Д. Ушинский. Педагогическая антропология включает в себя комплекс знаний, обеспечивающих педагогическую деятельность (медико-биологических, психологических, философско-социологических, педагогических и др.). Ее предметом является человек, развивающийся как воспитатель и воспитуемый. Педагогическая антропология изучает законы развития и формирования целостной сущности человека в онтогенезе, т.е. в течение его индивидуальной жизни под влиянием различных факторов: родителей, семьи, педагогов, общества, СМИ и т.д.

Духовные основы государственности и правопорядка Психологическая антропология изучает природу, условия развития и становления субъективности, внутреннего мира человека в образовании и культуре. Предметом ее изучения является индивид, субъект, личность, индивидуальность, человек как универсум, психологическое видение человеческой реальности во всей ее полноте [4, с. 28]. Психологическая антропология – это область антропологии, основанная на сравнительном изучении различных культур и субкультур с целью объяснения сходств и различий личностных черт, характеристик, паттернов поведения.

Сведения антропологии гуманистичны, поскольку заключают в себе гуманизм, гуманность, человечность по отношению к людям и их деятельности. В этой связи рассмотрим гуманитарный компонент акмеологического знания. Данный компонент включает комплекс сведений о целостном человеке из психологии (общей, возрастной, педагогической, социальной и т.п.), педагогики (возрастной, сотрудничества), социологии, управления и др. Интеграция знаний о человеке социокультурной направленности с физиологией, генетикой, андрогогикой, геронтологией, психосоматикой дает приращенное гуманитарное знание об эволюционном развитии человека в его биологическом, историческом, индивидуальном становлении. Предметом гуманитарного познания становятся закономерности, детерминанты, факторы, механизмы, условия, способы индивидуального и профессионального развития субъекта образовательной деятельности. Гуманитарный компонент включает многообразные знания субъекта деятельности о самом себе, обществе за счет дифференциации, интеграции и технологизации фундаментальных отраслей человекознания.

Технологический компонент акмеологического знания приравнивается к искусству, мастерству, уровню квалификации обучаемого/педагога. Технологическое оснащение деятельности заключается в объективировании знаний и практического опыта субъекта деятельности. Их функциональное назначение – упорядочить все «частности» деятельности, перевести на уровень эффективного достижения поставленных целей (К.А. Абульханова, И.Н. Семенов). К подобному типу знаний обычно относят технологии, в которых важнее всего профессиональная тренировка специальных, особых навыков: работы в компьютерных программах (Power Point, Java, Paint NET и др.), выполнение чертежа, составление графиков, диаграмм и таблиц и т.д.

Резюмируя сказанное, отметим, что усвоение педагогом дистанционного образования акмеологических знаний способствует его личностно-профессиональному развитию, умножению научного, образовательного, личностного потенциала; самовыражению личности в профессии.

_ 1. http://www.logosbook.ru/VOS/05_2008/4-9.

2. Быкасова Л.В., Федотова О.Д. Потенциалцентрированный подход в педагогике // Известия Южного федерального университета. Педагогические науки, 2009. № 7. С. 22-29.

3. Абульханова-Славская К.А. Стратегия жизни. М.: Мысль, 1991. 299 с.

4. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Основы психологической антропологии. М., 2000.

Понятие дискурс (англ. discourse, фр. discours – речь) происходит от латинского слова discursus – «рассуждение», «довод», «беседа», «разговор». В свою очередь, слово discursus происходит от лат.

discere – «блуждать», «бегать взад-вперед», «движение», «круговорот». В гносеологии Средних веков дискурс – способ рационального познания в движении от посылок к выводу (как в силлогизме), при этом дискурс противопоставлялся непосредственному или интуитивному познанию. В философии французского структурализма 50-х гг. XX в. (К. Леви-Стросса, Ж. Лакана, Л. Альтюссера и др.) термин вобрал в себя различные оттенки смысла: «текст», «теория», «стилистически окрашенная речь», «логос», «сверхфразовое единство» [см., напр., 1]. Научно-философское звучание термин «дискурс» в неклассической философии получает, прежде всего, и в большей степени, в работах Мишеля Поля Фуко (1926Французский историк и философ путем «археологии» знания изучал априорные нормы и правила, которые управляют научно-познавательными системами, в том числе и системой философского знания.

Фуко полагал, что знание исторически детерминировано той или иной социальной формой своей организации и распространения, трансляции (в рамках сети «эпистемы»). Причем главное средство дискурсивного генезиса самое радикальное – прямая власть социальных институтов, от которых идет контроль определений тех или иных понятий, категорий, в конце концов, понимание самой «истины». Что касается научно-исследовательской деятельности, «дискурсия», соответственно, – инструмент познания, с абсолютной властью задающий относительные априорные принципы (парадигмы) познания, обусловленные контекстом времени и обстоятельствами той или иной историко-культурной «эпистемы». Следовательно, научное знание, включая «эпистему» философии (в диахроническом срезе этого понятия), не возникает из сущности вещей, поэтому не отражает имплицитно присущую им истину. Здесь Фуко пряСборник тезисов докладов и сообщений мо перекликается с критикой европейской науки основателя феноменологии Эдмунда Гуссерля (1859в итоговом труде «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология», где кризису ставится «диагноз»: подмена истинных наук о сущностях на науки о фактах. Факты же, увы, по природе своей не отражают сущности вещей, а, напротив, скрывают их. На различии факта и сущности Э. Гуссерль, начиная с 1 тома «Идеи чистой феноменологии и феноменологической философии», строит свою новую науку, феноменологию, которая, в отличие от всех предыдущих, по мнению немецкого философа, только и может называться поистине точной наукой [2, с. 37].

Хотя Гуссерль наверняка бы согласился с дискурсивной, историко-эпистемной «ангажированностью» европейской науки, тем не менее, отрицал бы абсолютность дискурсивной «власти», на которой настаивал Фуко. Здесь мы приходим к ключевому проблемному положению предпринимаемого феноменологического осмысления природы дискурса. Столетняя история феноменологического движения показала, что, пожалуй, самой существенной трудностью теоретической и практической реализации метода феноменологии, начиная с момента его зарождения в трудах основателя Э. Гуссерля, является проблема дискурсивно-лингвистического статуса феноменологической дескрипции. В.А. Ладов достаточно убедительно демонстрирует «открытость вопроса адекватной языковой игры» феноменологического дискурса и тем самым справедливо ставит «под вопрос» состоятельность феноменологической науки в принципе [3, с. 704]. Мы постараемся показать, что В.А. Ладов убедителен только в границах дискурса, который мы условно обозначим «онтологическим», чтобы провести его существенное различие от дискурса «гносеологического», которым в определяющей степени пользовался Гуссерль. Окончательная задача в исследовании дискурсивной стороны феноменологического метода – показать феноменологическую ущербность онтологического дискурса в пользу демонстрации релевантности дискурса гносеологического.

Наша версия иллюзии дискурсивной нерелевантности феноменологической дескрипции Гуссерля – наложение друг на друга контрадикторных по своей структуре дискурсивных линий, которые использовал в своих текстах Гуссерль, условно обозначенные нами как «онтологический» и «гносеологический» дискурсы. В сопоставительном контексте с дискурсивной теорией познания Фуко, феноменологический замысел Гуссерля нацелен как раз на преодоление «власти дискурса» над научным познанием, что и подразумевается в известном призыве Гуссерля «назад к вещам!» (то есть к сущностям вещей).

Другими словами, феноменологическая редукция подразумевает своеобразный антидискурс, призванный преодолеть историческую дискурсивно-эпистемную обусловленность европейской науки и философии. «Власть дискурса» Фуко имеет силу только в границе той когнитивно-познавательной установки, которую Гуссерль назвал наивной «естественной установкой». Соответственно, феноменологическая редукция, преодолевающая, по замыслу Гуссерля, естественную установку познания, обеспечивает антидискурс как инструмент выхода из-под «власти» всякого дискурса в свободную когнитивную сферу чистых сущностей, то есть сферу установки феноменологической. Антидискурс «одинокой душевной жизни» Гуссерля [4, с. 46] – результат преодоления сначала онтологического (эйдетическая редукция), затем гносеологического дискурсов (трансцендентально-феноменологическая редукция), специфика которых может быть определена посредством дискурсивного анализа.

В соответствии с современными методологиями дискурсивного анализа (П. Хоппер, С. Томпсон, Е.В. Падучева, Т. ван Дейк, Т. Гивон, Э. Шеглофф, Ф. Бартлетт, А.Н. Баранов и Г.Е. Крейдлин и др.), философское «древо» с самого рождения в размышлениях «досократиков» можно разделить на два дискурсивных ствола: онтологию и гносеологию. Стержневой круг вопросов дискурсивного анализа – изучение структуры дискурса, которую в первом приближении принято условно разделять на макроструктуру (или суперструктуру), то есть глобальную структуру, и микроструктуру, или локальную структуру. Онтологический и гносеологический дискурсы конгруэнтны в своих макроструктурах (поэтому они воспринимаются неким единым философским знанием), но принципиально различны в микроструктурах (по так называемым «клаузам»). В соответствии с Т. ван Дейком [5], макроструктура, по сути, есть своеобразный «реферат» («резюме») основного содержания дискурса, который в процессе понимания текста выстраивает адресат. В терминах аналитической философии, макроструктура охватывает последовательность макропропозиций, выводимых из пропозиций исходного дискурса по определенным макроправилам, таких как, например, сокращение несущественной информации, обобщения однотипных пропозиций и т.д. В отличие от макроструктуры, микроструктура любого дискурса состоит из минимальных дискурсивных элементов, в качестве которых в большинстве современных подходов принято считать предикации, или клаузы. С этой точки зрения, дискурс – это последовательная цепочка клауз.

Понятие «клауза» недавно заимствовано из английской грамматической терминологии («clause») и характеризует элементарную предикацию в концепции семантической переходности П. Хоппера и С. Томпсона (лингвистический функционализм) [6, с. 276-339]. В соответствии с известной функционалистской референциально-ролевой грамматикой (role and reference grammar), предложенной в 1970-е годы и сейчас развиваемой главным образом Р.Д. Ван Валином и его последователями, клауза состоит из нескольких «слоев»: 1) предикат; 2) аргументы; 3) зависимые от предиката элементы и пр. Наиболее важный элемент структуры клаузы – ее информационная структура, которая в соответствии с референциально-ролевой грамматикой включает два основных элемента: 1) топик: информация, известная говорящему; 2) фокус: информация, добавляемая к топику. Например, в утвердительном предложении фокус – то, что утверждается о топике; в вопросительном предложении фокус – объект вопроса и т.д.

Духовные основы государственности и правопорядка Выберем два отрывка из классических философских текстов, первый послужит типичным примером онтологического дискурса, второй – гносеологического дискурса, и выстроим их микроструктурное древо в соответствии с описанными методами дискурсивного анализа. Наша задача – определить микроструктурные инварианты (своеобразные дискурсивные матрицы), задающие специфику онтологического и гносеологического дискурсов уже на первом уровне дискурсивной иерархии, то есть в корне единичных риторических отношений элементарных пар клауз.

В качестве типичного классического примера онтологического дискурса выберем отрывок текста Парменида: «Ибо то, чего нет, нельзя ни познать, ни изъяснить…» [7, с. 295], в котором можно выделить три клаузы: 1) то, чего нет; 2) нельзя познать; 3) [нельзя] изъяснить. По правилам ТРС мы должны, прежде всего, обратить внимание на две вещи: а) однородные сказуемые образуют отдельные ЭДЕ;

б) оба сказуемых задают одно риторическое отношение по направлению к главной клаузе, то есть одно ядро связано с двумя сателлитами (асимметричное, бинарное отношение). Тип риторического отношения в случаях 1-2 и 1-3 ближе к тому, что Манн и Томпсон назвали «Enablement» («обеспечение возможности»). Отношение 2-3 отсылает к семантическому «развитию или детализации» («Elaboration»). Древовидная схема может принять такой вид:

Ядро – «то, чего нет» (Небытие, по Пармениду) – задает смысловое содержание дальнейшего дискурсивного ряда, при этом принимается как известное (топик, в соответствии с РРГ) – «само собой разумеющееся». Следовательно, здесь фундирующее и аксиоматически принимаемое смысловое поле прямо связано с проблемой существования/несуществования, и поэтому, соответственно, определяет онтологический тип дискурса. Целевая же установка задаваемой дискурсивной программы – возможность познания – носит уже второстепенный характер (сателлит) и является фокусом клаузы онтологического дискурса.

В качестве типичного примера классического гносеологического дискурса нам послужит отрывок Секста Эмпирика: «Мы не сможем сказать, каковым является по природе подлежащее суждению, но только можем сказать, каковым является оно по отношению к данному поведению жизни»

[8, с. 14]. Разделенный на ЭДЕ текст Эмпирика принимает следующий вид: 1) «мы не можем сказать [познать]», 2) «каковым является по природе подлежащее суждению [какова сущность предмета познания]», 3) «мы можем сказать [познать]», 4) «каковым является оно по отношению к данному поведению жизни [как явлен он по отношению к данному факту окружающего мира]». Здесь мы имеем дело с двумя бинарными асимметричными парами клауз, связанными риторическим отношением конъюнкции – «Joint» (союз «но» можно заменить союзом «и» без существенного смыслового изменения), то есть в целом 2-х ядерную симметричную микроструктуру. Обе бинарные пары 1(N)-2(S) и 3(N)-4(S) связаны отношением «Свидетельство» («Evidence»). Древо микроструктуры текста, соответственно, можно представить следующим образом:

В роли обоих ядер выступают утверждения о возможности/невозможности достоверного познания – и в этом принципиальная характеристика гносеологической микроструктуры: в качестве топика (известного) выступает утверждение о достоверности/недостоверности познания, задавая тем самым гносеологическое смысловое наполнение всей последующей дискурсивной практике. Проблема существования/несуществования, соответственно, выступает здесь уже в роли функциональновторостепенной (сателлит) и подлежащей исследованию (фокус).

Теперь мы готовы дать определение введенных нами понятий онтологического и гносеологического дискурсов в соответствии с информационными структурами их дискурсивных клауз (априорный топик и целеполагающий фокус «корня» дискурсивного древа). Более наглядно определение может быть оформлено в следующую таблицу.

1. Топик – фундирующая Топик – утверждение приоритет- Топик – утверждение приоритетности проблемы смысловая априорная предпо- ности проблемы бытия и сущего получения достоверного знания, известно тольсылка, принимаемая в статусе как очевидной, «само собой разу- ко то, что все очевидное знание (как «само соизвестного знания. меющейся» аксиомы: «что суще- бой разумеющееся») сомнительно: «что человек 2. Функциональная целена- Фокус – поиск функциональной Фокус – поиск функциональной организации правленность (фокуса) – уро- организации метода познания метода получения метода непосредственного соответствии с его целью.

По Гуссерлю, интенциональность любого акта сознания предполагает направленность на предмет, но при этом сам этот предмет не принадлежит акту сознания как его реальная (чувственная) материя, которая суть комплекс ощущений, дающихся в явлении предмета («моменты переживаний»), то, что переживается (осознается) [4, с. 324]. Поэтому главная данность феноменологии – это моменты ощущений (переживаний), сам же предмет, переживаемый в акте, определяющей роли не играет, проблема его существования или несуществования, соответствия или несоответствия образу восприятия субъектом, определяющего значения не имеют и должны быть редуцированы, вынесены «в скобки» (феноменологическое эпохэ). Следовательно, в контексте дискурсивного анализа, топик приоритетности проблемы существования/несуществования, фундирующий аксиоматическую специфику микроструктуры онтологического дискурса, феноменологическим методом Гуссерля отвергается как нерелевантный цели получения достоверного аподиктического знания. Онтологический дискурс играет в феноменологии Гуссерля исключительно вспомогательную роль, не обладая в своих границах возможностью адекватного семантического наполнения дескрипции феноменологического опыта.

С другой стороны, весь проект феноменологии Гуссерля как строгой науки исходит из изначальной констатации проблемы «нестрогости» всех предшествующих наук, «наивности» их аксиоматических предпосылок, принимающихся «как само собой разумеющееся» («selbstverstndlichen»), что в контексте дискурсивного анализа, как мы выяснили, означает фундированность феноменологической дескрипции «корнями» гносеологически-дискурсивных микроструктурных клауз. Феноменология, прежде всего, – разоблачение иллюзии «строгой научности» так называемых «точных» наук, в этом ее исходная проблематика, «путеводная нить» к истинно и единственно строгой науке. Эту типичную для гносеологического дискурса направленность (скептический топик + нацеленность фокуса на поиск несомненных истин) однозначно демонстрируют самые первые слова Гуссерля во введении к «Идеям к чистой феноменологии и феноменологической философии» (том 1): «Чистая феноменология, путь к которой мы здесь ищем, исключительную позицию в отношении всех иных наук характеризуем, в намерении показать ее роль фундаментальной философской науки, – это наука существенно новая, в силу своего принципиального своеобразия далекая от естественного мышления…» [2, с. 17].

Таким образом, феноменологический проект Гуссерля задуман в парадигме микроструктуры гносеологического дискурса. Соответственно, В.А. Ладов в вышеуказанном исследовании совершает принципиальную ошибку, интерпретируя текст Гуссерля в рамках онтологической дискурсивной микроструктуры и, как следствие, «онтологизируя» феноменологическую дескрипцию до «натурализующего»

(Ладов) понимания сознания, что, разумеется, ввергает рассуждение назад в естественную установку и таким образом искажает адекватное восприятие феноменологической науки Гуссерля. Следовательно, метод феноменологической редукции и выход на дескрипцию чистых феноменов как способ освобождения из-под «власти дискурса», вопреки мнению Ладова, все же возможен, однако исключительно в рамках гносеологического дискурса с последующим его преодолением в «одинокой душевной жизни» феноменологического эпохэ (антидискурс).

_ 1. Тимощук А.С., Тимощук Е.А. Дискурсивный поворот в межкультурной коммуникации // Диалог культур – культура диалога: материалы X юбилейной междунар. науч-практ. конф. Кострома: КГУ, 2011.

С. 338-345.

2. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Книга первая. М.:

Академический Проект, 2009. 489 c.

3. Блинов А.Л., Ладов В.А., Лебедев М.В. Аналитическая философия Электронный ресурс. М.: РГИУ, 2004. 718 с. URL: http://sbiblio.com/biblio/archive/blinov_analit/14.aspx.

4. Гуссерль Э. Собр. Соч. Т. III (1) / пер. В.И. Молчанова. М.: Дом интеллектуальной книги, 2001. 470 с.

5. Дейк ван Т.А. Язык. Познание. Коммуникация / под ред. В.И. Герасимова. М.: Прогресс, 1989. 310 с.

6. Кибрик А.А., Плунгян В.А. Функционализм // Фундаментальные направления современной американской лингвистики. М.: Изд. МГУ, 1997. 454 с.

7. Фрагменты ранних греческих философов: в 2 ч. Ч. 1. М., 1989.

8. Секст Эмпирик. Три книги Пирроновых положений. I 163 // Я.А. Слинин. Трансцендентальный субъект. Феноменологическое исследование. СПб.: Наука, 2001. 525 с.

Духовные основы государственности и правопорядка Русская геоцивилизация под углом духовной самобытности Актуальность темы исследования обусловлена глобализацией мировой культуры, которая сегодня характеризуется формированием многополярного мира и выдвижением геоцивилизаций на главные роли этого процесса. Одним из важнейших факторов выступает русско-православная геоцивилизация.

Национальная культура наряду с экономикой, наукой и политикой обретает статус важнейшего компонента стратегии развития, поэтому, изучение духовные основы самобытности обретает первостепенное значение. С другой стороны, сегодняшний процесс превращения индустриального общества в информационное сопровождается пересмотром противостояния «техногенной цивилизации» – архаическим моделям сознания и системам ценностей традиционных культур, что так же фундирует потребность в изучении ее духовных основ.

Модель развития цивилизации представляет собой целостную структуру. Духовные, интеллектуальные и материальные компоненты человеческой деятельности не отделимы и взаимосвязаны. Степень их изменчивости и развития разная в каждом отдельном случае. Так, например, духовный прогресс не есть отмирание старых ценностей и появление новых, как считают сторонники активных методов модернизации. Развитие духовной самобытности подчиняется иным законам и нормам. Исследования динамики исторического процесса обнаруживают в нем духовные константы, которые обеспечивают ее целостность и задают вектор развития. «Вечная цивилизационная форма – это не внешний корсет, а система внутренних связей единого организма, наподобие кровеносной системы в живом организме» [1, с. 159]. Обновление органов единого «тела» цивилизации проходит в замедленном темпе, а ускоренная трансформация – болезненно. Насильственная модернизация, охватывающая локальные участки «тела», может привести к летальному исходу цивилизации, или поглощению ее другими, более устойчивыми образованиями. Цивилизация живет и продуктивно функционирует, если ее духовный код стабилен. Структурную целостность цивилизации обеспечивает дух цивилизации. Дух парит над национальными, этническими, религиозными и политическими особенностями. Носителем духа является народ, который интуитивно, а не вследствие пропаганды и «научений» выбирает направление своего развития. Поэтому, генезис национальной культуры символически соответствует ее историческим возможностям. В связи с вышесказанным правомочно говорить об адекватности тех или иных стимуляторах общественного прогресса.

На данном этапе мировой социокультурной динамики важнейшим вопросом для нас является сохранение нашей цивилизации, духовные константы которой обеспечивают ее идентичность и динамичный рост. В качестве таковых феноменов российская философия выделяет «географию русской души» и «иконное сознание».

«География русской души» – древнейший «культурген» славянской нации и духовная константа русской геоцивилизации. Например, в учебниках по культурологии отмечается, что славяне привыкли жить на больших, бескрайних просторах. Их свободный дух не мог довольствоваться пространственным минимумом, необходимым только для жизни тела, как у западноевропейских народов. Особенность этого духа обнаруживается в характере визуальной символики. В иконической системе «праотцев славяно-русов» древних хеттов «Великая Мать» восседала на двуглавом орле в восьмиугольном головном уборе. Эта иконография «оставила глубокий след в сознании народа» [2, с. 138] и продолжила развитие в искусстве вышивки и геральдики, предметах народного быта и украшениях. Она отразилась в государственной символике, где двуглавый орел – символ силы, отважного воинства и свободного полета духа. Орел ближе всех к Богу, он выше всех летает. В сложном процессе восприятия этого символа человек самоотождествляется с ним, пропускает в сознание и проживает его внешнюю форму.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 14 |
Похожие работы:

«Украинский стоматологический портал Ukrstomat Мы - узкоспециализированный Украинский портал по стоматологии и это убедительный аргумент имиджевого и эффективного размещения информации у нас. Мы содействуем привлечению целевых заинтересованных посетителей, Ваших потенциальных клиентов и будущего персонала. Наш Стоматологический Портал повышает Вашу узнаваемость на рынке, подчеркивает имидж и престиж как профессионала индустрии. Мы являемся информационным партнером стоматологических выставок и...»

«TD/B/EX(59)/2 Организация Объединенных Наций Конференция Организации Distr.: General Объединенных Наций 11 April 2014 Russian по торговле и развитию Original: English Совет по торговле и развитию Пятьдесят девятая исполнительная сессия Женева, 23–25 июня 2014 года Пункт 2 предварительной повестки дня Деятельность ЮНКТАД в интересах Африки Доклад Генерального секретаря ЮНКТАД Резюме Нынешний доклад посвящен деятельности ЮНКТАД, осуществлявшейся в интересах Африки в период с мая 2013 года по...»

«ISSN 2075-6836 УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ИНСТИТУТ КОСМИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ РАН ВТОРАЯ ВСЕРОССИЙСКАЯ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОРИЕНТАЦИИ И НАВИГАЦИИ КОСМИЧЕСКИХ АППАРАТОВ СБОРНИК ТРУДОВ 13–16 СЕНтябРя 2010 г., РОССИя, тАРУСА, ПОД РЕДАКЦИЕЙ Г. А. АВАНЕСОВА МЕХАНИКА, УПРАВЛЕНИЕ И ИНФОРМАТИКА МОСКВА УДК 629.78 ISSN 2075- All-Russian Scientific and Technological Conference “Contemporary Problems of Spacecraft Attitude Determination and Control” Ed....»

«Технический институт (филиал) ФГАОУ ВПО Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова в г. Нерюнгри Министерство наук и и профессионального образования Республики Саха (Якутия) Южно-Якутский научно-исследовательский центр Академии наук Республики Саха (Якутия) МАТЕРИАЛЫ XII всероссийской научно-практической конференции молодых ученых, аспирантов и студентов в г. Нерюнгри 1-2 апреля 2011 г. Секции 1-2 Нерюнгри 2011 УДК 378:061.3 (571.56) ББК 72 М 34 Утверждено к печати Ученым...»

«Филиал ФГБОУ ВПО МГИУ в г. Вязьме Министерство образования и наук и РФ филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Московский государственный индустриальный университет в г. Вязьме Смоленской области (филиал ФГБОУ ВПО МГИУ в г. Вязьме) Республика Беларусь г. Брест Брестский государственный технический университет ЗАОЧНАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ ПАТРИОТИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ В...»

«§ 5 МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОНТРОЛЬ В МЕЖДУНАРОДНОМ МОРСКОМ ПРАВЕ. Не входя в дискуссию о том, что является источником международного морского права, отметим, что достижением международного морского права является кодификация обычных международных норм в данной отрасли международного права и принятия цело! о комплекса международно-правовых норм Прежде всего, хотелось бы отметить основополагающий документ, который впервые полномасштабно, хотя и с некоторыми изъянами, обобщил и сконструировал в...»

«Раздел I. Вопросы экономики Министерство образования и наук и Российской Федерации БФ ФГБОУ ВПО Пермский национальный исследовательский политехнический университет ФГБОУ ВПО Пермский государственный национальный исследовательский университет ФГБОУ ВПО Уральский государственный экономический университет Харьковский национальный университет им. В.Н. Каразина АНО ВПО Пермский институт экономики и финансов НОУ ВПО Западно-Уральский институт экономики и права Российское общество социологов (Пермское...»

«ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ ХХXIX САМАРСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СТУДЕНЧЕСКОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ЧАСТЬ I ОБЩЕСТВЕННЫЕ, ЕСТЕСТВЕННЫЕ И ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ 16 - 26 2013 АПРЕЛЯ ГОДА САМАРА 2013 ДЕПАРТАМЕНТ ПО ДЕЛАМ МОЛОДЁЖИ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ ГБУ СО АГЕНТСТВО ПО РЕАЛИЗАЦИИ МОЛОДЕЖНОЙ ПОЛИТИКИ СОВЕТ РЕКТОРОВ ВУЗОВ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ САМАРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СОВЕТ ПО НАУЧНОЙ РАБОТЕ СТУДЕНТОВ ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ ХХXIX САМАРСКОЙ ОБЛАСТНОЙ

«Министерство образования Республики Беларусь Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь Департамент по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС Министерства по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь Общественный совет Базовой организации по экологическому образованию стран СНГ Белорусский республиканский фонд фундаментальных исследований Центра Всемирного Здоровья Великие Озера Иллинойского Университета, Чикаго, США Немецкая экономическая...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК РОССИЙСКИЙ ФОНД ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ИНСТИТУТ ХИМИИ РАСТВОРОВ РАН ИВАНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ХИМИКО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ РОССИЙСКОЕ ХИМИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО ИМ. Д.И. МЕНДЕЛЕЕВА РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ЕСТЕСТВЕННЫХ НАУК АКАДЕМИЯ ИНЖЕНЕРНЫХ НАУК ИМ. А.М. ПРОХОРОВА II Международная научно-техническая конференция СОВРЕМЕННЫЕ МЕТОДЫ В ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ И ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ЭЛЕКТРОХИМИИ ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ 21 - 25 июня 2010 г. ПЛЕС, ИВАНОВСКАЯ ОБЛ., РОССИЯ Состав оргкомитета II...»

«Лесные ресурсы таежной зоны России: проблемы лесопользования и лесовосстановления Российская академия наук Научный совет РАН по лесу Учреждение Российской академии наук Карельский научный центр РАН Институт леса Кар НЦ РАН Институт экономики Кар НЦ РАН ГОУ ВПО Петрозаводский государственный университет Карельский научно-исследовательский институт лесопромышленного комплекса Министерство лесного комплекса Республики Карелия ФГУ Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт лесного...»

«ГРОЗНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НЕФТЯНОЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ имени академика М.Д. МИЛЛИОНЩИКОВА АКАДЕМИЯ НАУК ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ КНИИ им. Х.И. ИБРАГИМОВА РАН КАЗАХСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. АЛЬ-ФАРАБИ ФИЗИКО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ МЕТАЛЛОВ И СПЛАВОВ НАН УКРАИНЫ ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В ПРОИЗВОДСТВЕ, НАУКЕ И ОБРАЗОВАНИИ II Международная научно-практической конференции 19-21 октября 2012 г. Сборник трудов Том 2 ГРОЗНЫЙ – 201 II Международная научно-практическая конференция...»

«Государственная публичная научно-техническая библиотека Сибирского отделения Российской академии наук Роль ГПНТБ СО РАН в развитии информационно-библиотечного обслуживания в регионе к 90-летию ГПНТБ СО РАН, 50-летию в составе Сибирского отделения РАН Межрегиональная научно-практическая конференция (г. Новосибирск, 6–10 октября 2008 г.) Тезисы докладов Редакционная коллегия: О. Л. Лаврик, д-р пед. наук (отв. редактор) Н. С. Редькина, канд. пед. наук Печатается по решению...»

«2012 МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ, НАУКИ И КАДРОВ Учреждение образования БЕЛОРУССКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ОРДЕНОВ ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ И ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ НАУЧНЫЙ ПОИСК МОЛОДЕЖИ XXI ВЕКА Сборник научных статей по материалам XII Международной научной конференции студентов и магистрантов (Горки, 28-30 ноября 2011г.) Часть 1 Горки БГСХА УДК 63:001.31 – 053.81 (062) ББК 4 ф Н Редакционная...»

«Обзор мирового экономического и социального положения, 2011 год ВЕЛИКАЯ ЗЕЛЕНАЯ ТЕХНИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ E/2011/50/Rev.1 ST/ESA/333 Департамент по экономическим и социальным вопросам Обзор мирового экономического и социального положения, 2011 год Великая зеленая техническая революция asdf Организация Объединенных Наций Нью-Йорк, 2012 год ДЭСВ Департамент по экономическим и социальным вопросам Секретариата Организации Объединенных Наций является важным связующим звеном между глобальной политикой в...»

«CBD Distr. GENERAL КОНВЕНЦИЯ О БИОЛОГИЧЕСКОМ UNEP/CBD/COP/7/1/Add.2 15 January 2004 РАЗНООБРАЗИИ RUSSIAN ORIGINAL: ENGLISH КОНФЕРЕНЦИЯ СТОРОН КОНВЕНЦИИ О БИОЛОГИЧЕСКОМ РАЗНООБРАЗИИ Седьмое совещание Куала-Лумпур, 9-20 и 27 февраля 2004 года ПРОЕКТ РЕШЕНИЙ СЕДЬМОГО СОВЕЩАНИЯ КОНФЕРЕНЦИИ СТОРОН КОНВЕНЦИИ О БИОЛОГИЧЕСКОМ РАЗНООБРАЗИИ Записка Исполнительного секретаря ВВЕДЕНИЕ 1. В настоящей записке приводятся элементы проектов различных решений, представленных на рассмотрение седьмого совещания...»

«Некоммерческое партнерство Центр реализации идей Партнер ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ НАУКИ Медицинские наук и, фармацевтические науки, технические науки, философские науки, педагогические науки, экономические науки, филологические науки, психологические науки Сборник научных статей по итогам международной заочной научнопрактической конференции 4-5 июня 2013 Санкт-Петербург 2013 Некоммерческое партнерство Центр реализации идей Партнер Теоретические и практические аспекты...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Кузбасский государственный технический университет имени Т. Ф. Горбачева ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ: ВЗГЛЯД МОЛОДЕЖИ Материалы IV Всероссийской научно-практической конференции 6 декабря 2013 г. Кемерово 2014 УДК 351/354 Проблемы и перспективы развития системы государственного и...»

«Министерство образования и наук и Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Северо-Кавказская государственная гуманитарно-технологическая академия XII РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ Рациональные пути решения социальноэкономических и научно-технических проблем региона (ФГБОУ ВПО СевКавГГТА – 20- 21 апреля 2012 года) г. Черкесск – 2012 1 АГРАРНАЯ Балов Б.В. МЕХАНИЗАЦИЯ ВОДОСНАБЖЕНИЯ ЖИВОТНОВОДЧЕСКИХ...»

«РОССИЙСКАЯ МОЛОДЁЖНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Посвящается: 300 – летию со дня рождения М.В. Ломоносова ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ Часть 4 ЭКОЛОГИЯ ТРУДЫ 12-й Международной конференции 8-10 февраля 2012 г. Самара 2012 Министерство образования и наук и РФ Министерство образования и науки Самарской области Российская молодёжная академия наук Самарский государственный университет Самарский государственный технический университет Самарская государственная областная академия (Наяновой) Поволжское отделение Российской...»









 
2014 www.konferenciya.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Конференции, лекции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.